Ница

Ей не хотелось ничего. Только плакать, хотя сил не было даже на это простое для нее действие. Она снова себе врёт? Она запуталась? Или просто устала? Снова нужен специалист, который посадит её на таблетки, которые выключат все её чувства? Но приступов уже давно не было, и Тени перестали появляться рядом с мастерской, когда он высадил чертополох на внешних подоконниках в их комнате на второй этаже. — О чем задумалась? — он убрал волосы с её бледного лба и замер, позволив ей удобнее свернуться на его груди и слушать сердцебиение. Второй рукой он крепче прижал к себе и услышал прерывистый выдох. — Радость моя? — Обо всём. Опять стала слишком мнительная по поводу своих же решений, — она выпалила это тихо, боясь, что её расслышат. Такие признания было тяжело выносить. Она ведь не слабая и не хочет вешать свои проблемы на него. — Забудь, глупости это всё. — Не говори так никогда, Аза, — он подсел выше и посадил её у себя на коленях, как ребёнка, не позволяя никуда вырваться. — Если тебя это тревожит, почему это глупости? И вообще, где моя уверенная и наглая ведьма? — Да иди ты, — девушка улыбнулась, сдавшись от тисканья, и схватила его за руки, переплетая пальцы. Магнул тут же поцеловал её в тыльную сторону ладони, вызывая тихий вздох. Знал, что руки чувствительнее всего, и нагло пользовался для отвлечения. Но не в этот раз — Азалия развела их руки в стороны и осторожно уткнулась ему в грудь, ластясь. — Я серьёзно, Магнул… не понимаю, что делать дальше. — Тебе и не нужно за это волноваться, — он отпустил тонкие ладошки и прижал её к себе, откидываясь на диван и поглаживая по спине. — Мистер Мёрх уже согласился передать мне мастерскую вместе с магазином и остальными этажами над ней через несколько лет. — Над ним сгущаются Тени… мне жаль его. — Он сам знает, что уже немолод, мы говорили с ним на днях, — он повторил её тяжелый вздох. Владелец магазина деревянных предметов для быта, конечно, не заменил ему отца, но с первых дней относился по-доброму и Азалии был всегда рад. Поэтому, когда они вернулись с вокзала домой и Кафи устроила им настоящую истерику, волнуясь только за жильё, они почти без сожалений собрали вещи с утра и заехали к одинокому старику-мастеру, чтобы попрощаться. Вот только его мольбы остаться хотя бы у него возымели эффект, отчего за последние полгода они обставили некрупную комнату над мастерской с кухней и даже прижились. — Он меня преемником ремесла сделает, да и я к нему прикипел. Поэтому остаться здесь у меня причин больше… если ты тоже захочешь, — Магнул понизил тон, прислушиваясь к мерному дыханию в районе шеи. — Или твои тревоги связаны со мной? Она сглотнула и помотала головой. — Скорее, со мной. Я не уверена, что ты… Со мной ведь не так просто, и дело не только в слепоте. Ты ведь всё ещё не веришь мне до конца, когда я говорю про… дар, — она поморщилась, подбирая слово к этой отвратительной способности. — Да и люди никогда не перестанут коситься. — Ну и пусть останутся косыми, мне плевать на них. Меньше на тебя засматриваться будут, — фыркнул он и накрыл её правую руку, потирая бездумно тонкую серебристую полоску. Такая же блестела на его руке среди её прядей. На внутренней части колец был выцарапан им лично знак, нарисованный Азой. Что-то вроде защиты и одновременно ментальной связи, чтобы чувствовать когда друг с другом происходит что-то не то. Магнул, конечно, смеялся, но выполнил её просьбу, глядя, как она упорно делала браслеты из васильков для их венчания. — Я тебя не оставлю, что бы ни произошло. Я ведь обещал это перед алтарём, — он оставил поцелуй на безымянном пальце и улыбнулся, не отнимая губ от кожи, чтобы она могла почувствовать. — Я люблю тебя и буду любить за нас обоих, если ты будешь сомневаться. Но оставить тебя больше никогда не смогу. Она несмело улыбнулась и придвинулась, касаясь губами его виска с тихим шёпотом: — А я не смогу больше отпустить.