So Alright, Cool, Whatever

10

Начнем с того, что Майк признает: он далеко не самый проницательный человек на свете. Да что там, даже в их компании он не на первом месте — это звание, скорее, принадлежит Оди или Дастину, но уж точно не Лукасу. Майк никогда не умел разбираться в своих чувствах, не говоря уже о чужих. Именно поэтому понадобился чертов апокалипсис и одержимость каким-то монстром, чтобы он, наконец, понял: его чувства к Уиллу не так уж платоничны. Правда, когда он это осознал, Уилл уже начал отдаляться от него. Физически, ментально, эмоционально — как угодно. Было трудно видеть, как его лучший друг, вернувшийся после почти года отсутствия, — когда мир, наконец-то перестал рушиться — казалось, предпочел бы встретиться лицом к лицу с Демогоргоном, чем находиться в одной комнате с Майком. И особенно ранило, как его лучший друг — к которому он недавно осознал свои чувства, — игнорировал его целый год, невзирая на одну компанию, а значит и необходимость большую часть времени проводить рядом. Нельзя винить Майка, за то, что он разозлился на избегающее поведение Уилла и начал пытаться загнать его в угол, чтобы поговорить. И, как ни странно, это сработало. Они поговорили, и по какой-то чудесной причине оказалось, что Уилл испытывает к нему те же чувства. И пусть местами Майк флиртует топорно и в лоб, суть остаётся сутью — он добился своего. Первое, что замечает Майк, когда перед ним и половиной гостей открывается входная дверь дома Байерсов — новая стрижка Уилла. Волосы, что раньше закрывали уши и шею, теперь едва касаются скул. Вид у него немного неряшливый и сальный, словно Уилл по привычке откидывал взъерошенные волосы назад, чтобы убрать их с глаз. Это странно. Не в плохом смысле, нет, просто по-другому. Лично Майку — даже мило. Второе, что замечает Майк, после того, как Уилл приглашает их из-под палящего зноя в их новый дом с кондиционером (должно быть, Уилл всё-таки убедил родителей его купить) — это мазки краски на его коже. Россыпи голубого и розового на его пальцах и под правой ноздрей — что объективно мило или даже симпатично — выдают, что Уилл рисовал до их прихода. — Эй, классная стрижка, — первым комментирует Лукас, пропуская их внутрь, там он усаживается на диван и увлекает за собой Макс. — Боже, какая жара на улице. — Да, не так круто, как у Стива, но выглядит неплохо, — добавляет Дастин. Майк кривится на это замечание, потому что, чего? Между прическами Уилла и Стива, прическа Уилла, несомненно, выигрывает этот раунд. — Этот парень каждый день выливает на себя по баллону лака. — У него шикарные волосы! — вскрикивает Дастин и хлопает Майка по руке. — Ага, — Майк потирает руку и направляется к диванчику, опускаясь на одну из подушек, — Готов поспорить, ты и о своей прическе так думаешь. — Ты, мой друг, — Дастин сверкает глазами и грозит пальцем, — Только что нажил себе врага. — Я в ужасе. — Ты и долж… — Боже мой, заткнитесь вы оба, — перебивает Макс, закатывая свои молочно-голубые глаза. — По-моему, у тебя классная стрижка, Уилл. Уилл улыбается, а Майк думает, что это совершенно несправедливо, насколько он привлекателен. — Спасибо, Макс, — кивает он, но улыбка скоро сходит с его лица и он хмурится. — Эй, подождите секунду. Макс уже хихикает, уткнувшись в плечо Лукаса, находя иронию в своих словах просто уморительной. Остальные тоже смеются вместе с ней, и даже Майк не может удержаться от смешка. Это хорошая шутка, он должен признать. Особенно потому, что в этот раз она не про него. Майк смотрит на раздраженное лицо Уилла и ухмыляется. — Хотя выглядит неплохо. Тебе очень идет. По просьбе Уилла, высказанной в начале недели, Майк старается не быть таким очевидным рядом с их друзьями. И не хотелось бы хвастаться, но у него неплохо получается (на самом деле нет, но Майку нравится так думать). Впрочем, он