Boys, boys, boys

      Удара не произошло.       Киёмаса застыл, ощущая пробирающий до скелета страх. Он, словно бродячий кот, нагнал спину, царапнул до крови и скрылся, оставляя после себя чувство тревожности. За самого себя, за своё положение и за свой статус. Такемичи, в очередной раз готовая ударить, так и осталась стоять, вознеся сумку над головой. Сглотнула, медленно поворачивая голову в незнакомый дуэт. Вокруг все всполошились и умолкли - как природа склонилась к грозе, так и хулиганы мигом спрятали головы в поклоне. Прошёл табун мурашек, тронувший сердце. Взгляд бегал от самого высокого к самому низкому. Строгий и грозный, впереди идущий походил на медведя, бишамона и грузного самурая разом.       - Золотая коса...       - Выбритые виски...       Такемичи смотрела, сдерживала внутри остатки адреналина, утекающего прямо из пальцев. Былой запал мигом покидал уставшее тело, вынуждая слабо качнуться и ощутить от движения прилив боли. Было схватилась за низ живота, но рядом появился Такуя, шёпотом причитая и прося прощения. Мольба лилась из его рта без остановки, но он не смотрел на неё - стыдно.       - Правая рука Свастонов - Кен Рюгуджи!       Школьница вздрогнула, приходя в своё привычное состояние. В один миг резко сжала плечи друга, остервенело вгляделась в паникующее лицо. В глазах поплыло, и на землю упали первые капли слёз.       - Т... такемичи...       Она молча прильнула, обняла за плечи. Позорно спрятала лицо за его лохматых локонах, почувствовала песчинки на коже. Тихо завыла, как подбитая олениха, сдерживала эмоции до последнего. Застывший Ямамото обернулся назад, в сторону спешащих к ним парней. Дрожащими ладонями прижал Ханагаки к себе, отвернулся от наблюдающих, пряча слабость и искренность ото всех. Плечи в один миг поднялись выше, стараясь как можно лучше скрыть подругу от безобразия, в которое они её втянули.       Он её втянул.       - Ты, хуйло, какого хрена тут развел?! - Кен взревел, заставляя каждого приспешника склониться в более глубоком поклоне. В несколько шагов оказался рядом с Киёмасой, нагнулся так, что тень упала на сутуленную спину. - Когда это ты возомнил себя хуем важным, а? Забыл, как надо главе кланяться? Забыл о том, что говорится в кодексе Томана?       - Д... доракен, но она сама...       Рюгуджи, не дослушав, вдарил ногой. Резво, быстро, точно в цель - Масатака, осипло булькнув, осел на колени, лбом утыкаясь в землю. Глаза хаотично забегали от боли, пока тело ощутимо принимало последствия. Выверенный и уверенный, со злостью и недовольством, удар Кена выбил всё то бахвальство, с которым он сидел пару минут назад и считал собранные деньги. Страх коснулся плеч, отчего те задрожали.       - Оставь его мне, Кенчик.       - Просил же так не называть меня при всех, Майки.       Такемичи вытерла последние слёзы, глубоко вздохнув и гулко выдохнув. Подняла зарёванный взгляд на Такую, пихнула его в плечо, прежде чем растереть красные лоб и щёки.       - Дураки, какие же вы дураки. - запричитала она, глядя на валяющуюся у ног сумку. - Нужно поблагодарить людей за помощь. Втянули, как обычно, кого не надо...       Отошла, собираясь поднять упавшую вещь. Остановилась, как только сумка оказалась у самых рук. Моргнув, вымученно улыбнулась парню из пришедшего дуэта. Ростом практически с ней, сравнимый со светлым манчкином или другой породой кошек. Слегка неопрятный, как и свободная рубашка вместе с пиджаком. Такемичи мысленно усмехнулась, заприметив вместо школьной или другой обуви сланцы.       Но по внешнему виду не судят. Он определённо имеет власть над собравшимися вокруг, как и его друг Кенчик. Бегло взглянула на парня с татуировкой дракона на виске - отвела взгляд, как только встретилась с проницательными омутами. Перед ней - главари банды Томан.       