Неделя на постоялом дворе

Следующим утром Се Лянь решил как следует осмотреть дом. Несмотря на то, что помещения были захламлены, а само здание оказалось ветхим и неухоженным (право слово, даже в пещерах Лазурного Фонаря было куда приличней и чище), в нем, определённо, кто-то жил. В кладовке обнаружился приличный запас круп, масла и муки, а покопавшись за стойкой, он обнаружил небольшую коробочку с деньгами и расходную книгу, последняя запись в которой была сделана четыре дня назад. -Когда, говоришь, вы сюда пришли?- поинтересовался он у сидящего рядом Ци Жуна. Любопытный демон, который проснулся несколькими минутами раньше, и, по утреннему времени, сонный и растрёпанный, в одних нижних штанах и рубашке, потерял царственного брата и притопал проверять, чё он там делает. Наследный принц поморщился, и слегка пододвинул к себе книгу, которую буквально скрыло под копной густых тёмных волос- Ци Жун забрался с ногами на стул, и навис над ним, в попытках рассмотреть, что в ней написано. -Дня два назад. Или три? Не помню, хоть тресни. Э, это не призыв к действию!- заметив, что Се Лянь уже заносит руку для удара, он плюхнулся на стул. -Дома точно никого не было? -Если б были, я бы заметил, хе. -Ци Жун, прекрати! Я же тебя знаю! Имей смелость признаться, что ты убил и сожрал этих несчастных! Я уж не говорю о том ужасе, который ты устроил на дороге! Что тебе сделали все те люди? -Какие люди? -Я видел истекающие кровью трупы развешанные на деревьях над дорогой, когда шёл сюда. Только ты так делаешь. У тебя вообще совести нет? Даже сына своего не стесняешься! -Чего? Ты совсем башкой поехал, не? Какие нахрен трупы? Делать мне нечего! По-твоему, я стал бы заниматься этой хернёй с больным ребёнком на шее? Братец, ну ё-моё... Да и не было там ничего, когда мы сюда шли. -Точно? -Да точно, точно! Хватит подозревать меня в том, чего я не совершал! Се Лянь шумно вдохнул. Потом выдохнул и потёр точку между бровей. -Не хочешь объяснить, зачем ты позволил Гуцзы лезть в ледяную воду?- спросил он, чтобы хоть немного перевести зарождающийся скандал в более спокойную стадию. Демон озадачился. -Ну... Не знаю.- он взлохматил растопыренной пятернёй и без того лохматые волосы.- А что, это прям так важно? Я в детстве так делал, и ничё... -О, Небеса... -Ну, ты сиди страдай, праведник хренов, а я пошёл кашу варить. -Ну, давай... За завтраком Его Высочество ждал ещё один сюрприз. Внезапно выяснилось, что Ци Жун превосходно готовит. Он даже вообразить не мог, что простая рисовая каша может быть настолько вкусной, особенно, по сравнению с его творениями в стиле "жричоесть". Это произвело на него настолько сильное впечатление, что он даже похвалил готовку младшего, на что получил в ответ ехидный фырк "ну так, у меня ж руки из правильного места растут, в отличие от тебя", и обиженно замолк. -Давай осмотримся.- предпринял он ещё одну попытку к коммуникации, когда оставшаяся после завтрака посуда была вымыта, а лазурному демону с горем пополам удалось заставить Гуцзы проглотить пару ложек каши и выпить очередную порцию лекарств.- Мне здесь не по себе. Он не надеялся, что кузен согласится, но Ци Жун, который уже успел переодеться и привести себя в порядок, согласно кивнул. -Мне тоже. Да и вообще, прибраться бы тут. Ощущение, что у прежних хозяев был праздник. -Какой праздник? -Срачельник, блять! Я такого бардака в жизни не видел. И в посмертии тоже... С чего начнём? Се Лянь задумался. Кухню он уже успел немного изучить, и ничего интересного в ней не нашёл, но ему не давал покоя какой-то странный запах. Еле ощутимый, но очень тревожащий, из-за которого находиться здесь было неприятно. Он сунул нос во все шкафы, но ничего подозрительного не нашёл. -Шкаф.- Ци Жун, который всё это время бродил по комнате, внезапно остановился у шкафа с посудой, и, навалившись на боковую стенку, попытался его отодвинуть.