Хороший пикник!)

      С того момента прошла ночь. Удивительно, но в отличии от Зонтика, Пик не мог уснуть.. Места себе не находил! Должны были позвонить, когда Вару очнëтся.. Только что-то не звонили, и от этого королю было ещё тревожнее. Звуки хрустов пальцев не отпускали комнату и висели в ней до самого утра. Как и нервозность. Боязнь за своë чудо. Хоть и в обычное время пиковые часто ссорились. Ну как ссорились.. Постоянно подкалывали друг друга, даже иногда дрались. Но эти драки были больше похожи на игры дворовых детей. Никогда не было серьëзных травм или крови. И всегда всë заканчивалось смехом, иногда даже со стороны Пика. Поэтому одномастники не держали зла друг на друга. Да и потом никто не вспоминал это. Несмотря на эти все разногласия им было хорошо друг с другом. От них так и исходило что-то летнее и тëплое, когда те были вместе.. Что-то такое, как когда они купались на недавном пикнике. Очень хорошем, да.. Когда зелëный просто веселился, плескался в воде как ребёнок и заталкивал фиолетового в это маленькое недоразумение. Даже озером назвать нельзя, ведь такое мелкое.. А тот же злился и весь мокрый толкал спиральку. Уплывали друг от друга, ловили, в общем резвились по полной. И в эти моменты король забывал о своëм грозном характере, о своих правилах.. Просто.. Был Пиком-ребëнком, который любил так проводить время с валетом. Сам не знает, когда понял, что чувствует к этому вредному и активному солнышку больше любовь, чем ответственность.. Ему нравилось, когда они "играли в догонялки" в воде и ловили друг друга, даже можно сказать, в свои объятия. И если бы не такие отношения и клоны, то.. В любой другой вселенной, когда высокий словил низкого, я бы написала момент поцелуя.. Возможно такие мысли и в правду были у них тогда, но показывать такое пиковым было явно не по душе..       Зонтик же боялся. Боялся лишь думать об этой болезни. Боялся одной только мысли о том, что кому-то плохо. Тем более трефовому королю. Связь у них такая! С ним не так страшно. Он не делает так, как другие клоны. И всегда может успокоить, а точнее даже образумить глупые страхи. Ах, такой сеьëзный.. Умный. Единственный, с кем спокойно. В отличии от Феликса, тот не обидит случайно, потому что следит за собой, за словами. Хотя иногда перезагружает свои мозги этим. Слишком много думает о самоконтроле, что не может выражать мысли из-за этого. Как мило, что даже такой, казалось бы, серьëзный клон нуждается в ком-то рядом, кто мог бы хоть раз образумить уже его. Сейчас же рядом никого. Ни-ко-го. Мальчишка не понимал своих мыслей и эмоций. Само чувство боязни страшило до жути... А некая пустота и одиночество давили на него всë сильнее. В голову лезли думы о самых страшных концах. Что серый умрëт или впадëт в кому по непонятной причине, или сгниëт заживо.. Парень сидел на кровати, сжавшись в комочек. Слëзы на глазах пытались развеять кошмары. Всхлипы тревожности стояли долгое время, пока веки совсем не закрылись от усталости после стольких нервных часов..       Настало утро. Первый день без двух клонов. Он казался таким страшным, таким непредсказуемым.. Так и веял каким-то кошмарным сном. Словно это всë неправда и не должно существовать. Король хоть и появился на завтраке, но не ел. Ни малейшего кусочка. Ни одну макаронину. Да даже ни одной крупинки соли или сахара. И ни одного глотка. Не было ни сил, ни нервов делать что-то. На его лице оставалась ночная тревожность, но уже добавилась усталость от отсутствия сна. Дыхание не было ровным. Оно такое.. Будто ему тяжело это делать. Грудь с трудом поднималась. Глаза не смыкались, но очень хотели. Сухость в них словно резала и заставляла помокреть. Это естественно. Организм лишь пытается справиться с проблемой. Ничего такого в этом нет, но.. Ему ужасно от этого. Ужасно от всего. Ужасно от Зонтика, который всë пытается спросить про самочувствие и Вару. Словно пытался надавить на больное или задеть, подкинуть дров в огонь, хоть это было и не так.       А что касательно самого Зонтика? Малютка успевает переживать и за Куромаку, и за Вару, и за Пика. Уж больно много он волнуется, нет? Бедняжка в панике смотрел на каждого клона по очереди, не зная, что делать. Как-то и жалости к себе хочется, а как-то и не хочется, они же не должны.. Да и самому охота поддержать фиолетового. Видит же, как ему плохо. Но не может. Не выходит.. Потому что плохо самому. Голубой же искренне мечтает стать полезным для серого. Помогать ему, заботиться.. Да и просто время проводить в конце концов. Валет слишком чувствителен.. Слишком не понимает себя. Слишком боится почти всего. А его король.. Будто по щелчку пальца может убрать это. Потому что умный. И рядом с ним шестому кажется, что тоже умный и беспокоиться не о чëм. Но не последние два дня! Почему вообще плохие вещи случаются с хорошими людьми?!       