Зов зеркал

Стелла все еще с сомнением оглядела Ахерон, будто бы специально одетую в самую загадочную одежду. Нет, девушка за это не осуждала, но все-равно хотела бы избегать таких загадок, разодетых в черные плащи. Скинув одеяло, Стелле стало холодно с непривычки, особенно после уютного теплого пледа. Но сейчас холода не избежать, подобно клыку смерти, поднесенному к горлу. В голове тогда была лишь пустота, пока как сейчас роем вились разные мысли. — Стелла, ты согласна? — прервала тишину Ахерон, не спуская глаз с задумчивой девушки. — Я не настаиваю на этой миссии, если ты захочешь отдохнуть после Пенаконии. — Секунду, — сказала Стелла, доставая из-под тайного места свою любимую биту, с которой и в огонь, и в воду. Конечно, есть еще копье, но его достаточно сложно хранить так, чтобы Клипот не наслал проклятия на всех Безымянных. А бита неприхотлива. — Теперь я готова идти с тобой. — Всегда держишь оружие при себе? — Вдруг жуки нападут, — ответила Стелла, рассматривая биту, ранее сокрытую в тайнике меж дивана, — или придется отбиваться от непрошенных гостей. — Думаешь, что бита спасет тебя? Стоит лишь один раз птице упасть, как она навсегда перестанет доверять крыльям — у тебя не было такого? — Пока я живу, такого не было. Если меня подведет оружие, то всегда рядом экипаж Экспресса. — А если и экипаж подведет? — продолжала Мэй, после смиренно добавив: — Хотя я знаю, насколько они мудры и надежны. Вы — любящая семья, и верю, что Небытие не доберется до вас. Теперь ты поняла, почему мне нужна помощь? — Ну, отчасти, — кивнула девушка. — Это уже хорошо. — Теперь мне надо протянуть тебе руку? — Сначала тебя надо довериться мне, — и Стелла взяла Ахерон за руку, удивляясь насколько та холодна. Будто у давно умершего человека, что скитается в надежде на упокоение. Горячие ладони Стеллы слишком ярко контрастировали с кожей Мэй, но никто ничего не сказал об этом вслух. Стелларон внутри грел сосуд, пока как Ахерон топилась в ледяной пустоте, — а затем — приготовиться к падению. — Эй! Стелла почувствовала, как понятие пространства постепенно покидает тело, а на его место приходит мрачное Небытие. Горло перехватило от такого ощущения, пока глаза не могли перестать смотреть на Ахерон с белым волосами и красными чертами на уже привычной одежде. Это точно не было смертельной поездкой? Тело покидало Стеллу, вырывалось из бренных оков, открывая себя неизведанной силе. — Не бойся, пока бытие на твоей стороне. Закрой глаза, чтобы не увидеть вязкую бездну. — Время пересечь границу реальности… — Доверься своим чувствам, своему орудию, своим товарищам, чтобы не упасть в пучину собственных страхов. — Нас ждет долгий путь…

***

Стелла в холодном поту очнулась от круговорота чувств, подобно развлечения Пенаконии вместе с Авантюрином, и в панике осмотрелась по сторонам, замечая пред собой лишь размыленный обзор, тонущий в общем непонимании всего. Руки размывались, будто и не имели ничего общего с пугающей реальностью. Стелла часто дышала, смутно припоминая последние события, исходом которых стало подобное состояние, когда весь мир летал на карнавале собственного безумия. Словно разрывающаяся на части картина, оставляющая за собой останки от прошлой целостности. Холодный ветер обдувал лицо, а в нос бил морской воздух. Небо, как назло, было пасмурным. Все звуки доходили будто сквозь туман, просачиваясь через нереальность бытия. Кружились светлячки перед глазами, сгорая в морском огне. В глазах горел тот самый огонь, желающий уничтожить абсолютно все. Разве в этом смысл существования? Уничтожить, сгореть, умереть ради странной сказки. Светлячки такие прекрасные… но так легко ускользают от дрожащих рук. Но Стелла и не хотела их ловить: крылышки и тельца столь хрупки, что не заметишь, как чужая жизнь