Служебный роман

Вечером этого дня Асано перебирает свой гардероб, выбирая, что же надеть. На следующий день после работы они должны будут отправиться в ресторан, и Цумуги хочет выглядеть… просто отлично – это минимум. Она догадывается, что господин Нанами будет в костюме, как он всегда и одевается, – это его стиль. Цумуги хочет соответствовать его внешнему виду, так как статусу его она, скорее всего, пока не соответствует. Что же надеть? Костюм-двойку, чтобы сочетаться с ним? Офисное строгое платье, чтобы это выглядело, как деловой обед? Но после случившегося в подсобке наряд, как ей кажется, должен быть особенным, должен намекать… Асано ломает голову, как быть. Повезло, что пятница – свободный день в плане одежды для офиса. Сотрудники радуются возможности сменить строгие брюки и юбки-карандаши на более комфортные, но все же классические джинсы, а рубашки, блузки и пиджаки хотя бы на свитера. Цумуги сегодня этой возможностью не пользуется. Пытается сбалансировать свой образ между нарядным и рабочим. – Не знала, что у тебя есть шелковая юбка, – потирает подбородок коллега, с которой они периодически устраивают совместный шоппинг. Раньше устраивали. Когда работали в одном отделе под руководством Нанами. Теперь же они видятся реже, но стараются поддерживать связь по переписке. Согласовать расписание для встречи – задачка не из простых, когда работаешь в крупной компании пять дней в неделю с девяти до шести, а то и больше. Встреча в кабине лифта с утра – большая удача. – Это платье, – подставляет палец к чуть улыбающимся губам Асано, – не могла же я себе позволить прийти на работу слишком нарядной. Слишком открытый верх девушка спрятала под белой футболкой и блейзером – никто и не догадается, что скрывается под двумя плотными слоями, этот секрет Цуму готова разделить с приятельницей. – И правда, – соглашается Макото, – а что, у тебя какие-то планы на сегодня? Но не другой. Гораздо более… интересный. – Да, – скрывать сам факт – довольно глупо, а вот подробности – лучше постараться. – Если будет что-то интересное, ты знаешь, я всегда готова тебя выслушать. Ну или выручить. Пиши или звони. И не делай глупостей. – Конечно, – кивает Муги, – где глупости, и где я? – Ну кто же тебя знает, – усмехается девушка, возводя глаза к серому потолку. На этаже их фирмы Нанами издалека замечает фигурку Асано и её шелковистые юбки. Он ловит её взгляд, и Цумуги улыбается ему лукаво, на что мужчина быстро отводит глаза и покидает коридор, скрываясь в своём кабинете. Девушка решает, что ей этого не достаточно. Она уверенным шагом направляется в кабинет своего бывшего руководителя. – Тук-тук, можно? – она элегантно запрыгивает в кабинет, и дверь автоматически захлопывается. Кэнто, который уже сидел в кабинете, глядя на экран компьютера, удивленно переводит взгляд на вошедшую гостью. Девушка продефилировала к месту гостей, не дожидаясь приглашения. – Асано-сан? – все еще удивленно смотрит он на неё. – Как дела? – спрашивает Цумуги, положив ногу на ногу, сложив кольцо рук на колене и покачиваясь из стороны в сторону. – Сегодня вечером будут улитки? Или лягушачьи лапки? Девушка выбивает его из колеи своим поведением. Смело? Дерзко? Нагло? Она не сделала абсолютно ничего предосудительного, особенно учитывая то, что у них запланирован ужин на вечер. Но такое ее поведение его и правда… смущает? Кэнто не уверен в том, как должен отреагировать на такую игру Асано. А еще у него куча работы, которую было бы хорошо закончить до шести вечера. Но в памяти всплывают жалобная просьба Цуму не отталкивать ее и его обещание не делать этого. Нанами тяжело вздыхает, собираясь с мыслями. Он выглядит раздраженным, но Муги уже привыкла к особенностям поведения соулмейта, а еще знает, что это не то чувство, которое он сейчас испытывает. Подтверждением тому служат слегка порозовевшие скулы и сжатые в тонкую полоску светлые губы. Она его не раздражает. Но он растерян. Сотрудница смотрит на него с сочувствием, дает время на то, чтобы он немного собрался с мыслями. В целом, даже готова уйти, если ему станет так комфортнее. Действительно молча поднимается с