Другие клоны? А? Точно-точно, остальные.. Феликсу казалось, что обстановка слишком напряжëнная. Слишком.. Грустная, плохая.. Обязательно требует разбавки. Чего сидеть страдющими? — Итак.. Как там.. Дела у вас? — с нервной улыбкой говорил жëлтый. — Ужасно! Как ещë может быть?! За всю ночь ни одного звонка! — взрывной характер восьмого никуда не делся, — А значит, он ещë не очнулся! А значит, есть риск умереть! — Н-но.. Куромаку говорил, что в наше то время умирают меньше десяти процентов.. — пытаясь быть похожим на серого, отвечал голубой. — Вот именно. Риск то никуда не делся, ты меня слушаешь вообще?! — Так! Если риск, что они умрут только десять процентов, то шанс, что они выживут целых девяносто! Это же больше половины! Ну, то есть.. Почти точно выживут. Наверное.. Я так думаю, — отпив чая из своей солнечной кружки, сказал тот, смягчив своë лицо. — Ключевое слово "почти", — сложив руки на груди, чуть расслабился высокий. — Ну.. Если честно, я согласен, — трефовый заправил волосы за уши, скромно отведя взгляд куда-то в сторону, сжав губки. — Зонтик, вот ты чего его слушаешь? Пик просто не в себе сегодня, вон, аж плачет. Но ты же должен понимать, что с ними всë будет хорошо! — почти крикнул желтяшка. — Я не-! Агрх, идиот, это просто глаза засохли! Тебе вообще рот никто открывать не разрешал.. Я не плакса, чтобы реветь из-за какого-то.. Вару. — Ладно, ладно, верю. Просто.. Пытаюсь помочь. Ты постоянно всë к плохому уводишь... А я хочу, чтобы ты улыбался. С Вару позавчера оы был такой счастливый. Он, конечно, иногда борщит со своими издëвками, ха-ха, — неловко посмеялся четвëртый, — Но зато весëлый! С ним интересно время проводить! — Да, только ваше времяпровождение — это сплошные нóски по дому и крики. Вы разбили моë любимое зеркало в коридоре! — возмутился Ромео. — Да, что вы вообще понимаете в этом? — вздохнув, король положил локти на стол, а лоб на свои большие ладони. — Сон — это чудо матери природы, вкуснейшее из блюд на земном пиру, — кое-как запихнув в рот солëную булочку, говорил наш мудрый клон. — Точно, сон, Данте, ты гений. Пик, иди, поспи. Ты же всю ночь по комнате шатался.. Мы, трефы, под вами живëм. Я заснул, ты ходишь, я проснулся, ты ходишь. Если вдруг позвонят, ты же.. Ты.. — голубой вдруг понял, как уверенно говорил и застеснялся, продолжив тихо, — Ты не сможешь поехать к Вару в полном рассвете.. Сил? — Вряд ли он будет рад тебя видеть.. В таком состоянии, — в своей манере указав на пикового движением кисти, пробурчал Ромео. — А если Вару умрëт, то в Фëдоре умрëт озорство?.. — сидя на краю диванчика, протаранил Габриэль. Да, был бы Куромаку рядом, он бы сказал, что это не так. Клоны может и являются олицетворениями черт характера, но сами по себе ими не являются.. Будь они ими, Фëдор ценил бы их намного лучше. Но, серого сейчас нет, а значит, что никто не ответит и близко подобное. Разве что фиолетовый. Давайте сейчас не трогать его? И так куча всякого на голову скатилось.. Бедняжка. — Ааа.. Я.. Не знаю, — почесав затылок, бормотал четвëртый. — Хватит, зачем вообще об этом заговорили?! — резкий крик раздался по кухне, высокий схватил голову ладонями, а пальцами запутался в своих волосах, тяжело дыша. Мысли путались, а глаза всë больше слезились. Ох, как же он ненавидел это чувство слабости в себе.. Усталость брала от него своë. Губы поджались, образовывая дрожащую линию. Веки всë сильнее сужались, не желая выливать из под себя эти тайландские водопады. Уши заложило, давление поднялось настолько, что внутри зазвенело, а мозг был готов буквально разлететься в клочья. Внутри груди словно ничего не было. Ни костей, ни лëгких, ни сердца, ни знакомой весëлой мордашки в нëм. Будто всë это влилось в черепную коробку и пыталось выбраться наружу через отверстия в ней. Парень не мог даже дрожать, пытался себя контролировать, сжимал мышцы в икрах и на бедренных костях. Он не мог даже банально встать с места. Было пусто не только в глубине, но и снаружи. Клоны испарились, как казалось королю. Как бы и чувствовал их присутствие, а как бы и нет. Одинокий, скучающий, в темноте. Казалось бы, мечта для него, но не сейчас. Не сейчас.. Не сейчас, НЕ СЕЙЧАС!!! Этот смех, эти крики, эти стоны боли, этот голос, фразы проносились в чëрной пустоте и зажимали бедного со всех сторон, заточали в ящик, стены которого состояли из слов любимого и сжимали его, сжимали, сжимали, сжимали и сжимали, и