О которой Ханагаки и слова не слышала. Подумала о том, что вляпалась по самое не балуй. Отступать не куда и не вежливо - их защитили, по крайней мере, для Такемичи остановка битья и стало своеобразной помощью.       - Огромное вам...       - Как тебя зовут?       Майки бесцеремонно перебил, возвышаясь в её взгляде. Интонация, с которой он спросил, внушала всё то влияние, которым парень обладал. Не смотря на внешнюю непонятливость, книга оказалась могущественной. Пальцы задрожали, улыбка в один миг спала с лица. Такемичи сглотнула, переглянулась с молчавшим Такуей.       - Ханагаки Такемичи. - не смело ответила она, неловко крутанув головой. Ветер коснулся лица, заставляя сморщить нос. - Большое спасибо, что остановили этот... ужас. И я хотела бы попросить прощение за своих друзей-оболтусов, которые вечно лезут на рожон и не думают своими глупыми головами.       - Такемичи, не так красноречиво!       - Не позорь нас перед главарями Томан!       Такуя сжался, на лице проступил пот. Он чувствовал давление, исходящее от стоящего напротив Майки. Показалось, что за его спиной стояла тень - страшная, чёрная. Скрутившая вокруг себя полосы чего-то, рвано выдохнула и исчезла. Ямамото подумал о том, что Киёмаса хорошо приложил его голову о землю.       - А ну рот закрыли. - Такемичи шикнула на них, замахиваясь кулаком на подоспевшего Казуши. - Ещё раз извините, пожалуйста. Как я могу отблагодарить вас за помощь?       Майки позабыл о том, что хотел сказать и спросить. Застыл, вглядываясь в искренние и голубые омуты напротив. Ресницы коснулись век, сжались и вновь разомкнулись. Голубизна словно очистилась и приобрела яркий и прозрачный окрас. Вода полилась за пределы, волны захлестнули Манджиро, постепенно поднимая свой уровень всё выше и выше. Секунда - его сердце захлестнул мощный поток, заставляя орган забиться в бешеном ритме. Ощутимо поднялось давление, взбудораживающее ритм. Кен заметил, как покраснели уши его друга. На щеках появился еле заметный румянец, рот приоткрылся, желая что-то сказать, но губы сжались. Дёрнулся кадык.       Кену почудилось, что над светлой головой появилась испарина.       - Вот как... - осипло произнёс он, гулко выдыхая. Спрятал дрогнувшие пальцы в карманы шароваров, моргнул и улыбнулся. - Такемучи.       Где-то рядом в кулак прыснул Ямагиши, отвернувшись и ударив Сузуки в живот.       - Э?       - Как Майки сказал, так и будет, - подошедший Рюгуджи размял шею. Подол его хаори качнулся на ветру. - Такемучи.       Ханагаки глупо склонила голову, раскрывая рот от удивления. Странно хмыкнула, забирая свою сумку из руки Майки. Он всё также неотрывно смотрел на неё, вгоняя школьницу в смятение и дискомфорт.       - Не будет так, как он сказал. Меня зовут Такемичи - я буду Такемичи. - она глубоко поклонилась, ладонями сжимая подол юбки. - Ещё раз спасибо вам большое. Раз вы ничего не требуете за помощь, я пойду.       Не спрашивала - поставила перед фактом. Оглядела напряжённые спины хулиганов, перевела взгляд на Киёмасу. Почувствовала дрожь страха, как только увидела сжатый кулак Масатаки. Отчётливо поняла - от неё не отстанут просто так. Сегодня ещё будет спать в спокойствии и с новым фильмом под боком.       “Может, спрятать под подушкой одну из кегель? Или лучше биту для самообороны?”.       Отвернулась и от недовольного взгляда Кена, и от ошарашенного Манджиро. Оставила за спиной каждого, придерживая Такую под руку. Собираясь сделать шаг остановилась.       - Если вы и лидеры, то как можете упускать такие действия? - через плечо она взглянула на часть Томана, в особенности на возглавляемый их дуэт. - Если ещё раз кто-то из вашей банды приблизиться ко мне, к моим друзьям или семье, я буду вынуждена обратиться за помощью в соответствующие органы.       - Н... не надо, Такемичи... - Аккун умолкнул под взглядом подруги. Отступил и поджал хвост.       - Вы увидели только часть того, что могло происходить и до этого. Чистая удача вашей прогулки. Кроме них самих никто не знает, сколько от таких боев пострадало и могло пострадать. - она нахмурилась, ощущая усталость во всём теле. Голова набухала, словно отёк. - Имейте голову на плечах и несите ответственность за проделки своей группировки. Это не справедливо и совсем не круто.       Отчитала каждого, отвернулась и зашагала прочь. Чувствовала внутри себя бушующую ярость, потухнувшую после болезненного стона Такуи.       - Прости. - тихо извинилась, грозно глядя на друзей. - Какого хрена вы такое допустили, а?! - повысила голос, стопой пиная Сузуки по колену. - Чего встали? Персонально получите от меня, каждый!       - Не кричи, Таке..мичи. Голова болит. - Ямамото осунулся и погрустнел. - Это я должен извиняться...       - Мы все. - Ацуши нахмурился, сжимая в кармане штанов рукоять ножа. - Я собирался сделать непоправимое. Прости меня. Такемичи.       - Прости нас, Такемичи.       Школьница гулко хмыкнула, сжимая губы в тонкую полоску. Возникшие рядом парни подхватили Такую сами, как и сумку подруги. Уместили её практически в центре их ряда - девушку слегка подвинули Ацуши и Сузуки, державшие Ямамото. Казуши прижимал к груди рюкзак, словно последнюю сплетню о группировке.       - Пошлите ко мне домой. Всё равно уроки прогуляли.       - Глазеть на твои плакаты с голыми моделями? Ну и срам, Макото.       - Постыдился бы Такемичи!       Манджиро сглотнул, резво поднимая руку в груди. Рубашка в районе сердца сжалась, практически до швов. Волны стихли, заставляя море отходить от берега. Давление пришло в норму, как и свежесть головы.       - Эй, Кенчик. - тихо позвал друга он, глядя на смеющуюся в далеке Такемичи. - Помнишь, как Эмма читала книги о любви в далёком детстве?       Рюгуджи нахмурился, явно не понимая, к чему был задан вопрос. Возникло дело, связанное с подрывом их репутации. Нарушение кодекса и всевозможных правил внутри Томана. Их, в конце концов, перед подопечными отчитала девчонка.       - Я, походу, оказался главным героем одной из них. - Майки поднял голову, глядя на удивлённое лицо Кена. - Что мне делать, Кенчик?

***

      - Да ты понравилась ему, Такемичи!       На заднем дворе было хорошо и спокойно. Забор высоко возвышался, словно тянулся к небу. Ощущалась свобода - стены школы не давили, орава гопников не пугала. Такемичи выдохнула, игнорируя слова довольного Ямагиши за спиной.       - Просто ахуеть! - Макото, позабыв о напряжении, разлёгся на газоне, неверующе глядя в плывущие облака. Закат постепенно наступал.       Такуя вздрогнул, когда ватный шарик коснулся его побитого глаза. Ханагаки провела по содранной коже. Раны зашипели белой пенкой, и Ямамото закряхтел через сжатые зубы. Больно, но не больнее, чем на той сцене. Он терпел - понимал, что Такемичи ради него также стояла и терпела нападки и давление Киёмасы. Влезла, спасла их всех, а также каждого отметелила своей сумкой. Ацуши, сидящий рядом, задумчиво вертел нож между пальцев, проворачивая и так, и сяк.       - А как ты их там, а! - Казуши резво поднял сжатую ладонь в кулак, резвым прыжком падая на Сузуки. Из его рта вылетела слюна и попала на линзы очков Ямагиши. - Какого хера, Макото?!       - Ты... дурень. - просипел он, сталкивая с себя недовольного друга. - Дебил, просто дебил...       