Музыка моей души

За следующую неделю Цзян Чэн и вовсе забыл, что Лань Хуань ему в ответ так и не признался. Это было слишком очевидно. По сравнению с другими, к нему он относился абсолютно иначе, отчего Цзян Чэн лишь улыбался, как дурак. Они часто вместе репетировали и настал тот день, когда Цзян Чэн должен был выступать. Большой концертный зал немного напугал. Но Лань Хуань даже сейчас был рядом. Родители прийти очень хотели, но не успевали. От Хуаня пришлось уйти, чтобы переодеться. Коллектив был крайне приятным и это не могло, не радовать. Цзян Чэн знал, что выступит так, как только сможет и обязательно постарается. Одна из девушек накрасила его и попросила не выходить далеко, чтобы не привлекать внимание публики. Историю одного выступления они уже придумали, но личность Цзян Чэна по-прежнему в тайне. Цзян Чэн повторял аккорды, когда вдруг услышал шум из комнаты. Зашёл внутрь и заметил не из приятных картину. Руководитель группы поругалась со своим парнем и тот в восторге естественно не был. На плечо легла рука. – Не обращай внимания, они часто ругаются. – Разве это нормально? – А какие отношения без ссор? – Я ни разу со своим любимым человеком не ругался. – Значит, вы оба просто не конфликтные. Цзян Чэн нервно усмехнулся, вспомнив, что Лань Хуань сделал со своей матерью и что он, Цзян Чэн, может сотворить в порыве ярости. Однако говорить он ничего не стал. Вместо этого спросил: – Я могу позвать его за кулисы? – Да. Цзян Чэн достал телефон и написал старшему. Спустился к входу и дождался, пока придёт Хуань. – Что-то случилось? – поинтересовался он, а Цзян Чэн мотнул головой. – Я начинаю нервничать, забавно да? Захотел тебя увидеть. Лань Хуань провел невесомо по чужому лицу. Поддержать, но как? Ещё бы он это умел... – Какие люди! Сичэнь! Цзян Чэн обернулся, смотря на ту девушку, с которой он только-только разговаривал. Кажется и она вспоминала их последний разговор. – Цзян Чэн, это..  и есть твой любимый человек? Младший заглянул в глаза Хуаня и засомневался в ответе. – Нет. Мы с ним в одном университете учимся. А вы.. Девушка рассмеялась, когда подошла ближе. — Пока Сичэнь ещё играл, я была в его группе и мы пол года встречались. Сердце сжалось от ревности. Цзян Чэн слегка нахмурился и опустил взгляд, чувствуя лёгкую ненависть. Знал бы, сказал, что вместе... а так даже не задумался! Теперь стоять и убиваться из-за ревности. – Ты изменился. – сказала девушка, подходя ближе. Она вдруг протянула ему руку, но Лань Хуань убрал её. – Линь Фау, не рискуй своим здоровьем. Скажешь кому-то, что я здесь, больше никогда не сможешь заговорить. Фау отшатнулась, как от огня. – Сичэнь, т-ты чего? – испугалась она, словно на её глазах человек превратился в какого-то зверя. – Ничего. Нас не связывает больше ничего, я ненавижу тебя всей душой, будь любезна не лезь. – Я ещё виновата? Это ты пропал невесть куда, ни сказав не слова! Лань Хуань закатил глаза. – Иди нахер, у меня от одного твоего присутствия голова заболела, а от твоего существования теперь тошнит. Он показательно развернулся, а в глазах Линь Фау сверкнули слезы. Она убежала также быстро, как пришла. Цзян Чэн заметил, что Лань Хуань тоже хочет уйти. – А я то что сделал? Не уходи, пожалуйста. – остановил его в спешке Цзян Чэн. – Мне абсолютно всё равно, что ты ей только что