сжимали, и сжимали! Делая пространство всë меньше. Тот навеки дорогой вновь кричал, срывая голос. Пожалуйста! Пожалуйста, прекрати! Нет, не надо! Нет! Пик! Пик, Пик! Пик!! Бежал к фиолетовому по несуществующей темноте, тянул руку, не хотел отпускать, не хотел уходить, а пространство стягиволось, стягиволось. Высокий сильнее скрючивался, цепляясь за у, за а, за и, борясь со смертью и не хотя растëрзываться от размеров коробки. А она продолжала, а она не останавливалась. БУМ! И он теперь точка, и его больше нет. Вся жизнь, все кадры пронеслись вместо черноты и выключились, наконец услышав забвенные зовы клонов. — Пик! — громко говорил Феликс и тряс короля за плечи, — Пик, ты слышишь? — Я.. — не прошло и секунды, как парень осознал, где находится, и что происходит. Ключицы были сильно поджаты, но теперь, без словесного ящика, тот смог их расслабить и опустить, как грудную клетку, что, наконец, задышала полностью. Из глаз, судя по коже, уже несколько минут беспрерывно летела эта дурацкая, как он еë называл, вода слабости. А он ведь не слабый, он не жалкий.. Звон в ушах медленно утихал. Восьмой смог поднять голову. — Пик! Господи, всë хорошо, ты слышишь?! — жëлтый слегка успокоился и всë ещë смотрел рогатому в затылок. — Да, просто забейте, я.. Перенервничал просто.. — теперь же ладонью держал чëлку, чтобы та не липла к мокрым щекам. Голова начала сильно болеть после срыва.. Нет, если Вару увидит, он точно не будет в восторге.. Слабак, всë же слабак. Разрыдался перед всеми, как девчонка. — Соль.. Стягивает кожу, — розовый взял свою кружку чая, идеально сбалансированную. Заварка, ни больше, ни меньше, сахара ровно две ложки без горки. — Отстань, а. Меня это вообще не траронит.. — король медленно скрестил руки на груди, чуть дëрнув лицом, ведь пряди волос то и дело падали туда. — Н-ну.. Тебе правда стоит умыться, оно обычно по.. — хотел посоветовать голубой, но оказался перебитым. — Я не хочу сейчас. — он закрыл веки, не желая ни на кого смотреть. — А чего так? По Вару скучаешь?? — валет буби рассматривал кристаллики просыпанного сахара, словно считая их бесчисленное количество. — Не особо.. — чуть помедлив, проговорил тот. — А я вот скучаю по Куромаку.. И Вару тоже. Я волнуюсь за них. — бормотал себе тихо под нос трефовый. — Не начинай! И так уже эту тему всю обмусолили.. — немного прикрикнув, произносил фиолетовый. — Пик, ну мы же посочувствовать пытаемся!! То есть.. Не пытаемся, а сочувствуем. — выставив в его сторону руки, сказал Феликс, — Мы же друзья! — после чего улыбнулся. — Я, конечно, благодарен.. Но вы этим не делаете лучше! Даже, могу утвердить, совсем наоборот. Вы давите на и так больную тему, как бы это мерзко мне не было говорить. Я не хочу про это и слышать. Так что.. Ну. Да. — Извини, я.. Не подумал об этом, просто.. Подумал, что тебе не будет лишним поддержка, и.. Извини. — тихо пробормотал голубоглазый. — Да ладно, сказал, что не надо, ну значит и пофиг. — Ромео уже глазами и мыслями был в телефоне, двигая в нëм большим пальцем правой руки. — А если нееет? То что? — буби поднял голову, после чего тыкнул пальцем в сахар и взял в рот.— Почему сахар без ничего такой невкусный? — Потому что сахар без ничего приторно сладкий.. Его же создали, чтобы добавлять в продукты. А не есть.. В чистом виде. — ответил шестой, заправив волосы за уши. — Да короче! Это всё неважно. Давайте отдохнëм и подождëм звонка! Из больницы. Что мы ещë можем сделать? Или, нет, я придумал лучше! Давайте в магазин. Купим сладенького: тортиков всяких, конфеток. Если им сегодня полегчает.. Мы их порадуем!! Вару же любит конфетки. — с лучезарной улыбкой вскрикнул червовый валет, облокотившись ладонями и спинку стула пикового. — Это идея очень хорошая, правда, но.. Я не хочу тебя расстраивать. Куромаку мне рассказывал, что первое, чего нужно избегать при болезни, это сладости. Сахар там.. Он.. Что-то плохое делает. Иммунитет снижает вроде и.. Не помню. Но он говорил, что нельзя. — пытаясь аккуратнее сообщать, чтобы случайно не разозлить, произносил треф. — Ещë лучше! Давайте их добьëм вообще. — сарказным и возмущëнным тоном утверждал рогатый. — Ну тогда сами будем праздновать, ха-ха.. Дофамин там. Расслабимся... И вообще будет у нас всë круто! — В таком случае, это хорошо. Я не против развеяться.. — Зонтик чуть улыбнулся. — Они там умирают, а мы сладкое хомячим. Очень круто. — так же грозно продолжал восьмой. — Ну.. — шестой чуть помолчал, — Наверное, ты прав.. — Не слушай его! Пик, разве так сложно отдохнуть? Таблетку от головы выпей и иди спать. Если что, мы скажем! — Ага. Я сам лично от врача хочу услышать. Так что отъеись и.. Гуляй в своëм магазине. — король твëрдо встал из-за стола и тяжëлыми шагами потопал в их с валетом комнату. Взгляды клонов до дверного хлопка преследовали его спину. — Нервы. — промолвил Данте, закрыв глаза и легко пожав плечи. — Я слышал, что нервы есть в зубах. Они тоже переживают? — чëрные зрачки первого посмотрели на одномастника, не закрываясь почти всегда широко открытыми веками. — Пха, не знаю, как зубы, но Пик точно.