- Чё застыл, давай помогай! Пожав плечами, принц подошёл и поднажал. Вдвоём им удалось сдвинуть шкаф с места, и оказалось, что за ним скрывается низкая дверь. Не надеясь на то, что она открыта, Се Лянь потянул её на себя. За дверью оказалась длинная скрипучая лестница, ведущая куда-то вниз. -Подвал?.. -У меня отличная идея.- глаза лазурного демона полыхнули.- ДАВАЙ ПОЙДЁМ ТУДА!!! Его Высочество с сомнением посмотрел в сырую холодную темноту. -Мне как-то не очень хочется.- честно признался он. -Зря.- Ци Жун встряхнул ладонью, призывая ком лазурного призрачного огня и первым полез в подвал.- В таких случаях надо обязательно всё проверить. А то мы один раз так накололись... перебрались в новую пещеру, а там паук, воооот такой. Только переехали, двух месяцев, можно сказать, ещё не прошло, и тут ко мне Хуа Чхэн припёрся с незапланированным визитом. Смотрит мне за спину, потом у него глаз округляется, и он осторожненько так: и давно ты у него живёшь?.. Се Ляня, который очень живо представил себе всю эту картину, передёрнуло, и он на всякий случай выпустил из рукава Жое. Ци Жун, как он уже успел заметить, был большим любителем травить всякие байки, особенно, если они касались его (почти) Непревзойдённой персоны. Принца нереально раздражало, когда неугомонный кузен в очередной раз разевал варежку, а Гуцзы слушал его болтовню с раскрытым ртом и блестящими от восторга глазами. В самом деле, как можно воспринимать всерьёз подобные глупости? Но, следуя за братом в темноту, освещаемую лишь призрачным огоньком, который отбрасывал зловещие тени на холодные белёсые стены в желтоватых разводах на штукатурке, он непроизвольно затаил дыхание. У него не было столь богатого воображения, но тишина, прерываемая лишь скрипом ступеней и шуршанием наверху (кажется, Гуцзы тоже проснулся и что-то тащит по полу), подкреплённая рассказом про гигантского паука- вероятно, Ци Жуну не повезло наткнуться на кумо, вот ведь повезло с конкурентом- начала не на шутку пугать. Се Лянь так проникся атмосферой, что едва не взбежал на потолок, когда Ци Жун, немного помучившись с дверью, высадил её плечом, подняв жуткий грохот и тучу пыли. -Кха, кха, кхххха, АПЧХУЙОООЙБЛЯЯЯ... Жеесть... как она есть... Из подвала потянуло сыростью и смутно знакомым духом слегка подтухшего мяса. Подобный запах Се Лянь давным-давно слышал на скотобойне, когда забрёл туда в поисках подработки или, хотя бы, чего-то полезного. Кстати говоря, в логове лазурного демона ничем таким не пахло, хотя должно было. От обличительного "Ци Жууун?.." его удержало только то, что для того, чтобы начать так портиться в прохладном месте, мясу было необходимо дней пять. -Э?.. Чё за?.. Ё-моё... Это пиздец. В глубине души, Се Лянь был солидарен с младшим. Подвал был уставлен стеллажами, на которых стояли банки и горшки с консервацией, но их содержимое... после десятой баночки, наполненной составляющими человеческого организма, его начало мутить. Это, конечно, не подвешенные к потолку трупы, истекающие ещё тёплой кровью, но тоже приятного мало. -Видишь банку?- перед носом находящегося под впечатлением от зловещего антуража принца выскочил Ци Жун с объёмной банкой в руках, доверху наполненной глазными яблоками.- А она тебя видит! -Ци Жун!- возмутился он, отшатываясь.- Не смешно! -Да?- лазурный демон озадаченно посмотрел банке в глаза.- Странно. А мне смешно. -Я тут одну штуку заметил.- он мотнул головой куда-то вглубь подвала.