Глава 22 (ч. 1) ~ Казуя vs Бараггана~
23 февраля 2025 г., 16:09
Несмотря на жажду битвы, он чувствовал себя не в своей тарелке, его силы были исчерпаны непрерывной охотой по всему Уэко Мундо.
Прошло несколько часов, пока он сидел.
Вдруг его органы чувств уловили две сигнатуры Реацу, обе превосходящие по силе Адьюкаса. Странно, но одна из этих духовных сигнатур шла не от Пустого, а от Шинигами.
Барагган смотрел на приближающиеся фигуры, и его рука инстинктивно сжималась вокруг топора, похожего на косу. Давно он не сталкивался с таким грозными Реацу. Да еще от Пустого и Шинигами.
Лекарство от скуки постучалось в его дверь.
—•——•——•——•——•——•——•——•——•—
Казуя остановился, устремив взгляд на Бараггана. И он, и Дордони ошиблись в своих догадках. Барагган не посылал никаких Эспад; ему было так скучно, что он покинул свое королевство, чтобы уничтожить мятежников.
Еще более странным было местоположение Харрибэл — он чувствовал её и других… Под собой. Их Реацу казалось настолько слабым, как будто они находились в сотнях метров под землей.
«Они спрятались под землей от Бараггана? Умные девчонки».
Тем временем Йоруичи почувствовала, как Реацу Бараггана прижалось к ней, отчего ее шерсть встала дыбом. Кроме Казуи, никто из Пустых не представлял для нее такой угрозы. Когда она заметила внешность Бараггана, на нее нахлынули воспоминания:
— А не он ли Барагган, Король Пустых?
Хотя, возможно, есть и другие Пустых с такой же внешностью, но ни один из них не может похвастаться Реацу, сравнимым со старшим капитаном.
Казуя бросил на нее удивленный взгляд:
— Да. Из-за него я сбежал из этого места.
— Он — плохая новость, почему ты готовишься к бою с ним? — чуть не вскрикнула она, увидев, как он трещит костяшками пальцев, готовясь к бою.
Казуя расправил крылья и продолжил разминать руки:
— Он собирается начать бой, но закончу его я. Кроме того, как ты думаешь, он позволит нам уйти сейчас?
Увидев Бараггана воочию, он почувствовал, что их Реацу находятся на одном уровне. Арранкаризация улучшила его и без того огромное Реацу.
«Я хочу увидеть, как столкнутся Подавление и Старение».
Благодаря быстрой регенерации Казуи и Сонидо, Барагган не смог бы убить его, даже если бы захотел. Столкновение с Барагганом один на один было прекрасной возможностью проверить пределы его формы Арранкара.
Когда Барагган появился перед ним, он поднял руку в знак приветствия:
— Привет, Барагган.
Барагган устремил свой напряженный взгляд на Казую:
— Объединился с грязными Шинигами. Как же ты жалок.
Казуя ухмыльнулся:
— Йоруичи, неужели ты позволишь ему так оскорблять тебя?
— Ну да. Меня давно изгнали из Сейрейтея. Его слова меня не трогают.
Не обращая внимания на ее кошачью шутку, он обратился к Бараггану:
— Скажи мне, самопровозглашенный бог-король Уэко Мундо, назовут ли меня богоубийцей, если я убью тебя?
Барагган разразился хохотом:
— Аха, ты хочешь меня убить? Только потому, что ты стал Васто Лорд, Арранкаром, ты думаешь, что можешь соперничать с богом? Как комично.
— Тогда пусть это буду я, который проложит муравьям путь в убийцы богов.
С огромной вспышкой энергии Казуя расплылся в воздухе и вновь появился за спиной Бараггана. Но его движения мгновенно замедлились, как будто он пробирался через болото. Замедляющее поле вокруг Бараггана было идеальным противодействием бойцам ближнего боя.
Казуе ничего не оставалось, как отступить вместе с Сонидо — до чего же надоедливая способность.
Любой ближний бой с Барагганом был бесполезен, пока он окружал себя своей Сенесценцией.
***
Барагга окутан полем замедления времени, которое лишало скорости все, что попадало в зону его действия. Противостоять ему в рукопашном бою было равносильно самоубийству.
Казуя нахмурился.
«Оно просто защищает его от атак или имеет скрытые функции?»