— седьмой отпил из чашки, но чуть поперхнулся, — Кхра-..! Ужас. — У Пика и зуба есть общее.. Оба по три буквы и одному нерву. И есть у Вару. — ушастый, так же смотря на того же человека, лизнул указательный палец в сахаре. — Вообще-то, зубы есть у всех, но.. Спасибо, что поделился. — крести аккуратно взял свою чашку в обе ладони. — Мой закодычный товарищ. Общее есть у всего. Например, Данте и сон. Есть буква "н". Мозг трудится не покладая рук даже тогда, когда мы спим. Строит превосходные сны. Так что, мой мозг сейчас тоже пойдëт работать. Как говориться, крякнуть, плюнуть и надëжно склеить скотчем! — красный громко допил остатки какого-то чая и, держа за ручку, ударил дном стакана о стол, — Проще говоря, я спать. — Ну ты, как всегда. Ничего особого. — розовый стал поправлять чëлку и параллельно подниматься со стула вместе с другим королëм. — Так. Ну раз все расходятся.. То я пойду одеваться в магазин. Зонтик, Габриэль вы же со мной?? — четвертый повернул голову в сторону собеседников, начав рассеянно перекатываться с пяток на носочки. — Сладенькое.. Наверное? — неуверенно проговорил бубновый валет, за чем последовал голос трефа. — Я не хочу сидеть один.. — Ура, ура! Буду ждать вас на улице! Поки!       Спустя четверть часа двое валетов собрались у входа в дом. Феликс, встав на скамейку, пытался дотянуться до яблока аппетитно красного цвета, блестящего на ярком солнце. На углу здания стояла высокая яблоня. Плоды, выросшие понизу зелëной кроны были уже давно оборваны и съедены самими клонами или прохожими детьми с довольными рожами. Бубновый смотрел на него, хотя, вернее, на его живот и ноги, ведь сидел под деревом. В теньке. И слушал кряхтения четвëртого. Его руки тянулись изо всех сил, но ничего так и не выходило. Дверь дома вдруг открылась, откуда вышел и третий валет — Зонтик. Вначале выглянула его голова, а после уже и весь он. Поскольку жара последнюю половину месяца измучивает бедных горожан, треф оделся максимально закрывающе кожу: белая футболка, поверх которой лежала какая-то накидка в цвет джинсовой панамки, совершенно обычные шорты, разве что удлинëнные, ведь какие-нибудь штаны могли просто сжечь ноги, и лëгкие кроссовочки. В начале пекла шестой совершил большую ошибку. Собственно, как и почти все клоны. Ходить под палящим солнцем открытой одежде.. Это настоящий ужас. Всë обгорело. В душ ходить больно, спать больно, даже трогать больно! И как можно было забыть о существовании солнцезащитного крема.. Но Феликс так и не учëл события прошлого под предлогом "Лучше больно, чем жарко", оставшись в лëгком одеянии из майки лишь немного желтоватого оттенка и коротких беленьких шорт. Потому и был самым загорелым. В этом году он очень смуглый мальчик. Особенно на фоне того же Пика, вечно сидящего в своей комнате с вентилятором и водой со льдом. А вот Габриэля солнце вообще не цепляло. Оттенок кожи сменился совсем немного несмотря на частые прогулки до магазина и на озеро с другими клонами. Незагарающая кожа! Крем, не крем, ему просто плевать. Утемнение видно лишь тогда, когда он голый, в тех местах, куда лучи не попадают. Везучий..       Зонтик оглядел друзей и закрыл за собой дверь дома, выйдя чуть вперёд. — Феликс, мы идëм? — проговорил тот, поправляя головной убор. — Да, только я достану это яблоко.. — немного скрипущим голосом отвечал он. Стопы в сандалях переместились вначале на подлокотники скамейки, а с них на спинку. — Феликс, осторожно, ты упадëшь! — шестой несильно вытянул правую ладонь и шагнул навстречу. — Не упаду, всë круто будет! — четвёртый поднялся на цыпочки и легонько потянулся выше. Одна его ладонь схватилась за крепкую ветку, а вторая почти достала заветное яблоко, однако ножка всë таки соскользнула с деревяшки скамейки. На адреналине валет завладел плодом и всем телом прижался к сучкам и листьям. Через секунду, а возможно и две, его опора обломилась под весом и рухнула вниз. Но жëлтому удалось упасть довольно мягко. Да и зелëные пластинки помогли минимизировать боль. — Феликс!! Тебе очень больно?! — с обеспокоенным видом подбежал голубоволосый. — Ай.. Есть немного.. — жëлтый потëр бока и встряхнул головой, улыбнувшись. — Зато я