сказал! – Почему ты не сказал, что я твой возлюбленный? – Если вы знакомы, разве это останется в тайне? Ты ведь сам пытаешься скрыть эти отношения. Лань Хуань шумно выдохнул. – Прости, чертенок, я ненавижу всех людей из прошлого. Но ты от этого не должен страдать. Цзян Чэн взял чужую руку. – Всё в порядке, слышишь? Я не собираюсь делать что-то, что противно тебе. Лань Хуань прижал к себе. О, Цзян Чэну это было необходимо перед выходом на сцену. Раздался голос по громкоговорителю, следующими как раз выступали они. Младший отпрянул, привстал на носочки и быстро поцеловал в щеку. – Удачи. – нежно сказал Лань Хуань и отпустил чужую руку. – Спасибо. Ненависть Лань Хуаня понятна. Даже слишком очевидно, чем кажется на первый взгляд. Цзян Чэн впервые увидел, что Сичэнь не захотел что-то ему показывать. Будучи вместе, будучи рядом, Цзян Чэн видит его совершенно другим. И это ему нравилось. Ему нравился весь Лань Хуань, пускай с первой встречи  тот показался чрезмерно грубым и холодным, но через этот лёд довольно просто пробиться. – Цзян Чэн! Вот сюда, вот тут... Они вышли на сцену, но мысленно Цзян Чэн не перестал рассуждать. Задумавшись в очередной раз, Цзян Чэн понял, что и сейчас стоит на сцене ради Лань Хуаня. Словно исполняет его засевшие глубоко внутри желания. Цзян Чэн с лёгкостью заметил в толпе своего возлюбленного и увидел лёгкое удивление. За все то время, пока он репетировал эту песню, Цзян Чэн ни разу не говорил, что будет петь. Руководитель группы объявила его публике, сказала, что он начинающий музыкант и свой дебютный номер покажет именно здесь. Его так громко встретили. Сердце ушло в унисон, Цзян Чэн только сейчас понял, что его руки дрожат, а сердце вот вот вырвется наружу. Повисла тишина в зале. Он давал начало, отчего группе пришлось ждать. Вдруг из толпы раздалось два голоса и свист. – Ты справишься! Зал тут же подхватил поддержку и зааплодировал. Цзян Чэн увидел своих родителей и наконец-то ощутил прилив уверенности, давая старт. Это был кавер, обычная песня, которую уже сотню раз слышали, но Цзян Чэн вложил в неё особый смысл. Когда начал петь в зале снова повисла тишина, но его мысли уже были не здесь. Он сосредочился на игре, на голосе, но уж точно не на реакции зала. Слова казались такими простыми, а в голове вдруг мелькнула их первая встреча. Цзян Чэн ощутил трепет, кожа покрылась мурашками. Парень ведь был уверен, что ничего не получится, но смог. Смог помочь Лань Хуаню, вывести его на свою сторону и сам избавился от страха быть преданным. Насколько же они подошли друг другу... Цзян Чэн уверен, что это надолго. Музыка для его души никогда не исчезнет. Цзян Чэн пропел последнюю строчку и опустил взгляд на струны, продолжая играть проигрыш. Остановившись, поднял голову и услышал, что сердце стучит где-то в ушах. Зал залился аплодисментами, а сам юноша развернулся к руководителю группы. Та кивнула, поднимая в руки микрофон. – Пр-рвоважаем нашего вокалиста бурными аплодисментами! Цзян Чэн ушёл со сцены. В гримерке его быстро привели в порядок, смывая макияж и давая возможность переодеться. После двух номеров вся группа вернулась и накинулась на него с восторженными комментариями. – А ну-ка брысь. – раздался голос руководителя. Девушка подошла ближе и потрепла по волосам. – Если захочешь как-нибудь ещё выступить пиши мне. Там...