Неделя на постоялом дворе

Лес повешенных никуда не делся, разве что, кровоточить перестал. Зато земля под ними напиталась кровью, отчего то тут то там виднелись бурые пятна. -Хал-ту-ра.- по слогам произнёс Ци Жун, подпрыгивая, и отрывая у трупа, что висел пониже, руку, и жадно вгрызаясь в бледную плоть.- А. Ну да, где ж мои манеры. Хочешь? Он протянул оторванную конечность царственному брату. Се Лянь с трудом переборол приступ тошноты. -Мерзость. -Да? А мне вкусненько! Гуцзы чувствовал себя уже вполне хорошо, погода стояла тёплая, и лазурный демон, как и обещал, вывел его на улицу. Се Лянь вышел вместе с ними. Они немного пошатались по двору, а потом вышли на дорогу и неторопливо пошли в сторону посёлка, к тому месту, где Его Высочество нашёл подвешенные трупы. Уже на месте, при свете дня, он заметил, что эта кровавая инсталляция действительно отличается от той, которую он наблюдал неподалёку от логова Лазурного Фонаря блуждающего в ночи, причём не в лучшую сторону. На разном уровне, неаккуратно, и вообще. Если тела, которые вешали Ци Жун и его демонята, выглядели эффектно, особенно в свете луны, и создавали, в какой-то степени, привлекательную и вместе с тем жуткую картину, то здесь создавалось ощущение очень грубой подделки, будто кто-то нарочно хотел поглумиться над почти Непревзойдённым Бедствием, пользуясь тем, что оно находится далеко. -Папа! Ты опять ешь эту гадость, да?! Услышав за своей спиной пискливый и очень обличительный голосок, Ци Жун подскочил на месте, и ловко швырнул обкусанную руку куда-то в кусты. -Ф шмышле?- переспросил он, принимаясь жевать быстрее.- Не пойфан, не куфал! -Нет, кусал! Я видел! Открой рот! -Ааа, да чтоб тебя, несносная мелочь! Прекращай докучать своему отцу! Иначе зажарю тебя и съем! Се Лянь прижал ладонь ко рту, чтобы ненароком не хихикнуть. Кто бы мог подумать, что жестокое и кровожадное Бедствие будет вот так тушеваться перед обыкновенным человеческим детёнышем. Разумеется, Ци Жун вёл себя как Ци Жун, но рядом с мальчиком становился несколько ребячливее и добрее. Если раньше он был уверен, что отношение у кузена к привязавшемуся к нему ребёнку чисто потребительское, то теперь увидел, что это далеко не так. -Кому пришло в голову копировать демона, который копирует других демонов?- спросил он. -Это тебе Хуа Чэн сказал?- фыркнул Ци Жун, беря возмущённо лепечущего малыша на руки. Гуцзы мигом прижался к нему, обняв ручками за шею, и надулся, талантливо изображая хомячка. -Про что? -Про то, что я его копирую. Всё никак не может свыкнуться с тем, что мир крутится не только вокруг него. -Тогда почему? -Чтобы ко мне не лез никто.- демон звонко сплюнул себе под ноги, попав чётко в центр кровавого пятна.- После того, как он завалился ко мне и разорвал своими блядскими бабочками меня, моих слуг, и мою еду заодно, я очень долго восстанавливался. Лишнее внимание от всяких угашенных охотников за нечистью мне было ни к чему, знаешь ли. -Да что ты такого ему сделал? -А я ебу? Чё вот ему те небожители сделали? Всралось показать, кто тут главная альфа-самса на раёне, и всё тут. Потому что, в его представлении круче него только Гунгэль, а все остальные- грязь под ногами. Кроме тебя. Ты возведён в абсолют. Наследный принц предупреждающе кашлянул. -Ты ничего о нём не знаешь. Сань Лан не такой. -Ну да. Сань Лан не такой. А Хуа Чэн такой. Поверь, я знаю, о чём говорю. Поняв, что младшего не переспорить, и он будет стоять на своём до последнего, Се Лянь от него отстал, принявшись размышлять над тем, почему Гуцзы не испугался висящих трупов. Ему казалось, что в логове лазурного демона малышу была нанесена непоправимая психологическая травма, но мальчик, которому уже надоело дуться, вёл себя абсолютно спокойно и, высунув от усердия язык, превращал волосы Ци Жуна в неаккуратные косички. -Чем бы дитё ни маялось, лишь бы оно радовалось.- устало отмахнулся демон на немой вопрос брата.