Ночные посиделки

Прошло не так много времени — вот Достоевский уже дома. В квартире не было уюта, лишь холод. По звукам было тихо. Значит ли это, что сегодня обойдется без громких «концертов»? Если это можно было так назвать. Прошло пару минут. Обувь уже снята, Фёдор обходит квартиру, убеждаясь, что никакого постороннего присутствия нет. Он проходит на кухню и подходит к окну, открывая его. В уши ударяет звук проезжающей мимо машины. А ведь когда он был мал, ему нравилось проводить время у окна, разглядывая мирно проходящих людей, которые всегда куда-то спешили. Сейчас, глядя на улицу, его охватило странное ощущение пустоты. Темные окончания зданий, мигающий фонарь у подъезда, который никто не хочет чинить... Черноволосый вдохнул холодный воздух, по коже пробежали мурашки. Он достал привычную дешевую сигарету, чиркнул зажигалкой, которая не сразу зажглась. Наконец, сделав глубокую затяжку, он выдохнул дым. Почему же он остался, а не ушел? Ведь мог бы уйти с той площадки и забыть... Что тогда его остановило? Любопытство? Желание узнать, чем всё закончится? Или просто выгода? Зачем он это сделал? Почему в тот момент, с тем парнем, было ощущение спокойствия? Может, он слишком давно не общался с людьми, и это выплеснулось в такие эмоции? Почему ему стало теплее? Из-за куртки, которой поделился юноша? Фёдор выдохнул, протер глаза и снова посмотрел на окно. Темнота манила, будто завлекала. Земля внизу словно говорила: «Ничего тебе не мешает закончить всё». Окно звало. Почему же он противился? Зачем он всё ещё в этом мире, если пользы не приносит? Навязчивые мысли начали съедать его. Парень даже стал всерьез рассматривать этот вариант, пока из-за спины не раздался голос, заставивший его вздрогнуть. — Снова ты эту гадость куришь? Женщина стояла за его спиной. Фёдор выдохнул, потушил окурок и выбросил его на улицу. Затем повернулся к матери, посмотрел на неё в тусклом свете, льющемся с улицы, и молча отвернулся. Женщина прошла к раковине с чашкой, набрала воды. — Ясно. Опять в молчанку играем? Ну, валяйте, молодой человек, кто ж против. Она отпила из чашки и громко поставила её на стол. Фёдор нахмурился, закрыл окно, взял свою сумку и быстро прошёл в комнату. Заперев дверь, он задумался что это вдруг она решила заговорить? Угрызения совести? Вряд ли. Но хотя бы она отвлекла его от навязчивых мыслей. Достоевский скинул сумку на пол, медленно вдохнул и выдохнул, поставив руки на стол. «Что же это за день такой?» — подумал он. Достав из шкафа футболку, он переоделся и обессиленно упал на кровать, которая с небольшим скрипом приняла его. Несколько минут он пялился в потолок, а затем повернулся на бок, достал телефон из сумки и поставил его на зарядку. Укрывшись теплым одеялом, Фёдор почувствовал, как усталость и холод улицы покидают его. Сон манил, и черноволосый не сопротивлялся. Закрыв глаза, он не придумывал сюжеты, не считал овец, а просто вспоминал прошедший день. Можно ли назвать его насыщенным? Наверное, давно он не вспоминал этого слова. Обычно всё было серо и скучно, но сегодня он даже провел время... весело? Открыв глаза, Фёдор одернул себя, покачал головой. «Что за бред? Это только тратит время...» Время? Для чего? Ведь его накопилось так много, почему бы его и не потратить? — Да что ж это за мысли такие?! Раздраженно воскликнул он, взял подушку и накрыл ею голову. Фыркнул. Всё это из-за того парня... Как его там звали?Николай, значит? Что ж, хорошо. Он примет этот вызов. Привязываться к нему он точно не собирается. А вот использовать его — почему бы и нет? Пока Фёдор сам не отвяжется, можно вести с ним общение, пусть даже сквозь зубы. Вопрос лишь в одном: сможет ли блондин выдержать такой «характер»? *** Беловолосый поспешно провернул ключ в замке и вошёл в свою небольшую квартиру. Захлопнув за собой дверь, он сбросил куртку и ботинки прямо у порога, едва не споткнувшись. Надо срочно садиться за выполнение домашних заданий. Совсем забыл про них. Однако организм требовал совсем другого. Хотелось только одного — спать. Но нельзя! Учёба важнее всего, ведь если он потеряет стипендию, это будет настоящая катастрофа. Без неё он в этом городе долго не протянет. Отбросив эти мысли, Коля направился на кухню. Поставив на плиту старенький чайник, он с верхней полки достал баночку кофе. Пил его редко, но сейчас — самое время. Засыпав в кружку три ложки сахара (он любил напитки послаще), дождался, пока чайник закипит, и залил кипятком тёмный порошок. Горьковато-сладкий аромат тут же наполнил кухню. Взяв кружку за ручку, Николай отправился в свою комнату. Там он аккуратно поставил кофе на стол, раскладывая вокруг учебники, тетради и наушники для фона. Вздохнув, он уселся за работу. — Чем быстрее закончу, тем быстрее смогу лечь спать, — пробормотал он, отпивая горячий напиток и слегка морщась, когда обжёг язык. Время тянулось мучительно медленно. Через полчаса глаза уже начали слипаться. Час спустя кофе закончился, а ошибки в текстах стали встречаться чаще. Николай устал настолько, что, уложив голову на стол, закрыл