почти уверен, что вся компания уже в той или иной степени знает о его чувствах к Уиллу. Майк особо и не пытался это скрывать. Ни рядом с Уиллом, ни вообще. — Спасибо, — вежливо отвечает Уилл, лишь мельком взглянув на Майка. — Пойду возьму закуски и газировку. Ладно, это немного странно, но ничего страшного. Уилл ничего такого не имел в виду. Майк слегка кивает головой, все в порядке. — Оди! Ребята тут! — кричит Уилл, поднявшись на несколько ступенек, а затем исчезает на кухне, закрыв за собой дверь. Майк слышит шорох и легкий стук наверху, после чего все стихает, — кажется, Оди работает над своим собственным художественным проектом. — Пойду помогу, — заявляет он, поднимаясь, и уходит следом. На кухне Уилл возится с банками газировки, склонившись к холодильнику. Майк прекрасно понимает, что не должен так нервничать, но присутствует странное ощущение словно что-то не так или, еще хуже, что он в чем-то виноват. Впрочем, если трезво подумать, за последнее время он, кажется, не успел натворить ничего ужасного. Ну да, возможно, он не так много времени проводил с Уиллом на этой неделе, но вряд ли это можно считать проступком. Иногда Уилла трудно понять. — Эй, — мягко начинает Майк, от чего Уилл подпрыгивает, и уголки рта Майка дергаются, — Нужна помощь? Уилл поднимает на него глаза и тепло улыбается, — похоже, уже оправившись от небольшого испуга, вызванного Майком. Ладно, может, тогда не стоит расстраиваться? Майк просто выдумывает проблемы, которых на самом деле нет? Возможно. — Конечно, можешь взять это? — Спрашивает он, уже вкладывая охлажденные напитки в руки Майка, не оставляя ему шанс ответить, и тот слегка вздрагивает, поскольку от холода по коже бегут мурашки. Майк наблюдает, как Уилл порхает по кухне, доставая закуски. Кажется, с ним все в порядке. Может, Уилл просто не понял, каким тоном он говорит? Иногда он бывает немного резковат. — У тебя краска на носу, — констатирует Майк, облокачиваясь на ближайшую к Уиллу стойку. — М-м-м, — мычит Уилл, почти засунув голову в шкаф, — Умоюсь через секунду. — Ты в порядке? — Да, конечно, — снова улыбается ему Уилл и, быстро оглянув комнату, оставляет быстрый, но крепкий поцелуй на щеке Майка. К тому времени, как мозг Майка снова начинает функционировать, Уилл снова возвращается к копанию в шкафчиках. — Вообще-то, я хочу кофе. Ты будешь? Мне кажется бессмысленным готовить целый кофейник на одного человека. — Эм… да, — отвечает Майк, слегка запинаясь. Честно говоря, он не уверен, хочет ли вообще кофе, но это было первое внятное слово, которое он успел выловить из своей головы. Уилл мило улыбается ему и просто целует в щеку. Так что, конечно, он выпьет этот кофе. Хоть целый литр, если Уилл этого захочет. Майк никогда к этому не привыкнет. К тому, что Уилл не только знает о его чувствах, но и отвечает ему взаимностью. Майк улыбается Уиллу в ответ, чувствуя, как румянец заливает его шею. Все эти изменения в их отношениях до сих пор кажутся относительно новыми и хрупкими. Они не были так нежны и ласковы друг с другом с начальной школы, поэтому Майк наслаждается каждой минутой. Он и не подозревал, насколько изголодался по прикосновениям, пока они с Уиллом снова не начали проводить время вместе. Майк проскальзывает в гостиную в тот момент, когда Уилл начинает высыпать кофейную гущу из кофейника, и неаккуратно расставляет напитки на журнальном столике. Не обращая внимания на недовольные возгласы друзей о том, что он делает напитки слишком газированными, он проделывает то же самое с закусками и поворачивается назад на кухню. Вернувшись на свое место у столешницы, Майк смотрит, как Уилл наливает сливки в одну из чашек. С минуту они стоят в уютной тишине, слушая, как капает кофе из кофейника и гудит лампочка над раковиной. Майк не может отделаться от мысли, что хотел бы проводить так все