кресла, без какого-либо осуждения или обид, понимает их бессмысленность и необоснованность, и направляется к выходу. – Я отправлю вам название заведения, Цумуги, чтобы вы могли ознакомиться с меню и выбрать то, что вам понравится, – обращается он к ней, когда девушка уже готова опустить ручку двери, чтобы выйти. Останавливается, давая закочить мысль, – поверьте, я бы с удовольствием уделил вам сейчас больше времени, но у меня сегодня очень загруженный день, который я бы хотел закончить вовремя, чтобы не заставлять вас ждать и не переносить бронь в ресторане. Смог-таки подобрать правильные слова. Цумуги мягко улыбается. – Договорились, Нанами-сан. Я все понимаю, не переживайте. Но спасибо большое, что объяснили. Она возвращается за свое рабочее место и тоже садится разбирать навалившиеся дела. Она сможет встать ровно в шесть вечера и уйти, но все же не хочется оставлять себе же больно много работы на понедельник. *** У Нанами всегда есть работа, не зря же он остается в будние дни даже до семи вечера. Сегодня сделал исключение ради своего имиджа и в качестве извинений перед Асано. Он старается не думать об этом, но мысли все равно возвращаются к девушке, поэтому работа идет менее плодотворно, чем обычно. За десять минут до окончания рабочего дня звенит будильник – мужчина специально его поставил, чтобы не пропустить уход с работы. Несколько лишних минут он тратит на то, чтобы, встав у зеркала, поправить галстук, почистить костюм от волос роликом, а затем на всякий случай брызнуть на себя одеколоном. Словно на свидание собрался, честное слово, – иронизирует он над собой, а потом… потом Кэнто понимает, что вряд ли эту встречу можно рассматривать иначе, как свидание. Наверняка Асано-сан думает так же. И, в общем-то, он был бы очень рад, будь это свиданием, отрицать это уже глупо, особенно после того, что было в той кладовке, после всего, что они друг другу наговорили и что сделали, но… нет. Так нельзя. У него есть женщина, с которой он состоит в отношениях. Пусть последнее время он и задумывается о том, что так дальше продолжаться не может, и нужно либо расставаться с Наоко, с которой он в комфортных отношениях вот уже три года, либо вычеркнуть из своей жизни Цумуги, в которую он… которая ему нравится. Он не может ходить на свидания за спиной у своей партнерши. Это неуважительно по отношению к обеим женщинам. Пусть одна из них и в курсе существования другой. Но может ли Цумуги думать, что он расстался с Зенин, раз стал более открыто выражать свои чувства, пусть и лишь тогда, когда они оказываются наедине? Кажется, разговор за ужином из легкого и светского может перейти во что-то очень серьезное… И это правильно. Так и должно быть. Наверное. За три минуты до его выхода из кабинета, телефон на большом рабочем столе громко вибрирует. Нанами обнаруживает новое сообщение от Цумуги. Неужели передумала? “Нанами-сан, пожалуйста, не переживайте, если вдруг вы это делаете. Если это не рабочая встреча, то, скорее, приятельские посиделки. Вы по-дружески угостите меня французской кухней и расширите мой кругозор. Я буду ждать вас на парковке.” Асано тоже волновалась, но решила, что есть один очень хороший способ избавиться от этого волнения. Она набрала мужчине сообщение, в ответ на которое он написал лаконичное: “Понял, спасибо. Спускаюсь”. И почему-то ей показалось, что в ответе мелькнуло расстройство… Или ей того хотелось? Она стоит у лифтов возле парковки и ждёт, когда туда спустится Нанами-сан. Абсолютное большинство коллег ушли домой раньше, и парковка полупустая. Наверное, их почти никто не увидит. Цумуги сняла перед выходом своё обмундирование и осталась в платье, поверх которого она накинула пиджак. Струящийся шелк красиво переливается на свету, а одеяние её достаточно закрытое и спереди, и сзади, чтобы случайно не соблазнить никого. Ну, так она думает. Кэнто выходит из лифта через несколько минут. Встречает девушку кивком головы, а после, недолго думая, подставляет ей руку. Муги теряется и прежде, чем взяться за его локоть, воровато оглядывается, убедившись, что в округе никого нет. – Спасибо вам еще раз, что ведете меня в “Лу Лу”. Я прочитала, что это какое-то прямо-таки фэнси-место, – с легкой улыбкой начинает разговор Асано. Кэнто на это лишь слегка приподнимает уголки губ. – Возможно, – кивает он, – признаться честно, не слежу за его репутацией. Просто знаю, что кухня там не просто хорошая, а аутентичная – шеф-повар француз. – Да, читала об этом! Значит, можно будет представить, что мы сидим в настоящем ресторане в Париже? – Или Провансе. – Или Ницце! Как здорово! Нанами открывает перед девушкой дверь пассажирского места, помогает ей забраться в машину, обходит ее спереди и сам опускается в водительское кресло. – Пить не будете сегодня? – посмеивается Цуму. – Нет… мне того раза хватит надолго. – Да, Годзё такой, – соглашается она, – очень активный, но… он правда хороший парень. И даже если что-то идет наперекосяк или не так, как ты ожидаешь, или он – это происходит не специально. Я вот от его инициативы осталась лишь в плюсе – бывший начальник везет меня во французский ресторан на ужин. Ну чем не добро? С этой стороны Кэнто не смотрел на нового коллегу. Мужчина признавал его профессионализм – на этом все. Годзё казался великовозрастным дураком, балбесом и раздолбаем, несмотря на то, что происходил из очень, очень хорошей семьи и получил прекрасное образование, которое его сейчас кормит. Благо, что он не пустился во все тяжкие – возможности были, а выбрал честный, в целом, труд и довольно тихо и спокойно живет со своим соулмейтом. Перебесился ближе к тридцати? Должен ли и он быть благодарен Сатору за его такую непосредственность? Слева от Кэнто его соулмейт. Настоящий. Живой. Очень хороший. Да. Как бы сложно ни было признаться в этом, но да. Спасибо, Годзё Сатору. – Действительно, спасибо, – соглашается с ним Цумуги. Нанами холодеет – он что, вслух это сказал? Судя по всему, так и есть. Какой ужас. Нужно держать себя в руках. – Простите, я задумался, – говорит он и, не отводя глаз от дороги, привычным движением переводит руку на рычаг коробки передач и… промахивается. Его рука опускается на колено Асано. Как это случилось? Почему? Кэнто водит свою машину уже много лет, его движения отточены многолетним опытом, он может вслепую управлять своим автомобилем, если потребуется, но… Система дает сбой. Его рука на её коленке. Электрический разряд ударяет обоих, и мужчина резко отдергивает руку. Цумуги тоже вздрагивает и переводит ноги от приборной панели в сторону двери. Разряд прошелся по всему телу, до самых кончиков пальцев. Она радуется, что сейчас не находится за рулем. После такого хочется отдышаться… – Простите, я не собирался… – Нанами как будто слегка запыхался. – Мне очень жаль. Надо было быть внимательнее… Подсознательно он собирался. Ему не жаль. И он был достаточно внимателен, чтобы попасть именно сюда. Девушка тоже немного теряется, в поисках подходящей реакции на произошедшее. Сказать, что она не против такого развития событий – ничего не сказать. Но, возможно, для подобного еще слишком рано? – Все… в порядке, Нанами-сан, – наконец собирается она с мыслями, – ничего страшного. Становится пусто и немного холодно без согревающей сквозь ткань мужской ладони – Кэнто убрал руку. Медленно и с неохотой, но все же пришлось это сделать. А Цумуги пришлось принять это его решение – по сути она сама ему дала свободу решать, как поступить в такой неловкой ситуации. Он решил выйти из нее так. Это лишь его выбор. Остается надеяться лишь на то, что это не повлияет на общее настроение сегодняшнего вечера, Асано очень хочется, чтобы он прошел на высоте, как надо. Пусть это и не свидание, а рабочая встреча, разумеется. Но как же хочется, чтобы это было иначе… Удастся ли им обоим превратить это во что-то большее, нежели рабочую встречу? Они подъезжают к ресторану довольно быстро. Нанами паркуется и выходит из салона, огибая машину спереди, после чего подаёт руку уже почти выбравшейся из салона Цумуги – она не привыкла, чтобы за ней так ухаживали. Затем они оставляют верхнюю одежду в гардеробе. – У нас бронь на фамилию Нанами, – докладывает мужчина кёльнеру, который тут же провожает их к столику. Место не на самом виду, возле окна, но