осталась пеплом на все еще чистых ладонях. Всего лишь прекрасный миг любования за горящими путеводными звездами. Стелла лишь вытянула руку, смотря на бескрайнее небо над собой. Неужели оно чем-то расстроено? Или это просто выражение своей вины перед потерянным миром? Это же лишь чья-то разбитая мечта, облаченная Светлячком. Стелле не было ни грустно, ни радостно — в голове только мысли о светлячках. Что за безумие, когда столько проблем, но перед глазами горящие тельца, исчезающие под воздействием отчаянного огня. Весь мир горел, бился в агонии, но перед лицом не было огня. Лишь светлячки. И шум волн, ударяющихся о берег. Стелла не боялась умереть. Стелла боялась абсолютного ничто, где больше не летали светлячки. Конец жизни, когда разум отчаянно бился в агонии, а тело рыдало от безвыходности всей жизни. Интересно, а Стелла умрет с улыбкой, зная, что ее долг выполнен? Разве есть жизнь без идеи, без мечты? Стелла не могла думать об этом. Девушка думала лишь о настоящем, а будущее, прошлое — всего лишь нечто мимолетное, подобно первому пересечению взглядов со злостным врагом. Словно конец Порядка. Нет, не подобно смерти — это именно конец. Стелла так и продолжала лежать на расстеленном одеяле, пока светлячки не поманили встать ради сожжения всего мира. Огонь добирался и до волос, окрашивая их в белый цвет. Тихие взмахи крыльев напоминали о потерянных друзьях, а все мерцание сводилось лишь к Кафке. Почему все пути ведут к ней? Подобно светлячкам, идущим к огню. Так прекрасно, что даже Стелларон нашел в этом зрелище свое отражение. Соленый запах смешался с горячей едой, а глаза наконец уловили очертание костра у морского берега. Рядом с девушкой сидела Ахерон, жаря на огне порцию чего-то ранее неведомого. Нет, не мяса саламандры. Стелла чувствовала тепло, смешанное с прохладой близлежащего моря, яростно бившегося о камни. Вода даже смогла бы смыть этот мир, затушив костер и оставив путников в кромешной тьме. Как хорошо, что земля оставалась землей, а пламя продолжало гореть, отпугивая скопившийся мрак. — Хорошо, что пока не начался дождь, — сказала Ахерон, заметив, что Стелла уже очнулась ото сна и теперь сидела, смотря на танцующее пламя костра. — У нас еще есть время, чтобы освоиться на этой планете. — Дождь должен начаться? — Я всегда желала, чтобы наши встречи проходили под ясным небом, но, как видишь, мои желания остались лишь бесформенными оболочками, — Мэй переворачивала мясо, не сводя взгляда с огня. — Только дождь приносит мне умиротворение, поэтому это не так уж и страшно, как перспектива пережидать в голодной темноте под зонтом. Не думаю, что дождь должен начаться. — А если он все же начнется, то можно сказать, что этого было не избежать? — Стелла грела свои руки, смотря на удаляющиеся море. — Словно по сделанному сценарию. — Мы не властны над дождями. На моей планете бушевал гром — никто не смог бы его остановить, кроме забвения, — в море отражались силуэты светлячков. — Зачем ты это спрашиваешь? — Просто в голове появились странные мысли. — Ничего страшного. Порой самые на первый взгляд глупые мысли не могут уйти из головы и годами. Как жаль, что только не у меня, — слегка улыбнулась Мэй, окрасив серые пейзажи незнакомого мира. — Если я возьму меч, то, возможно, что-нибудь вспомню, а пока приходится лишь гадать о своем прошлом. — Ты уже забыла приключения на Пенаконии? Или, вдруг, помнишь лишь части грез? — задумчиво проговорила Стелла, чувствуя, как ее голос сливался с морским прибоем. — Я видела ваш разговор с Вельтом, поэтому и решила спросить на счет этого. — Помню, но воспоминания утекают от меня, подобно морю над обрывом, — вздохнула Ахерон. — Неужели ты не хочешь спросить на счет этой планеты? — Хочу. — Тогда почему не спрашиваешь? — Не могла сформулировать