Blümchen

До бойни оставались считанные минуты. Команда решила ещё раз обсудить план действий на любое развитие событий. – Итак, – Кёниг развернул перед бойцами план участка с поместьем, на которое они собирались напасть. – На фургоне мы врываемся через ворота, которые могут быть частично завалены обломками вышек. За рулём будет Никто, – он указал на бойца, который резво кивнул, подтверждая, что принял команду. – Держитесь за поручни, потому что поездочка предстоит не самая удобная. Если размещение "шестёрок" не поменялось, то всего в охране поместья Саминни расположено семь групп, по пять человек каждая. – Он поскупился на большее количество охраны? – хихикнул Никто, ожидая, что противников будет больше. – Нам же на руку, Narr, – с серьёзным видом подметил Кёниг. – Ещё успеешь настреляться. Так вот, – он вернулся к карте, на которой были обозначены расположения групп. – Одна охраняет ворота вместе со снайперами, вторая и третья располагаются во внутреннем дворе. Остальные рассредоточены по всему дому, но думаю, в связи с тем, что нас обнаружили, они могут бросить две дополнительные группы в центральный дом. Так что те небольшие домики, что находятся по бокам, обстреливаем в том случае, если заметим там врагов. И ещё – Саминни нужен нам живым. Вы можете ранить его, но ни в коем случае не убивать. Как принято? Бойцы утвердительно кивнули. Разместившись в фургоне, они покрепче ухватились за перекладины, а Никто с мальчишеским улюлюканьем уселся за водительское сидение. Кёниг, закрепив автомат на ремне, зацепился обеими руками за ручки задних дверей машины, чтобы быстро выскочить из неё.

***

– Готовьтесь! – выкрикнул Никто. Фургон приближался к цели, и пальцы Хоранги и Клары находились на пультах активации бомб. Едва заметив вышки, они переглянулись и почти одновременно нажали на кнопки. Впереди машины раздались оглушительные взрывы, которые и начали первую часть плана — ликвидацию снайперов и запугивание части бойцов Саминни, беспечно бродивших по территории. Вышки, как и было задумано, накренились, опрокинув охранников с винтовками на землю. Оставалось надеяться, что рухнули они насмерть. – Как только заедем на территорию – выпрыгивайте! – мужчина поддал газу, проскакивая между тем, что осталось от вышек. Едва машина с бойцами остановилась на территории поместья, пули градом полетели в авто. Бойцам пришлось нагнуться, а в случае Никто – лечь на сидения. Кёниг первым выскочил из фургона, чётко отстреливаяся от нападавших. Хоранги, заметив, что Клара медлит, ни секунды больше не думал – достав из нагрудного кармана шприц, он вколол в её предплечье «сыворотку берсерка» – так химики КорТака называли препарат, подавляющий нервную систему и вносящий в организм адреналин. Девушка зажмурилась от внезапной боли, однако через несколько мгновений вышла вслед за сослуживцами, ловко управляясь с автоматом и нанося противнику критические ранения. – Помогите нашему неугомонному Никто, – хохочет в наушниках бойцов полковник, перепрыгивая через небольшой заборчик и ножом добивая бандита. – А то всё веселье пропустит! Хоранги и Грэхем обогнули фургон с разных сторон, отстреливая выходящих из главного здания бойцов Саминни. Никто наконец смог вылезти с водительского сидения и направился практически тараном на наступающих противников, ловко уворачиваясь от пуль. «Никто тоже под чем-то?» – промелькнуло в голове у девушки. Убийственный взгляд мужчины можно было и не видеть – действия говорили сами за себя. Прикрывшись случайно найденным шифером, выстрелами он прикончил добрую часть бандитов, а сам шикрокими шагами продолжал надвигаться к дверям главного здания. Испугавшись такого напора, "вояки" быстро скрылись в особняке, уже подперев собой дверь. – Otkrivaite, mudili, – никто из специалистов толком не понял, что сказал Никто, но то, с каким остервенением он долбил дверь, давало понять – он недоволен поведением шайки Саминни. – Flower, тащи динамит. Выудив из подсумка небольшую связку, она подбежала к Никто, подавая тому взрывчатку. Хватило нескольких мгновений, прежде чем проход в особняк был открыт, а большая часть бойцов Саминни пала бесславной смертью. Кёниг вбежал в здание последним. Быстро оглянувшись, он заметил в углу сослуживцев и забитых, сдавшихся в плен бандитов. – Просто отвратительно, – Никто с презрением смотрел на стоявших на коленях молодых парней, которые тряслись от страха. – И это люди Саминни? Я думал, нас ждёт логово головорезов, а они будто только вчера научились оружие держать, – он пренебрежительно пнул одного из бандитов в живот, заставляя того скрючиться от боли. – Главный где? – присев на корточки напротив одного из "защитников" особняка, Кёниг дулом пистолета заставил его поднять лицо. Кровь тонкой струйкой стекала со лба парня. – ¡Que te jodan! – парнишка плюнул в маску полковнику, за что получил прикладом пистолета в подбородок. – Несговорчивый какой. Nun gut, – он сел напротив другого парня, который больше всех трясся от испуга и с ужасом в глазах смотрел на бойцов КорТака. – Может, ты нам скажешь? – Комната справа на втором этаже, – трясущимся голоском промямлил тот, опуская голову и шмыгая носом. – Kluge, – хмыкнул мужчина, вставая во весь рост и тяжёлой поступью следуя в сказанный бандитом кабинет. Кёниг дёрнул за ручку двери и совсем не ожидал, что она с лёгкостью откроется. На стуле сидел Тизиан Саминни собственной персоной, сложив руки за голову. – Сдаюсь, – тяжело выдохнув, он грустно взглянул на полковника. В глазах Кёнига читалось недоумение. – Я расскажу всё, что знаю.