все же достаточно просматривается. Асано все это отмечает, волнуясь, что их может кто-нибудь застать. За Цумуги ухаживает официант, помогает ей сесть, а потом девушка наконец-то снимает с себя пиджак. Кэнто переводит на неё быстрый взгляд, а потом смотрит снова уже длительно, разглядывает её наряд. Не вызывающе, но соблазнительно. Не слишком голо, но достаточно открыто для того, чтобы у него пересохло во рту. – Отлично выглядите, – говорит он хрипло и прочищает горло. – Асано-сан, вы успели посмотреть меню? Знаете, что хотите? – Да, я посмотрела, – скромно говорит Цумуги, – но хочу доверить выбор вам. Вы ведь обещали, что продемонстрируете все прелести французской кухни. Мужчина ничего не отвечает, мотает головой и делает заказ у официанта. – Два луковых супа, бутылку воды без газа, – обращается он к молодому человеку с блокнотом. – Вы будете ещё что-то пить? – Оставьте одно меню, пожалуйста, – качает головой девушка. Официант слегка кланяется и удаляется в сторону кухни. – Не хочу вас сильно шокировать, – объясняет свой выбор Нанами, – луковый суп – это классика французской кухни, и здесь он очень хорош. Цуму чуть привстает со своего отделанного красным бархатом мягкого стула и наклоняется над пока ещё пустым столом, заговорщически глядя на мужчину. – На самом деле, – шепчет она, приставив ладошку к щеке, – я очень рада, что мы начинаем не с лягушек и устриц. Боюсь, я могла бы опозориться перед вами, решившись на что-то такое. Кэнто почти не может сдержать смех. Какая честность! – Я не сомневаюсь, – отвечает он в тон ей, глядя прямо в глаза, – что все прошло бы отлично. Но начинать лучше с чего-то и правда более понятного. – Очень рада, что мы мыслим в одном направлении, – кивает удовлетворенно Цумуги. Так и остаётся в том же положении. Очень близко к Нанами. Нанами очень близко Асано. Он взволнованно прочищает горло и нервно осматривается, думая, на чем бы сфокусировать свое внимание. Ах, как жаль, что он сегодня не пьет, ему явно следовало бы расслабиться… Словно читая его мысли, Муги говорит: – Вы уверены, что обойдетесь только водой? Уверена, бокал вина не повредил бы… – Я могу заказать вам, если хотите, – мужчина цепляется за эту возможность занять руки и разум и тянется к меню. – Белое или красное? Сухое или сладкое? – На ваш вкус, – томно отвечает Асано, не отрывая взгляда от Нанами. Он переводит дыхание. Ужин выдастся не самым легким. – Чем вы занимаетесь в свободное от работы время? – спрашивают Кэнто, надеясь перевести разговор в более обыденное русло. К слову сказать, ничего особенного они не обсуждают, но градус все равно как будто бы повысился. Не переходит ли он границу, которую сам же очертил? Цумуги ненадолго задумывается. Выбирает наиболее выигрышный ответ? – Я бы сказала, что всем и ничем одновременно, – нет, не совсем. – Я уже довольно долго занимаюсь поисками любимого хобби. Очень много чего попробовала и ещё попробую, прежде чем найду его, я думаю. – Какие же у вас есть варианты? Или ничего не понравилось? – развивает тему Кэнто. Да, отлично, так держать. Хобби – прекрасная тема для приятельской беседы. Хотя в их случае. Даже то, как она говорит об увлечениях… черт возьми. – Я ходила в зал, и до сих пор иногда хожу, пробовала гончарное мастерство, свечки, рисование, ходила на танцы и на встречи разговорного клуба на английском, – вспоминает самые яркие впечатления девушка. – В целом, иногда хожу повторно на занятия, но пока не смогла найти что-то, что увлекло бы на все сто, чтобы выбрать именно это направление. Но я люблю читать… хотя последнее время не часто удаётся уделить этому время, – разочарованно вздыхает она. – А вы? Уверенна, у вас есть какое-нибудь интересное хобби. Кэнто бы хотел нервно рассмеяться. Хобби? Интересное? Работа сверхурочно считается? Он очень давно не выбирался на выставку в музей или на спектакль в театре, даже на то, чтобы приготовить домашний хлеб по любимому рецепту последнее время нет ни сил, ни времени. Но то, что, несмотря на напряженную работу, Цумуги находит время на подобное, конечно, впечатляет. – Я люблю готовить, – выбирает Нанами, – но давно этого не