Служебный роман

Всю неделю Цумуги приходит на работу окрыленная. И хотя они с Кэнто договорились скрывать их отношения, он все равно заезжает за ней перед работой и довозит до высотки, где располагается их офис, после чего высаживает возле центрального входа и едет дальше, на подземную парковку. Иногда Асано пробирается через турникеты к элеваторам так быстро, что обнаруживает своего бывшего начальника уже в лифте, где при виде него уж слишком громким от радости голосом говорит: доброе утро, Нанами-сан! Мужчина с трудом удерживает на своих губах улыбку, демонстративно кашляет и молча кивает. В душе ему, конечно, радостно от всей это ситуации, пусть и приходится опускаться до ужимок и делать вид, что они только-только встретились. Зато к пятнадцатому этажу в лифте пусто, и они там остаются вдвоём. Нанами делает шаг ближе к Цумуги и кладет руку ей на поясницу. – Тебе не обязательно так кричать мне утреннее приветствие, – с легкой усмешкой говорит он ей, – достаточно просто поздороваться. – Прости, – виновато улыбается она, – я просто… очень обрадовалась, что мы оказались в одном лифте. Я буду стараться лучше. Они выходят на разных этажах. Цумуги раньше него, она оборачивается и идёт спиной, не сводя взгляда с Нанами, машет ему до последнего, пока не закрываются двери лифта. Настроиться на рабочий лад тяжело, но необходимо. Если раньше девушка принималась за рабочие дела сразу же, как оказывалась на своем месте: проверить почту, пробежаться по делам на этот день, пролистать рабочие чаты с актуальными новостям, то теперь ей приходится дать себе целых десять минут на раскачку, потому что сердце стучит быстро-быстро, а мысли совершенно в другом месте и с другим человеком. То, что они теперь в разных отделах – определенно благословение, потому что если бы они продолжали работать вместе, есть вероятность, что это продлилось бы недолго, и, не исключено, что Асано пришлось бы перейти на полное обеспечение своим соулмейтом. Если он не против, конечно. А он бы, разумеется, не был. Но нет. Для Цумуги важна ее профессиональная реализация, так еще и работа в отделе Годзё ей правда нравится. Задачи кажутся более интересными (при всех любви и уважении Нанами-сану), а атмосфера более дружелюбной. – Пойдем на обед, Цуму-тян? – в районе часа в проеме появляется серебряная макушка с, как всегда, заговорщической улыбкой на губах. Девушка машет старому приятелю и обещает скоро подойти, как только закончит с делом, которым сейчас занята. Сатору салютует пальцами и отправляется в столовую. Муги немного грустно от того, что она не может обедать с Кэнто, ну или хотя бы в компании с ним и с Сатору – это будет еще более странно, чем если бы коллеги увидели их вдвоем, но она себя утешает мыслями о том, что осталась еще половина рабочего дня, и они снова будут предоставлены друг другу, никто не сможет нарушить их покой. Цумуги снова улыбается беспричинно и улетает мыслями на пару этажей ниже: чем сейчас занят ее соулмейт? Наверняка хмурится на своем рабочем месте, занятый важными делами, отдает поручения сотрудникам и вообще, весь в работе. Удивительно, но девушка пока что не допускает мысли о том, что бывший начальник может думать о ней в рабочее время. Но она не права. Кэнто прокручивает в голове моменты, когда они были вместе – конечно же, когда рядом никого нет – и тепло улыбается. Никогда не чувствовал себя так правильно, спокойно, влюбленно. Ему взять себя в руки гораздо проще, чем Цумуги – дел, встреч и обязанностей у мужчины гораздо больше, чем у неё, так про приходится использовать всю свою концентрацию, и любовные мысли появляются не так активно, хотя Нанами много чего думает о ней. Обед с партнерами проходит в итальянском ресторане, и Кэнто думает, что хорошо бы было сюда привести Асано, ведь она, наверное, эту кухню тоже особенно не пробовала. Пока он за рулем возвращается в офис, перебирает мысленно хорошие рестораны, думает, с какой ещё кухней мог бы её познакомить. Немного удивляется, когда ловит себя на этой мысли. В офис он приходит уже сытый, и в столовую ему идти не требуется. Зато после обеда должна состояться быстрая встреча с Годзё о делах, и Нанами искренне надеется, что все пройдет хорошо. Ему не очень нравится взаимодействовать с Сатору, чересчур уж он взбалмошный, что хорошо для руководства отделом маркетинга, но не слишком с точки зрения Кэнто. – Тук-тук, Нанамин, – нарисовывается на пороге Сатору. Мужчина сдерживает себя, чтобы не закатить глаза. Еще и прозвище дурацкое ему придумал… – Пожалуйста, не называйте меня так на работе, – просит его Нанами. – Но вне работы мы с вами не пересекаемся, – восклицает Годзё. Кэнто смотрит на него с выражением лица “именно в этом и заключается весь смысл”. – В любом случае… что у нас на повестке дня? Нанами Кэнто – человек честный и