Глава 24 (ч. 1) ~ Новый Путь ~
11 марта 2025 г., 06:07
Сун-Сун почувствовала досаду, ведь не сама покончила с жизнью Эваньи. Она не любила физических пыток, но с удовольствием бы заставила Эванью страдать всеми возможными способами. Она решила съесть Эванью позже — небольшое утешение за все страдания.
— Что ж, в аду она воссоединится со своим хозяином, — с усмешкой сказал он, бросив взгляд на мертвую Эванью. Последнее проклятие Бараггана не сработало, — Наконец-то мы освободились от Демокла, висящего над нами в Уэко Мундо. Какое облегчение!
Все, кроме Йоруичи, выглядели потрясенными этим открытием. Апаччи, однако, неоднозначно восприняла новость о гибели Бараггана. Помощь Казуи в убийстве Бараггана была бы прекрасной возможностью продемонстрировать ему свое взросление. Но даже эта возможность была у нее отнята, что еще больше усилило ее разочарование.
Она нахмурилась:
— Разве ты не говорил, что тебе нечего противопоставить уникальной способности Бараггана?
— Какое это теперь имеет значение? — пожала плечами Роза, — Мы не были свидетелями гибели Короля-Бога.
Взгляд Харрибэл смягчился:
— Ты очень старался.
— Да, — серьезно кивнул он, — Подушка из ножек потом?
— ...Конечно.
Сун-Сун выпустила Казую из своей хватки и повернулась к Йоруичи:
— Казуя, будь добр, познакомь нас с этой черной кошечкой, источающей Реацу Шинигами. Мне как-то не по себе от того, что она подслушивает наши личные разговоры.
Вопрос Сун-Сун привлек внимание всех присутствующих к Йоруичи. Даже Казуя забыл о ней — уж слишком она была молчалива, полная противоположность ее разговорчивости, когда они были одни на поверхности.
Йоруичи от души рассмеялась:
— Я друг Казуи из Мира Живых. Не беспокойтесь, что я вас очищу. Я больше не служу Сейрейтею в качестве Шинигами.
Её глубокий мужественный голос сразу же вызвал у Мила Розы недоумение:
— Этот кошка — он?
— У тебя проблемы с моим полом? — весело спросила Йоруичи, — Предполагать пол кошки по ее внешнему виду — это сексизм.
— Нет, — быстро ответила Мила Роза, — Я просто предположила, что ты девушка. Невозможно представить, чтобы Плешивый держал себе спутника мужского пола.
— Казуя не говорил мне, что все его Пустые друзья — девушка...
Йоруичи посмотрела на Апаччи, пол которой невозможно было угадать по глазам.
— Предполагаю, ты тоже девушка.
— Да!
Пока Йоруичи была занята представлением себя, Чируччи незаметно подошла и набросилась на нее. Но Йоруичи проворно отпрыгнула в сторону, оставив Чируччи падать плашмя на лицо.
— Ха! Тебе меня не поймать.
Ее насмешки только подогрели желание Чируччи поймать ее и погладить.
*****
Апаччи отделилась от группы и, пригнувшись, направилась к безжизненному телу Эваньи. От густой Реацу, все еще прилипшей к телу, исходил пьянящий аромат, от которого у Апаччи перехватило дух. Аромат дразнил ее хищные инстинкты, разжигая хищное желание.
Неожиданно на сцену выскользнула Сун-Сун, ее движения были быстрыми и грациозными. Ее изящная рука игриво прикрыла рот:
— Не кради мою добычу, Эванья — моя.
Глаза Апаччи сузились до щелей, Реацу вспыхнуло против ее воли:
— Позволь мне...
Сун-Сун посмотрела между Апаччи и Эваньей:
— Хорошо... Ты можешь ее съесть. Но за это ты будешь мне должна.
Будучи постоянной жертвой Сун-Сун, Апаччи знала, что Сун-Сун может быть очень требовательной к своим просьбам.
Между двумя Пустыми повисло напряженное молчание, так как началось столкновение воль. Сун-Сун, не моргая, непоколебимо требовала:
— Договор или нет?
Апаччи кивнула головой, не в силах устоять перед обещанием эволюции.
— Договор.
Не теряя времени, Апаччи бросилась на пиршество Реацу. Каждый кусочек был наполнен отчаянной свирепостью, борьбой за выживание и амбициями. Это было жутковатое зрелище — акт сырой, первобытной природы, раскрывающийся в своей наиболее яркой форме.
Апаччи откинула голову назад и издала леденящий кровь рев. Это был не триумфальный рев, а рев разочарования и ярости.