Он размышлял, в глубинах его сознания вихрем кружились теории, и он готовился к новому натиску. Продвигаясь вперед со сверхзвуковой скоростью Сонидо, он остановился на границе поля Бараггана, искривленного временем, в его ладони зловеще потрескивал вибрирующий Сeрo.
Луч Серо и Барагган столкнулись в гигантском извержении испепеляющего света и клокочущей энергии, сила взрыва разнесла ударные волны в разные стороны.
Когда хаотическое зрелище улеглось, Барагган вновь появился на свет, окутанный пеленой фиолетово-черной энергии — его огромное Реацу и Сенесцензия выдержали удар Серо.
Барагган направил свой топор на Казую:
— Эти жалкие атаки не повлияют на меня. Я — Бог Смерти. Все стареет и разлагается по моей воле. Моя власть — единственный абсолютный закон в этом мире.
Йоруичи насмешливо фыркнула на высокомерное заявление Бараггана:
— Генерал Ямамото вытрет тобой пол.
Барагган переключил внимание на Йоруичи:
— Он со своей свитой капитанов едва запечатал Икомикидомоэ (?), единственного Пустого, который близко подошел к соперничеству с моей божественностью. Если твой капитан так могуществен, как ты говоришь, приведи его в мое королевство. Я его прикончу.
Йоруичи не имела ни малейшего представления о поединке между генералом Ямамото и Икомикидомоэ. Но, с другой стороны, ей было всего триста лет — большое число для смертных, но ничтожное по сравнению с многовековой историей Сейрейтея.
— Тем не менее, ты сгоришь в пламени генерала. Казуя, ты не победишь этого парня, стоя на месте!
Казуя устремил руку на Бараггана, который стоял, ожидая его атаки. Король Хуэко Мундо был непоколебимо уверен в защитных возможностях своей Сенесценции.
Вспышка голубого Реацу внезапно охватила Бараггана, угрожая пересилить окутывающую его темно-фиолетовую ауру.
Однако Барагган лишь взмахнул рукой:
— ...Респира.
Из Бараггана вырвалась пелена черно-фиолетовой энергии, зловеще расширяясь вокруг него.
Казуя бросился к Йоруичи, схватил ее и помчался на безопасное расстояние от смертоносной Респиры Бараггана. Распространяющееся дыхание сжирало все, к чему прикасалось. К счастью, бесплодный ландшафт Уэко Мундо остался нетронутым — белые пески Уэко Мундо являлись пылью падших Меносов, а скелетные деревья — лишь поверхностными веточками подземных лесов.
— Отпусти меня! — вырвалась Йоруичи из его хватки и зарычал, — Эта способность опасна?
— Чрезвычайно.
Самопровозглашенный Король-Бог перевел взгляд на Казую:
— Даже Рейши не может противостоять распаду времени. Способности, основанные на Рейши, бесполезны против меня.
— Тебе очень нравится демонстрировать свои способности, не так ли? — ухмыльнулся Казуя: — Многие короли погибли из-за своей глупой самонадеянности. Ты хочешь стать таким же, как они?
— Я выше всех царей. Я — Бог-Король Уэко Мундо. Ты муравей для меня...
Барагган не успел закончить фразу, как на него обрушилось внезапное, огромное давление. Его крепкая Реацу напряглась под тяжестью, а временное поле искажения не смогло замедлить наполненный Рейши — атмосферный воздух Уэко Мундо. Казалось, что сам мир хочет сжать его. Это была та же самая техника, которая превратила Гиллиана в кровавую массу — он просто манипулировал внутренним давлением воздуха Бараггана до почти несуществующей величины.
В результате — мощный удар, который, возможно, ранил Бараггана.
Казуя мог бы сделать то же самое с полем замедления времени Бараггана, если бы понимал его внутреннюю работу. Учитывая огромное Рейрёку Бараггана, он знал, что не сможет грубой силой преодолеть поле времени.
Барагган взмахнул рукой, выпуская еще больше Рейрёку, чтобы усилить Иерро.
— Хмф. Впечатляющая техника. Это все, что у тебя есть? Я начинаю чувствовать... Скуку.
Как только он произнес эти слова, его окружил плотный слой Респиры. Сжав в руке топор, он исчез, в мгновение ока материализовавшись за спиной Казуи. Один взмах его оружия высвободил достаточно Респиры, чтобы уничтожить целую армию Пустых.
