Бюро особых магических услуг госпожи Джин

Проводи меня к излучине реки,

Проводи меня до конца битвы.

Смой яд с моей кожи,

Объясни мне, как стать исцелённым снова.

Взлети со мной на серебряных крыльях,

Мимо той тьмы, где поют сирены.

Согрей меня сиянием новой звезды,

И сбрось меня к мечте внизу.

Потому что я лишь трещина в этом замке из стекла.

Почти ничего не осталось, что ты можешь увидеть,

Что ты можешь увидеть.

      В его теле было спокойно. Защищено. Словно за крепким панцирем. Мозг освободился от лишних мыслей, сердце билось ровно. Взгляд изучающе скользил по гостиной, останавливаясь на фигуре подруги. Пэнси металась из угла в угол, прижимая руку ко лбу и бормоча себе под нос. Живоглот наблюдал за ней из края гостиной, нервно подёргивая хвостом. Она видела руки, что она так любила. Красивые, утончённые, но в то же время очень сильные руки. Гермиона провела пальцами по второй руке, чувствуя его кожу. Прикрыла глаза, глубоко выдыхая. — Как её могли найти? Ты говорила, что она не высовывается из своего городка, — спросила Пэнси, остановившись прямо над Гермионой. Гермиона подняла на неё взгляд, и сердце не изменило ритма. — Мы с ней виделись последний раз год назад, — глухо сказала она. Приятный баритон лился из её горла. — Она завела семью. С маглом. Родила ребёнка. Пэнси вздохнула с отвращением, снова бормоча что-то себе под нос. Сердце стучало как и прежде. Ей не хотелось менять его тело на своё. Сейчас она буквально была укрыта его объятиями. — Как её звали? — спросила Пэнси напряжённо. — Лилия, — брови Гермионы приподнялись. — Лилия Белая. Это имя ей очень подходило. — Что ты теперь будешь делать? — спросила Пэнси нервно. — Теперь без… — она замялась. — Ты не сможешь попасть на приём Кингсли… Гермиона перевела взгляд на подругу. Пэнси застыла, обхватив себя руками. Её напряжённые глаза смотрели прямо на Гермиону. Высокая, с мощным, крепким телом, она была ей нужна. — Джин не сможет. А я смогу. И ты мне поможешь в этом. Я не отправлю Драко одного туда.