Сун-Сун с тихим вздохом наблюдала за своей спутницей. Несмотря на то, что проблема Бараггана была решена, пламя борьбы Апаччи за внутренний мир по-прежнему горело ярко. Она съела оба трупа и даже получила определенный прирост силы, но эволюции Васто Лорде так и не произошло.
— Почему же она не происходит? — прошептала Апаччи, уставившись в пустоту, — Я становлюсь сильнее, но почему не становлюсь Васто Лорде?
Сун-Сун откинула свой преувеличенно длинный рукав и протянула руку, чтобы погладить Апаччи по голове.
— Мы, Пустые, живем долго. Торопиться некуда. Нашего главного врага отправил в загробный мир наш дорогой Казуя.
Апаччи удивленно заморгала от неожиданного проявления доброты со стороны Сун-Сун:
— Я делаю это не ради силы.
Игривая дуга брови Сун-Сун намекнула на ее любопытное развлечение:
— А что еще может быть причиной?
Апаччи застонал, нарочито притворяясь невежественной:
— Ты не поймешь.
— Тогда объясни мне.
— Это...
Апаччи перевела взгляд на Казую. Его утешительная улыбка встретила ее:
— Он.
— Ара, Апаччи тоже может быть честной. Кто бы мог подумать?
Сун-Сун не могла прекратить свои дразнилки. Апаччи ничего не оставалось, как признать, что Сун-Сун — идеальная пара с таким человеком, как Казуя.
— Ну и стерва же ты, — ворчала Апаччи, на смену прежней безысходности пришла новая решимость после разговора с Сун-Сун, — Мне нужна твоя помощь... Сун-Сун.
— Кукуку. Говори.
— Я думаю, Казуя уйдет в Мир Живых вместе со всеми. Ты можешь остаться в Уэко Мундо со мной?
Ей нужна была компания, чтобы продолжить охоту за Пустыми, а Лес Менос — идеальное место для выполнения поставленной задачи.
Любопытство Сун-Сун разгорелось, но ее игривая улыбка не сходила с лица:
— Ара, ты что, пристрастилась к моим дразнилкам? Это признак твоего начинающегося мазохизма?
— Нет! Я хочу начать с Меноса...
Сун-Сун сузила глаза, став вдруг серьезной.
— Я не уверена, что Харрибэл-сама согласится с этим.
— Поэтому я прошу тебя... — голос Апаччи упал почти до шепота, а взгляд опустился в редком проявлении уязвимости, — Убедить Харрибэл я поручаю тебе.
Сун-Сун не смогла отмахнуться от искренней просьбы Апаччи:
— Какая же ты у меня зависимая, черт возьми. Я найду какое-нибудь оправдание. А пока просто соглашайся со всеми.
— Хорошо.
—•——•——•——•——•——•——•——•——•—
Казуя издалека наблюдал за тем, как Сун-Сун подает ему знак взмахом длинного, распущенного рукава. На ее губах плясала лучезарная улыбка, отражавшая легкость, с которой она выполняла возложенную на нее задачу — заботилась об Апаччи и решала все вопросы, возникающие после употребления двух Пустых. Он давно предвидел неудачу Апаччи. Ее ненасытное желание и безудержная жажда власти резко контрастировали с той гармонией, которая необходима между инстинктом и сознанием, чтобы стать Васто Лорде.
«Она не успокоится без должного урока».
Он отложил мысли об Апаччи на время, сосредоточившись на ранах Харрибэл. Несмотря на их поверхностный характер, от вида ее крови у него по спине побежали мурашки. Яйцо, которое она держала в руках, было испорчено, его поверхность оказалась измазана ее жизненной сущностью.
— Харрибэл, мы уйдем с Йоруичи, когда ты залечишь свои раны.
— Почему?
С точки зрения Харрибэл, теперь, когда Барагган побежден, не было необходимости рисковать жизнью в Мире Живых. Они могли спокойно жить в Уэко Мундо столько, сколько пожелают.
— Харрибэл, ты мне доверяешь?
— Доверяю, но...
— Никаких "но". Просто пойдем со мной.
Харрибэл не могла отказать ему, когда он использовал против нее такую дешевую, но эффективную тактику. Кивнув головой, она использовала своё Реацу, чтобы рассеять покрывавшую ее кровь. Затем она обратила внимание на яйцо, пропитанное кровью, и нахмурилась.
Ее способность "Ресуррексиона" была связана с созданием воды и манипуляциями с ней. В форме Васто Лорде она еще ничего не знала о своей врожденной способности — только из-за отсутствия воды в Уэко Мундо.
Это была одна из причин, по которой он хотел взять ее с собой в Мир Живых.
Она могла бы узнать свои способности...