достал яблоко! Наверху яблоки самые вкусные и красивые. — Ты же и себя поранил, и невинное дерево. А ветка высоко. Приделать еë обратно не получится. — Зонтик, ну ветка и ветка. Дерево новую отрастит. — Ах.. — валет поправил волосы, вздохнув. — Ладно.. Ты сильно ушибся? — Как видишь, живой. Да круто всë. Пошли в магазин! — За сл-, — не успел договорить Габриэль, как ему на самую макушку свалилось точно такое же яркое яблочко. — За сладостями. — Что?! Так просто?! — нахмурился тот в ответ, глядя на своë. — Это же Грушовка, что ты от неë хотел?.. — попытался что-то вставить в разговор треф, однако остался неуслышанным. — Глупые яблоки. — желтоволосый встал, отряхнулся и потëр плод об футболку, после откусив большой кусок. — Пошлите. А то вдруг с больницы позвонят, а мы ничего не успеем. — Точно, больница.. Я уже успел отвлечься от этого.. — меланхолично произнёс тот. — Тогда успей ещë раз? Мы разве не за сладостями? — очевидным голосом ответил представитель буби. — Да, нам всем нужно успеть отвлечься. Шанс, что наши друзья умрут, очень мал. А значит, и переживать нечего! — Им же плохо.. Температура, слабость, головная боль.. Это жутко больно! И лечится операцией! — Так они же спят. — тем же тоном сказал Габриэль. — Вот именно. Очнутся, им быстренько операцию сделают, и будут здоровые. — Всë не так просто, как тебе кажется! Медицина — важная штука. И очень тонкая. Может всë произойти. — Успокойся. Врачи всë сделают.. А мы поможем, как разрешат. — четвëрка подошëл ближе и обнял своего приятеля, пытаясь успокоить. — Когда люди спят, они здоровеют. Наверное, им будет.. Прикольнее, если они отдохнут в тишине? Вару было плохо от шума. Может оно к лучшему, что так сейчас есть. Наверное.. — первый вновь толкает важные вещи.. — Именно! Так что не переживай. Будь сам спокойным, чтоб не заболеть. А теперь держим путь.. В магазин! Точнее в ТЦ. Кто-нибудь помнит название места, куда нам надо, ха-ха?.. — Ах, просто пошлите.. — всë ещë обеспокоенный крести потопал первый в противоположную сторону от дома. А за ним уже и другие.       За делом валету стало легче. Волнение хоть и присутствовало, но не в такой мере, как раньше. Не то, что "одинокий волк, не умеющий контролировать свои эмоции", кем его в последнее время было всë труднее называть. Утренняя трапеза немного успокоила, однако ненадолго. Через считанные минуты правая стопа вновь барабанила по полу, а глаза парня были буквально приклеены к экрану, где висело открытым приложение для звонков. Он даже уже не знал, почему нервничал. Вроде понимает, что всë хорошо.. Скорее всего, частью этого было дело принципа. Просто узнать, что человек пришëл в себя. Жизнь в реальном мире действовала на него относительно хорошо: самосознание значительно увеличилось, а ментальный возраст словно достиг физического. Король стал себя немного менять. Не столько ради кого-то, сколько быть просто нормальным парнем. Хотя бы мыть голову и соблюдать правила гигиены.. Его бесполезное нытьë по поводу всего тоже начало медленно отступать, в замену уже немного существующему контролю. Принятие других людей, открывание глаз и подобное.. Но ведь это лишь начало, состоящее из мелочей. До идеала ему далеко, да.. Зато есть первые шаги к этому, что не отменяют его детскость. Интересно, а Вару заметил его старания?..       В любом случае сейчас есть только ожидание. Ожидание звонка. Вряд ли к ним можно будет прийти сразу после того, как те очнутся. Окрепнуть нужно. Да и.. Как вообще люди начали лечить чуму? Этот вопрос мучил Пика. Не то, чтобы прям терзал, но его интересовало, как раньше умирали от одного лишь прикосновения, а сейчас нет? Люди удивительны.. Из ничего создали целый мир. В котором они же и страдают. Король поднял взгляд в закрытое тёмными шторами окно и недолго потупился о него глазами. В эту секунду паранойя отключилась, а ноги фиолетового потянули его к столу, на которому стоял белый вентилятор. Странно, что у них покрас такой же, как у наушников: белый, черный и розовый.. Почему бы не сделать синий или там, допустим, красный? Но нет. Ладонь взяла светлую ножку, а человек не спеша вернулся в своë исходное место. Пальцы включили прибор. Лопасти быстро закрутились, создавая приятный и прохладный ветерок. Нечто подобное даже помогло восьмому немного расслабиться, а веки его стали поддаваться закону силы тяжести всë быстрее, как и всë тело в принципе. Ничего же.. Ничего же не случится, если пиковый приляжет лишь на секунду? Лишь на секундочку положит голову на подушку, а вентилятор на низкую тумбочку, и закроет глаза, задремав..       