- Пошли обратно. Зараза, поесть не дают... *** Сань Лан всё ещё был недоступен, что сильно беспокоило Его Высочество. Конечно, он не сомневался в удаче и могуществе Собирателя цветов под кровавым дождём... Но сейчас его силы заметно уменьшились, как и он сам, и сбежать от толпы взрослых и агрессивно настроенных людей на коротких детских ножках, даже если у тебя при себе зачарованные игральные кости... Се Лянь в очередной раз обругал себя за то, что согласился на уговоры Непревзойдённого и позволил тому увести погоню от развалин монастыря. Впрочем, при всём желании, повлиять на ситуацию он не мог, и ему оставалось лишь надеяться. Зато Ци Жун чувствовал себя просто прекрасно. Иногда Се Ляню даже казалось, что перед ним тот самый Ци Жун, каким он его запомнил, когда они оба были смертными людьми. Возможно, этому поспособствовало то, что его больше никто не бил и не связывал, а возможно то, что рядом не было Собирателя цветов. Принц не до конца понимал, как в бестолковом младшем могут сочетаться, казалось бы, совершенно несочетаемые качества (на самом деле, его это перманентно бесило), но считал, что ругать и воспитывать его бесполезно. Всё-таки, восемьсот лет прошло, поздно уже. Не зная, чем занять руки, он отыскал в кладовке метлу и принялся прибираться во дворе, где вчерашний мертвец устроил небольшой разгром. -Я ужас, летящий на крыльях ночи!- его медитативное состояние было прервано выбежавшим из дверей радостно визжащим Гуцзы, за которым гнался Ци Жун с одеялом на плечах. Вздрогнув, Се Лянь сурово уставился на кузена, и машинально отметил, что тот смахивает на встрёпанную птицу. -Ты малолетний придурок, скачущий по дому в одеяле!- рявкнул он, перегораживая лазурному демону дорогу.- Ты хоть раз можешь нормально с ним поиграть? Что за идиотское желание постоянно его пугать? -Папа, лови меня!- в ногу Ци Жуна врезался раскрасневшийся от бега малыш. -Ыть! Поймал!- Ци Жун скинул с себя одеяло и схватил мальчика на руки.- Ну всё, сейчас я тебя съем, ааааам! Се Лянь потёр точку между бровей. -Подумай над моими словами.- вздохнул он, берясь за метлу и принимаясь мести двор. Ци Жун озадаченно посмотрел на прижавшегося к нему сына. -Нормально, говоришь?- вполголоса повторил он.- Ну, ладно, попробую... Эй, чёртова лента, можешь поиграть с моим драгоценным сынулей? Жое, дремавшая в рукаве Се Ляня, дёрнулась, и вылетела на белый свет. Принц недовольно поморщился. И когда это она стала слушаться Ци Жуна? Они же друг друга на дух не переносят! Он возмущённо уставился на брата. Лазурный демон не обратил на него никакого внимания, и подошёл к небольшому сарайчику, где, помимо хлама, было несколько крепких досок. -Ладно, мелкий под присмотром, щас что-нить придумаю... -С какой стати Жое тебя слушает? Ци Жун! Отвечай, когда я тебя спрашиваю! -А? Да плевать ей на меня с высокой горки, ей Цзы-Цзы нравится. Когда он начинал реветь, она с ним играла и он успокаивался. Ты просто не видел. Его Высочество посмотрел на резвящихся ребёнка и ленту, и смолчал. Жое, несмотря на её происхождение, тоже любила поиграть, и часто вела себя как ребёнок. Немудрено, что Гуцзы ей понравился. С ним наверняка интереснее, чем с Эмином. Он снова сосредоточился на подметании и на какое-то время потерял к младшему интерес, и обратил на него внимание только тогда, когда он шлёпнулся с дерева, растущего рядом с домом. -Ай, бля! -Ну что ещё?! Се Лянь развернулся в сторону звука, намереваясь хорошенько треснуть кузена метлой, пока Гуцзы не видит, чтобы призвать его к порядку, но застыл, не сделав и пары шагов. Ци Жун сидел на траве, потирая ушибленный зад, а рядом с ним, привязанная к крепкой ветке, покачиваясь, висела доска на верёвках. Качели? -Это достаточно нормально?- лазурный демон со стоном поднялся, держась за поясницу.- Или нет? -Нормально... -Пошли, поможешь.- Ци Жун поплёлся в дом.