Его мысль резко оборвалась, и глаза расширились, когда кровь начала отделяться от поверхности яйца, словно управляемая невидимой силой. Харрибэл отвернулась от яйца, и крови, а затем интригующе проследила за его взглядом.
Харрибэл пробудила свою врожденную способность, когда ей стало невыносимо видеть яйцо в грязном состоянии.
Она обладала способностью создавать воду из ничего и манипулировать ею. Сейчас она, похоже, владеет только способностью манипулировать водой.
— Надо ли говорить: "Как и полагается мамочке Харрибэл?".
Мила Роза усмехнулась его комментарию:
— Инстинкт мамочки... — темнокожая Арранкар сделала паузу, когда Харрибэл положила рукоять меча ей на шею, — Х-Харрибэл-сама?
— Не поднимай наши личные темы.
Харрибэл легонько подтолкнула Мила Розу и с нежностью посмотрела на Казую.
— Может, пойдем?
— О чем вы...
— Мы пойдем?
Харрибэл повторила свой вопрос, закрыв глаза и слегка наклонив голову.
Казуя, мы пойдем?
От Харрибэл исходила ледяная аура, наполнявшая воздух непередаваемым холодом. Она словно проецировала невысказанное предупреждение: "Поспорь со мной сейчас, и ты пожалеешь об этом".
Мила Роза с дрожью потянула Казую за рубашку:
— Просто скажи "да", черт возьми! Ты хочешь, чтобы мы все погибли?!
Не обращая внимания на его настойчивость, он стоял на своем:
— Харрибэл, я этого так не оставлю. Мы поговорим об этом позже, наедине.
Его строгий тон заставил Харрибэл расширить глаза. Она не могла угрозами выпутаться из ситуации, когда в нее был вовлечен Казуя. Теперь у нее не было другого выхода, кроме как вступить в неловкий разговор о своих "инстинктах" и о том, как она с ним обращалась.
— Хорошо...
Голос ее был приглушен, что явно свидетельствовало о ее дискомфорте.
Казуя успокаивающе улыбнулся:
— Я буду нежен, Харрибэл.
Закончив с Харрибэл, он посмотрел на исчезающие вдали фигуры. Йоруичи явно получала удовольствие от погони Чируччи, проявлявшей удивительное упорство, как и в их битве несколько дней назад.
«Она что, любит кошек?»
Внезапный, леденящий душу взгляд вывел его из задумчивости. Повернувшись, он увидел фигуру в маске Пустого. Несмотря на пугающую маскировку, Реацу фигуры безошибочно выдавала в ней Шинигами.
«Шинигами, выдающий себя за Пустой? Погодите, кажется, я помню его из филлерной части».
Он не помнил имени Шинигами, но смутно припоминал предысторию, связанную с ролью Пустого Шинигами. Шинигами следовал за какими-то Пустым внутри Гарганты и оказался в Лесу Меноса. Вместо того чтобы возвращаться домой, Шинигами решил остаться и убить как можно больше Пустых.
«Неужели ты настолько глуп, чтобы напасть на двух Васто Лорде?»
Шинигами тактически отступил после нескольких осторожных взглядов. Казуя вздохнул с облегчением. Меньше всего ему хотелось убивать Шинигами в присутствии Йоруичи.
***
Под покровом черного неба Гарганты группа Казуи шла не торопясь, их непринужденный шаг свидетельствовал об их расслабленном состоянии.
— Йоу, почему ты все еще в своем Ресуррексионе? Он же тебя усилит, — спросила Мила Роза, ее голос гулко отдавался в темноте.
Сун-Сун покачала головой:
— Я не могу бегать голышом. Моя кожа не такая толстая, как у тебя.
В базовой форме она тоже была обнажена, как и Мила Роза. Темнокожая Арранкар все еще бегала в рубашке Казуи.
Мила Роза закатила глаза:
— Да пошла ты.
Йоруичи издала тихий смешок. Их игривый смех был легким, что резко контрастировало с суровым общением большинства групп Шинигами. Йоруичи поняла, почему Казуя так рисковал, чтобы спасти их:
— Вы очень сплоченная группа, не так ли? Как вам удалось принять в свои ряды мужчину?
Она знала о явной нелюбви Мила Розы к мужчинам, и это еще больше заинтриговало ее.
— Моя интеграция прошла более гладко, чем я ожидал, — сказал Казуя, — Только Мила Роза проявила некоторое сопротивление при принятии меня.
— О, и что же ты сделал? Спас ей жизнь? Очаровал ее своим голосом?
Покачав головой, он ответил игривым тоном:
— Я взмахнул волшебной палочкой и произнес любовное заклинание. Теперь она даже готова родить мне детей. Я переборщил...