Так и закончилась утренняя рутина одномастников пострадавших от жалкой крысы клонов. Каждый разошëлся по своим путям отдыха от нервов.. Сложен всë таки человеческий мозг. Ни один даже философ не сможет в полной мере описать, каковы их чувства на самом деле, да? Теперь же остается только ждать развития событий..       Через три часа вся обстановка вокруг успокоилась и уже успела утрамбоваться. Обоим парням удалось забыть о своих.. Близких людях? На некоторый промежуток дня. Зонтик отлично провел время с друзьями, и это подняло его настроение со слезливого до вполне улыбчивого. Ему казалось, что даже шаги стали легче, хоть и весь груз с тела не уходил. Пиковый король, в свою очередь, отоспал несколько недоспанных ночью часов и немного восстановил энергию организма, который требовал ещë и еды. Спать днем — действительно страшная штука. В отличие от ночи, дневное время совсем теряется в пространстве, и никто не знает, пробудешь в забвении ты полчаса или четверть суток. Так счëт течения потерял и фиолетовый. Однако проснулся он не по своей воле, а от телефонного звонка со столь желанным номером. Восьмой вначале даже разозлился и хотел вовсе отключить телефон спросонья, пока не открыл глаза и более-менее пришёл в себя. Стоило только осознать это, как внутри что-то трепено сжалось, а трубка мгновенно оказалась взятой. Да, это она — администрация реанимационного отдела главной городской больницы.. Голос молодой девушки спокойно произносил те слова, что мечтал услышать рогатый всю ночь. И плевать он хотел на свои принципы при одной мысли, что эту вечнохихикающую зелëную какашку когда-то может не стать, и это когда-то так близко. И вот сейчас. Оба парня пришли в адекватное состояние. Если Вару очнулся от грëз, то Куромаку сумели сбить температуру до 38°, и он хотя бы немного смог здраво мыслить. Но Вару.. Вару. Живой.. Хоть и больной, безразлично. Главное, что уже немëртвый. Рука короля сжимала телефон всë крепче, а когда женский голос сообщил все подробности и распрощался с близким пациента, тот полностью распрямился в сидячем положении на кровати и одним медленным тяжëлым выдохом сбросил лишний груз, казалось, физически.. Обе ноги короля свисли и твердо оперлись о пол, взяв на свою часть колен давление в виде двух локтей, которые, в свою очередь, тоже держали вес, звавшимся головой. Пальцы ладоней сжали длинные фиолетовые волосы, что находились у лба. Восьмой закрыл глаза, нахмурился и расслабил свои плечи, заставив их опуститься. Он собирался немного так посидеть, продышаться и поймать это ощущение улыбки с усмешкой после полного осознания ситуации. Прошло хоть и полминуты, но этого хватило, чтобы вновь вернуться к необдуманному образу. Высокий встал, недолго остановился взглядом на зеркале и потопал в коридор, оставив свою дверь открытой, чего часто старался избегать. Возможно, что это происходит из-за довольно близких отношений с Вару в последнее время. А точнее, из-за его беспечности. Всë таки Пик собрался стать более адекватным человеком, не жить же ему без цели. А лучший способ изменения — общение. Он просто привык к простоте валета и стал подражать ему в мелочах, сам того не замечая. Хотя, нельзя сказать "подражать в мелочах", ведь зеленому всегда было было плевать. Всë делал поверхностно. Рогатый попробовал и.. Это оказалось легче, чем тот делал обычно. Хоть и его мелочность была не настолько дотошной, как у Куромаку..       Пиковый встал на пороге гостиной, опираясь на стену. На слегка синеватом диване сидели Ромео с Данте, занимаясь своими првседневными делами. Розовый возился с недавно поставленным пятном крови на краю своей домашней рубашки. Буквально пару минут назад червовый случайно порезал палец, когда собирался перекусить творогом с кусочками яблока. Бубновый же, полностью разложившись на своём месте, смотрел какой-то канал с эстетичными картинками и тихой музыкой, поставленный седьмым на фон, заедал скуку чипсами в блюдце. Рогатый прошел до середины комнаты и плюхнулся в кресло, начав разговор. — Куда остальные делись? Я их не слышу, они не дома? — спросил Пик, уставив взгляд в экран недорогой плазмы. — Апф, они же в магазин ушли проветриться, — легкомысленно ответил король червей, всë старательнее оттирая загрязнение, — Утром за столом ещё об этом говорили. — Может я не помню, да, раз спрашиваю? — чуть раздражительно буркнул фиолетовый. — Они скоро должны вернуться. Зонтик в группу писал, что они уже возвращаются. — подметил красный, чуть приподнявшись и взглянув на высшего, — А что? — Да так. Одна новость.. — У, я так полагаю, что-то хорошее? Выглядишь радостным. — закинув ещë три снека в рот, бормотал третий, привлекая