***

Для безопасности команда решила связать бандитов, а Кёниг и Клара остались наверху допрашивать Тизиана, который, кажется, только был рад нападению на его особняк. – Диего загнал меня в угол, – начал свою речь мужчина, едва Клара нажала на кнопку диктофона. – Не дал мне выбора. Сказал, что я обязан ему по долгу службы, которая закончилась лет 15 назад. Я не хотел становиться наркоторговцем – он меня заставил. – Каким образом? – сидевший на стуле Кёниг держался за спинку напротив себя, всё ещё переваривая, с какой относительной лёгкостью им удалось взять одного из заместителей "неуловимого наркобарона". – Он взял мою семью в заложники, – шмыгнул мужчина, продолжая свой рассказ. – Сказал, что если не буду выполнять его приказы, то могу попрощаться со своей семьёй раз и навсегда. А у меня пятеро ребятишек, – Кёниг обернулся на Клару, кивая в сторону Тизиана. Девушка только покачала головой, удивляясь, что такой ублюдок, который всё это время отравлял жизнь чужим семьям, рьяно заботился о своей. – Ты же понимаешь, что это не оправдание твоим преступлениям, – тяжело выдыхая, Кёниг поворачивается обратно к Саминни. – Ты знаешь, что тебя ждёт. – Лучше я умру один, чем погибнут мои дети, – он гордо поднял голову, стараясь скрыть то, что всего мгновение назад готов был расплакаться. – Прошу, защитите их. – Scheiße, – хлопнув по спинке стула, полковник встал с него и подошёл к Кларе, жестом показывая выключить диктофон. – Они знают о том, чем ты занимаешься? – Клянусь, им ничего не известно! Жена сделала всё возможное, чтобы малыши думали, что их папка занимается бизнесом, – закивал Тизиан. – А как она объяснит им твоё отсутствие? – Что-нибудь придумает, она у меня смышлёная, – заулыбался мужчина. Впервые за всё время допроса. Кёниг вновь взглянул на Клару. – Flow-i-er, какие соображения? – нарочно не называет её Blümchen. Клара опускает голову, стараясь сообразить, что можно сделать. – Компания использует программу по защите свидетелей? – в «Ягеркорпсете» подобный ход действий использовался, но и прибегали к нему не часто, потому как случаев подобных было мало. Полковник утвердительно кивнул. – Саминни, мы обещаем, что ваша семья будет в безопасности, однако вы будете вынуждены находиться в плену. – На всё согласен! – выпалил Тизиан. – Сделаю всё, что прикажете, только спасите мою семью!

***

– Отвратительно, – группа вместе с пленниками направлялась обратно на базу. Никто, задумчивый и злой, пялился в окно, за которым мелькали песчаные холмы Мексики. – И ради этого наша девочка старалась и выстраивала план? – Это намного лучший исход событий, чем я могла себе представить, – будто оправдывалась Грэхем, сидя по левую руку от Никто. – Будет тебе. Никто в ответ лишь тяжело выдохнул. Они и правда сегодня хорошо потрудились, но мужчина привык работать на износ своих и чужих возможностей. Хоранги, сидевший рядом с водителем грузовика, обернулся к сослуживцам. – Зато представляешь – нам достанутся все лавры по поимке "неуловимого наркобарона", – он пытался подбодрить приунывшего Никто. Тот в ответ лишь хмыкнул. – Нам не это надо, – махнул он рукой. Слава была ему ни к чему, не к этому он стремился в своей жизни. – Ты отомстил за нас? – хмыкнул до этого молчавший Кёниг. – Ты и Blümchen. Моя неделя в лазарете была с лихвой оправдана, окей? Наконец-то Никто довольно угукнул. Ведь неоправданное насилие было бы больше похоже на преступление. – Отлично, so halten, – он кивнул Хоранги, чтобы тот наконец успокоился и не беспокоился о задетом эго Никто. Мельком он заметил, что Клара, которая сидела между ним и Никто, отчего-то стала клевать носом. – Blümchen, устала? – Угу. Препарат от Хоранги перестал действовать, – Кёниг округлил глаза, придерживая Клару за предплечье. Уложив её на своё плечо, он шикнул сидящему впереди сослуживцу. – Что ты ей вколол? – напряжённо прошипел он, взяв ладонь девушки в свою. – «Сыворотку берсерка», – Ким не поворачивался, но по его голосу было слышно, что он засачковал. Убийственный взгляд полковника ловить прямо сейчас он не хотел. – Там же конская доза. Мужики после неё спят без задних ног. Сколько вколол? – Весь... шприц? – если бы не Грэхем, которая разместилась на плече Кёнига, то тот бы прямо сейчас ударил парня. Никто тихонько хихикнул, вместо полковника звонко хлопнув Хоранги по плечу. Так, что тот отклонился вперёд, шипя и потирая место удара. – Наша «спящая красавица» очнётся не раньше следующих суток. Что же ты наделал?