вопрос. Вроде и многое хочется узнать, а вроде и совсем не важно, раз уж эта планета настолько неизведанная. — Да, об этой планете мало что известно, — согласилась Ахерон, все еще пристально приглядывая за завтраком или, может, обедом, — но самое примечательное — это огромное количество зеркал, чем-то похожих на лед, из которых строят здания, если пройти еще дальше. — Зеркала же не могут быть просто обычными? — Могут. — Ну, я бы не сказала, что это самый худший исход. Так-то простая прогулка тоже хорошо, учитывая сколько я могу рассказать Пом-Пом или скольким можно удивить Март. — Это хорошо, когда есть кому рассказать о своих похождениях. Ты же не веришь, что это просто обычные зеркала? — Нет. — Отлично, Безымянная. — Это комплимент? — Почему бы и нет? Я думала, что практически всем нравятся комплименты, поэтому решила просто поднять тебе настроение, — Стелла слегка смутилась от этого, но виду старалась не подавать. — На моей планете многие девушки очень часто поправляли макияж из-за бесконечных дождей, поэтому для них такие замечания были крайне приятны. Я тоже ношу с собой косметику, хоть и надобность в ней уже не так сильна. — Тебе к лицу макияж, — ответила Стелла. — Спасибо. И только наступила тишина, сменяемая бурным морем, как Стелла почувствовала, как рядом с ней завибрировал телефон. Походу, наконец поймал связь. Март 7 Эй, где Стелла? Ее нигде не видно А ведь я хотела опять сделать пару сонных фоток Вельт Янг Март, успокойся Со Стеллой все хорошо Март 7 Мы с Химеко на Белобоге Я думала, что и Стелла будет там *множество вложенных фотографий*

Я жива и здорова

Желаю вам удачи

Пока сообщение было не прочитано, но Стелла уверена в том, что скоро ее телефон разорвется от различных сообщений. Конечно, хорошо, что до девушки есть кому дело, но порой это лишнее внимание вырывалось в бесконечные уведомления. Интересно, а Кафка радовалась за такую популярность ее создания? Еще и пришло сообщение от Авантюрина… — Стелла, что ты смотришь в телефоне? — раздался голос Ахерон, вырывая Стеллу из размышлений. — Просто Вельт тоже им пользовался и у меня такой есть, но я не помню зачем он мне. — Мне просто сообщения пишут. Звездный Экспресс обо мне волнуется или некотором просто хочется спросить о моем настроении, — сразу на ум пришла именно Кафка. И почему все вертится вокруг нее? У Стеллы плохое предчувствие. — Ты хочешь, чтобы я научила тебя печатать сообщения? — Наверное. Не знаю зачем, но я чувствую, что хочу этого, — честно сказала Ахерон, доставая из плаща свой телефон. — От него нет смысла, если не уметь им пользоваться… подобно жизни, — попыталась пошутить Мэй. Стелла не нашла шутку забавной. — Тогда дай мне сначала показать кое-что, — Стелла открыла мессенджер и пролистала до непрочитанных сообщений; Ахерон внимательно наблюдала за пестрыми пикселями на экране. — Вот мне написали. Я должна что-то на это ответить, нажимая сюда, — девушка ткнула на строку ввода, — высвечивается клавиатура и можно на ней печатать, прожимая буквы. — Тебе написал Авантюрин? — задумчиво сказала Ахерон, всматриваясь в экран. — И просит, чтобы ты сказала какую пижаму стоит покупать… — А? Ой, — Стелла даже и не читала это сообщение, сейчас краснея от такой неожиданности. Хотя и ничего плохого здесь нет. — В общем, теперь я нажимаю на эту строку и печатаю на клавиатуре ответ, — Ахерон с нечитаемым выражением лица смотрела за действиями Стеллы. Девушка даже могла пошутить, что похожа на внучку, которая объясняла бабушке новомодные гаджеты с их запутанным функционалом. — Это не сложно. Лучше уж так ответить, а не приходить собственной персоной. — Стой, — Ахерон немного отодвинулась от Стеллы и решила немного оголить лезвие меча, чтобы вспомнить нечто важное. Но как можно забывать «важное», если