Он - пират

Компания спускалась по каменным неровным ступеням в крамешной тьме, но все же сильно не замедляясь, понимая, что до лодки еще добраться надо, опасность не миновала. И словно в подтверждение их догадок, стены пещеры вдруг начали издавать довольно сильный треск, после чего на головы откуда-то сверху посыпалась мелкая скалисткая крошка. — Проклятый кальмар! Быстрее! — бранился напряженный Тизиан, поспешив вниз, — Этот осьминог решил нас всех здесь схоронить! Капитан обогнал Ёрана, дабы оказаться ближе к Эвтиде, чтобы защитить собой от грядущей напасти. — Не бойся, я тебя прикрою. — заявил Амен, беря в свою размашистую ладонь ее хрупкую. Она не видела командира, но вмиг ощутила его незримое присутствие, отчего на душе сделалось спокойнее, он не бросит ее. Четверка спустилась и поспешила как можно скорее добраться до выхода из ущелья, но едва увидев проблески лунного свечения, как все вокруг оглушающе загрохотало и огромные валуны стали падать прямо возле их ног, угрожая в любую секунду придавить собой. — Бежим! — крикнул предводитель и все тут же ринулись к выходу, перепрыгивая через упавшие камни. Тизиан добрался первым, пропуская вперед Эву и убедившись, что ей удалось выбраться, обернулся на приближающихся пиратов и увидел следующее. Амен почти добежал до выхода, но валуны посыпались с новой силой, так и норовя задеть капитана, и одному это почти удалось, если бы не Ёран, что бежал следом. Он быстро сориентировался и оттолкнул капитана в сторону, а сам был насмерть раздавлен огромным камнем. Командир поднялся на ноги, оглядываясь на своего верного помощника, что пожертвовал собой ради спасения своего предводителя. — Спасибо, друг. Задерживаться опасно, а потому мужчина поспешил к выходу, наконец оказавшись за пределами ущелья, но перед этим протолкнул вперед Тизиана, который буквально прирос к земле, сраженный гибелью товарища. Теперь их трое. Эвтида с ужасом смотрела на то, как валуны продолжают падать, засыпая собой пещеру вместе с пиратом, который когда-то доставил ее на борт «Непокорной». Одинокая соленая слеза стекла по смуглой щеке, а сердце сжалось от внезапной потери. оказалось, девушка успела проникнуться к нему. Кто бы мог подумать. Интендант был не менее ошарашен произошедшим, неверяще глядя на то место, где только что был вход в ущелье. Они хоть и бранились постоянно, но все равно приходились друг другу добрыми друзьями. — Надо уходить. — нарушил минуту скорби Амен, похлопав Тизиана по плечу. — Я готов. — сказал пират, отворачиваясь от ненавистной скалы, после чего скрылся в гуще джунглей. — Идем, Эва. — обратился к девушке капитан, беря ту за руку и утягивая следом. Добравшись до берега, путники сразу заметили ожидающих их Ливия и Уилла, что сидели на влажном песке. Лоцман тут же подорвался и поспешил к Эвтиде, заключая ее в свои крепкие объятия. — Я так волновался! Хвала Калипсо, ты цела! — Потом порадуешься, уплывать надо. — грозно скомандовал предводитель, направивишись к шлюпкам. — А где Ёран? — встревоженно глядя на интенданта, спросил Ливий, выпустив девушку. — Погиб. — мрачно ответил Тизиан, проследовав за командиром. Лоцман тут же изменился в лице, на которым теперь отражалась неподдельная скорбь по храброму собрату. Но мужчина сумел взять себя в руки и вслед за всеми поспешил к лодкам.

***

— Немедленно отплываем! — едва забравшись на корабль, прокричал капитан, — Погода портится! — Думаешь, это снова он? — поинтересовалась Эва, с опаской глядя на хмурого пирата. — Да. Иди ко мне в каюту и не покидай ее пока все не закончится. — повелел Амен, после чего присоединился к своей команде. Эвтида послушно выполнила указание, спешно поднявшись на мостик и вошла внутрь жилища. Огляделась, размышляя где бы лучше притаиться, чтобы ее ненароком не придавило какой-нибудь мебелью. Зацепилась за массивную деревянную кровать и забралась на нее, хорошо ощущая как судно начинает крениться то в одну, то в другую сторону. Повернула голову к окну, за которым сгустилась неведомая тьма, дождь лил стеной, а ветер отчаянно свистел, вынуждая волны подниматься и выплескиваться на палубу. Отвернулась, укрываясь одеялом и плотно сомкнула веки, взывая ко всем возможным Богам земным и морским, чтобы уберегли «Непокорную» и ее капитана от гибели.