- Пошли, покажу. -Ну, давай... Чем дальше они уходили от лестницы, тем меньше и меньше Се Ляню нравилась эта затея. С Ци Жуном-то всё ясно, его расчленёнкой не прошибёшь, он тем же самым занимается. А вот сам Его Высочество к такому не привык, хотя за восемьсот лет навидался всякого. Помимо этого, он ломал голову, каким больным человеком надо быть, чтобы собирать такую "коллекцию". Подобные вещи можно было увидеть разве что в аптекарской лавке, для привлечения (и запугивания) посетителей, или среди экспонатов какого-нибудь хирурга. И то, в таком случае это были бы заспиртованные уродцы или органы с аномалиями развития. Тут же было что попало. Внутренние органы, глаза, языки, уши... Даже мозги, стоящие на самом видном месте. "Судя по цвету- свежие",- определил Ци Жун с видом знатока, на всякий случай отступив в сторону, если любимый братец вздумает снова залепить ему по башке. Зря боялся- у Се Ляня не было совершенно никакого желания его воспитывать, ему хотелось лишь свалить отсюда побыстрее. К тому же, если хозяев сейчас нет дома, то рано или поздно они появятся, и что тогда делать? Вариант "всех убить и сказать, что так и было" так и просился на ум, но наследный принц отмёл его, как негуманный. Ещё не хватало, уподобиться лазурному Бедствию... Запах тухлятины стал отчётливей, а потом они упёрлись в грубо сколоченную деревянную дверь. -Ой, фууу... -Может, пойдём отсюда? -Не-не-не, давай посмотрим! Интересно же! -Да чтоб тебя... Вдвоём им кое-как удалось распахнуть порядком отсыревшую дверь. В тот же момент Се Ляня осенило, что он может зажечь пламя-на-ладони, и он тоже добавил света, о чём сразу же крупно пожалел. Крохотное помещение было увешано крюками, на которых висели трупы. Человеческие трупы. Отшатнувшись, он закашлялся и споткнулся о что-то мягкое, похожее на мешок с одеждой. У Ци Жуна же было такое сложное лицо, словно он не мог понять, где находится- на постоялом дворе, или у себя дома. -Ебааать... Что за больные мрази тут живут? Ночью вернёмся, вынесем это всё, и в лесу прикопаем, я такое жрать не буду, нее... -Может, это твои последователи?- предположил Се Лянь, когда им удалось закрыть дверь обратно и отойти подальше, к лестнице и внимательно наблюдающей за ними банке с глазами. -У меня нет последователей.- лазурный демон едва ощутимо поморщился, будто подобная мысль вызывала у него головную боль.- Я не божество. -В любом случае, нам надо как можно быстрее уходить отсюда. -Зачем? -Ты хоть понимаешь, что будет, когда эти психопаты вернутся, и обнаружат здесь двух безоружных мужчин и ребёнка? На этом месте Жое оскорблённо дрогнула, а Ци Жун посмотрел на него с некоторой обидой. -Ты меня щас похвалил так, или обосрал?- спросил он, заглядывая в один из глиняных горшочков, стоящих отдельно от банок с человеческими запчастями. -В смысле? -Ну, психопатом ты меня ещё не обзывал. Следуя твоей логике, я ничуть не лучше этих ублюдков, разве нет? О, помидоры! Маринованные! Класс! Он выловил из горшка маленькую красную помидорку, сунул её в рот, прожевал, жмурясь от удовольствия, и облизал испачканные в соке пальцы. Тошнота, немного отступившая от свежего воздуха, мигом вернулась обратно к небожителю. -Ты отвратителен.- выдохнул Се Лянь, прижимая ладонь ко рту. Лазурный демон насмешливо сверкнул глазами. -Ты мне тоже взаимно не нравишься. -Можешь катиться на все четыре стороны.- продолжил он, следуя за царственным братом наверх.- Лично я никуда не пойду. И Гуцзы останется со мной. По-твоему, я не смогу защитить своего паршивца от кучки деревенских мудаков? Как придут, так и уйдут, если будет чем идти. Се Лянь обречённо замолк. Действительно... шанс навернуть любимой еды Ци Жун не упустит, а, зная его характер, о хозяевах дома можно будет только помолиться. За упокой. Одновременно с этим, ему казались странным поведение кузена, касающееся малыша Гуцзы. Принц был уверен, что после того, как у демона не вышло отвязаться от мальчика в Призрачном городе, он позволял ему оставаться с собой то ли по привычке, то ли с намерением откормить и всё-таки съесть, но после вчерашних слов он начал в этом сомневаться. Может... да ну, чушь