- Я тут немножечко пизданулся. Се Лянь отложил метлу и пошёл следом за ним. -С чем? -С трупами. Я один столько не перетаскаю. -Ну нет уж, я туда больше ни ногой! -Ну ты и жопа, братец. А будь на моём месте Хуа Чэн, небось впереди него побежал бы, как бездомный щеночек, которого разок за ушком почесали, да? Учти, ещё пара дней, и они начнут вонять. -Ладно... Из подвала я их вытащу, но дальше сам с ними разбирайся. -Да без пибды. В четыре руки им удалось перетаскать половину трупов, которые Ци Жун признал совсем непригодными к использованию (Се Лянь благоразумно не стал спрашивать, как его бедовый брат планирует распорядиться остальными телами). Принца неприятно резанули слова кузена. "Будь на моём месте Хуа Чэн, небось впереди него побежал бы", простите, что? Конечно, попроси Сань Лан о помощи, он бы с радостью откликнулся на его просьбу... но неужели, со стороны его поведение выглядит именно так? Он же просто хочет помочь своему другу... -Слушай, а что мы будем жрать?- внезапно спросил его Ци Жун. -Что? Небожитель, которого и так мутило рядом с трупами, непонимающе воззрился на демона. Думать о еде в такой момент? Хотя, это же Ци Жун. Наверняка его больше заботит то, что столько мяса зря пропало. -Ну, может ты проявишь инициативу и возьмёшь чё-нить к ужину? Огурцов там, или редиски, там целый шкаф всякого добра. -Слушай, давай ты сам как-нибудь, а? Мне даже рядом с этой дверью стоять не хочется. -Ля, какой неженка... Ладно, чё взять? Что найду или только огурцы? -Ну, давай огурцы... Ци Жун скукурузил презрительную рожу, упаковав в эту гримасу всё, что думает обо всяких по фамилии Се, и снова полез в жуткий подвал. Вернулся быстро, без солений, но сжимая что-то в кулаке. -Братюнь... Сходи, выспроси у моего паршивца как-нибудь поаккуратнее, помнит ли он что-то о своей маме? -А разве ты у него раньше не спрашивал? -Ну, в моём случае это было бы немного глупо, согласись? -Ну... Хорошо. А почему ты вдруг об этом вспомнил? -Сука. Се Лянь. Просто. НАДО. Несмотря на то, что в доме было тепло, Его Высочество пробрал озноб. Ци Жун всегда очень остро реагировал на тему детей и родителей- сказывалось тяжёлое детство, проведённое в Юнани. Может, он нашёл что-то в подвале, когда взялся перетаскивать трупы и вспомнил то, о чём не хотел вспоминать?.. Он направился на улицу. Гуцзы уже надоело играть с Жое, и они взобрались на качели. Несмотря на то, что подтолкнуть его было некому, мальчик сидел на них, болтая ножками в получжане от земли, и выглядел вполне счастливым. Рядом с ним, свернувшись, как белая змея, лежала лента-оборотень. -Эм... Гуцзы, могу я спросить тебя кое о чём?- спросил Се Лянь, почему-то ощущая некоторую неловкость. Он плохо представлял, с чего лучше начать разговор- после того, как он позволил Ци Жуну сбежать из Призрачного города, больше обеспокоившись состоянием Сань Лана, нежели жизнью маленького ребёнка, Гуцзы, как ему казалось, стал относиться к нему с недоверием. Малыш вскинул на него свои огромные глазёнки и кивнул. -Ага. Потом пододвинулся, освобождая место рядом с собой. Принц сел на скрипучую доску, и Жое мигом заползла к нему на колени, снова свернувшись клубочком. -Скажи, ты знаешь, где сейчас твоя мама? Гуцзы задумался, и пожал плечиками. -Не знаю. Она уже давно с нами не живёт. Отец говорил, что она поехала продавать старые вещи, чтобы нам было что кушать, и пропала. И ещё сказал, что наверное её съели демоны в лесу и туда ей и дорога. Гэгэ, а почему ты спрашиваешь? Папа хочет её найти? -Ну... -Ой, тогда давай попросим красного гэгэ, чтобы он дал ему свою волшебную бабочку, чтобы она помогла нам её отыскать! Папа теперь такой хороший, если мама найдётся, она его обязательно простит! Се Лянь почувствовал, что краснеет- не то от неудобства, не то от злости. Он уже устал втолковывать мальчику, что тот, кого он продолжает считать своим отцом, уже давно не его родитель, и его раздражало, что Гуцзы упрямится и не хочет этого понимать. -Гуцзы, я ведь уже сколько раз объяснял тебе.- начал он, стараясь, чтобы голос звучал ласково.