Логичнее всего было бы использовать Сонидо и бежать.
Но Казуя не был логичным существом.
Он протянул руку сквозь туман смерти и схватился за лезвие топора-косы Бараггана. Его рука засохла и распалась, пока не остались лишь скелетные останки. Его регенерация начала действовать, собирая плоть поверх костей, вызывая ужасающий цикл разложения и обновления, от которого у Йоруичи мурашки побежали по коже.
Однако в глазах Казуи мелькнула спокойная решимость, а в уголках губ заиграла ухмылка. Чувства Бараггана предупреждали его об опасности, но он не мог определить ее причину. Излишне гордый, он отверг саму мысль о том, что Казуя обладает способностями, превосходящими Сенесценцию.
— Хахахахахаха. Я недооценил твое безумие, насекомое. Чего ты надеешься добиться, хватаясь за мой Занпакто?
Когда Барагган попытался вырвать свое оружие, скелетные пальцы Казуи держали его крепко. Из его разлагающейся руки хлынул поток голубого Реацу, окутывая топор-копье.
— Попрощайся со своим Занпакто, Барагган.
В ответ на эти слова Казуя крепче сжал скелетные пальцы. Силы, которую он приложил, едва хватило бы для того, чтобы причинить вред низкоранговому Пустому, но Занпакто в его руках задрожал и рассыпался на осколки.
Огромный Занпакто Бараггана оказался за пределами временного поля, что позволило Казуе застать высокомерного короля врасплох и разрушить его своим Подавлением.
По шее Казуи пробежал холодок, и он поспешно отступил, используя Сонидо.
Барагган выпустил гигантскую волну Респиры, накрывшую смертью почти пятьсот метров. Создавалось впечатление, что кто-то навлёк на себя гнев бога.
— Непростительно. Непростительно. Непростительно! — голос Бараггана эхом разнесся по бесплодному ландшафту, кипя от ярости, — Тебе это с рук не сойдет. Покайся за свою дерзость по отношению к Богу Уэко Мундо и обратись в прах.
Казуя не мог нарадоваться, видя, как страдает Барагган. Из-за угроз Бараггана он вынужден был держаться подальше от своих дорогих товарищей, даже рискнул вступить в схватку с Кисуке Урахарой. Как он мог не наслаждаться этой сладкой местью?
Взбешенный, Барагган погнался за Казуей, неистово размахивая огромным количеством Респиры. Барагган не мог сравниться со скоростью Казуи в обычных условиях. О том, чтобы поймать комбинацию Сонидо и крыльев Казуи в его яростном состоянии, можно было забыть.
Движения Казуи были просто непредсказуемы в состоянии безумия Бараггана.
— Эй, эта штука опасна. Перестань гоняться за мной, как яндере гоняется за своим любовным интересом с ножом.
— Погибни. Погибель. Погибни. Ты, никчемный муравей.
Йоруичи наблюдала за разворачивающимся зрелищем, в ее золотистых глазах мелькнула искра веселья:
— Этот парень, хахаха.
Барагган Луизенбарн, самый грозный Пустой, занесенный в базу данных Сейрейтея, был разыгран как марионетка на ниточках. Ни один Шинигами не поверит ее рассказам, если только она не потащит их на эту богом забытую пустошь, чтобы они стали свидетелями этого зрелища.
Все ее опасения по поводу смерти Казуи оказались совершенно беспочвенными. Он без особых усилий разрушил Занпакто Бараггана, лишив Короля Пустых значительной части его силы.
«Попкорн был бы сейчас как нельзя кстати».
Она была не менее озорной, чем ее подруга детства.
Ярость Бараггана была вызвана не столько уничтожением его Занпакто, сколько тем, кто совершил это деяние. Пустой, которого он отвергал и к которому относился с презрением, перевернул ситуацию, выставив его на посмешище. Его гордость была уязвлена, и за это унижение он должен был уничтожить Казую.
Его способность к провокации также подогрела пламя ярости Бараггана.
Однако, как бы Барагган ни был разъярен, ему хватило самообладания, чтобы прекратить буйство, прежде чем оно исчерпает всё его Рейрёку — к несчастью для оппортуниста Казуи.