***

      Он стремительно вернулся к трибунам. В зоне аппарации он мгновенно начертил руну и переместился на Арену. По трибунам прокатился ропот — его уже ждали. Гарри остался позади. Перед ним возвышалась белокаменная арка, изрядно пострадавшая от предыдущих сражений. Камни осыпались с неё, оставляя разрушенные фрагменты. На другом конце Арены он увидел Невилла, который стоял без малейшего удивления. Драко понимал, что ему всё равно, с кем драться, главное — закончить поскорее. Зрители вели отсчёт, крадя драгоценные секунды. Драко лишь на мгновение поднял взгляд на ложу и встретился с чёрным внимательным взглядом. Было ли сожаление на его лице? Отнюдь. Драко поклонился, когда Невилл начал приветствовать его, а затем лениво отбился от первого заклинания. Невилл оказался неплохим противником. Очень неплохим. Этот бой мог бы быть очень интересным. Жаль, что он ему не нужен. Он успел укрыться за колонной, когда в её вершину врезалось взрывное проклятие. На трибуне кто-то ахнул. Кто-то неизвестный. Важный для него человек был далеко, и Драко не был уверен в его безопасности. Косой взгляд в сторону министерской ложи немного отвлёк его. Если этот человек виноват в том, что Грейнджер едва не погибла, Драко собственноручно его выпотрошит. Драко едва не пропустил новую вспышку заклинания от Невилла. Он отвлёкся на таблицу турнира. Этот бой он уже считал своей победой и знал, что точно выходит во второй раунд. Оставалось эффектно победить Невилла и набрать очки зрительских симпатий. Невилл удачно подставился, когда Драко сковал его ледяным заклятием. Сначала ноги, затем руки, приморозив их к каменной стене арены. Невилл дёрнулся, но затем улыбнулся. Драко медленно подошёл к нему, чтобы забрать палочку и освободить. Невилл похлопал его по плечу, оставив на нём льдинки. — Ты в порядке? — спросил Невилл с тревогой. Драко покачал головой и выдавил улыбку. — Всё нормально, — ответил он, сначала показав трибунам палочку побеждённого, а затем вернув её владельцу. Сейчас не время для зрелищ. Он чувствовал разочарование, скользящее по трибунам. Все знали, что на него ставили больше всего, а бой был слишком коротким. Драко поклонился в четыре стороны, аппарировал с Арены в ложу и быстро покинул её, направляясь к порталам. Он ощущал напряжённые и испепеляющие взгляды на спине и едва сдержался, чтобы не ответить неприличным жестом. В Атриуме царила тишина, лишь несколько листовок взметнулись в воздух, когда он появился. Затем он направился к камину. В его квартире её не оказалось. Когда он переместился через камин в её гостиную, на мгновение замер. Пэнси смотрела на него с тревогой, нервно заламывая руки. В её ладони уже был бокал огневиски, который она снова отпила. Его точная копия сидела в кресле, гладя подбородок пальцами. Когда она подняла взгляд на него, он почувствовал ледяное спокойствие. — Бои закончатся через десять минут, не больше, — сообщил он, подходя ближе. Она скользнула по нему изучающим и раздевающим взглядом. — Что будем делать? — спросила Пэнси, подойдя сбоку. Она успела обновить свой бокал и теперь выглядела спокойнее. Драко же хотелось выдрать себе волосы. Странное спокойствие Гермионы только усиливало его тревогу. — Ты пойдёшь с Поттером. Если что, будешь отвлекать гостей и Кингсли. Ты, — он посмотрел на Гермиону, которая ответила ему таким же пронзительным взглядом, — останешься здесь и будешь ждать моего возвращения. Я должен быть там, чтобы видеть, что он задумал, — он с силой оттянул волосы. — Чувствую, что это ещё не конец… — Хорошо, — спокойно согласилась Гермиона. Его собственный голос звучал странно. — Иди. Он с подозрением взглянул на неё, затем перевёл взгляд на Пэнси и снова на неё. — Не смей ничего делать без моего разрешения, — сказал он угрожающе. — Иначе я оставлю тебя с Нарциссой. Она наверняка согласится пропустить этот приём. На её губах мелькнула улыбка, но глаза оставались серьёзными. Она легко кивнула. — Хорошо. Теперь они обе, точнее, одна его копия, смотрели на него, и ему нечего было добавить. Он отошёл к камину, держа Гермиону в своём теле под прицелом пальца. — Жди меня, — прорычал он, и зелёное пламя поглотило его. Он появился вовремя. Атриум, ещё недавно пустой, быстро заполнился волшебниками, которые оживлённо болтали. Не всем было суждено попасть на приём. Драко пробирался сквозь толпу, пока его не заметил кто-то из знакомых, и ему освободили дорогу. Он прошёл вперёд, нашёл взглядом Поттера и встал рядом. Джинни и Рон тоже были здесь, как и новички, часть которых не прошла во второй раунд. Взгляд Поттера был напряжённым и изучающим. Драко шепнул ему на ухо: — Всё в порядке. В этот момент министр поднялся на трибуну и поднял руки, призывая толпу к тишине. Драко приподнял брови: разве министр не должен был произнести речь ещё у Арены? — Спасибо всем, кто пришёл, — мягко сказал он. Толпа мгновенно замолчала, словно заворожённая. — Надеюсь, вы хорошо провели время. О следующем турнире объявит мистер Нотт, но, думаю, ждать придётся недолго. Министр посмотрел прямо на Драко. Злость вскипела в его груди. Казалось, этим взглядом он признавался во всём. — Те, кто хочет продолжить вечер, прошу… С этими словами его руки описали широкий жест, и камины в Атриуме вспыхнули зелёным пламенем. Волшебники, не теряя времени, направились к ним. Толпа вокруг редела, а Драко не мог оторвать взгляда от министра, который с улыбкой наблюдал за происходящим. — Пошли, — Гарри дёрнул его за рукав, и тот наконец пришёл в себя. В очереди к камину он увидел Нарциссу, которая мягко кивнула ему и скрылась в пламени. Ощущение, что Гермиону нельзя оставлять одну, усилилось. Музыка оглушила его. Они оказались на огромной террасе, окружающей старинный особняк. Белые колонны, лепнина, белоснежные балки. В некоторых местах вились белые розы, а внизу блестел бассейн. Драко заметил оркестр, исполнявший торжественную музыку, и танцовщиц с перьями, порхающих вокруг. Толпа радостно приветствовала их. Драко с трудом пробрался к белым перилам террасы, потянув за собой Гарри. — Пэнси придёт, — сказал он. — Будет помогать, если что. Гарри кивнул. — Какой у нас план? — спросил он, глядя прямо в глаза. — Сначала разведаем обстановку, потом попробуем осмотреть особняк. Она уверена, что дневник и амулет спрятаны где-то здесь. — Лучше подождать. Сейчас здесь слишком много народу, — с сомнением произнёс Гарри. Драко раздражённо посмотрел на него: — Тогда не мешай. Тем временем Кингсли возник в центре толпы, привлекая внимание, и направился дальше, взяв бокал с шампанским с подноса официанта. Дождался, пока все взгляды обратятся на него, и приподнял свой бокал, открывая вечер. — Отдыхайте, — мягко произнёс он, и музыка сменилась на танцевальную. Драко поморщился от усилившегося шума, но вскоре заметил Пэнси. Она возникла в толпе, приподнялась на цыпочки, осмотрела всех, нашла их взглядом и помахала рукой, направляясь к ним. Поцеловала Гарри быстро, скользнув губами по его, и потянулась, чтобы поцеловать в щёку Драко. Он склонился, позволяя ей это. Аккуратный поцелуй коснулся его кожи, и она отстранилась, глядя ему прямо в глаза. Чёрные, окружённые густыми ресницами, спокойные и невозмутимые. От неё не пахло огневиски. — Грейнджер, твою мать…

***

      Покинуть толпу волшебников в собственном доме оказалось легко. Он ловко лавировал среди людей, раздавая улыбки, и вскоре оказался у особняка. Поднявшись наверх, он направился к комнате, где хранились секреты. Там его ждали омут Памяти и сумка с воспоминаниями. Раньше он пренебрегал ими, в первом же наткнувшись на сексуальную фантазию мистера Поттера. Тогда он не хотел разочаровываться в нём и отложил эти воспоминания. Теперь он был обязан просмотреть их все.