тебя ждут, поэтому беги. Если мы заняли какое-то место, я тебе скажу. Цзян Чэн тут же схватил свою гитару и направился прочь. В зале  немного растерялся, но быстро нашёл и родителей и Лань Хуаня. На маму он внезапно накинулся с объятиями и рассмеялся. – Я даже не знаю, напугал меня твой голос или взбодрил.  Юй Цзыюань усмехнулась. – Надо же было как-то тебя в себя привести. Но твоего Ланя пошевелить пришлось, пока Фэнмян его не подтолкнул, тот не отреагировал. Лань Хуань стоял и улыбался, хотя речь Юй Цзыюань слушал в пол уха. – Ты превосходно сыграл. Сердце ёкнуло. Цзян Чэн накинулся и на него с объятиями. – А песня? Тебе понравилась? – Ты не говорил, что будешь петь. – А я спел! – Безумно понравилось. Цзян Чэн просиял. – Что ты так лыбишься? Лань Хуань посмотрел на него. – Да вот подумал, что люблю тебя. Цзян Чэн замер. Его смутил факт наличие родителей, которые все услышали, отчего он смутился и уткнулся носом в чужую грудь. Лань Хуань ехидно рассмеялся и посмотрел на Фэнмяня, что довольно улыбнулся и кивнул. – Предлагаю отпраздновать и поехать в ресторан! – сказал тут же Фэнмян, взяв Цзыюань за руку. Цзян Чэн кивнул. – А я... – А ты с нами. – хором ответили Цзяны, но спорить у Сичэня желания не было. Слишком он полюбил этих людей...

***

От мысли, что у него всё получилось, Цзян Чэн был в восторге. После ужина Лань Хуань был вынужден уехать, а вот сам парень не вернулся с родителями, а направился в центр города. От руководителя пришло сообщение, что они заняли второе место. Этот день явно удался и Цзян Чэн искренне надеялся, что всё закончится иначе. Возвращаясь домой, Цзян Чэн говорил с Лань Хуанем, обсуждая какие-то глупости. Он остановился на перекрёстке, когда увидел Кэйли. [ – Чертенок? ] – раздался голос Лань Хуаня. [ – Кэйли у дома стоит. ] [ – Кто? ] – не понял Лань Хуань. [ – Президент студсовета. ] – объяснил Цзян Чэн и увидел, что тот его заметил. Лань Хуань ощутимо напрягся. [ – Сделай вид, что не увидел его. ] [ – Хуань... – рассмеялся Цзян Чэн, продолжая идти, – Я перезвоню. ] [ – Эй, не отключайся.. ] Цзян Чэн хмыкнул. [ – Не начинай, всё будет нормально. ] Лань Хуань не успел ничего сказать, как Цзян Чэн убрал телефон и подошёл ближе.  – Кэйли? Ты чего здесь? – К тебе пришёл. Цзян Чэн искренне не хотел стоять подле своего дома, поэтому кивнул на него и пригласил внутрь. – Я тебя слушаю. – сказал юноша и посмотрел украдкой на немного загадочного гостя. Кэйли прошёл за ним на второй этаж и тогда заговорил. – Твоя песня... она невероятна. Точнее твой голос невероятный. – Спасибо. – сказал Цзян Чэн. – Я тут с Яншэном говорил... он рассказал о том, что раньше вы были вместе. Рассказал, что сделал и почему вы расстались. – Кэйли положил руку на шею и отвёл взгляд. – Ты правда в отношениях с Ланем? – Какая разница? – не понимал Цзян Чэн, ведь каждый второй человек интересуется его личной жизнью. Его вопрос прозвучал грубо, Кэйли не обратил внимание на это и подошёл ближе. Цзян Чэн хотел бы оступиться, но позади была дверь, от которой он так и не отошёл. Старший оказался слишком близко, склонился ниже и вдруг схватил его руки, сжимая так, что оступиться не было возможности. Сердце остановилось, лёгкий страх, огромный поток ненависти и недопонимание уничтожил спокойствие. – Ты что делать собрался, идиот? Лапы убрал, пока я тебе их не сломал. – Цзян Чэн, я... Младший попытался вырваться, прекрасно понимая, что разговор в таком положении к добру не приведёт. Его сжали ещё сильнее, Кэйли наклонил голову вниз, отчего показалось, что он медленно теряет рассудок.  