Бездушная железка

      Свет лился расплавленным золотом: солнце вставало будто над бескрайней пустыней, и при каждом взгляде на него зрение расплывалось. Через заляпанное снаружи широкое окно помпезного, но мрачного ресторана, его, знаменующего начало нового дня, всё же было достаточно, чтобы перед затуманившимся на мгновение взором пошли белые пятна. Моргнув, Цзышу отвернулся, ища куда-то спрятавшегося Пэнцзюя.       Непонятно, чем же детектива Дуаня привлекали такие заведения. Они не впервые выбирались за пределы его офиса. И почти каждая их встреча проходила в подобном месте, которое снаружи можно было скорее принять за дешёвую забегаловку. Но этот новый ресторан, где они договорились увидеться, на деле был даже слишком дорогим.       Цзышу привык к столовым или более традиционным местам: с китайской кухней или европейской. Отражающим культуру и в кухне, и в интерьере. Аутентичность. Здесь же… Хах.       Нагромождение всего и вся: антикварные кресла вперемешку с декоративным бамбуковым арочным верхом. Сделанная под гранит барная стойка сбоку. Высокие стулья около неё: металлические, окрашенные в поглощающий свет чёрный.       Низенький Дуань Пэнцзюй нашёлся в углу. Был практически незаметен на фоне громоздкого кожаного тёмно-зелёного кресла, над которым висели очень старые пожелтевшие постеры. Испачкавший усы в сладости, стоящей на маленьком, но прочном и строгом деревянном столе, он упорно пытался вытереть их салфеткой и едва заметил приближение Цзышу. Вдруг, чертыхнувшись, взялся оттирать ещё и тёмно-коричневый кашемировый шарф, бессменный уже долгие годы. Он тоже оказался заляпан. Как и распахнутая горчичного цвета куртка с множеством карманов, которую детектив очень любил. И серый свитер.       Осуждать вкусы Пэнцзюя довольно бессмысленно. Несмотря на предпочтения и неуклюжие попытки выглядеть суровым служакой из старых фильмов, он всё же хорош в своём деле. Пусть внешне в нём этого ничего и не выдавало. Но, как и выбираемые им места встречи, Пэнцзюй — не тот, кем казался на первый взгляд.       — Здравствуйте, господин Чжоу! — бросив попытки выглядеть представительно, он торопливо отложил салфетку и слегка приподнялся, чтобы подать руку.              Цзышу, подойдя, пожал её.       — И тебе.       — Располагайтесь, прошу вас! Я уже заказал ваш любимый чай. Скоро принесут.       Приподняв уголок губ, Цзышу устроился на мягком сидении напротив. А нанятый им частный детектив, порывшись в припрятанной рядом плечевой сумке, протянул тоненькую стопку бумаг.       — В этот раз тоже не так много, как мне бы того хотелось, — виновато начал он, хотя Чжоу Цзышу даже не успел заглянуть в содержимое, — искренне жаль снова вас разочаровывать…       — Пэнцзюй, давай без этого и на «ты», сколько можно, мы ведь почти ровесники... Ни к чему официоз. А по поводу разочарования… Я уже менял детектива более десяти раз, и только ты, одиннадцатый, сумел найти хоть что-то помимо того, что я сам отыскал.       Подобный разговор им довелось вести лишь однажды, когда Пэнцзюй хотел отказаться от его дела. Цзышу протянул тогда пачку наличных, и детектив, пусть и с сомнением, принял их, грустно вздыхая. Ему явно хотелось заниматься чем-то более перспективным. Но у Цзышу не осталось больше никого, к кому можно было бы обратиться. К тому же, они сотрудничали уже не первый год. И у них сложились довольно приятельские взаимоотношения.       — Я могу снова увеличить вознаграждение… — попытался вновь уговорить он Пэнцзюя, но тут же был перебит:       — Оставь свои деньги при себе, господин Чжоу… Сюй, — поправился быстро детектив Дуань под его намекающим пристальным взглядом, — не в них дело. В кои-то веки у меня произошел… сдвиг с мёртвой точки. И я не очень понимаю, что с ним делать, — помялся он неловко.       