свое время. Или, может быть, он просто хочет проводить все свое время с Уиллом. — Я соскучился. Уилл тихо фыркает. — Ты же видел меня вчера, дурачок. — Да, ну, знаешь, давненько мы не были одни, — тихо отвечает Майк, ковыряя кончики ногтей. — Мы и сейчас не совсем одни, — слегка улыбается Уилл, обнажая свои милые кролячьи зубки, и тянется к руке Майка, поглядывая на кухонную дверь. Майк, не будь он Майком, щиплет Уилла за бок, отчего тот взвизгивает и отскакивает от его руки. — Я имел в виду позже, дурачок. — О, да? — Уилл приподнимает бровь, разливая темный напиток по кружкам. — И чем, по-твоему, мы займемся позже? — Наверное, чем-нибудь веселым, — Майк шевелит бровями в ответ на скептический взгляд Уилла. — Не знаю, Майк, — медленно произносит Уилл с ухмылкой на лице, — Твое представление о веселье, в лучшем случае, сомнительно. Майк усмехается, беря предложенную Уиллом кружку. — Это подло. Я очень веселый. Уилл бросает на него лукавый взгляд и направляется в гостиную. — Я веселый! — Конечно, приятель. Майк снова усмехается, следуя за Уиллом из комнаты. — Хватит меня «приятельничать»! — Я буду тебя «приятельничать» сколько захочу, приятель. — Буквально кричу, плачу и блюю одновременно, — ворчит Майк и опускается обратно на диванчик, стараясь не расплескать кофе. — Боже, ребята, что-то вы долго, — жалуется Лукас, — Мы ждём вас целую вечность. — Извини, кофе, — объясняет Уилл, запускает кассету и садится на пол перед Оди и Макс. Прекрасно. Все в порядке. Рядом с Майком есть отличная подушка, на которой Уилл мог бы с комфортом разместиться. Но ничего страшного. У Майка совершенно не возникает ощущения, что что-то не так. Потому что Уилл заверил его, что все в порядке. Он просто находит подтекст там, где его нет. Что с того, что Уилл решил сесть на пол, а не рядом с ним? В конце концов, он не настолько прилипчив. Хотя, ладно, — он все же немного прилипчивый. Особенно, когда дело касается Уилла. Если у них и правда есть какие-то проблемы в отношениях, то они, скорее всего, заключаются в неспособности Майка хоть чуть-чуть умерить свой напор, или вечной нерешительности Уилла во всем, что они делают. И это нормально, что Уилл колеблется. Хоть иногда это больше похоже на то, что он не совсем уверен в них, — что он хочет отдалиться от Майка. И каждый раз, когда эта мысль задерживается в его голове дольше минуты, в животе у Майка появляется дыра размером с приличный кратер. Поэтому он старается меньше об этом думать. Как бы то ни было, после нескольких фильмов их друзья уйдут, они останутся одни, а Уилл останется в полном распоряжении Майка на весь остаток вечера. Так что все в порядке. Майк подтягивает колени к груди на маленьком диванчике и пожимает плечами в ответ на вопросительный взгляд Оди, наблюдая за экраном, но не воспринимая информацию. Пожалуй, ему бы понравился фильм, если бы он смог уделить ему внимание. Последние пару лет Майк постоянно сталкивался с одной и той же проблемой: мысли ускользали быстрее, чем он успевает их ухватить. И каждый раз, как ни пытался он отвлечься, все в его голове неизбежно сводилось к Уиллу Байерсу. И да, возможно Майк немного одержим своим парнем. Но разве можно его за это винить? Он так не думает. Кажется, Уилл понимает его лучше всех, словно они настроены на одну волну. Уилл — такой заботливый и чуткий ко всем вокруг, почему-то всегда находит чуть больше терпения и заботы для Майка. Как мог Майк не влюбиться в Уилла? Как мог не быть одержимым им? Как вообще возможно не беспокоиться о нем и его чувствах? — Знаешь, — Майк переводит взгляд с Уилла на Дастина, жующего чипсы, — Лидия выглядит как молодая версия мамы твоего парня. Майк поворачивает голову обратно к телевизору и видит более молодую и энергичную версию Джойс Байерс. — Черт возьми, ты прав, — восклицает Майк, глядя на экран.