Какой же сильный... – мысленно проговорил Цзян Чэн и зашипел от боли в запястьях. – Я предупреждаю последний раз, отпусти меня... – ...люблю тебя. – Пошёл нахер! Когда старший внезапно сократил расстояние, вверх в голове Цзян Чэна взяло не благоразумие, а инстинкт самосохранения. Парень сполз по двери вниз и вывернул руки, оказался за спиной, ударил по ногам и после не жалея сил ударил поддых. – Катись отсюда. Он внезапно вспомнил, почему никогда не пускал никогда к себе в дом. Почему вдруг стал считать это пространство собственной крепостью. Дойти до выхода Цзян Чэн тоже помог, закрыл дверь перед носом и понял, что мог разбудить родителей. Юноша оказался подле дивана в гостиной. Достал телефон и позвонил Сичэню. [ – Злись сколько хочешь,я почти у твоего дома. ] [ – Дверь открыта. ] [ – О, этот ублюдок... мне превратить его в лежачего полицейского? ] [ – Да пожалуйста. ] – С яркой ненавистью сказал Ваньинь, пряча лицо в руках. [ – Что случилось? ] [ –... ] Лань Хуань отключился. Цзян Чэн не понял сколько прошло времени, когда тот появился на пороге комнаты и оказался рядом. Ощутимый осмотр дал мало. Сичэнь перепрыгнул диван, оказываясь рядом и взял чужие руки. Жжение уничтожить вспыхнуло лесным пожаром внутри. Вокруг запястьев красные пятна. Злоба дала о себе знать и Сичэнь схватил юношу за воротник, растегивая первые пуговицы. – Дурак. – шикнул Цзян Чэн, – он ничего не сделал. – Я убью его, если увижу на твоём теле хоть какую-то садину. – прошипел Лань Хуань, а Цзян Чэн взял его руки в свои и замотал головой. – Не успел. – Значит, пытался. – выразительно фыркнул Лань Хуань, наконец-то осознавая, что Цзян Чэну сейчас максимально противно. Выдохнув, парень медленно приятнул к себе и был уверен, что младшего трясёт от злости. – Только скажи и от него останется лишь холодный памятник и имя на нем. – Нет... Всё нормально. – с трудом, далеко не сразу сказал Цзян Чэн и уткнулся носом в чужую грудь. Сжал руки на чужой спине и прошептал: – Чтобы я ещё кого-то подпустил к себе... Лань Хуань на мгновение перестал дышать. Это дурацкое "чтобы", которое будет уничтожать его возлюбленного изнутри. – Чертенок, из-за одного человека менять мировоззрение слишком опрометчиво. Не стоит. – Я... – Цзян Чэн замолчал и закрыл глаза. – Не уходи, пожалуйста. – Не уйду. – кивнул Сичэнь и прижал к себе. Цзян Чэн вскоре успокоился, но рой мыслей не уходит. Лань Хуань думал, что тот уснул, когда вдруг  начал напевать одну из своих мелодий. Его ничуть не смутил тот факт, что Цзян Чэн заерзал. Вдруг стало тепло и спокойно, Ваньинь уснул, оставив все тревоги на завтра. Лань Хуань не относился к тем людей, который мог бы уснуть в таком состоянии, но сегодня исключение. Он уснул, желая уберечь чужой сон. *** Цзян Фэнмян с трудом подавил зевок, когда зашёл в комнату Цзян Чэна, чтобы разбудить его. Не понял...