внимание розового, что он аж поднял голову. — А? Ну, да.. Выглядит.. Максимально счастливым. — скептическим тоном произнёс тот, явно показывая отрицание своего высказывания. — Так что за новость? Неужели наконец из больницы позвонили? — седьмой с рукой облокотился о спинку дивана. — Да, буквально только что. Сказали, что нашим стало лучше. Конечно, не особо: Вару просто очнулся, а Куромаку ненадолго темпу снизили, как они говорили. Можно было позвонить и раньше, чтоб сообщить об этом. Администрация мне сказала, что у них так уже часа четыре. И типа они хотели убедиться, что состояние пациентов не упадет! — недовольно крикнул восьмой. — Меньше слов, больше дела, знаешь? — повторил поговорку бубновый. — Ага, ага, мне плевать. — И то есть это всё? Они больше ничего не говорили? — удивленно спросил Ромео. — Нет, почему? Говорили. Там вообще много всего. Дождусь этих и расскажу. Не хочу повторять лишний раз. — Оно понятно.. — седьмой рассеяно опустил взгляд, и на глаза вновь попалось это гадкое пятно. — Да что ж такое..       Прошли считанные минуты, как входная дверь громко распахнулась, и дом наполнился шумом. Феликс выпрыгнул из обуви и босиком побежал в гостиную. Недолго думая, и Габриэль потряс стопами, дабы скинуть тапки. Самым последним в зале появился взволнованный Зонтик. — Данте написал, что тут что-то важное, э- — Неужели уже можно навестить Куромаку с Вару?! — с яростной улыбкой перебил голубого жёлтый. Он встал напротив Пика. — Так быстро?? — недоумевая, первый уже сидел на полу около места на диване, где разлëживался его одномастник, и тоже приступил к вкусным чипсам. — Агх, я думал, это Вару — главный источник шума. Пф.. — недовольно воскликнул фиолетовый. — Так рассказывай быстрее! Тебе позвонили из больницы?.. — шестой нервно перебирал пальцами, ссутулившись, что был ростом почти с неровно повешенный телевизор, около которого сейчас и находился. — Именно. Я уже говорил Ромео и Данте, что наши пришли в себя. Короче. Мне сказали, что к Вару и Куромаку сейчас прийти нельзя. Типа у них там какой-то инкубационный период. Их будут обследовать, всякие анализы брать и подобное. Пока этим занимаются, к ним нельзя будет прийти, так как опасность заразиться, да и вообще нестерильно. Это всё будет в районе 4-6 дней, что там еще.. Да, вот, они более-менее вылечатся за это время, и им останется только операция по удалению бубнов. — Бубонов.. — поправил голубой. — Ага. Короче говоря, одни антибиотики, разные таблетки и всякое такое. Там на двоих какой-то огромный счёт в 30-40 тысяч, но у Федора есть страховка на инф-.. Ин-фек-ци-он-ны-е болезни. Господи, кто придумывает эти слова. — недовольно цыкнул пиковый. — Какое счастье.. — облегченно выдохнул тот, положив ладони на свою грудь. — А разве это не бактериальное заболевание? — ненароком спросил Габриэль. — Ох, точно.. — вспомнил Зонтик. — Да разница? Значит на бектериальные. Одно и то же. — легкомысленно пожав плечами, ответил Пик. — В любом случае.. Ээ.. Деньги — не проблема! Если что, мы будем работать! — улыбчиво воскликнул желтый. — Говори за себя. Я явился сюда и регистрировался в этом мире целых два месяца, не для того, чтоб пахать где-то курьером или официантом. Это проблемы Фëдора, что он нас ничему не учит, поэтому он и будет платить. — недовольно добавил фиолетовый, взглянув в экран телефона. — Ну тебе жалко что-ли? Разве ты не больше всего хотел помочь? — Я? Я говорю о том, что деньги — это проблема конкретно Федора. Тем более у него там деньги есть, так что.. — Я согласен. Я искренне не хочу марать руки в посуде в каком-то замухрышном кафе или надрывать спину этой огромной сумкой с вонючей едой, иу. — с выражением отвращения на лице поддакивал Ромео. — Может у Фëдора на бактериальные страховая. Я не знаю, для меня одно и то же. — легкомысленно промычал Пик. — В общем, что передали, то и сказал. А я пойду дальше спать. Разбудил меня этот звонок. — Оу, сладких снов, высыпайся.. — негромко проговорил Зонтик. — Спокойной ночи! — уперев кулаки в бедра, заулыбался ярче желтый. — Дня. Спокойного. — поправил валет бубен. — Хм, действительно.. Хотя, не говорят "спокойного дня".. — Потому что "спокойной ночи" — устойчивое выражение. Мне Куромаку рассказывал, что-.. — не успел договорить треф, как пиковый его перебил. — Да, да, да, можешь уже начинать. По лишним поводам меня не беспокоить. — кратко проговорил тот и удалился в свою комнату, на этот раз уже закрыв дверь, ведь сонные веки смыкались после недолгого адреналина.       