какая-то. Чтобы такой как Ци Жун, и привязался к ребёнку за столь короткое время? Сколько Се Лянь помнил, лазурный демон относился к своему "сыну" просто ужасно. Конечно, вчера он весь день не отходил от него, но... Не могло же это вправить ему мозги? Стараясь лишний раз не думать об этом, он пошёл наверх. Гуцзы уже заметно повеселевший, сидел в кровати, обложившись подушками, как птенец в гнезде, и увлечённо играл с новой погремушкой и каким-то криво вырезанным из веточки кроликом. Убедившись, что с ним всё в порядке, Се Лянь начал обходить остальные комнаты. Ци Жун, не пожелавший расставаться с помидорами, предсказуемо увязался за ним, и болтал без умолку, рассказывая всё, что приходило ему в голову. При этом он не переставал жевать, так что вскоре Его Высочество начал задумываться о том, чтобы дать братцу профилактического леща, чтобы заткнуть его хоть ненадолго. В какой момент к ним присоединился Гуцзы, вооружённый столовой ложкой и прижимающий к себе банку с вишнёвым вареньем, никто не понял, но после этого терпение у Се Ляня стало заканчиваться ещё стремительней. -Ци Жун!- наконец взорвался он.- Да сколько можно?! Ты за эти столетия вообще все манеры растерял? -Чё тебе опять не так? Завидно, что ли? Иди тоже себе что-нибудь возьми, там вроде ещё огурцы стоят. -Я туда больше не полезу! Гуцзы, ты откуда варенье взял? -Из подвала.- малыш, который уже успел извазюкаться до самых ушей, отчего напомнил Се Ляню Ци Жуна во время его кровавой "трапезы", шмыгнул носиком.- Только там холодно и плохо пахнет. Папа, а зачем там глаза в банке, это ты сделал? Ци Жун, который был занят тем, что пил томатный сок прямо из горшка, фыркнул, забрызгав стену и всех вокруг. -Чё? Неее... Да и где бы я их взял, по-твоему? -Точно? -Точно, точно... Вот же дрянь мелкая, всё подмечает. Вся в меня, хе! -Ты опять весь испачкался! -Ты тоже! Наследный принц почувствовал, что у него начинает дёргаться глаз. *** -Почему мы не можем просто поговорить?- спросил Се Лянь, когда они заканчивали ужинать. В его желудке были две здоровые порции овощного супа, и это слегка снизило градус его раздражения на несносного родственничка. Кроме жуткого подвала, никаких странностей они больше не нашли, и всё было вполне пристойно, пока принцу не вздумалось залезть на чердак, где он, то ли из-за своей нулевой удачливости, то ли просто по невнимательности, поскользнулся на птичьем помёте и шлёпнулся на спину, задев головой полку, на которой стояла банка красной краски, вследствие чего тоже сильно испачкался. Ци Жун даже испугался, что его бестолковый братец поранился. Впрочем, он тут же сделал вид, что ему пофиг, а потом начал ржать, как безумный: -Вашему вниманию, Его Высочество Сяньлэ! Бит, крашен, перепродаже не подлежит! Сперва Се Лянь не понял причину его веселья, а потом осознал, что они выглядят как семейка каннибалов: кто в краске, кто в помидорах, а кто в варенье. Даже Жое досталось, отчего лента выглядела ошарашенной и растерянной. Вот тебе и купил новую одежду! Хорошо ещё, всё удалось отстирать. Ци Жун, который был занят тем, что вытирал Гуцзы сопливый нос (за столом! Где все едят!), картинно округлил глаза. -ПрОсТо ПоГоВоРиТь!- передразнил он царственного брата.- Про что? -Прооо...- вставил Гуцзы, чья фантазия мигом побежала впереди слов.- Летающие ботинки! Его Высочество обречённо вздохнул. Похоже, Ци Жун окончательно испортил когда-то очень хорошего и воспитанного мальчишку. Раньше Гуцзы никогда не капризничал, (почти) не пачкался, и не влезал в разговоры старших, за исключением тех случаев, когда пытался защитить своего "отца" от тяжёлых кулаков Хуа Чэна. Лазурный демон восхищённо вздохнул и картинно воздел руки к потолку. -Летающие ботинки!