***

Они в доме одни. Вся шумная компания разбрелась по домам: Макс утащила с собой Оди, Хоппер и мисс Байерс ушли разбираться в своих загадочных детективных делах, которые Майк до сих пор не до конца понимает. В итоге — Майк и Уилл в его спальне одни, совсем одни. Уилл стоит, сгорбившись, между колен, сидящего на краю кровати Майка. Лениво запустив пальцы в его волосы — словно желая удержать его на месте, как будто в этом вообще есть необходимость. Смешно думать, что Майк захотел бы хоть на секунду оторваться от губ, упрямо прижатых к его губам. На самом деле, все это начиналось как невинный чмок. Но стоило Уиллу отстраниться с той же поспешностью, с какой он и прильнул к нему, Майк на чистых рефлексах обвил его руками за шею и притянул обратно. Разве можно упрекнуть Майка? Уже целую неделю он толком не виделся с Уиллом наедине. Конечно, их друзья замечательные, и проводить с ними время весело, но это невыносимо — постоянно сдерживать желание поцеловать. Так что, да, разумеется, он не упустит шанс насладиться их редкими минутами уединения. Майк скользит языком по нижней губе Уилла, а затем мягко втягивает её в рот. Уилл выдыхает с лёгким стоном и, свободной рукой опершись о плечо Майка, переносит часть своего веса на него, прижимаясь ещё ближе. И прежде чем Майк успевает это осознать, его спина оказывается прижатой к тяжёлым одеялам на кровати Уилла, а сам Уилл заполняет всё его личное пространство. Рука, что прежде покоилась на плече Майка, теперь удерживает вес Уилла, упираясь в матрас и словно заключая Майка в клетку с одной стороны. Вторая рука Уилла скользит по бедру Майка, медленно и размеренно, пока губы оставляют поцелуи вдоль его челюсти и опускаются к шее. Майк резко втягивает воздух, когда Уилл прикусывает кожу на его шее, а затем припадает к особенно чувствительному месту у ключицы, втягивая его в тёплый плен своих губ. Руки Майка, до того лежавшие на щеках Уилла, тянутся к затылку, пальцы вплетаются в свежеподстриженные волосы и слегка тянут их. Это, честно говоря, странное ощущение — совсем недавно он только начал привыкать к тому, что ему позволено прикасаться к длинным прядям Уилла, которые можно было заправлять за уши. — У тебя странные волосы, — вырывается у Майка. И, о боже, это прозвучало совсем не так, как он хотел. Голос сорван, хриплый, а мозг, похоже, окончательно разучился складывать слова в приличные комплименты. — О, спасибо, — усмехается Уилл с показной обидой, отрываясь от его шеи, и Майку приходится сдерживать совершенно неприличный всхлип разочарования. — А я-то думал, ты считаешь, что стрижка идёт мне и подчёркивает лицо. И теперь Майк таки издаёт какой-то странный жалобный звук, потому что, ну почему Уилл его дразнит, когда можно просто вернуться к поцелуям? — Идёт! Я не это имел в виду… Я не про «странно-плохо», просто... по-другому. — Начинаю думать, тебе не нравится моя стрижка, — смеётся Уилл, снова прижимаясь носом к шее Майка, а затем возвращается к прежнему месту и впивается губами в уже образующуюся тёмную отметину. — Чёрт, — Майк резко втягивает воздух сквозь зубы, — Я вообще-то не это сказал. Ты же понимаешь, о чём я. — Нет, — Уилл отвечает с невинной интонацией, но его зубы скользят выше по шее Майка, вызывая в теле дрожь. Рука, лежавшая на бедре, медленно поднимается к его бедру и вдруг уверенно надавливает, заставляя Майка вжаться глубже в матрас, когда Уилл заполняет собой всё пространство вокруг. Его зубы прихватывают мочку уха Майка, и голос становится низким, почти мурлыкающим: — Кажется, не понимаю. И Майк, честно говоря, никогда ещё не чувствовал себя таким выбившимся из дыхания, даже после изнурительных кругов на физкультуре. Когда, чёрт возьми, здесь стало так жарко? Когда Уилл стал таким горячим? Боже, у него ощущение, будто солнце опаляет изнутри, разом сжигая и лицо, и лёгкие. — Ну разумеется, что мне нравится, Уилл, — сипло выдавливает он, проводя пальцами сквозь его волосы, чтобы