***

— Возвращайся, — угрожающе произнёс Драко, нависая над ней. — Ты не можешь разгуливать здесь без присмотра. Маскировка Пэнси была привычна сейчас ей. Гермиона холодно проигнорировала его. Она взяла бокал шампанского с подноса официанта и уставилась на танцовщиц на сцене. Толпа восторженно ликовала. Она заметила, что Драко едва сдерживается, чтобы не схватить её и не утащить прочь. К ним приближалась Нарцисса, за ней следовала другая девушка. Гермиона замерла, не успев поднести бокал к губам. — Добрый вечер, — робко произнесла девушка. Её роскошные каштановые волосы мягко обрамляли приятное лицо, а светлые, прекрасные глаза были широко раскрыты. Воздушное, почти белое платье навевало воспоминание о безе. Она напоминала кроткую овечку, случайно оказавшуюся на этом празднике. Позади неё стояла вторая девушка, которая вызвала у Гермионы необъяснимую тревогу. Габриэль, подруга Теодора Нотта, обняла Асторию за плечи, словно защищая её. На Габриэль была чёрная кожаная куртка Теодора, в которой он участвовал в Играх, надетая поверх коктейльного платья, а на шее виднелась какая-то цепочка. С ними уже были Тео и Блейз, а также Джинни и Виктор Крам. Гермиона, в образе Пэнси, получила объятие от Виктора под напряжённым взглядом Драко. Пока остальные обменивались приветствиями, Гермиона искала пути отхода. Но внезапно перед ней появился Драко. — Где Джин? — спросила Джинни, растерянно оглядев собравшихся и остановив взгляд на Драко. — Она не придёт? — Джин плохо себя чувствует, — ответил Драко, явно едва сдерживая раздражение. Его рука преградила путь Гермионе, когда она попыталась пройти мимо него. — Сегодня её не будет. — Очень жаль, — произнесла Джинни, обменявшись растерянным взглядом с Роном и Гарри. — Я зайду к ней вечером. — Хорошая идея, — легко согласился Драко. — Могли бы прямо сейчас вместе с Пэнси проведать её. — Да, кончай, Драко! Сегодня праздник! У нас сегодня прямо встреча выпускников, — улыбнулся Тео, хлопнув Драко по плечу. Тот даже не шелохнулся. — Приехала даже Астория, её привезла Габи. Представляешь! Будет открывать модный дом в Лондоне. Раз ты сегодня без Джин, мог бы хотя бы сопровождать Асторию, она совсем одна. — Давно мечтала об этом, — мягко сказала Астория, опустив взгляд на свои жемчужные браслеты. — Нарцисса, то есть миссис Малфой, обещала помочь. Гермиона посмотрела в глаза Нарциссе, чьи черты остались неизменными. Её взгляд был прикован к тому, как Драко прижимает Пэнси к перилам, а между бровями залегла складка. Словно очнувшись, она кивнула. — Да, конечно… — Отлично, — кратко сказал Драко. — Давайте выпьем, раз уж стоим тут, — предложил Блейз, перехватив поднос у проходившего мимо официанта. Гермиона отказалась от нового бокала, но заметила, что его подала Габриэль. Она странно посмотрела на неё и затем улыбнулась. Блейз и Тео явно были заводилами. Наконец, Драко оторвали от перил и вовлекли в разговор, но он не сводил глаз с Гермионы. Она пригубляла шампанское, поглядывая на особняк, чувствуя необходимость его проверить. — Я в туалет, — шепнула она Джинни, которая стояла рядом, и под внимательным и протестующим взглядом Драко проскользнула мимо. Видя, как Астория опирается на его плечо, а он позволяет ей это, она почувствовала укол ревности. Но сейчас, в образе Пэнси, она не имела права ревновать его, а Драко, вероятно, даже не осознавал, что происходит. Она точно не собирается ждать, пока Драко начнёт действовать, поджидая удобного случая. Казалось, что такого времени никогда не настанет. А он пока может отвлечь гостей на себя, в случае чего. Она пробралась сквозь толпу веселящихся, танцующих и громко разговаривающих волшебников к главному входу, который был широко открыт. Спросив у официанта, где находится дамская комната, она получила подробные указания и отправилась по указанному пути. Гермиона глубоко вдохнула и окинула взглядом просторный холл. Второй этаж терялся в полумраке, а комнат было слишком много. Ей нужно найти нужную. Хорошо, что она взяла с собой Детекторное стекло. Оно покажет близость тёмного артефакта — того самого амулета, который Драко нашёл в кабинете Кингсли. Пользуясь чарами обнаружения человеческого присутствия, она чудом избежала столкновений с официантами и гостями, которые, как и она, возможно, искали туалетную комнату. Наконец, в конце второго этажа она увидела то, что искала: дверь и комнату за ней, они не поддавались Детекторному стеклу и обнаруживающим чарам. У Гермионы пересохло во рту, и она быстро облизнула губы, пряча стекло в складках платья. Прислонив руку к замку, она осторожно попробовала отпирающие чары: — Алохомора, — шепнула она. Замок даже не щёлкнул. — Алохомора дуо… И снова ничего. Она нервно переступила с ноги на ногу. В теле Пэнс ей было невыносимо: жарко, неудобно. Она прильнула глазом к замочной скважине, чтобы увидеть, что происходит внутри, и заметила движение. Едва успев выпрямиться, она увидела, как дверь распахнулась. Гермиона отвернулась к окну и, когда повернулась к министру Магии, изобразила искреннее изумление: — Прошу прощения, я заблудилась… — Вы заблудились, — констатировал он и запер за собой дверь. Замок щёлкнул, а палочку он спрятал в карман. Он что-то скрывал за своей спиной, что заставило Гермиону чуть отступить назад. — Мисс?.. — Просто Пэнси, — постаралась улыбнуться Гермиона, но ей было трудно дышать рядом с ним. Казалось, от него исходит зловоние. — Почему вы здесь одна и без мистера Поттера? — Кингсли внимательно посмотрел на её сжатые перед собой руки. — Я искала уборную и заблудилась… — И вы прошли мимо всех уборных на двух этажах? — Бруствер приподнял брови. Он выпрямился, и Гермиона вдруг осознала, насколько он высокий. В полутьме коридора он выглядел угрожающе, и его тёмная кожа не была видна. Только белые склеры глаз и чёрные, пронизывающие глаза. — Хватит скрываться, мисс Грейнджер. Я знаю, что это вы. Гермиона ошарашенно отступила, упёршись спиной в стену и, кажется, задев багет картины. Мысли хаотично метались в её голове. Кажется, это и предчувствовал Драко, пытаясь держать её вдали от этого приёма. Сейчас же она могла полагаться только на себя. Гермиона могла бы попытаться напасть на него, но Кингсли явно знал, о чём она думает, потому что с усталостью в глазах покачал головой. — Это мой дом, и защитные чары не позволят причинить мне вред. Они сообщили, что здесь находится человек под Оборотным зельем. — Его взгляд стал жёстким, а в руке появилась склянка с зельем. — Это антидот. Вы, конечно, хорошо его знаете, ведь используете почти каждый день. Если вы попытаетесь что-то сделать, то все будут удивлены, увидев вас здесь. Он сделал шаг навстречу, словно угрожая, но она тоже шагнула к нему. Её рука взметнулась и ударила его в грудь. Он слегка пошатнулся, а она зло рассмеялась. Маскировка Пэнси явно была сильнее её настоящего тела. — Оставьте Драко в покое! Что вам от него нужно? — А вам? — Кингсли приподнял брови. — Что маглорождённой волшебнице нужно от единственного наследника чистокровного рода… Она не поверила своим ушам, ошарашенно вздохнув и пронзив его взглядом. — Вы всегда поддерживали таких, как я! — Пока вы не начали рушить мои планы, — он слегка наклонил голову. — Почему нельзя просто быть хорошей девочкой, чего от вас и ждали? Она рассмеялась глухо и надрывно, словно звук исходил из самых глубин её души. Всё происходящее казалось ей издевательством. — Откуда вы узнали меня? — спросила она, но её голос всё-таки дрогнул. — У меня есть свои источники, — ответил он, уклоняясь от прямого ответа. — А что с ней? Девушкой, которую здесь знали как Джин? Что вы с ней сделали? — в её голосе клокотала злость. — Понятия не имею, о чём вы, — ответил он спокойно, но в нём чувствовалась угроза. Абсурд достиг своего апогея. — Всё вы знаете! Вы оставите меня, Драко и Министерство в покое! — рыкнула она. Её слова наполнили комнату нестабильной энергией, и свечи в конце коридора начали мерцать. Ци бесновалась внутри неё, вот-вот грозясь пролиться наружу. — И тогда я могу пообещать вам справедливый суд. Он долго смотрел на неё, пока она с трудом пыталась восстановить дыхание. Её сердце бешено колотилось от напряжения и злости. Кингсли тяжело вздохнул, словно собираясь с мыслями. — Готовы ли вы к тому, что справедливый суд настигнет всех, кто замешан в этом деле? — тихо сказал он, шагнув ближе. — Драко и Гарри Поттера — за фальсификацию расследования о хищении артефактов из Отдела Тайн. Миссис Малфой — за лжесвидетельство. Мисс Паркинсон — за растрату средств и незаконное использование Оборотного зелья. А также всех, кто знает о вас, за укрывательство преступницы… Что касается вас… — он сделал паузу, пристально глядя на неё. — За убийство двух авроров при исполнении и за нападение на министра… Вас и Нарциссу ожидает смертная казнь, а Драко, Гарри и Пэнси — заключение в Азкабане. Представьте, сколько ещё людей вы потянете за собой? Липкий ужас сковал её внутренности, лишив возможности дышать. Если раньше она думала только о мести, то сейчас понимала, что в действительности она всех подвергает опасности одним своим присутствием. Министр магии поник плечами, словно груз на его плечах был невыносим. Словно она заставляла его делать всё это. Гермиона отступила