- В тело твоего отца вселился злой и кровожадный демон. Он ведь собирался тебя съесть, помнишь? Гуцзы посмотрел на него с безграничным терпением. -Гэгэ, ты совсем глупый?- спросил он, снова принимаясь болтать ножками.- Папа ни за что меня не съест. Да, он немного странный, но он меня любит и заботится обо мне, и я его люблю. И мама его тоже полюбит. -Да пойми же наконец!- Се Лянь потёр точку между бровей.- Сейчас с тобой нет твоего отца, а есть Ци Жун, Лазурный Фонарь блуждающий в ночи. Не думаю, что твоя матушка, если она всё ещё жива и здорова, обрадуется тому, что твоим отцом завладело Великое Бедствие. Гуцзы снова надул щёчки и отвернулся, показывая, что разговор окончен, чем напомнил Его Высочеству маленького Ци Жуна. Се Лянь вздохнул. Похоже, мальчик окончательно попал под его влияние. Ну, хоть не бранится по поводу и без, как новый папаша, и то хорошо. -Папа меня любит.- упрямо буркнул он, складывая ручки на груди. -Ох... Да, конечно, он к тебе привязался, но пойми, что... -Вот отец меня никогда не любил.- продолжил Гуцзы, глядя на носки своих видавших виды тапочек.- А папа меня любит. Наследный принц поражённо замолк. Отец... Папа?.. Неужели... -Так ты... -Гэгэ, я маленький, но не глупый, а ты большой и глупый!- голосок мальчика дрогнул от обиды.- Папа ни разу не наругал и не ударил меня, всегда отдавал мне последнюю булочку, а то, что он всё время бранится и ест людей, это ничего, он обещал, что перестанет так делать, и я ему верю! Он сказал, что когда я поправлюсь, мы сходим к волшебной горе, где он станет этим... Непревзойдённым, а потом отведёт меня в небесный город, где у нас будет большой красивый дом, мы будем вкусно кушать, и нам не нужно больше будет убегать и бояться. И он обещал научить меня читать и писать, и рассказывал интересные сказки, и играл со мной, а ещё ловил для нас птичек и кроликов, и всегда отдавал мне самый большой кусок... И он не ел людей, пока мы не пришли сюда, правда! Я знаю! И он вовсе не злой! Если это правда, и он твой братик, то ты не должен обижать его, а ты его только обижаешь и ругаешь, хотя он ничего плохого не делает! Тебе должно быть стыдно! На это Се Лянь не нашёл что возразить, и молча ушёл в дом. Он был уверен, что Гуцзы просто упрямится, но мальчонка, похоже, оказался не так глуп, и всё-таки сообразил что к чему, но, по неизвестной причине, молчал. Интересно, почему? Ци Жуна он нашёл на заднем дворе. Демон уже перетаскал большую часть тел на улицу и даже сложил их в найденную в сарае тележку, и теперь сидел рядом, разглядывая свою ладонь. Увидев, что к нему направляется царственный брат, он подскочил. -Ну, что? Его Высочество невольно сделал шаг назад. Физиономия его кузена выражала столь сложную гамму чувств, что горло небожителя перехватило спазмом. Неужели, он действительно волнуется? А если он просто решил вернуть Гуцзы матери, и вся эта забота была лишь очередным притворством?.. -Я поговорил с ним. -И? -Сперва скажи, с чего ты так всполошился. Лазурный демон молча протянул ему ладонь, на которой лежал дешёвый кулон, потрёпанный от постоянной носки. Се Лянь взял его в руки и раскрыл. С крохотного портретика смотрели трое: хорошенькая девушка, маленький мальчик с большими карими глазками, и молодой мужчина. Принц поднял глаза на брата. Потом снова посмотрел на портретик. Без сомнения, это было лицо человека, тело которого Ци Жун сейчас занимал. Стало быть, ребёнок- это Гуцзы. Неужели... -Ци Жун...- его голос дрогнул. Он поднял руку, и замер, не решаясь коснуться плеча младшего. -Что- Ци Жун? Говори уже! -Его мать пропала несколько лет назад. Видимо, она приехала сюда, чтобы продать какие-то вещи, чтобы выручить немного денег. Скажи, где ты его нашёл? -В мешке с одеждой. Стал его вытаскивать, а он порвался... Т-твою ж мать... -Ци Жун... Мне так жаль... -Да мне-то что?- щёки демона охватил румянец.- Мне вообще насрать! Се Ляня снова охватило непонятное доселе чувство. Движимый внезапным желанием, он попытался обнять кузена, но лазурный демон вдруг резко тряхнул головой. -Ну, главное, что это был не я.