доказать — да, нравится, ещё как. — Это... это чертовски горячо. Просто я не ожидал. Уилл задерживает на нём долгий взгляд, словно обдумывая что-то, а затем, похоже, вовсе сдаётся и просто прижимает их губы друг к другу вновь. Майк довольно мычит, благодарный за возможность забыть про свою нелепую оговорку. К тому же, когда Уилл целуется вот так, это заставляет мозг Майка просто отключаться. И, честно говоря, Уилл чертовски хорошо целуется. По крайней мере, Майк так думает. Хотя у него не то чтобы богатый опыт в этом деле… но всё же. Из его груди срывается негромкий стон, когда пальцы Уилла сжимаются на его бедре, и он настойчиво проникает языком в его рот. Уилл полностью захватывает его, ошеломляет до одурманенности, и Майк не думает, что ему когда-либо надоест целовать его вот так. Его тело реагирует быстрее, чем мысли: Майк выгибается навстречу, когда ладонь Уилла пробирается под его футболку, скользит вверх, лаская кожу под рёбрами. И… о боже. Майк внезапно осознаёт — да, он определённо сейчас возбуждён. Наверное, Майк бы почувствовал неловкость из-за того, как явно откликнулось его тело, если бы не глухой стон Уилла, прозвучавший у него во рту, когда тот резко опускается бёдрами вниз. И… чёрт возьми — это что-то новое. Майк вцепляется пальцами в линию его челюсти, с жадностью притягивая ближе, сгибает ноги и упирается ими в матрас, пытаясь найти хоть какую-то опору, чтобы быть ещё ближе. Если раньше он думал, что ему не хватает воздуха, то теперь лёгкие будто вовсе отказываются работать, а он всё равно хочет большего. Он осторожно подаётся вверх, прижимаясь к Уиллу, и в ответ получает ещё один срывающийся с губ Уилла выдох, когда его бёдра снова опускаются вниз, сталкиваясь с ним. Рука Уилла уже вернулась к его бедру, хватка крепкая, требовательная, подтягивающая их тела вместе, ткань одежды трётся друг о друга, не давая забыть о напряжённом возбуждении. Майк не выдерживает и отрывается от поцелуя, чтобы сдавленно всхлипнуть, когда Уилл покачивается вниз ещё раз… и ещё… и снова. А потом — всё исчезает. В одно мгновение тяжесть тела Уилла исчезает, будто кто-то рывком выдернул из-под Майка опору, оставляя лишь ладонь на его колене. Это прикосновение, такое лёгкое, холодное, кажется почти неуместным в том месте, где недавно было тепло и близость. Майк чувствует, как всё в нём протестует против внезапной пустоты, а между ними повисает неловкая, болезненно ощутимая дистанция. Открыв глаза, Майк видит своего парня, стоящего над ним — запыхавшегося, раскрасневшегося, с округлившимися глазами. — Я... э-э, что? — тяжело дыша, выдыхает Майк, не понимая, почему они внезапно остановились. Уилл заметно сглатывает и отводит взгляд. — Эм, чем бы ты хотел заняться? — Что... — Я достал новый выпуск «Человека-паука», — нервно бормочет Уилл, и словно извиняясь, целует Майка в колено и поспешно отстраняется, а потом начинает копаться в вещах. — Почитаем, да? И вот оно снова — чувство, от которого Майку сложно избавиться: Уилл хочет от него отстраниться. Голос Уилла дрожит настолько, что Майк понимает: не стоит сейчас давить, даже если ему чертовски хочется обсудить то, что только что произошло. Он чувствует, как от всей этой ситуации у него начинают сводить нервы. — Да, хорошо, э-э-э, — тупо отвечает Майк, оставаясь лежать в том же положении, в каком его оставил Уилл. Майк делает несколько глубоких вдохов, пока Уилл усаживается рядом на кровать, скрестив ноги так, что они оказываются прямо у Майка над головой. Уилл неуверенно улыбается ему, и Майк пытается выдать в ответ хотя бы подобие улыбки, все еще стараясь осознать, что, черт возьми, только что произошло — Так и будешь лежать или сядешь рядом? — А, да, конечно, — запинается Майк, оставаясь лежать на месте, — Просто... дай мне минутку. Уилл косится на очевидную выпуклость в его баскетбольных шортах, но тут же отводит взгляд обратно к глазам Майка, и по его щекам мгновенно расползается густой румянец. Боже, какой