назад, потрясённая. — Вы не имеете права на это… — прошептала она. — Вообще-то имею, — он прищурился, почти скрывая белые склеры своих глаз. — Но не хочу, чтобы это произошло. Всего этого можно избежать, если вы уедете и прекратите портить жизнь Драко. Он никогда вас не сможет полюбить. Злость вытеснила страх, как лавина сметает всё на своём пути. Она готова была броситься на него и разорвать голыми руками. — Откуда вы всё это знаете?! — она крикнула, срываясь на истеричный тон. — Политика — тёмное дело, — ответил он, не отводя взгляда. — Чтобы спасти стадо, иногда приходится убить одну больную овцу. Поверьте, так будет лучше. Без вас мы прекрасно справлялись, и никто не был в опасности. Давайте я вам кое-что покажу… Он протянул ей руку, но она посмотрела на него так, будто он предложил ей ядовитую змею. Он тяжело вздохнул. — Я единственный, кто может аппарировать здесь. Обещаю, что не причиню вам вреда, мисс Грейнджер. Доверьтесь мне в последний раз… Она быстро облизнула губы, превозмогая дрожь, и коснулась его руки. Их закрутило в водовороте. Они оказались за пределами его особняка. За спиной простирался сад с аккуратно подстриженными кустами и фигурами. Множество белых роз уже отцвели, их нежные лепестки пожухли и смялись от времени. Осень кружила пожелтевшие листья. В темноте вечера среди розовых кустов прятались белоснежные каменные скамьи. При виде одной из них чужое сердце в груди Гермионы сжалось. На скамейке сидел Драко. Его белая куртка была распахнута, рубашка расстёгнута. Женские руки скользили по его груди. На его бёдрах сидела девушка в белом платье с объёмными юбками, которые почти скрывали его ноги, но обнажали руки, обнимавшие её талию. Каштановые волнистые волосы полностью скрывали его лицо. Судя по движениям и звукам, исходившим от них, они целовались. Она отступила, споткнувшись о корень. Кингсли предпринял попытку подхватить её, но затем передумал. Он лишь скрестил руки и посмотрел перед собой. — Видите? Всё это к лучшему, — тихо сказал он. Драко прервал поцелуй, и она наконец увидела его лицо. Он пылал, кожа была красной, дыхание тяжёлым, глаза блестели. Он будто не замечал её, и Астория снова притянула его к себе. Гермиона попыталась аппарировать, чтобы не видеть этого, но барьер не дал ей уйти. Развернувшись, она бросилась прочь, ломая розовые кусты и царапая платье и руки. За ней раздавались щелчки аппарации. Министр следовал за ней, как тень. Она врезалась в барьер, отлетела назад и в бессилии ударила по нему кулаками. Громкий раскат раздался вокруг, а блестящие нити расходились от места удара. Сердце разрывалось на части. Казалось, его вырвали с кровью. Слёз не было, только хриплое дыхание. Она закрыла глаза, опустилась на землю и коснулась лбом барьера. Ци утекала из неё, впитываясь в землю. Она чувствовала себя беспомощной и опустошённой. Последняя ниточка её сомнений оборвалась, звонко щёлкнув её пощечиной по коже. Она всегда подозревала это, но так надеялась, что была для него чем-то большим, но сейчас… Он освободил её. Она здесь была не нужна. Наоборот, она становилась обузой и реальной угрозой для тех, кто ей дорог. Решение пришло внезапно. Она услышала хруст коленей и почувствовала мягкое прикосновение его руки на своём плече. Не найдя сил оттолкнуть его, она отвернулась. — Мне жаль, но этого стоило ожидать. Я знаю о проклятии Драко, — произнёс он. — Он не сможет любить сейчас никого, даже вас. Вы для него не дороже любой девушки на этом приёме. — Замолчите, — едва слышно прошептала она. — Я обещаю найти способ снять проклятие, — продолжил он. — Тогда ваш брак с ним рухнет, и они с Асторией смогут пожениться и продолжить его род. Всё к лучшему. Простите за прямоту, но это необходимо. Она всхлипнула, желая, чтобы он ушёл и оставил её наедине с горем. — Я помню, какими друзьями мы с вами были, мисс Грейнджер. Ради этого я позволю вам уйти сегодня. Покиньте Магическую Британию и никогда не возвращайтесь. Не разрушайте жизни невинных людей, которые выбрали вашу сторону. Не берите на себя такую ответственность. Она оттолкнула его руку и поднялась. Он протянул ей бутылку с прозрачной жидкостью, но она выбила её из его рук. Бутылка разбилась, и антидот впитался в землю. Он прищурился и протянул руку: — Позвольте, я выведу вас. Она прошла мимо него, не сказав ни слова. Вернулась в сад, где фонтаны и белые розы скрылись под покровом ночи. Издалека доносились музыка и смех, но ей они казались лишь какофонией бессмысленных звуков. Раны на плечах от розовых кустов саднили, а сердце разрывалось от тупой, ноющей боли. На белоснежной скамейке среди роз никого не было.