это впечатывается в память? Гниющему разуму такие вопросы не задают. — Почему я помню лишь отрывки… Одна Безымянная уже учила меня пользоваться телефон, но я не могу вспомнить ее имя и результаты такой учебы. Моя память становится все хуже и хуже с каждым днем, пока я не стану полнейшим ничто без прошлого и будущего, — вздохнула Мэй. — Ты всегда можешь записывать заметки в телефоне… — Возможно. Но я чувствую, что очень скоро забуду про это. — Тогда ты можешь написать мне, и я напомню тебе, как это делать! — воодушевленно сказала Стелла, позже поняв, насколько это звучало бредово: — Стой… точно. — Ладно, давай поедим и уже отправимся в путь, — решила Ахерон, вновь устремляя свой взгляд на костер, где уже тлели неизвестные плоды. Всего лишь несколько минут, а они из привлекательной еды превратились в полнейший пепел. И вроде огонь был не слишком сильным — море так не пленило, чтобы отдать все внимание. Не повезло. Походу, Ахерон забыла о том, насколько эта еда быстро сгорает. Перепутала с чем-то другим, не вспомнила вовремя о еде, скидывая на то, что очень долго готовила в странствиях и знает все возможные рецепты. Просто ошиблась, перепутала. — Хочешь персик? — Нет, я не голодна, — Стелла тоже заметила этот пепел, от которого все желание есть ушло будто от мяса саламандры. Да и девушка не сильно то и хотела есть. Наверное. После Ахерон потушила костер и избавилась от горящих плодов, прежде извинившись за свою забывчивость. Море волновалось все сильнее, а тучи походили на драму в трех действиях, где под жестоким небом уничтожались целые города. Прохладный ветер раздувал волны, пока как Стеллу грел Стелларон внутри. Ахерон, походу, не чувствовала холода вообще. Все шло к тому, что скоро должен пойти дождь, который смоет весь иллюзорный мир, уничтожив лживые зеркала. Эта планета пугала свой пустотой: было море впереди, а позади — плоский мир, коему мрак заменил небо. Словно во все. Все казалось ненастоящим, но… также и очень хотелось чувствовать реальность, что не должна утонуть во мраке. Стелла и Ахерон шли вглубь мира, освещая его небольшим фонариком. Мрак так было не согнать, поэтому казалось, что на каждом шаге скрывались плотоядные враги. Приходилось все сильнее сжимать биту в руках. Пошел дождь. Хорошо, что у Ахерон был зонт — звук капель, ударяющихся о надежную защиту, даже в какой-то мере приносил спокойствие. Путь предстоял далекий, но слишком пустой. Не было звуков, кроме задувания ветра и знакомых шагов. Стелла бы точно испугалась, если услышала незнакомый ранее шум, идущий вглубь плоской равнины. На горизонте была лишь пустота. — Здесь так странно. Никогда подобного не видела, — сказала Стелла, осматривая пустоту перед собой. — Обычно есть какой-либо ландшафт или что-то подобное, а здесь — плоскость. — Я тоже редко подобное встречала, хоть и путешествовала по множеству планет. — Что может значить такая пустота? — Только пустота это знает — другим не понять, — Ахерон ступала аккуратно, держа красивый красный зонт. Дождь был слабым, в отличие от тех гроз, которые Мэй повидала. — И я не желаю всем узнавать эти секреты, канув в Небытие. Все-таки мы все рано или поздно там окажемся, даже если сейчас сияем подобно яркой звезде. — Здесь есть враги? — Хочешь поскорее пустить биту в бой? — Просто спрашиваю. — Пока их не слышно, но, — Ахерон показала когтями вдаль, указывая на дальний город, вырисовывающийся среди бездны. Небольшие многоэтажки, насупившиеся домики, стоящие аккуратной чередой по улицам и, походу, магазинчики с характерным орнаментом — все состояли из зеркал, сложенных подобно пазлу. Серое, печальное небо отражалось в некоторых, пока другие застыли в отображении мрака. Город был выкован будто изо льда, притягивая на себе все взгляды, — там они могут быть.