Их прервала официантка, аккуратно поставившая чайник посередине деревянного лакированного стола. Отстранившись, она дружелюбно улыбнулась, поправляя отливающую золотом прядь, и сообщила:       — Чай заварится через семь минут. Мне подать ещё пирожное?       Пэнцзюй добродушно кивнул:       — Но только одно! И пирожное, и чашку, дорогая! Я буду пить лишь свой кофе.       — А вы, господин? — когда она развернулась, Цзышу вздрогнул.       Последние годы отличить робота от человека становилось всё сложнее. Вот видишь перед собой того, кто имеет слаженную речь, набор привычек, а потом оказывается, что это — робот.       Официантка непонимающе и чуть механически, что можно было бы принять за нервозность, улыбнулась и снова накрутила прядь на палец. На линии её челюсти виднелась крошечная гравировка: серия и номер модели. «СРР№211» — специальный работник ресторана номер двести одиннадцать. И судя по цифрам: новенькая, буквально недавно с конвейера.       Освещение было приглушённым, чтобы кожзаменитель, имитирующий человеческую кожу, своими отблесками сразу не выдавал в персонале роботов. Как и поглощающая свет чёрная униформа. Такие модели всё ещё многих пугали: они совсем недавно появились в обороте. Чжоу Цзышу же причислял себя к той категории людей, которым подобное пока ново, но не неприятно. Просто необычно.       Потому как привычные вроде бы роботы его нервировали в разы больше. Ранние модели — в особенности. Хотя эта тоже доверия не внушала.              — Мне только чай.       Когда она принесла необходимое и ушла, Цзышу понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя.       — «Дорогая»? — удивлённо переспросил он Пэнцзюя, любезно предоставившего ему эту желанную передышку.       Пребывая в своей тарелке, тот, невозмутимо прожевав кусочек пирожного, пояснил:       — Это такая политика ресторана. Видишь, там стоит бариста? Его вот все зовут «Дорогой». И на бейджах у них всех так написано. А я всегда читаю, что на них. Привычка, — пожал Пэнцзюй плечами.       — Так… что же по моему делу? — потянулся Цзышу к своему напитку.       — Кхм, — детектив Дуань запил десерт, — кто-то очень сильно заинтересовался твоими поисками. И это не родители пропавшего господина Чжэня. Они тебя вообще на дух походу не переваривают, да?       Пригубив немного из чашки, Цзышу поморщился. Утро переходило в день. Солнечные лучи, преломляясь, проникали через немытые снаружи окна, забили по глазам, ослепляя.       Родители «господина Чжэня» … он не видел их уже лет двадцать. И ему было без разницы, как они к нему сейчас относятся. В конце концов, ему теперь под сорок. Он уже давно не тот только что закончивший школу мальчишка, перед носом которого можно запросто захлопнуть дверь.       — Вполне вероятно. Что за «сдвиг»?       — Открой пятую страницу, там более точные данные, — Дуань Пэнцзюй на миг довольно зажмурился, потягивая из трубочки какой-то до жути сладкий кофе с шапкой из взбитых сливок и цветной посыпки… который он и сам с удовольствием бы тоже пригубил. Но пришлось ограничиться чаем. — А если вкратце… Ничего конкретного, вроде бы. Однако кто-то явно следил за моими перемещениями последние пару лет, как оказалось. Именно по твоему заказу.       — Да ну? — вырвалось недоверчиво, и Цзышу, не выпуская чашки, зарылся в данные, о которых говорил Пэнцзюй. И… их было не то чтобы много. Скорее наоборот. Всего пятнадцать пунктов.       Пэнцзюй работал на него восемь лет. И за последние года четыре он заметил слежку в пятнадцати случаях. Примерно раз в два месяца. Иногда реже. Казалось бы немного в совокупности. Однако…       Нет, перечисление множества цифр в столбик ему ни о чём не говорило. Кроме одного.       — Но тут же с разных адресов, — поднял он глаза от бумаг.       — И с разных серверов, — довольно сверкнул улыбкой из-за опустевшего наполовину прозрачного стакана детектив Дуань, — это не считая попыток взлома моего рабочего компьютера, на котором я вообще не храню ничего сверхважного, предпочитая на нём лишь распечатывать или расслабляться стрелялками. А мой домашний всё так же не подключен к мировой паутине.       