***

      Голова разрывалась с неминуемой силой, а желудок сжался. Кто-то подхватил его и наклонил. Кажется, его тошнило, и, судя по звукам, ужасно. — Бля-я-я, ты попал мне на брюки, — послышался голос, кажется, Тео. Драко с трудом раскрыл глаза. Незнакомая комната, одновременно смутно знакомая. Недалеко от них сидел Блейз и морщил нос. Драко приподнялся на локте, пытаясь сглотнуть. — Где я?.. — У меня дома, — ответил ему Блейз. — Пришлось увезти тебя, пока ты не сожрал Асторию. — Я? Что?.. — у него получилось изобразить недоумение, а затем его снова стошнило. Голова продолжала ныть, жутко мутило, а воспоминания как будто обрывались на моменте, когда он видел уходящую от него прочь спину Пэнси, под обликом которой скрывалась Грейнджер. Её долгое отсутствие настораживало, и он попросил Гарри отвлечь гостей, пока будет обыскивать особняк. Но за ним увязались Астория и Габриэль. Кто-то, в ком он с трудом узнал Гарри, опустился перед ним на колени и протянул зелье трезвости. Характерный мятный запах ударил в нос, и Драко жадно к нему потянулся. Но оно не принесло облегчения, ведь он не ощущал себя пьяным. Скорее отравленным. — Что произошло? — Драко с трудом принял вертикальное положение, опираясь руками о колени. Почему-то его рубашка была распахнута на груди. Гарри хмуро переглянулся с рядом сидящим Тео и опустил вниз глаза. — Габриэль вернулась и сказала, что ты решил прогуляться с Асторией, а потом Тео… — Хотел уединиться в саду с Габи, она тащила меня туда, там я и нашёл тебя и Асторию, где вы активно заталкивали языки друг другу в глотки, — почему-то невесело сказал Тео. Пустой желудок болезненно свело, и Драко закашлялся, широко раскрыв глаза. — Вы рехнулись? — только и смог сказать он. — Мы нет, а ты, возможно, да, — глухо ответил Гарри, поднимаясь на ноги. Он с некоторым пренебрежением посмотрел на Драко. — Хорошо, что Джин этого не видела. На твоём месте я бы признался. — Я не изменял! — резко ответил Драко, пытаясь встать. Но его качнуло, и он снова рухнул на кушетку. — Я ничего не помню. Драко лихорадочно пытался восстановить события в памяти. Помнил, что вечером кто-то снова и снова подносил ему бокалы с шампанским. Ему тогда стало жарко, а дальше — пустота. Как будто он очнулся здесь, в доме Забини. — Мне нужно найти Джин, — Драко снова попытался встать. Ему удалось сделать несколько шагов, но голова раскалывалась от боли. Это ощущение было ему очень знакомо. Слишком сильно. Он с трудом посмотрел на Гарри. — Пойдём. Гарри явно сомневался. Его рука неуверенно поднялась и опустилась, а губы тихо пробормотали что-то неразборчивое. — Я присмотрю за ним, — Гарри повернулся к Блейзу и Тео, перекинул плечо Драко и помог ему идти. Они добрались до камина. Драко внутренне напрягся, ожидая очередного приступа тошноты после перемещения. Когда они оказались в гостиной Поттера, Гарри тут же отпустил его и отошёл. Его взгляд был полон разочарования. — Я бы ударил тебя, но ты не оценишь, — наконец с полной силой и кривя губы сказал он. Драко поднял на него тяжёлый взгляд исподлобья. — Я не понимаю, о чём ты. Клянусь своей магией, я ничего не помню. Голова болит так же, как после «лунатизма». Как будто мною снова управляли. Гарри недоверчиво хмыкнул и обошёл Драко по кругу, не сводя с него взгляда. Он двигался по своей гостиной, где всегда царил хаос: разбросанные коробки и свитки. Драко еле держался на ногах, опираясь на каминную полку. — Я предупреждал тебя, чтобы ты не обижал Гермиону, — выдохнул Гарри явно с трудом сдерживая гнев. — Думаю, она видела тебя в саду, поэтому сбежала. — Она… что? Гарри резко остановился. Он засунул руки в карманы, точно сдерживаясь, чтобы не наброситься на Драко. Его лицо исказила гримаса презрения, и он выплюнул: — Её нет. Живоглота она отдала Пэнси, даже не сказав ни слова. Выглядела она, мягко говоря, плохо. И ушла. Пэнси обыскала её дом. Она собрала только самое ценное, и явно в спешке. Её нет, Малфой! Она снова сбежала, и теперь никто не знает, где она. Рука наконец обрела крепость, и Драко с трудом повёл головой в поисках консервной банки с порохом, швырнув в камин всю банку, он переместился в её гостиную. Она явно собиралась в спешке, потому что частично вещи были брошены, а стеклянный шкаф с зельями был распахнут и совершенно пуст. Не обращая внимания на муть в желудке, Драко, опираясь руками о стены, двинулся сначала в её спальню, где царил ещё больший беспорядок. Угрюмо обведя комнату взглядом, он оттолкнул следовавшего по пятам Поттера, и вернулся в гостиную. Там двинулся к стене, где остался раскрытый проход вниз. Внизу отмахнулся от ринувшейся на него стайке златоглазок, где в ближайшей комнате и обнаружил Пэнси в своём настоящем облике. Она выглядела бледной, даже бледнее обычного, а глаза красными и заплаканными. Она испуганно схватилась за свою палочку, когда услышала его шаги, и её выражение лица мгновенно сменилось на злость. Она направила палочку на него и пальнула в него чем-то разъярённым. Драко едва успел пригнуться. Гарри ринулся между ними, вытягивая руки. — Пэнс! Он ничего не помнит. Драко оглядел комнату. Это было её место для зельеварения. Пустое. Ни одной склянки на полках, но зато много свитков, которые Пэнси читала до его прихода. — Изменник, — прошипела она, будто Гарри ничего не говорил. — Я бы убила тебя… Драко хмуро посмотрел на неё и тяжело опёрся о холодную каменную стену пещеры. — Мной управляли, я могу поклясться. Я бы никогда так с ней не поступил. Где она? — Кто? Гермиона или Астория? — злобно спросила она. — Пэнс, — предупредил Гарри. — Думаю, он действительно не помнит. Драко закатил глаза, что вызвало сильную боль. Он застонал, схватился