Кох-и-Нор

      — За этот камень я хочу не менее ста тысяч рупий, бахин. Так что… аккуратнее с ним.       Язвительный тон и фамильярное обращение вызывают в работнице антикварного магазинчика лишь короткую ухмылку. Жёлтый топаз в её руках блестит чистотой бриллианта, обманывая неопытный глаз любого прохожего. Только Дивия Шарма далеко не обыватель.       Совершенно не торопясь, она натирает камень лоскутом шерстяной ткани, проверяя на электризуемость. Трюк стар, как мир, но действенен по-прежнему. Массивные золотые браслеты на руках клиентки звенят, подчёркивая степень её нетерпения.       Шарма стирает каплю пота со лба тыльной стороной ладони.       «Эта рухлядь в виде кондиционера совсем не работает. Нужно напомнить Архату о починке, иначе сгорю».       — Топаз принадлежал моей свекрови. Тесть подарил ей его на свадьбу. Такой камень сохраняет молодость и помогает стать… порядочнее и великодушнее. Чудесный подарок, не правда ли?       Шарма отрывает взор от жёлтого блеска, исподлобья глядя на женщину напротив. Никакой электризации не произошло.       — Помогло стать? — игнорируя вопрос, она позволяет себе впервые оглядеть пришедшую к ней особу. Изобилие громоздких украшений подчерчивает безмолвное желание показать одно и скрыть противоположно другое.       Клиентка громко фыркает вместо ответа. Деви задумывается, долго ли эта женщина ждала возможности продать чужой подарок и что ей пришлось сделать, чтобы его заполучить.       — Так вы берёте камень или нет? — она надувает губы в явном нетерпении. — Другие оценщики готовы выкупить его прямо сегодня. А я трачу время на вас, пока вы его рассматриваете и тряпочками натираете!       Шарма согласно кивает, роясь свободной рукой в ящиках под прилавком. Вынув оттуда разноцветный прямоугольник вытянутой формы, она произносит:       — Последний тест.       Не успевает клиентка опомнится, как Деви с силой проводит острой гранью топаза по другому минералу. Никакого следа не остаётся.       От возмущения женщина громко охает, намереваясь выхватить руками свой товар.       — Я же сказала тебе аккуратнее, глупая девка! Ты в жизни за него не рассчитаешься!       Деви ловко отстраняется, сохраняя отстраненное выражение лица.       — Зря вы так. Я думаю, за эту копию, пусть и не лучшую, лишние пять тысяч у меня найдутся.       Глаза взрослой женщины расширяются от услышанного. Она не успевает спрятать краткий миг характерной дрожи собственных рук.       — К-копию?! — она начинает вопить неистовым голосом. — Что ты врёшь, бестолковая?! Это наследие семьи. Что ты можешь в этом понимать?       Девушка чуть хмурится, спокойно охватывая прилавок свободной рукой.       — Тебя наверняка взяли сюда из жалости, чтобы глаза не мозолила прохожим своим бледным видом. Отдай мне мой камень, пока я на тебя полицию не вызвала!       От нервов женщина покрылась потом, венка на лбу вздулась и даже щёки покраснели. Такие дамочки умеют выводить из себя кого угодно, но сейчас Деви решила перебороть эмоции и поступить с умом.       «В кои-то веки Архат сможет быть доволен моим «умением вести себя с клиентами». Может, я даже заслужу табличку «Работник месяца»?»       Размеренный властный голос сбивает пыл непутёвой клиентки.       — Настоящий топаз прочнее флюорита, он должен был остаться невредимым и оставить след. Как вы могли заметить, этого не случилось. Этот факт, и все остальные, включая… как вы там выразились… «натирание тряпочкой». Всё чётко даёт понять, что вы пытаетесь впихнуть мне подделку.       Шарма делает паузу, вертя в руке блестящий камушек.       — И более того… Вам об этом прекрасно известно.       