Сумашедшая Мисс Поттер

По правде говоря, первый учебный день прошел не слишком уж весело. Нельзя, конечно, сказать, что было скучно, но и запоминающимся этот день не был. Немного уставшие ученики собрались в гриффиндорской гостиной, чтобы поделиться впечатлениями о первом учебном дне. Гарри и Рон сидели на диване недалеко от Айлы с Марией. Близнецы в это время побежали брать еду с кухни, тем самым нарушая правила. Нарушить школьное правило в первый же учебный день – это вполне в их стиле. – Как вам МакГонагалл, а? – обратилась Айла к Рону и Гарри. – Злая она какая-то, но, клянусь шоколадными лягушками с вкладышами, на всем белом свете нет человека хуже Снейпа! – сказал Рон, и по его тону можно было точно сказать, что в своих словах он уверен на все сто. Гарри кивнул, как бы подтверждая слова приятеля. – В принципе, уроки прошли хорошо, даже интересно, но, Айл, когда мы уже начнем колдовать? По-настоящему, а не это глупое “перышко-поднимание”? – все-таки подал голос Гарри. – А ты хотя бы перышко научился поднимать? – слегка насмешливо ответила Айла. Гарри не нашел, что на это ответить, и в их “студенческом” кругу на минуту повисло молчание. – Может, сыграем в карты? Я из дома захватила, – предложила Мария, первая нарушив тишину. – Карты? Ах да, маггловская игра. Где-то я про нее слышал… – произнес Рон, который был не силен в маггловских играх, привычках и вещах. Они провели за игрой минут десять, а потом портрет отодвинулся, и показались два счастливых одинаковых лица – Фред и Джордж. – Как-то вы долго, – отметила Айла. – Поход за вкусностями занимает не больше пяти-десяти минут, а вас не было двадцать, если не больше. – Да нет. За едой мы быстро сходили. Просто потом решили немного Филча погонять. Кстати, он нас не поймал, – весело произнес Джордж, радостно подмигнув. – Забегались чуток, – дополнил Фред. – Ладно, показывайте давайте, что взяли. Близнецы начали перебирать пирожные, булки и прочие лакомства, гордясь при этом собой так, будто они не еду у эльфов выпросили, а как минимум Хогвартс на одни “Превосходно” закончили. Вкусно поужинав второй раз за день, подростки стали расходиться по комнатам. В комнате, помимо Айлы, жило еще три студентки: Мария, Кэтрин и Джейн. Кэтрин – прекрасная девушка, также учащаяся на пятом курсе Хогвартса. Кэтрин, стоит заметить, достаточно умна, но немного неуклюжа. Но это не делает ее хуже, так как, несмотря ни на что, она остается доброй и отзывчивой. Она даже пару раз давала Айле списывать, когда Мария наотрез отказывалась. А вот о Джейн такого сказать нельзя. Как бы не хотелось это принимать – девушка нарушала идиллию в комнате. По ее словам, ей вечно все мешают и не дают спокойно находиться в комнате. Из-за этого между девушками частенько вспыхивали конфликты. Однако этим вечером все было на удивление спокойно и мирно. – Как вам первый день? – спросила Кэтрин. – У меня лично все лучше некуда. Вы заметили, какая профессор МакГонагалл сегодня добрая? Даже не напугала меня, когда я сказала, что забыла пергамент, а запасного как на зло ни у кого не было. Она мне даже свой дала! Она явно подобрела за лето. – Просто от нас отдохнула, – усмехнулась Мария. – Одна-две недельки, и она поймет, что мы ни капли не поумнели, а скорее даже наоборот. – Ты давай-ка не обобщай, – возразила ей Джейн, которая хоть и была спокойнее после каникул, но паинькой все же не стала. В ответ на это Мария решила поступить разумно и просто промолчать, дабы предотвратить ссору в первый же учебный день. Когда Мария уже легла на кровать и собиралась класть голову на подушку, к ней на кровать подсела Айла и шепотом спросила: – Как думаешь, Гарри будет тяжело влиться во все это? До этого момента я даже как-то не задумывалась, а сейчас что-то переживаю… – Все будет хорошо, не переживай. Просто дай ему набить свои шишки и старайся не лезть с советами слишком часто, – заботливым голосом сказала Мария. Айла послушно кивнула и перелезла к себе на кровать. Опустив голову на подушку, она погрузилась в царство Морфея. ★★★ Утро началось не самым лучшим образом. Сначала Айла проспала и, под причитания Марии, спешно собиралась на завтрак, затем