же он милый. — О, да, прости. Что ж, неловко. Но ничего страшного! Просто ситуация немного вышла из-под контроля. Они еще не готовы к этому шагу — или, по крайней мере, Уилл не готов — и это совершенно нормально. Майку достаточно того, что Уилл вообще хочет быть с ним. Хочется нервно рассмеяться, чтобы сбросить накопившееся напряжение. Он облизывает нижнюю губу и украдкой бросает взгляд вниз, надеясь убедиться, что на Уилла это повлияло так же, как на него самого. Хотя толку от этого взгляда немного — Уилл положил комикс себе на колени, прикрываясь страницами. Майк делает еще пару глубоких вдохов, успокаиваясь, и наконец садится. Развернувшись, он усаживается рядом с Уиллом на кровати, помогая себе руками, и прислоняется к спинке кровати. — Ну, — говорит Майк немного натянутым голосом, — Что случилось с Человеком-пауком на этот раз? Снова сражается с Зеленым Гоблином? Уилл задумчиво хмыкает, откидываясь на спинку рядом с Майком и рассеянно прижимаясь плечами. Листая страницы, он произносит: — Похоже на то, но я еще не читал. Возникает короткая пауза и тогда Уилл вполголоса бормочет: — Кто знает, может, они с Гоблином объединятся и ограбят банк или что-то в этом духе. — Человек-паук не стал бы грабить банк, — смеется Майк, склоняя голову на плечо Уилла. — А ты откуда знаешь, — Уилл пихает его локтем, — Ты же не знаешь Человека-паука лично. — А вдруг знаю? Ты же не знаешь всей моей жизни. — Что? — фыркает Уилл. — Ты серьёзно пытаешься сказать, что ты и есть Человек-паук? — Ну, я этого не говорил, но, — шутит Майк. — Боже мой, все это время я встречался с борцом за справедливость и даже не подозревал об этом, — с притворным шоком и недоверием отвечает Уилл. И Майк не может удержать улыбку, что расползается по его лицу. Он обожает, когда Уилл подхватывает его дурацкие шутки. Он обожает Уилла. — Вообще-то, мне больше нравится «дружелюбный сосед», спасибо большое, — язвит Майк в ответ и тянется поцеловать Уилла в щеку, добавляя: — И, между прочим, это автоматически делает тебя Мэри Джейн, так что ты типа без ума от меня. О! Можно сделать такие костюмы на Хэллоуин в этом году. — Ни за что, — отзывается Уилл, и Майк чувствует, как тот качает головой. — Почему нет? — канючит Майк. — Ты был бы таким милым с рыжими волосами. — Фу, нет. Почему я не могу быть Гарри? — Потому что они не вместе, — объясняет Майк, просматривая страницу, которую Уилл оставил открытой. — Не знаю, мне их отношения всегда казались… ну, ты понял, — говорит Уилл, делая жест рукой, как бы заканчивая мысль, — Или, по крайней мере, от Питера исходит такой вайб. Майк, честно говоря, никогда не задумывался о предпочтениях Человека-паука. — Но он же встречается с девушкой. — Ты тоже встречался с девушкой, — замечает Уилл, переворачивая страницу. — Туше. Может, он просто любит и то, и другое. Уилл одобрительно хмыкает, вчитываясь в маленькие пузырьки текста на странице. Майк, честно говоря, не утруждает себя чтением — ему гораздо приятнее прижаться к Уиллу. Тут тепло и уютно, и он чувствует успокаивающий запах Уилла. Аромат чистого белья, кофе и слабый оттенок сигаретного дыма. Майк не уверен, от кого тянется этот запах — то ли от Хоппера с мисс Байерс, то ли Уилл иногда тайком курит сам. Надо бы спросить об этом когда-нибудь. Но точно не сейчас, потому что сейчас он устроился слишком удобно, прижавшись к упругой, тёплой руке Уилла, пока тот читает свой комикс, и Майк совсем не хочет начинать разговор, который может перерасти в ссору. У них и так почти не бывает времени наедине. Майк даже не замечает, в какой момент засыпает. Может быть, это произошло, когда Уилл отклонился немного назад, давая ему больше пространства устроиться поудобнее. А может — когда Уилл раз за разом переворачивал страницы с медленной, убаюкивающей регулярностью, погружая Майка в сонное забытьё. Как бы там ни было, здесь уютно и спокойно, и Майк уже давно понял — он никогда не спит так хорошо, как рядом с Уиллом.