- воодушевлённо подхватил он. И продолжил официальным голосом,- Летающие ботинки были замечены в сто тридцать третьем с... половиной году в... Китае. Тогда ещё я не уверен, что Китай был, но летающие ботинки уже были. Гуцзы зафыркал, прижав ко рту ладошки, и уставился на демона с обожанием. -Эээм... Многие находили скелеты летающих ботинок, и удалось воссоздать их... Се Лянь, которого почему-то раздражало такое мирное взаимодействие между лазурным Бедствием и его неудавшейся закуской, громко кашлянул и со стуком поставил на стол пустую пиалу. -Этот репортаж я веду из своей головы.- несмотря на то, что тон Ци Жуна всё ещё был серьёзен, в глазах у него плясали шальные зелёные огоньки.- Где как раз и происходили главные события. Я нахожусь на месте событий, это моя голова, там происходят в Китае летающие ботинки и сейчас мы возьмём интервью у последнего представителя данного вида... Он кинул насмешливый взгляд на медленно закипающего царственного брата, и закончил: -Ботинок молчит, но по его физиономии видно, что он недоволен. -Я! Не! Не доволен! Меня раздражает твоё поведение! -Хочешь цепляться к словам? Да ты словесный скалолаз. У тебя этот... словесный альпинизм. Тьфу, звучит как заболевание... "У вас словесный альпинизм! Вы всё время цепляетесь к словам!" -Да ты... Ты... -Ну, ну, ну что я, что? -Ты ещё более несносный, чем когда жил в моём монастыре! -А ты посиди связанным, а я буду тебя всякой отравой кормить и по морде бить, а потом поговорим о том, кто тут несносный. И вообще... Тебя тут ничего не держит, пиздуй обратно в свою халупу. Чё ты сюда вообще припёрся? Се Лянь хотел ляпнуть какую-нибудь гадость, но вдруг вспомнил, что так и не объяснил кузену причину своего внезапного появления в его жизни. -У меня больше нет монастыря.- он немного смягчил тон и вкратце пересказал события, предшествовавшие стычке с людьми Всевидящего глаза и то, что произошло потом. Ци Жуна всё равно не переспорить, и исправлять его бесполезно, а снова устраивать драку, когда Гуцзы только почувствовал себя лучше и перестал хныкать по поводу и без, не хотелось.- Он развалился. -О как. А дверь цела? -Дверь цела... Чего ты опять ржёшь? -Слушай, а псина у тебя пиздатый плотник, оказывается! Может, ему профессию сменить? Намекни ему, что ли... Хоть руки делом займёт, а не тем, что у него в штанах болтается... -ЦИ ЖУН!!! НУ НЕ ПРИ РЕБЁНКЕ! -А ты что, думаешь, у него там всё иначе что ли? Интересный такой, я фигею... -Папа, а ты про что? -А? Да так, взрослые скучные разговоры. Подрастёшь, поймёшь, не заморачивайся пока. -Ага, ладно. А мы выйдем завтра погулять? -Если погода будет нормальная, выйдем ненадолго... На этом месте Се Лянь почувствовал, как у него начинают ныть виски. -Может, спать уже пойдём?- спросил он почти жалобно.- Хватит твоего карнавала мракобесия удивительных историй. -Ну, пойдём... Наследный принц наивно надеялся, что когда они улягутся, вся дичь, которая, казалось, образовывалась вокруг лазурного демона сама по себе, стоило ему появиться в комнате, наконец закончится, но его чаяниям не суждено было сбыться. Пока они ждали, когда Гуцзы, который вдруг заявил, что он уже большой и умоется перед сном сам, в сопровождении зелёного огонька потопал чистить зубы, под окнами дома послышались шаги. Гулкие такие, будто это был очень грузный и неповоротливый человек. Се Ляня охватило внезапное беспокойство. -Брат, ты дверь запирал?- спросил он, садясь в постели и поворачиваясь к Ци Жуну, который лежал на животе, листая какую-то книгу. -А я её отпирал?- в тон ему отозвался младший, недовольно дёргая ухом.