за голову и слегка присел, так как ноги его не держали. — Я чувствую, что она жива. — Пэнси подняла руку, являя на ней сверкающие золотые нити, Непреложный обет, данный Гермионе. — Но я никак не смогу отследить её. Несмотря на общее состояние, теперь в его голове засела только одна мысль. Где искать её? — Я должен её найти. — скорее всего, сам себе сказал он. Пэнси фыркнула. — Удачи, я не смогла отыскать её, пока она сама не пришла ко мне. Гарри с сомнением посмотрел на него. — Ты передвигаться не в состоянии, не то что колдовать. Я могу попробовать снова найти Боунс, но потом придётся снова стирать ей память. — Само пройдёт, — процедил он сквозь зубы и направился в самую дальнюю комнату её лабиринта, опираясь о стены. Дверь была распахнута, а комната — пуста. Омута памяти не оказалось, но в маленьком шкафчике стояла единственная склянка с воспоминанием, возможно, оставленным для него. Драко взял её и молча прошёл мимо наблюдавшего за ним Поттера. Он поднялся наверх и зашёл в её спальню. Большая круглая кровать пахла ею. Не раздеваясь, он закутался в простыни, чувствуя действие чьих-то успокаивающих чар. Гарри принёс из Малфой-мэнора семейный Омут памяти, и теперь он тускло мерцал в углу её спальни. Картинка перед его глазами повторялась снова и снова. Многое встало на свои места. К нему приходили, что-то говорили и уходили. Он им не отвечал. Иногда забывался поверхностным сном, иногда напряжённо смотрел в сторону её пустого шкафа. Через какое-то время услышал шум пламени и открыл глаза, ожидая, когда человек, навестивший его, приблизится. Лёгкий звук шагов и аккуратная походка. Так мог ходить только один человек. Драко закрыл глаза, чувствуя, как она садится на кровать и касается его плеча. По её запястью скользнул серебристого цвета браслет. — Пойдём, Драко. Тебе нужно там быть. Он откинулся на спину и устало выдохнул. Сухой, отрывистый кашель вырвался у него из глотки. Он не желал быть там, но был обязан. Нарцисса же встала и держала руку до тех пор, пока он всё-таки не взялся за неё.       Толпа людей в чёрном выглядела слишком многочисленной. Все стояли, склонив головы, перед открытым гробом. В нём лежала девушка с заострённым профилем. Её белые волосы аккуратно обрамляли когда-то красивое лицо. Светлые ресницы и полное отсутствие румянца делали её похожей на фарфоровую куклу. Она была одета в белое платье, символ свободной женщины, а руки сложены на груди, где лежала одинокая белая роза. Он лишь однажды взглянул на неё и больше не поднимал глаз. Девушка, которая не заслужила такой судьбы, была слишком тесно связана с той, о ком он не мог забыть. Его руку всё ещё сжимала женская ладонь. Рядом стояла Нарцисса в чёрном платье с вуалью на лице. Чуть позади находились те, кто знал эту девушку, хотя и не подозревали, кто скрывается под её личиной. И те, кто точно знал, кем она была. Напротив него стояли те, кто пришёл поддержать именно его. Волшебники из Аврората и Министерства, вероятно, видели их на газетных фотографиях, но здесь были только из чувства долга. Среди них была и Габриэль, обнимающая Асторию за плечи. Обе были одеты в чёрное. Они так и не обсудили случившееся. Астория избегала его взгляда, и было ясно, что она сильно сожалеет о произошедшем. Возможно, виня себя в её смерти. Волшебное кладбище было огромным и скрытым от посторонних глаз. Лишь те, кто обладал магией, могли сюда попасть. Множество одинаковых надгробий возвышались среди местами пожухшей травы. Яма, в которую опустили гроб, была засыпана землёй, поднявшейся в воздух по взмаху палочки министра магии. — Покойся с миром, Джин Онг, — произнёс он. В тот же миг на белом надгробии проступили чёрные буквы. Джин Онг. Возлюбленная. Руки с волшебными палочками поднялись в воздух, выбрасывая множество белых искр. Свет от них окутал их, словно мягкое покрывало. Он почувствовал чужое, но такое родное присутствие. Она осторожно проникала через землю, наполняя его энергией по невидимым каналам. Драко резко повернул голову, пытаясь понять, откуда исходит этот импульс, но они были одни на кладбище. Кто-то ахнул, и Драко обернулся. Из свежевзрытой земли, один за другим, начали пробиваться листья. Они быстро росли, превращаясь в сверкающие белые лилии. Какой-то корень оплёл могильный камень и сжал его, заставив треснуть, разорвав фальшивые имя и фамилию. Раздались вдохи ужаса или потрясения, а Драко не мигая смотрел на камень и на то, как лилии разрастаются на её могиле, покрывая всё собой, вплоть до носков туфель стоявших. — Она была выдающейся волшебницей. Её утрата — большая потеря для всех нас, — спокойно, но решительно произнёс Кингсли, поднимая руки, чтобы успокоить собравшихся. Он читал о таком раньше. Земля могла оживать, принимая волшебников. Цветы расцветали, а звери приходили на могилу. Но сейчас это было не оно. Драко отпустил руку Нарциссы и, отойдя на шаг, попытался найти её взглядом, наткнувшись на Пэнси, что как зачарованная смотрела на цветы на могиле. Но присутствие прекратилось. Она исчезла, не поговорив с ним и даже не попрощавшись. Шорох шагов за спиной заставил его насторожиться, и он чуть повернул голову. На его плечо опустилась тяжёлая рука, слегка похлопывая. — Прими мои искренние соболезнования, Драко, — произнёс Кингсли Бруствер и, не задерживаясь, направился к собравшимся, которые один за другим покидали это кладбище. Драко поднял голову и встретился взглядом с Гарри. Тот с отвращением, отстранённостью и злостью проводил взглядом уходящего министра. Несмотря на то, что она ушла, кажется, с Поттером теперь слишком много дел. Сама не зная того, она затеяла революцию. Но он будет осторожен, зная, как много стоит на кону.