– мужчина глянул на кровать, потом на время и невольно нахмурился, торопливо спускаясь вниз. Он заметил, что в прихожей стоит и обувь и висит куртка. Ринулся в гостиную и замер в дверях, наблюдая как потрепанный ото сна Лань Хуань смотрит на спящего Цзян Чэна и гладит его по волосам. Сколько он так стоял, непонятно, но через минуту вытянулся и направился на кухню. Фэнмян подошёл к дивану. Цзян Чэн в той же одежде, не умытый и тоже помятый. Мужчина осторожно подошёл к двери и услышал как Сичэнь заказывает завтрак. Он засомневался, но картину произошедшего выстроить никак не мог. Захотел зайти, как вдруг услышал голос Хуаня: – Спишь? Замечательно, найди мне информацию на одного человека, как можно быстрее. Да. Что угодно, надо просто жизнь подпортить. Да он моего А-Чэна оскорбил нешуточно. Мгм... оплата потом. Повисла тишина. Фэнмян некоторое время стоял на месте, он вдруг вспомнил внезапные новости о смерти матери Хуаня и мысленно нервно усмехнулся. Однако поспешные выводы делать не стал. Сделал вид, что только проснулся и вовсе только что не пережил два страха, а после зашёл в другую комнату. – Доброе утро. – сказал Цзян Фэнмян и мило улыбнулся. – Когда ты приехал к А-Чэну? – Доброе. Довольно поздно. Я заказал завтрак. Могу кофе вам сделать. Цзян Фэнмян наклонил голову набок, внимательно рассматривая Лань Хуаня. В его взгляде точно не было чего-то, что говорило о том, что он хочет навредить Цзян Чэну. И это радовало. Фэнмян давно проникся особой симпатией, считая этого человека своим вторым сыном. И то, что А-Хуань не хочет навредить А-Чэну, как минимум, успокаивало. Мужчина подошёл ближе и вдруг потрепал по волосам, после этого достал две кружки и поставил чайник. Слегка удивлённый Сичэнь положил руку на голову и с интересом посмотрел на старшего. – Я сделаю. Как у тебя дела? Вчера мы толком не поговорили насчёт тебя. – Мы обсудили мой бизнес. – Но мне интересно узнать твоё моральное состояние. Лань Хуань отвёл взгляд и протяжно выдохнул. – С А-Чэном легко, когда он пишит, когда он рядом, но как только я остаюсь с кем-то другим... подопечные вокруг меня на цыпочках ходят. Пускай половину бизнеса Лань Хуань и продал, за второй приходится следить и там он готов рвать и метать, стоит ему заявиться в офис, как атмосфера становится траурной. Его боятся. Он в первый день уволил всех людей матери, в которых увидел угрозу. Уволил тех, кто не захотел принимать его, как руководителя. Взял новых людей и поэтому контролирует их работу так, будто этот бизнес для него имеет какую-то ценность. Как учёба – Нет. Лань Хуань ходит в университет, потому что это надо, а не потому что ему нравится. Он терпит вторую работу только из-за приличного заработка. – Мне кажется, что это уже прогресс. – То есть, по-вашему, я не псих? – слабо улыбнулся Лань Хуань и вдруг получил ребром ладони по голове. – Псих – это тот, кто, например, болеет шизофренией, а ты просто тот, кому пришлось возненавидеть этот мир, чтобы выжить. Чувствуешь разницу? Лань Хуань кивнул. – Я... хотел попросить... – вдруг начал Сичэнь и коснулся невесомо края кружки. – Можете поговорить с А-Чэном? Уделить ему чуть больше внимания. Вчера один... его знакомый, переступил личные границы. ‐ он выдохнул. – Я хочу быть с ним и не хочу, чтобы из-за кого-то у него появились ложные подозрения. Цзян Фэнмян улыбнулся. – О моем сыне ты только "за" заботиться, а о себе? – Если он в порядке, то и я тоже. Лань Хуань вспомнил, как ощутил ненависть такую же, как и Цзян Чэн. Их чувства сошлись уже не в первый