Женщина не успела завопить снова, как Деви её грубо перебила.       — Уголовный кодекс. Раздел 468: подделка с целью мошенничества, наказание может составлять тюремное заключение на срок до семи лет и штраф.       Маленькие бегающие глаза с опаской расширяются. Цокающий звук старых браслетов наконец утихает, стоит рукам опуститься по швам вниз.       Девушка легко бросает копию на прилавок. Камень с лёгким стуком перекатывается по поверхности, переливаясь в полосах света из окна лавки.       — Забирай и шагай прочь отсюда. Чтобы я больше тебя не видела, бахин.       Дивия отдаёт должное скорости, с которой мошенница влетела из помещения, не забыв прихватить с собой свою блестяшку. Сделав глубокий вдох, Дивя Шарма коротко улыбается, уставши прикрыв веки.       Дверь рабочей подсобки, соединяющей антикварную лавку с маленьким семейным ресторанчиком, тихо открывается. Деви слышит запах готового кари и улыбается шире.       — Ловко ты с ней, — просунув голову сквозь щель, молодой парень лукаво сморит на Деви. — Чтобы я делал без тебя, а?       Шарма игриво начинает задумываться.       — Ну… Мог бы оказаться в минусе на сто тысяч, если бы взял того худощавого бедолагу вместо меня.       — О, — лицо Архата озаряется широкой улыбкой. — Я никогда не допустил бы такой ошибки. Последние полгода, что ты здесь работаешь, сделали нашу жизнь лучше.       Хихикая, Деви хитро смотрит на него из-под полуприкрытых век.       — В таком случае, я заслуживаю на квартальную премию.       — Не-а, — парень цокает языком, добродушно подмигивая.       — Хотя бы на табличку «Работник месяца»! Я скину тебе своё лучшее фото, главное не схалтурь.       Молодой человек машет головой в подобии согласия, а затем заботливо добавляет:       — Не засиживайся сегодня, Деви.       — Не обещаю, — она возвращает ему подмигивание, переключив внимание на ряд старинных монет за стеклом около прилавка.       Понимающе кивая, Архат закрывает за собой двери, слыша недовольный крик вдогонку.       — И почини наконец этот злосчастный кондиционер! Иначе придётся оплачивать мои похороны!

***

      Рабочий день медленно тянулся к концу. Закончив все основные дела, Дивия неспешно натирала до блеска вазу прошлого века, что пару часов назад ей продал один знакомый мужчина почтенного возраста. Невыносимая духота и скука сделала своё дело и Деви, не выдержав, решила разбавить тишину и включить на стареньком пузатом телевизоре хоть что-нибудь для фона. Переключая каналы, она сдалась, остановившись на рекламе витаминизированных напитков. Вскоре после этого включился выпуск новостей, продолжая спецрепортаж.       Пропажа века до сих пор не раскрыта! Уже несколько дней не поступает никаких сведений о краже самого дорогого бриллианта в мире. «Кох-и-нор», что долгие годы был собственностью Великобритании, не успел и недели пробыть на «родине», как стал целью самого невероятного похищения в истории! Полиция не делится деталями расследования, детективы в тупике. «Дюжина Корпорейтед», что взяли на себя честь и ответственность в сохранении бесценного камня, не дают никаких комментариев.       Злясь на себя за идиотскую идею включить телевизор, Деви всё же убирает от себя новоприобретённый товар, полностью погрузившись в сюжет. Челюсть сжимается, стоит ей увидеть богато одетого мужчину, за которым бегут журналисты с камерами.       — Анил Шарма, господин Анил Шарма! Скажите, как из самого охраняемого помещения в Индии мог пропасть «Кох-и-нор»?       — Господин Шарма, как вы относитесь к тому, что после похищения акции вашей компании «Дюжина Корпорейтед» стремительно падают вниз? Акционеры считают, что в этом замешан что-то из глав семей?       — Господин, спустя два года на посту исполнительного директора, считаете ли вы произошедшее главной катастрофой, с которой когда-либо сталкивалась ваша компания?       — В связи с последними событиями, состоится ли ваша свадьба, господин?       Не выдержав, Анил несколько грубо отталкивает от себя ближайшего репортёра, злобно глядя в камеру.       — Полиция разберется. Виновные будут найдены и наказаны, а наше достояние вернётся к нам в руки.       На этих словах он отворачивается, усаживаясь на сидение Роллс-Ройса, и покидает новостников под крики и блески фотовспышек.       Деви и сама не выдерживает. Вместо натирания вазы, она хочет бросить её в этот треклятый телевизор, чтобы больше никогда не видеть лицо этого мерзкого подколодного змея.       — Получи и распишись, дядюшка, — едко выплёвывает она в тишину антикварной лавки.       Не успев посмотреть на время, которое осталось до закрытия, Деви слышит за своей спиной звук колокольчиков на двери, что оповещают о приходе нового клиента. Немного расстроившись из-за того, что в теперешнем настроении ей придётся обслужить кого-то ещё, она не спешит оборачиваться, а после вообще застывает на месте. Она слышит аромат духов. Так чётко, будто прямо перед ней их кто-то распылил.       Черника и фиалка.       Нет, не может быть.       Запах пыли и древности смешивается и очень знакомыми пудровыми нотками.       Это невозможно. Никто не знает, что она здесь.       Дивия не оборачивается. Не думает. Не дышит. Она всё забыла, ушла, не гнушаясь, а радуясь, сжигая все оставленные мосты. Они вычеркнули её, значит и их никогда не существовало в жизни Деви.       — Мы закрыты, — выпаливает она единственное, что может.       — Я так не думаю.       От голоса посетительницы затылок Шарма покрывается мурашками.       Сарасвати Басу.

***

      Пять лет назад. Калькутта. Клуб «Кitty Su».       В лучшем клубе города сегодня было не протолкнуться, но для детей влиятельной Дюжины всегда найдутся варианты. Вип-ложа пропахла смесью дыма и алкоголя. Вокруг столика расположились кожаные диваны. Бутылка «Кристала», которой присутствующие играли в игру, лежала где-то под столом, давно всеми забытая.       — Зачем ты оттягиваешь неизбежное, Дубей. Просто поцелуй его и всё. Иначе, будешь должен мне желание, — со сверкающей улыбой приговаривает Сарасвати, опустошая свой бокал с шампанским.       Мужчина закатывает глаза, утомившись от происходящего.       — Ну же, бутылка указала на тебя и Эрита! Нельзя противиться судьбе, милый.       Младшая Басу заливается смехом, вжавшись в плечо Деви. Шарма согласно кивает, подставляя для подруги руку поудобнее.       — Рам, — уже нежнее начинает Радха, сменив «злого полицейского» на «доброго». — Это просто игра, зачем делать из мухи слона. К тому же Эрит, кажется, совсем не против.       Тхакур, сидевший в противоположной стороне, откинулся на спинку дивана со слегка напряженной улыбкой.       — Не стану. Пусть будет желание, — твёрдо заключает младший Дубей, едва глядя из-под опущенных век. — Асуры меня побрали на это всё согласиться. Клянусь, это было в последний раз.       — Если бы асуры тебя взяли, ты был бы посговорчивее, — обиженно надувая губы говорит Сара, заставляя присутствующих громко засмеяться.       Амрита успокаивающе хлопает по руке Эрита, заставляя его расслабиться.       Торопливо схватив за предплечье, Басу тянет Деви в сторону пляшущих людей.       — Потанцуем, госпожа?       Шарма широко улыбается, следуя за подругой. Оказавшись на краю танцпола, трек удачно сменяется приятным дип-хаусом. Сарасвати бережно обнимает Дивию со спины, задавая медленный темп. Она мягко перекидывает её локоны на одну сторону, наклоняясь.       — Он же тебе нравится? — голос Сары возле уха звучит непривычно сухо, заставляя Деви отвлечься от музыки.       — Кто?       — Рам. Дубеи нынче необычайно популярны среди моих близких.       Деви прыскает от смеха, расслабленно чуть откидывая голову назад.       — Ну, он мне нравится гораздо больше Раджа. Только Радхе не говори.       Шарма улыбается, пока Сара сосредоточенно выдыхает ей в шею.       — Насколько больше?       — Он вполне симпатичный, спокойный… Не знаю, по крайней мере мне просто комфортно с ним общаться.       Деви не знает, что добавить, пока музыка разбавляет собой повисшую паузу.       — Как-то неуверенно, госпожа Шарма. Тебе нужно больше вводных.       С какой-то отстранённой улыбкой Сара поднимает её руку, заставляя покрутиться, и снова возвращает их в прежнее положение.       — И каких же?       Вместо ответа Сарасвати рывком прижимает её к себе, полностью окуная в нежный аромат её парфюма.       — Если бы он сделал так, тебе бы понравилось?       От тихого шёпота Сары в ухе Дивия немного теряется, вместо того чтобы отвечать на вопрос. Даже выпитое шампанское не даёт ей расслабиться.       — Если он сделает так…       Девушка легко дует ей в шею, а рука, лежащая на талии, с нажимом ползёт вверх.       — У тебя начнут дрожать коленки? Захочешь ли ты большего?       Шарма действительно что-то почувствовала. Почувствовала настолько, что испугалась. Испугалась того, что никогда не ощущала ничего подобного. Столько людей вокруг, а она так ведёт себя… с подругой?       — Сарасвати… перестань. Тебе не нужно…       Деви осторожно выбирается из ловких рук, обернувшись к Басу. Она смотрела на неё, поджав губы, используя один их своих самых пристальных взглядов.       — Не нужно?       — Это… нужно проверять с мужчиной, а не с… — Шарма мнётся, внезапно не сумев даже составить одно предложение.       — Не с девушкой, — странным тоном заканчивает за неё младшая Басу.       На секунду Деви успевает удивиться, как чётко она слышит голос Сары сред гула танцующих и громкой музыки.       Шампанское не даёт до конца скрыть напряжение на лице. Сарасвати моргает, словно ожидая чего-то. От Деви или от самой себя.       — О-у, — черты лица окрашивает внезапная догадка. — Боишься, что кто-то подумает про тебя что-то плохое? Наша птичка-консерваторша в объятиях девушки. Какой позор!       Шарма скользит по ней раздражённым взглядом.       — Что ты несёшь вообще?       Она начинает злиться. На Сару, на алкоголь с своей крови, на идиотский клуб. На то, что, будь оно всё проклято, Басу говорит правду.       Сара склоняет голову ближе к ней и проговаривает, пугающе ровным тоном.       — Не веди себя, как смущённая школьница. Это просто игра.       Дивия сглатывает под впивающимся взглядом напротив.       — Я никогда не захочу от тебя ничего подобного.       Затем, словно ничего не произошло, лицо Сары озаряется улыбкой.       — Пойдём, я придумала желание для Дубея.       Быстрыми шагами вернувшись в вип-зону, Сарасвати обращается к Раму, который о чём-то болтал с молоденькой официанткой.       — Отпусти девушку, сделай милость. У меня для тебя есть кое-что интересное.       Нехотя прервавшись, младший Дубей лениво поворачивает голову в её сторону.       — Ты не оставишь меня сегодня в покое, да?       — Нет, — глаза Сары сверкают решимостью, когда она переключает внимание на длинноногую работницу клуба, что так и не сдвинулась с места. — Ты. Уходи.       Девушка нервно озирается на длинноволосого мужчину и вскакивает с места, не дожидаясь его реакции. Развернувшая сцена привлекает внимание всей компании, что успела разбрестись по маленьких группам.       — Ты портишь мне вечер, надоедливая, — недовольно скривив губы, Рам садится на диване поудобнее, расправив плечи.       Сара вызывающе ухмыляется, бросая мимолётный взгляд на Деви, что стоит поодаль, наблюдая. Предчувствие глупости, что сейчас может сотворить Сарасвати, ни на мгновение не покидает её.       — Я делаю его лучше, мой дорогой, — голос до боли приторный, словно бочка сахара на ложку воды.       Радж, появившийся в клубе из ниоткуда, подошёл ближе к Тхакуру. Сразу за ним пришла Радха, скрывая улыбку. Амрита смотрела на них с нечитаемым выражением лица.       — Итак, раз Эрит тебе не по вкусу, я придумала другое желание, — младшая Басу нарочито громко произносит слова, приковывая всеобщее внимание.       — Тогда поцелуй… — пока она выдерживает драматическую паузу, сердце Деви уходит в пятки с глухим стуком. — Нашу драгоценную госпожу.       Взгляды присутствующих метаются, считывая чужие эмоции. Старший Дубей хмурится, пока младший изгибает бровь в немом вопросе. Радха охает, поспешив к сестре и одёрнув её руку.       — Что ты творишь, сумасшедшая? — она беспокойно смеётся, взглянув на Деви, что стояла как в воду опущенная.       Сара продолжает, не пряча хитрого оскала.       — Ты знаешь наши правила. Желания исполняются в тот же день. Это дело чести Дюжины.       Делая слабый шаг в сторону двойняшек, Дивия приходит в себя от услышанного. «Проклятая ракшаси, она это всё специально!» Не раз они обсуждали парней, не раз на её ум приходил младший Дубей и девчонки все это знали. Но это её жизнь, она имеет право решать, кого и когда ей целовать. Не так, не при всех, да ещё и после…       Шарма прожигает Сарасвати взглядом, а та встречает его прямо, превращая всё в настоящую бурю.       — И кто ты после этого? — шипит она на неё, вкладывая всю обиду в каждый звук. — Думаешь, можешь творить всё что тебе вздумается?       — Я твоя подруга, милая, — яд, покровительство и что-то ещё смешались в ней, создавая жгучий концентрат, что не даст остановиться и всё забыть. — Я тебе помогаю, разве нет?       Радха снова дёргает руку сестры, но та вырывается, не внимая чужого беспокойства.       Деви остро чувствует напряжение сухожилий в своих сжатых кулаках. Она украдкой оборачивается на Рама, что успел встать, сложив руки в замок.       — Сара, — из угла вип-комнаты слышится предостерегающий голос Амриты. — Если это увидят, ты знаешь, чем всё может закончиться. Отношения внутри наших семей… это всегда повод для новостей. Папарацци, пересуды. Твоя мать будет в ярости. В Дюжине такое не сходит с рук никому…       — Она права, — грубый голос Раджа звучит с боку, взывая к благоразумию.       Младшая Басу фыркает, закатывая глаза.       — Вы все как будто родом из девятнадцатого века. Надо позволять себе жить, веселиться. Наплевать на всех.       — Это ты плюёшь на всех или шампанское в тебе, Сара? — ответом на вопрос Эрита становится убийственный взгляд девушки.       — Ты просто трусишь Рам, признайся, — с неприкрытым коварством она переводит своё внимание с потомка брахманов на Деви. — Боишься?       Она точно знает, что делает. Хочет выставить слабой Шарма. Даже с таким идиотским предлогом, она показывает свою власть. Не имеет значения, откажешься ли ты или нет, ты всё равно проиграл. Но… раз смысла нет, то тогда действительно… Плевать.       — Пошла ты, — с напором бросает ей Деви, рывком оборачиваясь к Раму.       Настигнув его за пару шагов, она хватается за его шею, притягивая ближе и впивается в губы настойчивым поцелуем. Мужчина почти сразу отвечает.