Поздно ночью

Глубокая ночь. — Ну и мазила. Гидеон стряхнул крошки от соленого арахиса с футболки на пол, пока лежал на койке и смотрел матч «Челси» в записи. Он, заядлый фанат футбола — Митчелл, Господи, я тебя вышвырну, если ты еще хотя бы раз скажешь «соккер», — не успел посмотреть прямую трансляцию, потому что был на миссии, но хорошо, что получилось отыскать видео с полной игрой. Митчелл расположился на полу, потягивая, как и Гидеон, пиво из стеклянной бутылки. Хотя эту гадню сложно было назвать пивом — вкус больше напоминал газированный сироп от кашля. Арахис немного исправлял ситуацию, но больше всего помогал вкусный счет на проекции во всю стену — «Челси» пока лидирует со счетом 2:0. О, да, лучше ночи и не придумаешь: завтра вроде как никуда не надо, рядом алкоголь и орехи, еще и поза такая удобная, м-м… жарко, правда, хотя Гидеон лежал лишь в футболке, трусах да носках — нужды щеголять в брюках и ботинках пока нет, час ведь поздний. — Хрень какая-то. — Ты уже полчаса смотришь этот матч и только сейчас придумал назвать его хренью? — Гидеон отпил немного пива, облизнул кончиком языка верхнюю губу и хотел легонько лягнуть сидящего к нему спиной Джека ногой, но вовремя остановился. Большой палец проехался по широкой спине гостя и вместе со ступней вернулся в исходное положение. — Ну да. Просто это ж реально хрень! Включи лучше хоккей, — Джек не решил оборачиваться. — Это моя комната и я решаю, что здесь включать, — Гидеон все-таки проехался пяткой по лопаткам подчиненного. Несильно. — Я не заставляю тебя здесь сидеть. И вообще… время-то уже недетское. — Отвали, а? Подумаешь, на пару лет раньше родился. — Ага, а еще я твой командир. Поимей уважение, — Гидеон негромко фыркнул, рассмеявшись, когда Джек поставил свою пустую бутылку на стол и приподнял руки, согнув их в локтях, в жесте а-ля «я сдаюсь». — То-то же. На минуту в комнате воцарилось молчание. Тишину нарушали только свист да слова футбольного комментатора, пока по зеленому полю бегали человечки в синих и белых футболках. — Знаешь, мы могли бы заняться чем-нибудь более интересным. — Например? Посмотреть американский футбол? — Гидеон уже готовился садануть недовольного солдата второй раз, но тот схватил его за щиколотку. Пальцы левой руки, протезированной, цепко держали ногу, не давая двинуться, и Джек встал. — Не-а. Он высвободил конечность и уселся на край койки. Повернулся. У него начали отрастать волосы, и это выглядело, если честно, забавно. Он немного напоминал цыпленка, особенно когда мыл голову и пряди, что еще не достигли нужной длины и остановились на отметке «очень всрато», торчали в разные стороны. Сейчас было бы так же, но они уже успели высохнуть после душа и Джек их пригладил. Он вдруг подсел ближе. Еще ближе, а потом с ногами залез на койку и навис сверху, уперевшись руками в твердый матрас. Прищурился. — Ты точно пришел сюда футбол смотреть? — Гидеон усмехнулся и потянулся, чтобы ощупать ладонями задницу Джека. По-хозяйски, потому что пива он тоже выдул немало. Имел право. — Изначально — да. А казалось, что нет. Появилось подозрение, что хитрый Джек явился сюда поздно ночью, чтобы попить пивка и покувыркаться. Хорошее желание, впрочем. — Митч, подожди- Джек наклонился. Шмыгнул носом и прижался ртом ко рту Гидеона, целуя. Сначала смазанно и даже как-то нежно, а после, уже сообразив, с бо́льшим напором, пока по его телу гуляли руки, касаясь складок на одежде и оголенных участков кожи. О, да, и все это — под аккомпанемент футбольного матча. Поцелуй вышел не очень приятным. На языке осел ужаснейший вкус пива, а меж зубов застряли крохотные кусочки арахиса — Гидеон поморщился, но