- фыркнул он, пряча руки в рукава.- А то было бы совсем тупо. *** Несмотря на то, что в доме было полно свободных комнат, они продолжали тесниться на одной кровати. Гуцзы мирно сопел в своём одеяле, обняв погремушку, Ци Жун читал, лёжа на животе и подсвечивая себе текст призрачным огоньком, а Се Лянь тщетно пытался заснуть. Ему не давали покоя снова охватившие его мысли. И думал он вовсе не о Сань Лане. Что бы ни произошло между Гуцзы и Ци Жуном, пока они добирались до постоялого двора, они явно сблизились. И, судя по всему, родной отец мальчика оказался не таким хорошим человеком, как он всё это время думал- раз уж отбитый на голову демон-людоед оказался куда лучше и человечнее него. Может, безусловная детская любовь смогла пробудить в нём те крохи доброты, которые лазурное Бедствие сумело сохранить за века посмертия? Возможно ли, что Гуцзы, сам того не подозревая, смог дать ему то, чего он не получил от царственного брата? Он повернул голову в сторону кузена. Гуцзы вздохнул во сне и скинул с себя одеяло, и Ци Жун, невнятно пробурчав какое-то ругательство, натянул его обратно на сопящего мальчишку. Принцу почему-то вспомнились демонята в зелёных одеждах, с призрачными огоньками над головой. Несмотря на вздорный характер, Лазурный Фонарь не желал иметь дело со взрослыми демонами. Возможно, потому, что детей можно было легко запугать и заставить делать то, что ему нужно. А возможно, дело не только в этом. Ци Жун закрыл книгу, повернулся на спину, и зевнул. Почти сразу его зевок перешёл в храп, будто у него был заложен нос, и Се Лян живо вспомнил, как, вместе с Сань Ланом пришёл посреди ночи проведать оставшихся в монастыре детей, чтобы передохнуть от поисков божка-пустослова (и заодно убедиться в том, что они ещё живы, Ци Жуна ведь тогда пришлось оставить без Жое, и одним Небесам известно, что они там втроём творили), и обнаружил, что кузен не только отжал себе всё одеяло, а Гуцзы спит у него на груди, но и храпел на весь дом так, что стены дрожали. Это уже потом выяснилось, что храпел он из-за того, что отец Гуцзы был профессионалом выпить, да и несколько часов в холодном ручье тоже не прошли даром, но тогда это произвело на него сильное впечатление. -Ты знал, что человеческий храп- это способ потустороннего мира связаться с нами?- шёпотом спросил Ци Жун, ложась на бок, чтобы лучше видеть царственного брата, который, по своему обыкновению, изображал из себя труп. -Ну, судя по тебе, с нами попыталось связаться как минимум всё Сяньлэ, цивилизация Майя, добрая часть Призрачного города и душа отца Гуцзы.- так же шёпотом отозвался Его Высочество. -Закос на вампиров? -Да. -Сколько тебе восемьсот? Уже семнадцать лет. Се Лянь прыснул в ладошку. Да, Ци Жун всё ещё его бесит, но подобные абсурдные разговоры, которые он время от времени заводил, чтобы развлечь себя или подурачиться с Гуцзы, очень его забавляли. Вот с Сань Ланом так не поговоришь, он всё время серьёзен. Жалко. -Сколько тебе лет?- включился он в игру.- Давно уже. И сколько тебе давно уже? Двадцать! -Потеря памяти в двадцать, двенадцать инсультов и семнадцать инфарктов. А про что мы? -Кто ты? А я кто? Сдавленные смешки. -ХтО я! -Забыл. -Что? -Что?.. -Кто я? -Где? Ци Жун замолк. Се Лянь уже решил, что ему надоело, но лазурный демон вдруг недоумённо изогнул бровь: -Я? -Папа...- сонно пробормотал Гуцзы, подползая к нему под бок.- Тише... -Понял?- Ци Жун снова лёг на спину, пристроив голову сына на свою руку.- Чё распизделся, спи давай уже. -А сам-то? -Ну, мне вообще тяжело молчать... Я иногда так много говорю, что уже сам себя раздражаю. -Да что ты. -Ну, я не думал, что это прям какая-то проблема, пока Сюань Цзи мне как-то не сказала: "может, всё-таки немного помолчим?" Прикинь, я её переговорил! У тебя вообще в жизни была ситуация, чтобы болтливая женщина просила тебя заткнуться? -Ну пааап... -Шшш... всё, всё, молчу...