***

— Амен! У нас слишком сильный крен! Завалимся скоро! — кричал Тизиан, ухватившись за мачту, дабы не выпасть за борт. — Справимся! Еще немного протянуть надо! Там заканчивается! Видишь? — указав в сторону ясного горизонта поспешил успокоить друга командир, пробираясь к Ливию, что прирос к штурвалу. — Я помогу! — ухватившись за руль, предводитель пытался удержать корабль на плаву. — Капитан! Не было никогда ненастья такого! — кричал лоцман сквозь бушующий ветер и плотный дождь. — Верно! Это Аш старается! К Дейви Джонсу отправить всех хочет! Но не выйдет ничего у этого дьявола! — уверенно ответил мужчина, навалившись на штурвал. В конце концов «Непокорной» удалось выйти из страшного шторма, потеряв пару матросов, которых смыло сильной волной, захлестнувших корабль. Тучи развеялись, а теплое солнце проливало свои лучи на мокрую палубу, красиво поблескивая. Амен стоял на капитанском мостике, оглядывая команду и возможные повреждения его судна, а спустя время обратился к вымотанным мужчинам. — Сегодня мы потеряли несколько славных пиратов! Один из них спас мне жизнь, пожертвовав собой! Других же забрал Дейви Джонс пока они храбро сражались со стихией! Почтим же их подвиги и светлую память как подобает! По кораблю разлилась знакомая Эвтиде пиратская песня, от которой сердце ее болезненно сжималось, пока она завороженно смотрела на отважного капитана, открыв дверь его каюты. Неожиданно для самой себя губы ее начали едва заметно двигаться, тихо подпевая команде. В этот момент по смуглой коже пробежали мурашки, а глаза наполнились слезами, но девушка не проронила ни единой, стойко скорбя вместе со всеми. Хотела подойти и встать рядом с командиром, оказать немую поддержку, но внутри продолжало растекаться неприятное ощущение обиды, заполоняя собой всю душу . Она резко захлопнула дверь и начала нервно расхаживать из стороны в сторону, гнев овладел ею, вытесняя любые теплые чувства к мужчине. Хотела высказать все то, что на душе накопилось. Долго ждать не пришлось, внутрь зашел Амен, весь промокший с головы до ног, потому снял свой камзол и положил на стул, оглядывая Эву, что остановилась и яростно сейчас смотрела на пирата, встав прямо напротив него. — Это все ты! Ты во всем виноват! Из-за тебя я едва не поцеловала его! Как смел оставить меня с этим страшным человеком?! — громко ругалась девушка, размахивая руками и прожигая капитана своими карими глазами. — Ты..не сделала чего? — вмиг рассвирепевший мужчина схватил Эвтиду и прижал спиной к стене, нависнув сверху. Жгучая ревность завладела сознанием, хотя он понимал, что виноват перед ней, но справиться с собой пока не мог. — Поцеловала! Оставалось немного, капитан! Ты ведь знал с самого начала что меня там ждет, так почему не поделился? Не предупредил нормально?! — кричала пленница, нанося отчаянные удары по мощной груди, — Ненавижу! Я тебя ненавижу! Будь проклят тот день, когда ты забрал меня! — слез не было, осталась лишь горькая обида на пирата, что так просто оставил ее, хоть потом и спас. Амен резко перехватывает женские ладони, крепко сцепляя их в одной своей руке и поднимает наверх, а сам наклоняется к ее лицу, тяжело дыша. — Я не мог поступить по-другому. Таков был уговор. — грозно заявил командир. — Мне плевать на какой-то там уговор! Отпусти меня сейчас же! — Отпустить? Нет, теперь никогда. — Это еще почему? Я желаю отправиться домой! — Доставлю домой, можешь быть уверена. — раздраженно сказал пират, прижимая своим торсом к стене женское тело. — Доставишь? — неверяще взглянула на Амена, бегая карими глазами по мраморному лицу. — Доставлю. — тихо ответил мужчина, неотрывно смотря на розовые губы, — А потом опять украду. — Не посмеешь. — сощурила свои карие глаза Эвтида, пытаясь высвободиться из стальной хватки. — Посмею. — ухмыльнулся пират, проводя пальцами свободной руки по краю глубокого выреза красного платья, — Он подарил? — Да. — дыхание девушки перехватило как только капитан начал касаться ее там. — Красивое. — Не в моем вкусе. Пусти уже. — Нет. — Почему? — Потому что не могу. Едва договорив, командир страстно завладел мягкими губами, напористо толкаясь внутрь горячего рта языком, а ладонь переместил на тонкую шею, слегка сжимая. Эва с готовностью ответила, жарко отвечая на развязный поцелуй, ощущая как внизу живота начинает