От удивления Цзышу неосознанно приоткрыл рот, струйка чая потекла по подбородку, и он поспешил взять предложенную Пэнцзюем салфетку.       — Тебе никогда не говорили, что ты параноик?       — А тебе? Не потому ли ты мне доверяешь? И просишь о помощи именно меня, а не своего «Хэлянь-гэ» …       Сильный ветер постучал в окно. Не отошедшие от его колкости два пальца Цзышу прислонил к тёплой чашке, изучая отблески на поверхности.       Он доверял Хэлянь И. Просто не знал, как рассказать о… таком. Даже спустя годы.       — Ты прав, — вздохнул он примирительно. — Дагэ бы не понял. До сих пор считает, что я пропадаю раз-два в два месяца из-за своей «непостоянной натуры».       — В таком случае, Хэлянь И тебя совсем не знает. Не пойми неправильно, госпо… Сюй. Но подобного тебе упрямца, который будет двадцать лет кого-то так упорно искать, сейчас очень трудно встретить.       Как бы то ни было, Чжоу Цзышу очень бы хотел быть этим самым человеком «непостоянной натуры».       — Ладно… Опустим. Почему ты решил, что следит за тобой один и тот же человек? И почему считаешь, что он делал это из-за меня?       — Чжэнь Янь. Я ранее был более чем уверен, что никто, помимо тебя, ну и возможно семьи, не делает столько запросов по нему в сети. Но недавно, как раз после взлома, на форуме о пропавших людях кто-то писал о Чжэнь Яне. Анонимно. И судя по написанному, ищущий не знал о нём ничего, кроме его имени и имён родителей. Я пытался связаться с ним, но только на том форуме: иных контактов этот неизвестный не оставил.       — Семейство Чжэнь всё так же отказывается сотрудничать?       — Да. И я не имею законного права на них надавить. Раз они не подавали в розыск, то привлекать те же органы бессмысленно. В моргах и на кладбищах новых подходящих захоронений нет. Чжоу Сюй… Ты мне платишь, конечно, хорошо… но мне не очень нравится, что меня узнают теперь в таких местах. Единственный плюс: сразу говорят, что искомого у них нет.       — А тот, кто преследовал… Взлом всё же был? Или попытка?       — Именно сам взлом. Но ничего не было похищено, потому что и похищать нечего. Движение твоего дела я благоразумно расписываю у себя на листочках. В мою же халупу, благо, никто не вламывался.       — Ты в этом уверен? — теперь самого Цзышу грызли сомнения.       — И это я — параноик? — хохотнул Пэнцзюй, опустошая свой массивный стакан со звучным сюпом через трубочку. — Взломщика отследить не удалось. Скажи… ты можешь поручиться, что Хэлянь И ни о чём не догадывается?       — Даже если бы догадался, то он бы с этим пришёл сначала ко мне, а не действовал за спиной.       Если в ком-то Чжоу Цзышу и мог быть уверен на все сто, так это в Хэлянь И. Они знакомы уже больше пятнадцати лет, восемь из которых были как… друзья с привилегиями. Да и жили вместе. Справляли праздники, ездили в отпуска и… Много чего, чему Цзышу больше не сопротивлялся. На свете нет человека, более преданного ему, чем Хэлянь И.       Пэнцзюй приподнял брови, посмеиваясь. Намекающе и потешающеся. И уже хотел было высказать свою мысль вслух, но Цзышу опередил его:       — А потом бы просто отправил слежку за мной как в тот раз, когда я ничего ему не рассказал.       — И то верно, — подтвердил Дуань Пэнцзюй, примирительно кивая, — в таком случае… будь настороже. И… чуть не забыл! Глянь последнюю страницу!       Быстро перелистнув до седьмой, Цзышу в замешательстве уставился на явно очень старую фотографию.       Какой-то совсем незнакомый мужчина. Улыбающийся, сидящий за рулём новенького мотоцикла в кожаной куртке.       Миндалевидные глаза. Широкий рот, большой нос, высокий лоб, узкое лицо. Волосы, собранные в короткий хвост и серьга в ухе.       — «Жун Сюань», — гласила подпись, которую озвучил Цзышу. — Кто это? — кинул он на Пэнцзюя вопросительный взгляд.       — На момент пропажи: мужчина в расцвете сил, около сорока пяти лет, сын бывшего знаменитого гонщика в отставке — Жун Чанцина. Он так же бесследно исчез, просто на пару лет раньше. Ни протокола патологоанатомического исследования… ни места на кладбище. Ни появления где-либо ещё. Границы страны на контрольных пунктах не пересекал. И никто из родни не ищет, хотя его отец, старик Жун… к нынешнему дню уже скончался, а больше у Жуна-младшего из родственников никого и не осталось.       — Ты считаешь, что тут есть связь? — Цзышу убрал новые куцые сведения в рюкзак.       — Это единственная связь, найденная за много лет! Я не хочу тебя огорчать, Сюй, правда. Но я не уверен, что мы найдём господина Чжэня. Обратись ты ко мне раньше…       — Тогда у меня не было средств на подобные поиски. Если ты помнишь, я пытался пробиться в твой кабинет.       — И мой помощник тебя выгнал, а потом его уволил за это я, но ты был слишком горд, чтобы обратиться ко мне во второй раз.       — Да… — чай уже остыл, но Цзышу всё равно выпил всё до последней капли, смакуя лёгкую горчинку.       — Мне очень жаль, что…       — Не надо. Просто, — прохрипел он, вставая, — не надо. Через месяц, здесь же. За счёт не волнуйся, я оплачу.       Пэнцзюй разочарованно кивнул, убирая руку от кармана с кошельком.       Кивнув «Дорогой» на стол с понурым детективом Дуанем, Цзышу выложил нужную сумму на барную стойку и поспешил к выходу. Висящий над дверью колокольчик надрывно звякнул.       Едва наступившая весна была достаточно прохладной, но небо без облачка: ясное. Глаза же слезились то ли от сказанного Пэнцзюем, то ли от ветра, пронизывающего до костей, в то время как солнечные лучи безуспешно пытались согреть.       Быть может стоило всё давным-давно отпустить. Чжоу Цзышу уже много лет жил своей жизнью: с тем, кем дорожил, а с недавних пор ещё и с приёмным сыном. Хотел завести собаку и бегать с ней по утрам. Или, что более реалистично в его случае — волочиться за ней следом, пытаясь оттащить от каждой мусорки.       Но это же А-Янь. Появись в его жизни А-Янь и скажи, что с ним всё хорошо, и не нужно было мучиться все эти годы… Конечно, он бы взбесился сначала, потом расстроился, но принял бы это. В конце концов, ему было чем заняться. Было бы больно, но с таким вполне по силам справиться. Другие же как-то справлялись.       Но люди просто так не пропадали. Не исчезали, не оставив в реестрах никакой информации, и даже диплома об окончании школы не забрав ни на вручении, ни после.       Когда пиликнуло уведомление на часах, Цзышу пару раз выругался: перчатка была слишком высокой, рукав пальто — длинным, а само устройство — под всеми этими слоями и ещё под свитером.       Пальцы тут же замёрзли и покраснели от холода. Щурясь, он глянул на экран и с внутренним ликованием поторопился: хоть одна проблема наконец обещала решиться!       «Здравствуйте! Господин Чжоу, напоминаю, что, как и было оговорено, приеду сегодня к часу дня для обсуждения деталей договора. Необходимо, чтобы мальчик также присутствовал, так как с ним будет заключено отдельное соглашение».       Цзышу что-то такое припоминал, но не особо вдавался в подробности, когда с утра резко отвлёкся от чтения предыдущих сообщений соискателя на неожиданный звонок детектива Дуаня, просящего о встрече. И практически забыл о назначенном собеседовании. Но всё складывалось как нельзя лучше. Осталось только вовремя успеть домой.       На всякий случай он даже позвонил дагэ, чтобы тот, в случае чего, его подстраховал и встретил соискателя.       — И-гэ? У тебя же сегодня только со второй половины дня встреча?       — Да, А-Шу, в три часа. Что-то случилось?       — Няня! — Цзышу подбежал к первой попавшейся на пути машине такси и быстро проговорил в окно адрес, защищаясь рукавом от полоснувшего в лицо ветра, — побудь до моего приезда, чтобы встретить…       — Ладно, — Хэлянь И явно был недоволен, но не стал ничего высказывать, — тебя через сколько ждать?       — В течение часа буду, — Цзышу сбросил звонок, сел в машину, прижал часы для оплаты к маленькому терминалу, и та резво тронулась с места.       Быстро доехать не вышло. Из-за аварии на дороге, вместо обещанного часа он застрял ещё минут на сорок. Потом водитель повёз его по объездному пути, который собирались ремонтировать, а потому нужный им поворот перекрыли.       — Сворачивай! Сворачивай! — Цзышу весь извёлся на заднем пассажирском сидении. Но его словно не слышали, а продолжали ехать напрямую… прямо в дорожное заграждение. — Да ты слепой, что ли?!       Благо, на пассажирском месте имелась тревожная кнопка, которая могла остановить транспорт в любой момент, вне зависимости от желания водителя, если по ней ударить.       Удар вышел более сильным, чем ожидалось: пластиковая мигающая кнопка раскрошилась, но ему как-то было плевать. Побыстрее бы выбраться отсюда.       — Движение остановлено, — раздался нечеловеческий механический голос, а дёргаемые Цзышу двери наконец распахнулись.       Вывалившись из машины и мельком глянув на застывшего водителя, Цзышу не смог сдержать дрожи отвращения: бездушная железка. Старая модель. Сделанная под человека. Но лишь издали или не всматриваясь можно было её за такового принять.       Бывали модели в разы лучше: более подвижные, которых выдавало, разве что, слишком бледное лицо, отблески искусственной кожи, всё ещё механическая, местами, манера разговора и идентификационный номер на линии челюсти: на непримечательном месте, не портящем вид. Как у той же официантки из ресторана.       — Человек не распознан, — продолжил механически робот.       Гадство! Теперь даже на такси лучше ездить через раз. Цзышу с грохотом захлопнул дверцу. А водитель, опустив вдруг стекло, ломано попросил:       — Пожалуйста, оцените поездку.       — Минус бесконечность! И я напишу претензию!       — Принято.       Вырвавшийся наружу Цзышу наткнулся на испуганных дорожных работников, поогрызался с ними и что было сил рванул в сторону дома. Если и эта нянька для Чэнлина его кинет!.. это будет ужасно, и скандала точно не избежать.       По приезде домой оказалось, что скандал успел начаться без него.       Хэлянь И когда-то спрашивал: «Зачем тебе этот Чэнлин? Ты даже никогда не хотел стать отцом!». И Цзышу действительно не хотел. Но считал, что был очень неплох в том, в чём брал на себя обязательства. А дать ребёнку крышу над головой, кормить и поить, оказывать финансовую поддержку и быть ему опорой… Он уже имел подобный опыт. И Цзюсяо каждый год присылал своему старшему брату Чжоу открытки, а порой и приезжал из-за рубежа. К тому же Чэнлин знал Цзышу с детства, поэтому сильных сложностей с ним не возникало.       Хэлянь И же в принципе был недоволен его решением оформить опеку над ребёнком. Но кто его спрашивал? Для Цзышу Чэнлин — маленький мальчик, оставшийся без родных. Мальчик, которого он видел по праздникам, на которые его отец всегда приглашал, а он — неизменно приходил. В то время как родные дядюшки отнекивались от ответственности в виде осиротевшего племянника, Чжоу Цзышу — дальний родственник, хотя больше всё же друг семьи, ведь их родство было как третья вода на киселе — просто забрал его к себе. И послал куда подальше недалёких умом дядь. Хэлянь И пришлось смириться.       Цзышу всего лишь дал объявление о поиске няни для приёмного сына на время, пока он и его партнёр будут находиться на работе. Приложение поиска выдало данные о Вэнь Кэсине на голографическом экране — идеальная нянька, с безупречной репутацией. Работал ранее на государство, после перешёл в частный сектор.       