делал… с удовольствием. – О-о-о, – впечатляется Асано, – обожаю, когда мужчины готовят. Оба замолкают. – В смысле..! Что-то в этом есть? – пытается выйти из неловкого положения Цумуги. – Ну да… Как-то так, – она старается невозмутимо покачать головой. – У вас есть фирменное блюдо? – Курица в сливочном соусе карри с ананасами, – отвечает, как на духу, Кэнто. Затем подзывает официанта и заказывает бокал вина для Асано. – Ух ты! Никогда не пробовала, – говорит параллельно девушка. – Теперь вы просто обязаны меня накормить вашим фирменным блюдом, – заявляет она. А потом прикусывает язык. Боже, она что, напрашивает на гости к мужчине? Нанами смотрит на неё проникновенно, но не успевает ничего сказать. Нарисовывается официант с водой и бокалом белого сухого для Муги. – Спасибо, – поблагодарила девушка, располагая салфетку на коленях. Тут же тянется к алкогольному напитку. – Будет ли тост? – улыбается она. Хочется выпить и безо всяких тостов, но это кажется неправильным. – За вас, – безапелляционно говорит Нанами и подносит стакан с газированной водой. Они чокаются, и Асано с наслаждением делает глоток вина. – За нас, – решается поправить его Цуму. Кэнто не возражает. Кэнто выпивает воду, которую Иисус специально для него превратил в вино, не иначе, в противном случае откуда в нем чувство приятного опьянения? Девушка теряется. Куда все это идет? Что они творят? Есть ли у этого всего будущее? Или это слишком громкое слово? Законы вселенной соулмейтов, очевидно, смогли повлиять на Нанами в плане физиологическом и, возможно, эмоционально-чувственном, но достаточно ли этого для того, чтобы он решил перечеркнуть все, что было у него до: принципы, убеждения, трехлетние отношения. Цумуги не раз была на месте его пассии. Цумуги не понаслышке знает, как она будет себя чувствовать, (когда) если Кэнто выберет ее. Асано кусает губы, в надежде хотя бы немного протрезветь. Она начала фантазировать о том, чего еще даже не произошло. Бывает. Но остановиться она не может, разогналась, и теперь словно на бешеной скорости несется по дороге, которая приведет либо ко всему, либо лишит её всего. Оба исключительно благодарны официанту, который приносит луковый суп. Теперь наконец-то можно отвлечься друг от друга и переключить свое внимание на деликатес. В ближайшее время их рты будут заняты поглощением пищи, а это значит, что можно будет не придумывать тему для разговора. Нанами размышляет о том, что происходит, как быть и что делать. А что тут, собственно говоря, поделаешь? Ими распорядится только судьба. И она берет все в свои руки. – Кэнто? Кэнто? – раздается возглас со стороны входа. Асано и Нанами, несколько холодея, оборачиваются, и наблюдают, как к ним летящей походкой направляется изысканная дама. Цумуги её не знает, но впечатлена внешним видом, а вот у Кэнто внутри все обрывается при виде Наоко Зенин. Почему так происходит? Может ли быть, что соулмейты притягивают судьбоносные исходы? Нанами решает делать вид, что они просто коллеги. В конце концов, они с Асано об этом договорились. Наоко материализуется за спиной своего мужчины и по-хозяйски опускает ладони с длинными пальцами и идеальным маникюром на его широкие плечи, обтянутые тканью пиджака. Смотрится прекрасно, аж больно. В груди у Цумуги что-то защемляет. Она понимает, кто перед ней стоит. Женщина же спутницу своего бойфренда не замечает. Не удостаивает её даже мимолетным взглядом. Смотрит на Кэнто. Но только без любви и обожания, как ожидаешь от пары, а как-то… иначе. – Какими судьбами? Я же говорила, что встречаюсь здесь с подругами сегодня, ты сказал, что у тебя нет планов на пятницу. Ах. Точно. Вот, что она говорила. А Нанами пропустил это мимо ушей. Лишь покачал головой, показывая, что внимательно слушал её. – Они появились неожиданно, – почти правда. Он действительно не ожидал, что пригласит когда-нибудь Асано на ужин. – Ну да, бывает, – очень спокойно отреагировала Наоко. Наконец, смотрит на Цумуги. Свысока – во всех смыслах этого слова. Девушка чуть не ежится под её холодным и колючим взглядом. Но, как бы ей ни показалось, Зенин не видит в ней абсолютно никакой