затягиваться тугой узел желания, а кровь хлынула к заветному месту, распаляя ее еще больше. Амен целовал свою пленницу самозабвенно, исступленно, прикусывая нижнюю губу, а после размашисто проводил по ней языком. Толкался внутрь девичьего рта глубоко, не мог никак насытиться ею. Рука скользнула ниже, горячо обхватывая упругое полушарие сквозь довольно плотную ткань ее одеяния. Другая же отпустила из своего плена женские запястья, а после он резко развернул Эвтиду лицом к стене, начав быстро развязывать туго затянутый корсет, а сам подался ближе, опаляя частым дыханием нежную кожу. — Не отпущу больше. Моей будешь. И от платья этого поганого избавлю. — жарко прошептал в самое ухо, с ума сходя от мысли, что сейчас ею овладеет. А девушка лишилась рассудка вместе с командиром. Все его уверенные движения, слова, поцелуи, касания — все это будоражило и возбуждало. Готова была отдаться лишь ему, уверена, что постарается свой нрав пылкий обуздать и аккуратен с ней будет ее пират. Женское одеяние спустилось вниз под напором сильных рук и Эвтида осталась лишь в одном нижнем белом платье, все еще стоя к мужчине спиной. Амен склонился над ней, ладонью обхватывая лебединую шею, вторую же разместил на подтянутом животе, а пахом прижался к округлым ягодицам, чтобы знала хорошо что делает с ним. — Чувствуешь? — хриплый голос коснулся ее слуха, отчего девушка прикрыла глаза, инстинктивно прогибаясь в пояснице. — Да. — тихо ответила, сходя с ума от такого властного напора. — Чувствуешь как желаю тобой овладеть? — Да. Командир снова поворачивает раскрасневшуюся Эву спиной к стене, подхватывая ту под ягодицы и быстро несет к кровати, усаживаясь вместе с вожделенной женщиной на край постели. Губами завладевает пылко, жарко, переплетая с её языком, а руки остервенело перемещаются по телу — задняя поверхность шеи, спина прямая, бедра, ягодицы упругие, которые с силой сжимает. Он буквально везде, не пропускает ни единого участка. В штанах чувствует сильное давление, покоя не дает, поэтому прижимает девушку ближе, чтобы ощутить секундное облегчение. Голоден капитан, долго сдерживал себя, чтобы не взять Эвтиду, запрещено было, но зато сейчас сполна насладится этой близостью. А она ерзает, тоже жаждет снять это приятное напряжение. Влажной промежностью трется о каменную плоть, а руками обхватывает широкие плечи сквозь белую ткань сырой рубашки. Чувствует как пухлые от поцелуев губы перемещаются к шее, остервенело впиваясь в нежную кожу, и не может сдержать первого стона. Мужчина все слышит, голову сносит окончательно, резко переворачивает пленницу на спину, укладывая на алые простыни и стягивает с нее белое платье, оставляя полностью нагой. Дыхание перехватывает от этой невероятной картины. Эвтида..такая открытая лежит на его кровати, смело заглядывая прямо в голубые глаза, прикусывая розовую губу. Он готов наброситься на нее прямо сейчас, но помнит, что не тронута еще никем, поэтому необходимо держать себя в руках. — Ты и правда сирена, так и знал. — хрипло одаривает комплиментом девушку и склоняется над ней, разместившись между бедер. Сильными руками начинает блуждать по женскому телу, оглаживая плечи, грудь, подрагивающий живот — ни одного участка не оставляет без внимания. В конце концов задерживается на упругих полушариях, сжимая и теребя вставшие соски, а вскоре начинает их целовать, играется проворным языком, слегка прикусывая и посасывая. Женские стоны от такой ласки с каждой минутой становятся лишь чаще и громче. Эва наблюдает за Аменом безотрывно, ощущая как промеж ног уже все горит и истекает, наверняка пачкая шелковые простыни. Капитан уже к животу начал подбираться, оставляя за собой влажные дорожки на бронзовой коже, нестерпимо хочет опуститься и поцелуями засыпать девственное лоно. От одной мысли о том, что девушка невинна и он первым станет у нее, плоть в тесных брюках отзывается, начиная подергиваться и становится еще тверже. Наконец пират добирается до заветного места, несколько мгновений разглядывая блестящую промежность, что так и манит прикоснуться к себе — так он и поступает. — Тебе понравится. — томно заявляет мужчина и тут же высовывает язык, проводя им по тонкой коже. Лижет напористо, страстно, раздвигая влажные складочки, перемещается выше и выводит круги на пульсирующем клиторе, а затем снова опускается, проскальзывая кончиком языка внутрь. Эва же впивается ладонями в платиновые пряди, сильно сжимая, поражаясь тому, насколько приятные вещи вытворяет с ней командир. Стонет громко, не стесняясь, хочет чтобы слышал, как ей хорошо. И он слышит. Каждый звук, который вылетает из ее рта буквально лишает Амена рассудка и он теряет терпение, отстраняясь от женской плоти. — Вкусная..