Джека конкретно развезло и он кроме удовольствия уже ничего не чувствовал. Ему пофиг, он продолжал самозабвенно целовать, влажно, колюче и со смаком, пока Гидеон под ним заправлял его патлы ему за уши и пытался дышать. Нет, дышать во время поцелуев можно, но это такая странная хрень, тыкаться носом, пока партнер чувствует, как его пассия сопит ему прямо в щеку. Ужас. Страшнее ситуацию делал разве что только факт того, что у Гидеона, считай, полный рот орехов. Койка тесная, пусть в целом и удобная (но для одного человека, а не двух!), в комнате жарко, а кто-то из команды соперника забил гол к минуте как Джек с тихим чмоком отстранился. Он вытер рот ладонью, убрал волосы с лица и приспустил с себя штаны, в которых и приперся к Гидеону в комнату. У него давно стоял, что видно было даже не по очевидной выпуклости в районе паха, а по раскрасневшемуся лицу и блестящим голубым глазам. О, черт, Джек и правда собирался перепихнуться. Он оперативно стянул с себя и белье, пальцами, что не слушались, потянул мягкую ткань вниз и наклонился, когда Гидеон скопировал его действие. Вообще, в любой момент очередная ячейка KVA снова может вытворить какую-нибудь хрень, из-за чего все начнут бегать по казарме, как умалишенные, и тогда в комнату точно кто-то заявится. Ну, это хотя бы не Айронс, который уже заходил утром чисто чтобы поглядеть на своих орлов. Нет, все, хватит, не зайдет никто, прекрати! — Ш-ш-ш, — попросил быть потише Джек, хотя пыхтел как паровоз именно он. Одну руку он использовал в качестве опоры, а второй обхватил собственный член. Прикусил нижнюю губу, нахмурил тонкие брови и придвинулся еще ближе, уселся на бедра Гидеона и кивнул. — Давай. Под медленно сказанным «давай» имелось ввиду «давай вместе». Гидеон с несдержанным вздохом погладил себя и завел вторую руку за голову, скомкав подушку, вытянул на секунду губы и обхватил отвердевший ствол кольцом из большого и указательного пальцев. Джек ткнулся в него влажной головкой, и началось. Что-то. Что-то непонятное. С одной стороны был футбол во всю стену, с другой, спереди, то есть, Джек. Растрепанный, пьяный, смотрящий то в глаза, то вниз, то на счет — взгляд его гулял, пока он своим членом терся о член Гидеона, надрачивая себе. Была б у него рука побольше, и ему бы помог, а пока так. Странно, скомканно, ужасно жарко, с капелькой неловкости, пока вратарь «Челси» профукал один мяч и пока все остальные в казарме видели десятый сон. Только им двоим не спалось — приспичило. Ну, зато будет, что вспомнить в будущем, в отставке. Если та будет. Кончая, Гидеон наверняка выглядел как полнейший придурок, но ничего не мог с собой поделать — капля страха быть застуканным, возбуждение и ощущение неловкости сплелись в какой-то единый ком, подарив по итогу быстрый, но крышесносный оргазм почти одновременно с Джеком, который на последних секундах уже просто беспорядочно толкался бедрами и ласкал то себя, то командира, жмурясь и не обращая внимания на темные пряди волос, что так упорно лезли в лицо. На мгновение аж голова закружилась и пришлось моргнуть пару раз, чтобы прийти в себя. Сердце стучало так громко, что в ушах отдавалось, и Гидеон подвинулся в сторону, когда Джек рухнул рядом с ним, уложив вихрастую голову на край мягкой подушки. За то время, что они… развлекались… один из нападающих «Челси» успел забить два гола. — Ну и ночка… а, Митчелл? — посмотрев десять секунд от второго тайма, что уже вовсю шел, Гидеон вытер грязную от семени ладонь об и без того видавшую всякое простыню, с тихой усмешкой повернул голову от проекции на стене к Джеку и замолк. Тот спал. Ну, ясное дело, алкоголь ведь. И поздняя ночь.