угрозы, даже несмотря на то, что Асано сегодня особенно постаралась выглядеть угрожающе. – Представишь нас? – по её тону было слышно, что женщина снисходит до этого вопроса лишь из-за своего воспитания. Она не запомнит, как зовут девицу, а когда развернётся на своих шпильках, чтобы вернуться к подругам, забудет даже её лицо. – Конечно, – чуть прокашливается Кэнто, – Асано Цумуги – моя коллега, Зенин Наоко – моя… – секундная пауза, не ускользнувшая от внимания Асано, – девушка. – Понятно, – довольно равнодушно реагирует Наоко, девушка Нанами Кэнто. – Приятно познакомиться, – Асано немного сердится, но все же соблюдает приличия. – Да, да, мне тоже, – довольно рассеянно отвечает Зенин, после чего, проведя рукой по плечу мужчины, жестом прощается. – До завтра. Наоко уходит величественно, и Цумуги смотрит ей вслед, мысленно восхищаясь, как она держится на высоких шпильках. Сама она на таких ходить не умеет, даже учиться никогда не пробовала, ей вроде бы незачем. Да, было вполне ожидаемо, что у женщины Нанами именно такой статус. Что она вообще делает здесь? Кем вообразила себя? – Так о чем мы говорили до этого, – пытается сменить тему Кэнто. Он видит, какое впечатление произвела его зазноба на девушку напротив. Ему неприятно, что она появилась так невовремя, ещё и так себя вела. Вроде бы вежливо, а в то же время любой нормальный человек почувствует, как его втоптали в грязь. – Ни о чем, кажется, – выдавливает из себя Муги. – Пойду попудрю носик. Она говорит это и затем чуть ли не бегом направляется к выходу. В дамскую комнату идти не хочется. Ей нужен свежий воздух. В голове проскальзывает мысль просто уйти. Зачем это все? Почему они затеяли это? Она затеяла. Годзё подтолкнул. Нанами согласился. Они все дураки, творящие какую-то глупость. Цумуги вообще задумывается о том, что в работе системы их вселенной явно произошел какой-то сбой – иначе как объяснить то, что они с Кэнто – соулмейты? Это же противоестественно, такого быть не должно. Она только что видела его женщину – идеальную в целом и идеальную пару для него. Как и он для нее. Вот он, союз, который должен был быть закреплен на небесах. Уж точно не Асано Цумуги и Нанами Кэнто – это просто смешно. Как они грешили в прошлой жизни, что в этой их свела судьба? Холод пятничного вечера немного приводит девушку в чувства. Если бы все у Кэнто с Наоко было бы хорошо, их бы здесь сейчас не было, не так ли? Он бы нашел в себе силы уехать от нее тогда, когда Годзё постарался их свести, не согласился бы загладить вину ужином, не звонил бы посреди ночи с разговорами о бессоннице, не встал бы на колени в кладовке… и многое другое, что успело произойти за то время, с тех пор как стало известно, что они созданы друг для друга. Асано знает, что они договорились выйти, как коллеги, но… появление Зенин явно смутило их обоих. Будь все в действительности так, как они обговаривали, такой неловкости бы не возникло. У нее не так много времени на то, чтобы провести его на улице. За столиком ждет Кэнто, которого не хотелось бы ставить в такое неловкое положение, что коллега сбежала со свидания. Нужно закончить это с достоинством. Цуму собирается с остатками сил и возвращается в зал. – Нанами-сан, думаю, что мне пора… – произносит она сходу. Решает резать по живому – по себе, возможно, и по нему тоже – сразу же. – Спасибо за суп и за этот вечер… Вероятно, все это было ошибкой. Асано берет свой пиджак со стула и накидывает его к себе на плечи. Кэнто ничего не говорит. Ему очень сложно что-то предпринимать, особенно когда он знает, что находится в одном зале с Наоко. И все же природная вежливость и чувство такта не позволяют так просто её отпустить… – Могу я хотя бы подвезти вас до дома? – спрашивает он, тоже поднимаясь со стула. Достает портмоне, кладет деньги на стол – их явно будет больше, чем требуется, ну хотя бы официант порадуется – незаслуженно большие чаевые. – Нет, не стоит, – вздыхает Цумуги. – Тогда вызову вам такси, Асано-сан, – решительно говорит мужчина и следует вперед неё, своим видом показывая, что не позволит ей уйти просто так. Девушка вздыхает взволнованно и идет следом.