сладкая. — смотрит на нее, облизываясь, будто довольный кот, что напился самого вкусного молока. Капитан поднимается и с удивительной скоростью оголяется, сбрасывая на бревенчатый пол мокрую одежду, но он не спешит возвращаться, замечая каким взглядом смотрит на него возбужденная Эва. Затуманенные карие глаза скользят по крепкому торсу, на котором можно увидеть несколько старых шрамов, но надолго там не задерживаются, а спускаются ниже, следуя за дорожкой из светлых волосков и наконец достигают налитого, огромного, усыпанного синеватыми венами полового члена с пунцовой головкой. Видит, как он несколько раз дернулся, обласканный таким вниманием. И Эвтида плавно переводит свой томный взгляд на мужское лицо, которое сейчас было как никогда серьезным и сосредоточенным. Амен располагается у стройных ног, разводя их в стороны и берет себя в руку, водя головкой по невозможно мокрым складочкам, неотрывно наблюдая за этим долгожданным процессом. Девушка напрягается, когда пират задерживается у самого входа и начинает медленно погружаться внутрь, кое-как сдерживаясь чтобы не начать неистово вколачиваться в желанное тело. Эва ощущает непривычное распирание и жжение, сминая простыни вспотевшими ладонями. — Сильно болит? — Стерплю, не останавливайся только. — Скоро пройдет. Амен наклоняется к прекрасному лицу, войдя на половину и завладевает ее губами, пытаясь отвлечь от неприятных ощущений и наконец оказывается внутри полностью, ошеломленный тем, настолько его пленница там узкая, как плотно обхватывает его плоть кольцом из своих мышц. Отрывается от сладких уст, глядя прямо в карие глаза и начинает неторопливо двигаться. — Ты хоть представляешь насколько тугая..моя...ты только моя. — жарко шепчет в самые губы, сходя с ума от обрушившихся ощущений. — Мой пират. — едва улыбается Эва, чувствуя как боль постепенно сменяется приятным теплом, что растекается по всему телу. С каждым толчком возбуждение лишь нарастает и она теряется..в этой каюте, в этом мужчине..впиваясь коготками в мраморную кожу спины, оставляя на ней алеющие полосы и сладко стонет, лаская мужской слух. Амен же, поняв, что можно более себя не сдерживать, начинает набирать темп, ускоряется, смелее проникая в пульсирующее лоно. Глаза сами собой закатываются и он сдавленно рычит, уперевшись носом в тонкую шею. Вскоре командир выпрямляется и засматривается на соединение их полыхающих тел, будто заколдованный — не может отвести взгляда от представшей перед ним картины. Наблюдает как собственное естество скрывается промеж узких складок, а затем снова выскальзывает, поблескивая от обилия смазки — и так до бесконечности. Мокрые шлепки, громкие стоны, загнанное дыхание — страстная мелодия, заполонившая собой капитанскую каюту. Мускулистые руки обхватывают колыхающуюся грудь, а умелые пальцы сжимают темные соски и мужчина уже буквально вколачивается в женское лоно, ощущая как ее мышцы хаотично сжимаются. И вскоре Эва достигает сильнейшего оргазма, выгибаясь под мощным телом дугой, издав свой самый громкий стон, она обхватывает ладонью его руку, что продолжает сминать полушарие. Перед карими глазами все темнеет, остались только яркие искры и огненные всполохи, что овладеваеют девушкой полностью. Амен не может больше сдерживаться и следует за своей пленницей, бурно и долго изливаясь внутрь, издав рык, словно дикий зверь. Оба дышат тяжело, он все еще внутри, пытается прийти в себя после такой ошеломительной близости. Не покидая стройного тела склоняется над девушкой, покрывая поцелуями блаженное лицо и задерживаясь на искусанных губах, проникает в рот языком, благодаря за то, что доверилась и подарила всю себя. Когда воздуха перестает хватать, пират немного отстраняется, улыбчиво обращаясь к Эвтиде. — Ты же понимаешь, что теперь тебе не выбраться из моей постели? — Я снова в плену? — игриво отвечает, перебирая в руках мягкие пряди. — Да. — Тогда не освобождай меня никогда.