Начинались поиски не очень хорошо. На объявление много кто откликнулся, но по итогу каждый соискатель нашёл себе работодателя получше: может кого привлекла более высокая оплата, других — условия, Цзышу наверняка не знал. А когда последний раз пытался кого-то найти, то единственным, кто всплывал в списке потенциальных кандидатов, был Вэнь Кэсин. Чжоу Цзышу не отправлял ему предложение о работе, видя его требования к работодателям и желаемую зарплату, но тот, неожиданно, откликнулся сам спустя пару дней. И скинул планку на приличное количество юаней. Цзышу, выйдя однажды с работы, получил сообщение, что Вэнь Кэсин согласился с его условиями. И предлагал встретиться как раз в тот момент, когда он будет дома.       По приезде же перед его глазами предстала занимательная сцена.       — Я не могу выполнять ваши команды, — стоял к нему спиной новый и единственный на данный момент претендент в няни.       — Что сложного в том, чтобы подписать договор со мной, а не с ним?!       — Господин Хэлянь… Я не специально… — Чэнлин был напуган и жался к… Вэнь Кэсину, которого вообще не знал.       — Дурацкая железка! — разъярился пуще прежнего Хэлянь И, а Цзышу решил поскорее обозначить своё присутствие, зайдя наконец в квартиру и чуть громче обычного закрыв дверь.       — В чём дело?       — Дядя Чжоу!       Мальчик, как заметил его, сразу подбежал, хватаясь за рукав. Вцепился в опекуна как клещ так, что не получится вырваться при всём желании.       Вэнь Кэсин развернулся.       Невольная неприязненная дрожь прошлась по всему телу ледяными иголочками. Не человек. Робот-андроид. Хотя… по правде сказать, Чжоу Цзышу таких ещё не встречал.       Выглядел совсем как живой. И мимика, пускай и малоподвижная, присутствовала. Он даже моргал, как и положено. Неживого в нём выдавал только маленький, еле заметно мигающий огонёк в правом глазу.       — Нянька, которую ты нашёл — робот! — обвиняюще констатировал Хэлянь И.       Чжоу Цзышу осмотрел всех находящихся в комнате: гневного Хэлянь И, всё ещё испуганного Чэнлина, спокойного как удав робота, и постарался сказать что-то, не нагнетающее обстановку ещё сильнее.       — По крайней мере, роботы намерено не вредят человеку, дагэ… — не совсем уверенно выдал он, вспоминая недавний случай в такси и одновременно с этим решая о нём умолчать. Старые модели, как та, от которой он буквально пару минут назад сбежал, точно опасны. Тем более для детей. Но если вспомнить ту же официантку из ресторана, «Дорогую» … если этот Кэсин хотя бы подобен ей, то им следовало согласиться на него. Как минимум, пока не найдётся подходящей замены. — А это уже какая-то гарантия...       — Проверь его протоколы безопасности. И номер модели, потому что ни одна из известных компаний такого не выпускала. Если он тебя, конечно, подпустит, ведь меня железка даже не авторизовала!       Отказывающийся авторизовать пользователя робот? Что-то новенькое.       — У вас нет на это полномочий… — сухо начал Кэсин, сверкая глазами.       — Дядя Чжоу, он первым авторизовал м-меня! — заикаясь, вмешался Чэнлин. — Может… может мне надо д-дать разрешение?       — Господин Чжоу, как наниматель, имеет приоритетные права на авторизацию. Господин Хэлянь, не являющийся членом семьи, прав не имеет. Юный господин Чжан владеет вторичными администраторскими полномочиями.       Хэлянь И хмыкнул и толкнул плечом Кэсина, проходя мимо. Перед тем, как унестись прочь, раздражённый неприятным открытием и тем, что уже значительно опаздывал, он перехватил Цзышу за локоть и прошипел:       — Если тебе нужен был робот, мог бы обратиться ко мне, а не подбирать объедки у моих конкурентов. К тому же такие… бракованные!       Глубоко вдохнув, Цзышу постарался сосредоточиться. Прежде чем заключать какой-либо договор, надо для начала поговорить с роботом. Пригласив его в гостиную и присев на диван с Чэнлином, утешающе приобнимая жавшегося к нему мальца, он подробно обо всём расспросил необычного соискателя. И выяснились весьма своеобразные подробности.       — Хочешь сказать, что тебе совсем не надо платить?       — Почему же? — Кэсин не присел, но опёрся на пианино в углу у стены, чем вызывал раздражённый скрежет зубов потенциального работодателя. И тут же, словно понимая его недовольство, отодвинулся от несчастного инструмента. — Надо оплачивать расходные материалы, замену масла…       — Все ещё звучит как благотворительность. Только не понятно с чьей стороны… — предложение было слишком выгодным. Уборка, готовка, уроки с Чэнлином… Звучало идеально.       На одной чаше весов: отсутствие внезапных отгулов, отлучек даже по естественной нужде, усталости от работы, эмоционального выгорания и, самое важное — постоянный присмотр за ребёнком. Как минимум, пока тот не освоится на новом для него месте. На другой: стоимость запчастей в момент технического обслуживания и какая-то минимальная сумма раз в месяц. Как с личным автомобилем. В долгосрочной перспективе — крайне выгодно.       — Тогда тебе нужно приходить к семи утра, отвозить Чэнлина в школу, потом забирать и… где-то примерно до восьми вечера с ним заниматься.       — О, господин Чжоу, мне было бы удобнее оставаться здесь, если вы не против. Понимаете… роботы ведь по закону не имеют права снимать жильё, апартаменты и прочее.       Точно. Один из незащищённых слоев… «общества». Которое не признавало навороченные железки чем-то большим, чем дорогим тостером, не имевшим чувств, о которых стоило бы заботиться. Функциональный, умеющий даже говорить, и порой складно, но тостер. Которым можно полюбоваться или… сдать в металлолом.       И если у Вэнь Кэсина нет места, где он должен оставаться, то тут возможны два варианта.       — Брак или лимитка?       — Лимитированная версия. Единичный экземпляр. Но, в каком-то смысле, брак тоже есть.       О лимитированных версиях он слышал когда-то, но ранее ему не доводилось видеть их вживую. Почему кто-то отказался от робота, создание которого стоило умопомрачительную сумму?       — И почему тогда ты не со своим заказчиком?       — Его не устроили внешние данные и прописанная забота о детях. Создатель напутал с заказом.       В качестве доказательства, что действительно относился к лимитированному выпуску, Кэсин показал свой номер модели. На шее, под кромкой длинных волос, было выбито «ВК02». Без даты выпуска, в отличие от той же «Дорогой».       Прописанная в приоритетах неизменная установка заботы о детях и подкупила Цзышу. Пока что выходило, что если эта нянька не была идеальной, то ни одна другая и не будет.       — Хорошо, Вэнь Кэсин. Тогда… авторизуй меня.       Лучик света вырвался из глаза робота и начал сканировать Чжоу Цзышу, а рядом появилась голографическая табличка с нулями и единицами.       Малыш Чэнлин всё это время молча смотрел на них, расстроенно и нервно стискивая ладонь своего опекуна.       — Я сделал что-то не так, да? — тихо спросил он, пока робот завершал авторизацию.       — Нет, А-Лин, — обнял его Цзышу, с досадой отмечая грязь на полу от ботинок, которые так и не снял. Как умел, он постарался подобрать успокаивающие слова: — Просто… это опасно: подписывать документы с первым встречным и тем более открывать ему дверь. Кто его первым встретил?       — Я… но я просто думал, что это ты пришёл…       — Двери пускай впредь открывает кто-то взрослый, хорошо? Надо было тебе сразу сказать… Прости, что не предупредил, что сегодня к нам придут.       Только недавно перешагнувший порог тринадцати лет Чэнлин судорожно кивнул ему и хлюпнул носом.       — Зафиксировано искажение в выделяемых феромонах. Господин Чжан, хотите молока, чтобы приободриться? Господин Чжоу, разрешите функцию сканирования дома, чтобы я мог всем пользоваться и настроить для автоматизации?       — Да, — пробормотал Цзышу. На нервах он сейчас и сам мог бы свалиться в обморок. Напряжение после разговора с детективом Дуанем, случай в такси, вспышка гнева дагэ — всё это оставило его без каких-либо моральных сил. — Если ты ещё и выпивку принесёшь, было бы…       Он осёкся. Нет. Банку пива ему нельзя. Ни большую, ни маленькую, ни всего лишь глоточек. Ещё минимум два месяца. Пока не окончится курс лечения в полгода, треть которого уже позади.       