***

      Она приблизилась к границе, за которой простирался сад, а за ним возвышался белокаменный особняк. Сумерки сгущались, будто она вела за собой ночь. Прежняя музыка давно смолкла, тени торжества растворились. С силой ударив кулаками о завесу, она услышала раскат и увидела, как белые нити начали подниматься вверх. Ещё удар, наполненный Ци, и снова. Нити не исчезали, а расползались, как паутина, разбивающаяся на осколки стекла. Завеса с грохотом рухнула, а она лишь отбросила волосы за спину и вошла внутрь. Её руки опустились по обе стороны тела, напряжённые и готовые. Ладони развернулись, и с них начало стекать синее пламя, набирая силу. Оно быстро распространялось, охватывая пожухлую траву и розовые кусты. Повядшие белые бутоны морщились и чернели. Она шла к особняку, поднимаясь по ступеням, где огонь не мог её достать. Защитные чары ощущались сильнее, они сопротивлялись и щекотали нервы. Глубоко вдохнув, она наслаждалась ароматом поднимающегося за ней пожара. В карманах её белоснежного платья, длинного и элегантного, словно вызов сопернице, лежали два флакона. Они были похожи как две капли воды, и целители часто используют такие сосуды. Внутри каждого плескалась алая субстанция. Она бросила их на землю, ослабив действие чар крепости. Осколки разлетелись в стороны. Сущности внутри вырвались наружу с громким рёвом. Они быстро набирали силу, превращаясь в существ, которых она ненавидела всем сердцем. Оба застыли, как в прыжке, и уставились на неё сквозь узкие щели своих зрачков. Она подняла руку, и они жадно проследили за её движением. — Уничтожить, — мягко произнесла она, впервые за долгое время. Существа чуть склонили головы, будто поклоняясь, а затем, оттолкнувшись массивными лапами от белоснежного гранита, взмыли в воздух, ломая его. Их огромные хвосты, похожие на полотна, извергали адский огонь, который охватил здание даже там, где не должно было гореть. Она лишь улыбнулась, прикрывая глаза. Рычание монстров и рёв пламени за спиной заставили её глубоко вдохнуть и раскинуть руки. Она знала: её ненависть, воплощённая в ярости, не подведёт. Внутри бушевал огонь сильнее, чем когда-либо. Вдруг перед ней появился кто-то, пытаясь укрыться от огня. Тёмная фиолетовая мантия развевалась, а шапочка слетела от порыва ветра, поднятого хвостом одного из существ. Вокруг него вспыхнули защитные чары, и он смог выпрямиться. Его напряжённый взгляд встретился с её, а палочка у горла усилила голос: — Я предупреждал вас, мисс Грейнджер, — спокойно, словно отчитывая ребёнка, сказал он. — Чтобы вы не совершали глупостей. Мне придётся арестовать вас и передать дело мистеру Поттеру. Она рассмеялась, не дав ему договорить: — Арестовать меня за порчу имущества? — прищурившись, она раскинула руки. — Мне нечего терять, и я признаю поражение. С картинным поклоном она исподтишка запустила в него огненный синий шар, который разбился о его барьер. Чары были сломаны — звери добрались до ядра особняка. Усмехнувшись, она исчезла в вихре аппарации.