раз. С одной стороны это неплохо, но с другой невыносимо... – Доброе утро. – раздался хриплый голос и на кухне появился помятый Цзян Чэн. Ровно в этот же момент в дверь раздался звонок. Лань Хуань поднялся с места и собирался пройти, как вдруг младший схватил его за руку. – Утро. – отозвался Лань Хуань, не понимая, что от него хочет Цзян Чэн. –... – А-Чэн, там курьер. Я никуда не ухожу. – сказал спокойно Лань Хуань и положил руку на чужое лицо. Цзян Чэн мило наклонил голову набок и вновь требовательно посмотрел на него. Лань Хуань догадался, осторожно склонился ниже и невесомо поцеловал в лоб. Юноша довольно хмыкнул и отпустил. Лань Хуань ненадолго ушёл, а Ваньинь тут же изменился в лице и медленно подошёл к Отцу. – Можно с тобой поговорить будет? – Конечно. Я сегодня свободен. – Спасибо.  – буркнул Цзян Чэн и медленно начал приходить в себя. Ему стало легче в присутствие родителей и Лань Хуаня, но когда мама ушла стало резко хуже. Потом Лань Хуань был вынужден срочно уехать по работе и Цзян Чэн совсем поник. Зато Фэнмян смог перейти к главной теме и заговорил о случившемся. Теперь, когда он узнал абсолютно всё, был бы не против, если Лань Хуань испортил жизнь тому идиоту. Они говорили на протяжении часа и Фэнмян с трудом смог донести главную мысль, смог вернуть Цзян Чэна в обычное состояние. К вечеру вернулся Лань Хуань. Вскоре пришла Юй Цзыюань и, узнав ситуацию, забрала студента в другую комнату. – Что-то случилось? – Фэнмян будет на многое закрывать глаза, не скажет многого, однако я не такой человек. – Юй Цзыюань подошла к окну и сложила руки за спиной. – Я знаю, что за убийством мадам Лань отдалённо стоишь ты. – Да что вы? – хмыкнул Лань Хуань. – Вспоминаю, что говорил Фэнмян и понимаю, что причина была.. – она подняла правую руку и указательным пальцем в воздухе нарисовала круг. Развернулась и посмотрела на него с опаской. Будто Сичэнь, в данной ситуации, лёгкая нажива. Но на деле так и было. Лань Хуань даже сквозь ненависть не сможет сделать ничего этой семье. Цзыюань подошла ближе. – Я с А-Чэном куда меньше провожу времени, чем Фэнмян. Но это не значит, что я желаю ему меньшего. В моих глазах ты – хороший человек, даже после того, как я узнала правду. Знаешь, что ставит меня под сомнения? – Не знаю. – Что будет, если он тебе надоест? – Откуда у вас появились сомнения на мой счёт? Цзыюань хмыкнула и язвительно улыбнулась. – Вы знакомы всего нечего, уже вместе. Я знаю, чем это может закончится. Лань Хуань повёл плечом. Только говорил Фэнмяну, что у него серьёзные намерения, как Цзыюань начала в нем сомневаться. Это плохо. Как в данной ситуации завоевать доверие этого человека? Простые слова будут стоить мало. Сичэнь шумно выдохнул. – Сейчас я не могу сделать ничего, чтобы уничтожить ваши сомнения. Цзыюань вдруг расслабилась. Достала что-то из пиджака, взяла руку Лань Хуаня и вложила в неё ключи. – Я буду внимательно за тобой наблюдать. Один неверный шаг и... – Я сам убью себя. – прошептал Лань Хуань, сжимая ключи. Ему доверились, учитывая тот факт, сколько они все вместе знакомы. Ему доверили самое главное и от этого вдруг стало так... легко. – Добро пожаловать в нашу семью, А-Хуань. Сердце ухнуло вниз. Лань Хуань приподнял брови, впервые ощущая как быстро, как сильно начинает биться его сердце в приятном порыве. Надо же...