на завтраке пролила на себя апельсиновый сок, и пришлось бежать в комнату переодеваться. И когда она вихрем неслась по лестницам, дабы успеть и переодеться, и на урок не опоздать, то споткнулась и, упав, ударила ногу. Да так, что потом еще полдня ходила хромая. А потом на уроке травологии профессор сделала несколько замечаний работе Айлы, а потом профессор Снейп унизил ее перед всем классом, сказав, что даже первокурсник готовит зелья лучше, чем она, и что таким ученицам не место в Хогвартсе, ну или же, по крайней мере, на его уроке. И к последнему уроку Айла чувствовала себя как выжатый лимон. Ей казалось, что за одно только утро произошло столько, сколько обычно происходит за неделю, соответственно, сегодня уж точно ничего нового случиться не должно. Однако она ошиблась. После урока ухода за магическими существами, который во вторник стоял последним и проходил непосредственно на улице, все ученики отправились в здание школы, все, кроме Айлы. Она уже собиралась уходить, как вдруг заметила что-то странное в Запретном лесу. Обычно она старалась обходить его стороной, наслушавшись страшных историй от Хагрида, но любопытство взяло верх. Что-то манило её вглубь леса, словно шептало её имя. Айла решила быстро проверить, что там, и пойти в школу. Приблизившись к лесу, она поняла, что там стоит мужчина, и ведет он себя, надо сказать, странно. Айла не сразу смогла разглядеть, кто же там все-таки стоит, поэтому подошла поближе. К собственному удивлению, в неузнанной изначально фигуре она увидела Квирелла – нового заикающегося профессора по защите от темных искусств. Он, как обычно, был в своем странном тюрбане, но из-за того, что профессор наклонился, тюрбан слегка съехал с его головы, и под тюрбаном Айла увидела какое-то странное сморщенное существо. “Нет, что за бред. Какое еще существо? Ахинея, да и только. Скорее всего, это просто какое-то заболевание или шрам…” – думала Айла. Профессор Квирелл ползал по земле и рыскал в траве, пытаясь что-то найти. Насколько поняла Айла, искал он какую-то траву, судя по виду… Как только Айла увидела, что он встает с земли, она быстро сорвалась с места и спешно зашагала в Хогвартс. Хоть она и уверяла себя, что с Квиреллом все нормально и он не опасен, небольшой осадок остался. Именно поэтому девушке так не хотелось быть замеченной. Вернувшись в Хогвартс, она первым делом пошла в душ, так как на уроке ухода за магическими существами она испачкалась в земле, и ей вовсе не хотелось ходить так весь день. После душа девушка решила сразу приступить к выполнению домашнего задания, чтобы хоть немного отвлечься от навязчивых мыслей о профессоре защиты от темных искусств. Заметив занятую учебой подругу, Мария решила присоединиться и села рядом с ней, взяв с собой чернильницу, перо и несколько свитков пергамента. – Слушай, а вот что бы ты делала, если бы заметила, что один из профессоров какой-то очень странный? – неожиданно выдала Айла. – Айл, с тобой все хорошо? Какие еще странные профессора? – Мария издала нервный смешок. – Ладно, забудь. Давай больше не будем к этому возвращаться. Остаток вечера прошел спокойнее некуда. Перед сном Айлу продолжили мучить мысли о странной голове профессора Квирелла. Ну не могло же ей так показаться! Провалявшись с этой мыслью минут с двадцать, девушка уснула, даже не подозревая, во что она вляпалась, ведь сомнительный профессор успел заметить ее каштановые волосы, скрывающиеся за деревьями… ★★★ Собрав в Запретном лесу нужные ему травы, Квирелл встал и уже собирался идти в сторону Хогвартса, как вдруг услышал треск веток и обернулся. Звук был вызван бежавшей гриффиндоркой. В ней он узнал Айлу Поттер. “Поттеры всегда лезли не в свое дело. Вдруг она что-то видела? Эта девчонка может мне помешать”, – подумал Квирелл и умеренным шагом пошел к школе. Зайдя в свой кабинет, профессор запер дверь, завесил окна и снял тюрбан. – Придурок, надо быть осторожнее! – сразу же набросился на него Волан-де-Морт с упреками. – Что ты будешь делать, если окажется, что девчонка меня увидела и расскажет все Дамблдору?! Квирелл еще долго беседовал с Волан-де-Мортом, пытаясь усмирить его далеко не праведный гнев.