- Не обращай внимания, небось алкаш какой-то. Ходют тут всякие... Пошароёбится и уйдёт. -Думаешь? -Надеюсь. На улице что-то упало, и со двора полилась такая грязная нечленораздельная брань, что оба кузена вздрогнули. -Может, всё-таки спуститься? -Ну спускайся. Получишь пизды- не жалуйся потом. Некоторое время они молча слушали, как он орёт под окнами, а потом Ци Жун не выдержал: -Ебать, он маты гнёт. Тут вообще-то дети! Им это вредно. Се Лянь непонимающе повернул голову. -Здесь разве есть ещё дети? -Не-а. -Тогда кому ещё вредно? Кто второй? -Мне вредно! Я тоже ребёнок! Наследный принц закашлялся, но решил не комментировать. В какой-то мере, это было правдой. Его бедовый братец, несмотря на то, что сейчас его телу было уже за двадцать, после смерти навечно застрял в возрасте семнадцати лет, а умственно- и Его Высочество был в этом уверен- ему было не больше пятнадцати. Дитя дитём. Пьяница всё не унимался. Он нашёл во дворе какой-то тазик, и, судя по звукам, принялся в него колотить. Наконец притопал Гуцзы, и влез на кровать, угнездившись между братьями. Се Ляня (в очередной раз) ошарашило такое невоспитанное поведение, а Ци Жун мигом прижал к себе ребёнка, спрятав его испуганную мордашку на своей груди. -Папочка, кто этот дядя?- жалобно спросил мальчик, пытаясь слиться с лазурным демоном в одно целое.- Я его боюсь... -Да придурок какой-то. Сука, заебал... Щас, пойду его прогоню. -Не надо! Ты его съешь! Се Ляню показалось, что физиономия Ци Жуна приобрела некоторую малиновость. -Чё? Тьфу ты! Не съем, с чего ты взял? -Я знаю, что съешь! Ты обещал, что не будешь так больше делать, не надо! До принца наконец начало что-то доходить. Возможно (возможно), кузен ему не соврал и лес повешенных не его рук дело, но, получив свободу, он всё-таки принялся за старое и дорвался до привычной еды. И, вероятно, как-то спалился перед ребёнком. Се Ляню даже думать было жутко, как Ци Жун объяснял Гуцзы причину своих поступков, но, похоже, ему не слишком нравится, что мальчик вот так влёгкую заложил его перед мусорным гэгэ. Неужели, он начал осознавать, что то, что он делает, неприемлемо для Непревзойдённого? Почти Непревзойдённого... Человек снаружи наконец немного затих и перестал стучать. Се Лянь даже понадеялся, что он уйдёт, но тут мужчина снова принялся орать: -Воды!!! Ваааа-дыыыы!!! -Так, всё, мне это надоело.- Ци Жун подорвался, отпихивая от себя расхныкавшегося Гуцзы, и, выплюнув большой зелёный огонёк, с грохотом потопал вниз, на первый этаж. Се Ляня это не на шутку обеспокоило. Неужели он всё-таки собрался выйти на улицу и убить (и съесть) этого пьянчугу? Впрочем, лазурный демон быстро вернулся обратно, но уже с двумя вёдрами, доверху полными воды. -Воды захотел?- прошипел он, засовывая вспыхнувшие призрачным пламенем ладони в вёдра, отчего вода начала закипать, а потом ставя их на подоконник.- Щас, будет тебе воды... -Ци Жун, может лучше не... -НА, НАХУЙ!!! Принцу осталось лишь ахнуть, глядя, как его бедовый родственник одно за другим выплёскивает за окно два ведра крутого кипятка, а потом повисает животом на подоконнике, пытаясь рассмотреть, что делается внизу. Он уже приготовился слушать вопли боли и ругань, но под окнами было тихо. А потом мужчина снов завопил: -ПА-ЛА-ТЕН-ЦО!!! Спустя пару секунд, с подоконника свесились уже трое. Луна наконец вылезла из-за тучи и стало немного светлее. Се Лянь круглыми глазами смотрел, как стоящий под окном человек, мокрый до нитки, невозмутимо стряхивает с рук ошмётки обваренной кожи. Человек? -Тьфу-ты!- Ци Жун звонко сплюнул ему на макушку.- Обычный мертвец! А шуму-то поднял... Ыть! Он легко перемахнул через подоконник. Гуцзы ахнул от страха, и принц поспешил опустить его на пол, чтобы малыш не увидел, как лазурное Бедствие расправляется с нарушителем спокойствия, а сам снова уставился в окно. Ему раньше никогда не приходилось видеть Ци Жуна в "боевых" условиях, и он с интересом наблюдал, как кузен ловко пробивает в груди мертвеца дыру, и вытаскивает из неё призрачный огонёк, а потом заглатывает его, как конфету и, ворча что-то малоцензурное, тащит уже упокоившееся тело на другую сторону дороги, подальше в кусты.