Остальное время протекало довольно неплохо. Особенно относительно первого. Есть такое, что им всем мешало это странное, необычное ощущение, что они что-то забыли, что нечто сейчас по-другому, и им это не нравится. Однако всё не так уж и ужасно с мыслью, что где-то там в больнице друзьям пытаются помочь. Шли долгие четыре, даже не годы, лишь дни, пока звонок из больницы вновь не поступил в дом клонов. Правда, в этот раз с уже более радостной новостью. Инкубационный период завершен, медицинское обследование и экстренная профилактика заболевания чумой проведены, что значит лишь одно — больных больше нет смысла изолировать. Соответственно, сегодняшним вечером состоится выписка. И вновь полился шум из всех домашних щелей. Подготовка пылала яростно, резко и эмоционально. Нельзя расстраивать итак уставших от недельней беготни! Они абсолютно должны отдохнуть по полной. И в этот раз точно удачно. В домашней обстановке и проверенными продуктами. И вот снова нервы Пика пробудились в нём новой вспышкой. А вдруг что-то.. Опять пойдет не так? И из всех снова лишь Зонтик сочувственно и безмолвно улыбался ему в коротких возможных промежутках времени. Понятие, принятие, спокойствие. Тот план, по которому хотел жить валет всегда. В данный момент это шло для него так гладко, как никогда. А разве нужно по-другому? Просто идеал.       А совсем скоро наступил и сам долгожданный момент встречи. Клоны делятся на две группы и садятся на разные такси, дабы доехать до больницы и забрать наконец их близких друзей. Чувства внутри накаливали, все органы будто пульсировали от эмоций, боясь, что за эти пять дней двое парней волшебным образом изменились до неузнаваемости. Однако все страхи оказались напрасны.. Когда медсестра вывела уже здоровых парней, то перед глазами карт возникли те же Вару и Куромаку. Абсолютно никак не изменившиеся, если не считать потрепанный вид серого, который уже болтал себе под нос о том, как счастлив выходу из совместной палаты. Клялся, что больше никогда в одной комнате с валетом пик жить не будет. Сам же валет пик насмешливо улыбался и хихикал, пока его взгляд не упал на короля-одномастника. Фиолетовый, сжав челюсть до боли, а кулаки до побеления, упирался глазами исподлобья в лицо живой спирали.. Уже любопытная рожа отвечала ему эквивалентной эмоцией, лишь по-другому выраженной. Долго им молча переглядываться не удалось. Феликс первый накинулся на кресто-пиков с объятиями и визгами, а после уже и подоспели остальные. Не будь гордости и неловкости, рогатый сам бы крепко сжал в своих руках эту глупую, неуклюжую карту, но, раз этого не произошло, король просто подошёл, неумело и нахмуренно ткнул указательным пальцем левой руки очкастому прямо в лоб, наклонился и что-то тихо прошептал. Пока желтый держал выздоровших за руки и очень громко говорил слова радости, скучания по ним и прочей, прочей штуки, кудрявый натянул хитрую улыбку вновь и лукаво пробормотал ответную фразу, без злобы засмеявшись, и тем самым заставив своего одномастника почувствовать агрессию и жуткую неловкость. Тот сложил руки на груди и с якобы неприязнью отвернул голову. Сердце внутри так приятно скакало, приказывая поджать губы, дабы не расплакаться, как какая-то маленькая девчонка. Вару выдернул свою кисть из ладони четвертого, протянув её фиолетовому. — За ручку тебя подержать, девушка солдата? — с широкой ухмылкой сказал кучерявый. — Да ты ничего не понимаешь, как всегда, сволочь ты слепая! — высокий, со злобой прокричав эти слова, схватил валета за плечи и под его смех стал трясти, продолжая голосить разные выражения. Во время типичных пиковых влюбленных разборок Зонтик встревоженно стоял около своего очкастого одномастника, тоже взяв его за руку. Он взглядом спрашивал о драматичном объятии, получив одобрительный и уставший вздох от серого. Его ладошки коснулись спины второго, в то время, как его собственная спина начала дрожать. — Прошу, только не разводи здесь своего постоянного-.. — не успел тот договорить, как голубой уже навзрыд плакал, прижимая его, как какую-то игрушку. — Я так и знал, что подобное произойдёт.. — Король не был предрасположен к тактильности, но легонько обнял вечную плаксу в ответ. К ним присоединился и вечно счастливый Феликс, который утешал голубого и одновременно рассказывал, как у них все проходило в течение пяти дней. Ромео стоял неподалеку, рассматривая комочек из людей с небольшой ухмылкой. Габриэль, сложив губки и наклонив голову, глядел на разъяренного Пика, которому Данте всё пытался что-то сказать.       Так и закончилась история хорошего пикника в лесу, идущая словно на протяжении года.. Дом клонов не стихал до самой ночи. Может быть и в это время происходили некие разговоры, но это другое событие.