глаза всего на пару секунд... или так ему казалось. Тихая ночь пролетела незаметно. Утром беловласку разбудил будильник, разрывающий ушные перепонки.. даже через наушники. Николай вяло потянулся к телефону и выключил звук. — Ещё пять минут… — пробормотал он, однако спустя мгновение всё же поднял голову, осознав, что снова уснул за учебниками. С трудом поднявшись со стула, он направился в ванную. Голова раскалывалась от недосыпа. Умывшись и убрав растрёпанную косу, он решил переплести её заново. Мысли крутились где-то далеко, пока звонок телефона не вывел, его из полусонного состояния, возможно он, и сразу догадался кто ему звонил. Вздохнув, Коля снял трубку, включив громкую связь. — Да… Алло, мам? На том конце линии раздалось знакомое приветствие, за которым последовали вопросы: как он, что с учёбой, всё ли в порядке. — Всё хорошо, мам. Нет, мне не нужны деньги, тебе сейчас они нужнее. Да, у меня есть что поесть, не волнуйся. И по учёбе всё нормально, — монотонно отвечал он, собирая учебники в сумку. — Лучше расскажи, как ты. И как… он? Последнюю фразу он произнёс тихо, будто через силу. На том конце на несколько секунд повисла тишина, прежде чем голос матери стал чуть тише. — У папы вчера был не лучший день. Сегодня ему немного нехорошо, но это ничего... Коля не выдержал и перебил: — Не называй его так. Ты знаешь, что я не хочу ничего общего с ним. И, думаю, я знаю, почему ему плохо. Снова напился, да? Он тебя не трогал? — Нет, сынок, что ты… В этот раз всё было тихо. Подросток тяжело вздохнул, натягивая тёплую кофту. — Ясно. Ладно, мне совсем скоро, уже выходить. Ты всё спросила? Женщина на другом конце провода ответила, что это было всё, что она хотела узнать, и добавила: — В случае чего возвращайся домой. Я скучаю. После этих слов звонок завершился, оставив Колю в тишине. Приедет? Да нет уж, только не туда. Конечно, он любил свою мать, но сейчас не хотел видеться ни с ней, ни с его… отцом. Как давно он перестал даже думать об этом слове. Ну да ладно. Покачав головой, он, вприпрыжку натягивая штанины, дошел до кухни. Натянув штаны и застегнув их, открыл холодильник. Его явно приуныл, увидев, что тот пустой. Что ж, возможно, он немного приврал матери. Но ничего страшного, по пути домой сегодня купит всё, что нужно… наверное. Взяв сумку, парень достал кошелёк и ещё сильнее приуныл. Деньги там были, но стипендия ожидалась не скоро, а растянуть имеющееся, пожалуй, было сложно. Значит, придётся тратить как можно меньше. Наверное, стоит купить какую-то крупу и растянуть её на пару дней. Может, стоило бы найти подработку? Но как тогда всё успевать? «Как же тяжело… Вот почему я не родился в семье миллиардеров?» — подумал он, усмехнувшись своей же глупой мысли. — Ладно, хватит жаловаться, — пробормотал Николай. Через пару минут он уже натягивал обувь, перепроверяя, ничего ли не забыл. Затем выскочил за дверь, запирая её на замок. Чихнув, он остановился, замерев на месте. В глазах потемнело. Почему? Всё ведь было нормально… Ноги резко подкосились, и блондин рухнул на пол, выронив ключи. Только сейчас он понял, что головная боль, которую он игнорировал, была не случайной. Всё его тело горело, но он этого даже не заметил. — Болван… Нужно подняться… С трудом пытаясь встать, он ощутил, как слабость нарастает. Нужно хотя бы вернуться в квартиру, но силы его покидали. В голове мелькнула мысль позвать соседей. Но это казалось таким трудным... Коля редко болел. У него был крепкий иммунитет, но если уж заболевал, то серьёзно. Он надеялся, что кто-то выйдет в коридор, ведь было утро. Однако сознание стремительно угасало, и парень провалился в обморок. *** Сколько прошло времени, он не знал. Когда очнулся, ощутил под собой что-то мягкое. Значит, кто-то всё же нашёл его в коридоре? Наверное, сосед? Или кто-то ещё? Главное, что обошлось. Приоткрыв глаза, он увидел потолок своей комнаты. Всё ещё слабый, он решил оглядеться. Может, получится увидеть своего спасителя? Но то, что он увидел, заставило его вскочить на кровати. Правда, вскочил он неудачно — ударился головой о полочку рядом. На стуле, скрестив руки и закинув ногу на ногу, сидел… Фёдор!? Лицо черноволосого было таким недовольным, будто он обозлился на весь мир, напоминая сердитого кота. — Ч-чего?! Ты? Откуда ты тут?! К-как ты сюда попал?! Потирая голову, Николай с удивлением уставился на Фёдора. С головы упала тряпочка с уксусным запахом. — Я это, я. Завались уже. Похоже, тебе стало намного лучше, раз ты так скачешь, — фыркнул Достоевский. — Н-но ты тут… Как вообще так получилось? Что тут вообще происходит? Николай схватился за голову, которая резко заболела, и прилёг обратно на кровать. Прошло несколько минут, прежде чем он осознал, что это не сон и не галлюцинация. — И… как ты сюда попал? — Долгая история, знаешь ли, — вздохнул Фёдор. — Ну… я всё равно никуда не тороплюсь… Закатив глаза, Достоевский вздохнул ещё раз и, наконец, начал рассказывать, как всё произошло и как он оказался здесь. — Ладно. Хорошо, я расскажу тебе. значит, сначала всё было так..