Наконец-то позади.       — Согласно моим расчётам и собранной в сети статистике, когда людям плохо, они топят свои печали в депрессанте: алкоголе. Из-за этого часто страдают дети. Хотите заменить алкоголь на что-то другое, чтобы улучшить свои показатели здоровья?       Цзышу посмотрел на заплаканного, цепляющегося в поиске защиты ребёнка, которому моментально приступивший к выполнению обязанностей Вэнь Кэсин уже оперативно искал соевое молоко в холодильнике.       Возможно с детьми не так просто справиться, как ему казалось раньше. Как знать, может и Цзюсяо не столь хорошо жилось со своим старшим братом Чжоу, как тому думалось изначально? Цзышу на самом деле не очень любил детей, однако не мог бросить ни Цзюсяо в своё время, ни Чэнлина — сейчас.       — Да, принеси что-нибудь взамен.       — У меня нет доступа к вашей медкарте, — обернулся робот, ставя молоко в микроволновку, — мне нужно знать, есть ли аллергия на что-либо…       — Нет, — быстро и без раздумий отрезал Цзышу.       Вэнь Кэсин с мгновение осматривал его как неведомый экспонат в музее — впервые Цзышу встретился робот с такой выразительной мимикой.       Словно проведя какой-то ему одному известный анализ, Вэнь Кэсин вдруг примирительно спросил:       — Будете клубничный коктейль? Дома есть ягоды.       Пока успокоившийся Чэнлин пил своё молоко, Цзышу заторможено потягивал свой напиток. Коктейль вместо банки пива сначала сбавил обороты образовавшегося в животе улья нервного напряжения. А ещё после пары глотков заставил его полностью исчезнуть, оставляя только невольное умиротворение.       И что с того, что дагэ расстроен? Зато сейчас они с Чэнлином расположились на вместительном диванчике и смотрели, как ушлый робот-нянька то заботился о них как о малых детях, то прибирал пол, заляпанный хозяином квартиры, то настраивал умную систему автоматизации дома, в которой Цзышу откровенно не разбирался. Потом и вовсе предложил уже завтра отвезти мальца в школу самостоятельно.       Наблюдая за ним, Цзышу откинулся на спинку дивана, позволив роботу убрать ботинки, которые забыл снять. Чэнлин отмер и начал робко и тихо рассказывать о репетиторе, к которому ходил, живя с Юйсянем.       — Папе нравилось, что я интересуюсь программированием. Может, я мог бы и тут?.. — он с такой надеждой посмотрел на Цзышу, что тот был готов согласиться на что угодно. Курсы программирования? Хорошо. Хоть крыло самолёта. Ведь Чжан Чэнлин наконец-то начал говорить о своих желаниях.       — Конечно, А-Лин. Если у тебя есть номер этого репетитора, то я с ним свяжусь… и, возможно, он порекомендует нам кого-нибудь тут, раз нет возможности заниматься у него лично.       Последние недели он спешно готовил дом к приезду Чэнлина. Опека не собиралась отдавать ему мальчика, Хэлянь И не помогал, подключая свои связи, но он справился. Переделал свой бывший кабинет в комнату для подростка. Убрал все старые бумаги, в которые не заглядывал годами, в спальню. Всё равно он с дагэ больше не работал, а тот предпочитал разделять дом и работу, по возможности оставляя последнюю в офисе.       Опеке Цзышу показал кукиш. Да, он не женат, но уже имел опыт воспитания детей. И денег достаточно. В последнем ему помогли Цяньцяо и, что забавно, Хэлянь И: сам того не зная. Просто тем, что закидывал на его счета средства по своей прихоти, которая оказалась как нельзя кстати.       Если мальчик всегда будет под присмотром, то эта нянька очень облегчит его домашнюю жизнь. Кто знает, может быть и дагэ тогда сменит гнев на милость? Дома будет чисто, а Чэнлин всегда накормлен чем-нибудь полезным, а не пиццей из доставки или какими-нибудь, пахнущими тухлятиной, столетними яйцами и хого из ближайшей забегаловки. Так что… жизнь налаживалась.