Такемичи гулко шикнула на них, взглядом словно стреляя из ружья или другого оружия. Дуэт покорно замолчал и опустил головы, начиная шептаться между собой. Как бы не старались - до слуха всё равно доносились агрессивные и шумные перебивания друг друга.       - Вроде закончила. Осталась повязка только.       Аккун, вздрогнув от голоса, выронил нож. Лезвие упало в газон, блеснуло под солнцем. На секунду ослепило Сендо, но в голове короткий момент отпечатался тяжело и совестно. Если бы он не сдержался, выбрался и побежал туда, к своим друзьям. Нанёс первый удар, второй. Брызнула бы кровь. Запачкало бы руки и школьную форму. Заставило отшатнуться Такемичи и Такую назад, подальше от него - они увидели бы в нём убийцу. Побоялись бы остановить. Наваждение пропало, как только Ацуши проморгался.       Он взглянул на заботливо залепляющую глаз Ханагаки. Её глаза всегда смотрели на них с добротой - искренне. Часто она ругала их, отчитывала, как детей, когда те приходили на её задний двор побитые, словно груши для битья. Била в ответ, но без силы. Их и не было у неё. Сила её заключалась не в насилии, даже шуточном. В словах, ведь те били больнее любого удара.       Сейчас она молчала, не говорила и не бухтела. Не смотрела, серьёзно занимаясь полировкой внешнего вида Ямамото. Над головой зиял закат, и облака постепенно уплывали с Шибуи в сторону следующих городов. Подул ветер, колыхнувший концы газона. Ацуши ощутил спокойствие и поистине материнский уют. Сердце прекратило биться в страхе, принимая то, что есть и происходит прямо сейчас.       - Не знаю, почему вы полезли во всё это. - начала говорить она, как только марлевая салфетка полностью закрыла побитый глаз друга. Повернулась к ним, собирая остатки в небольшой прозрачный ящик - импровизированная аптечка. - Я вас простила ещё тогда, когда мы шли по улице к моему дому. Но это не значит, что вы поступили правильно, влезая в эту гоп-компанию. Определённо вы виноваты, но не столько, сколько эти... Томан, или как их там.       Качнула рукой в воздухе, с щелчком закрывая аптечку. Сложила её на свои колени, выдохнула. Ни злости, ни агрессии. Мимо пролетела белая бабочка, опустилась на цветочную клумбу рядом с забором. Дрогнула крыльями и вновь взлетела.       - Я не буду выделять правых и не правых. Я не судья, чтобы выносить приговоры. Я просто ваша подруга, которая переживает о вас, дурачках пустоголовых. Помните об этом, пожалуйста, и постарайтесь больше не подвергать опасности себя, а меня волнению.       Такемичи медленно поднялась с травы, отряхивая юбку.       - Спасибо тебе, Такемичи. - Ацуши поднялся следом, забирая из её руки прозрачную коробку. Упаковки с лекарствами качнулись следом. - Ты спасла нас, даже того не замечая. Ты была нереально крута там. - он наклонился к ножу, забирая его с травы и пряча в своём кармане. - Прости нас, друзей таких.       - Он прав, Такемичи. - Такуя слабо улыбнулся, склонив голову набок. - У тебя есть свои проблемы, и мы заставили тебя бросить их и прибежать к нам.       - Зато школу прогуляла и теперь явно окажется на слуху среди других банд. - подметил Ямагиши, резко шипя из-за боли в пояснице. Аккун хмуро взглянул на него, опуская ногу назад. - На самом деле правда, прости нас. Я... нет, мы и правда повели себя слишком...       - Не умеешь ты извиняться, Ямагиши. - Макото, выдохнув, дал слабый подзатыльник другу, уворачиваясь от выпада в ответ. - Такемичи, если мы и в следующий раз где-то проебёмся также, как и сегодня, смело можешь лупить каждого из нас столько, сколько хочешь.       Светлое небо окрасилось в жёлтое, и краски постепенно начались тянуться друг к другу. Словно ложка мёда. Ханагаки взглянула в небо, сжимая руки на груди. Громко усмехнулась, покачав головой.       - Эх вы, мальчики.