справедливый. Он честен в том, что ему не нравится новый руководитель маркетологов, но справедливо признает, что сотрудник он действительно ценный, и когда действительно работает, с ним даже можно нормально общаться. Одна беда – делает он это очень редко, потому что живет по принципу потехе время, делу час. Они могли бы закончить этот разговор гораздо раньше, если бы Сатору не отходил так часто от темы, но в итоге провели больше часа в кабинете Нанами. Годзё тоже был рад, что эта мука и тягомотина закончилась. Он резво вскочил с места напротив Кэнто и беззастенчиво принялся разминать затекшие мышцы – непонятно, как, потому что он все время менял положение, крутился и вертелся, выводя финансиста из душевного равновесия. Он не представляет, как Цумуги может нормально работать с таким, но, возможно, дело в том, что она успела к такому привыкнуть за время их студенчества. Нанами не исключает тот вариант, что юный Годзё был еще хуже, чем чуть более повзрослевший. – Ну, какие планы, Нанамин? – Сатору смотрит выразительно, видимо, ожидая рассказов о том, как же обстоят их дела с Цумуги по версии другой стороны. – Работать. – Пресекает развитие темы в корне “Нанамин”. – Прошу освободить помещение и рекомендую также заняться своими должностными обязанностями. Сатору из кабинета словно ветром сдуло. Ему, конечно, было весело выводить из себя коллегу, но прямо сейчас казалось верным исчезнуть. И не зря. Кэнто задумчиво уставился в стол. Ему казалось, что Асано весьма здравомыслящая девушка, чтобы не рассказывать Сатору Годзё о тонкостях из взаимоотношений, тем более, что они договорились их скрывать на работе, а посвятить в этот секрет парня было все равно, что объявить по радио. Да, конечно, Муги с ним дружила, и они знали друг друга явно дольше, чем её знает сам Кэнто, и все же… Нанами тянется к телефону, набирает внутренний номер Цумуги. – Зайдете ко мне ненадолго? – спрашивает он. Девушка на седьмом небе от счастья от такого предложения. Пятиминутное свидание в офисе в его кабинете – ах, ну до чего же это романтично! – Конечно, буду через пять минут! – четко отвечает Асано и бежит в дамскую комнату, чтобы привести в порядок макияж и губную помаду. Хочется прийти на эту встречу с иголочки и показать ему, какая она красивая. Стук в дверь Кэнто раздаётся спустя семь минут и двадцать секунд. Он отвечает короткое “войдите”. Цумуги так и светится, почти что ослепляет Нанами своей улыбкой. И это вполне могло бы возыметь какой-то эффект, если бы не серьезный настрой Кэнто. Он сидел чуть нахмурившись в своем кресле, скрестив руки на груди. Полная противоположность. Притягиваются же. – Цумуги, – ни грамма нежности в голосе, Асано, все еще помнящая нрав бывшего начальника в рабочих делах, напряглась. Что успело произойти? На небе их отношений не было ни облачка! – Я понимаю, что тебе, молодой девушке, которую переполняют чувства, очень хотелось поделиться этим с кем-нибудь. С друзьями. Но как так получилось, что из всех возможных ты выбрала Годзё? Сразу к делу. Вполне в духе Кэнто. Вот только Цуму смотрит на него недоуменно, чуть приподняв вопросительно бровь. – Что я рассказала Сатору? – О нас, – хмурится мужчина. Он уже начинает догадываться, что что-то в этой истории не так. – Но я ничего не рассказывала ему о нас, – девушка удивленно хлопает глазами, – я вообще никому про нас не рассказывала. – Она смотрит подозрительно на дверь и снова обращается к Нанами, – Он догадался, да? – Кажется, да, – тяжело вздыхая кивает Кэнто. Стыдно, что усомнился в Цумуги. Неприятно, что Годзё читает их, как открытые книги. Асано поджимает губы. – Ну, теперь, видимо, поговорить с ним все же придется. Хотя я надеюсь, что ему хватит выдержки молчать о своих догадках. Нам остается только вести себя, как ни в чем ни бывало, – пожимает она плечами. Права. Только это им и остается. – Господи, прости, что вызвал тебя ради этого к себе в кабинет, – он виновато поднимает на Асано глаза. – Чёртов Годзё… – Я бы на твоём месте тоже подумала на меня, – равнодушно пожимает плечами Цумуги. Её подобными вещами не проймёшь, тем более, что она пока что все еще на седьмом небе. – Ну и потом… Я ему все же благодарна за ту помощь, что он мне оказывал. Она вспоминает ночёвку, которую устроил он им, когда напоил Кэнто, и фыркает. Судя по выражению лица Нанами, он думает примерно о том же. Асано подходит к своему бывшему начальнику ближе и кладет руки ему на плечи. Прощупывает узлы мышц, прожимает напряжение, ласкает шейный отдел позвоночника. Мужчина о таком только мечтать мог – сидит и довольно кряхтит под её массажем. – Хотите я так буду делать для вас каждый день, Нанами-сан? – склоняется она к его уху. – Да, – отвечает он, как на духу, а потом спохватывается и поправляет галстук. – То есть нет. Цумуги, если ты будешь приходить сюда каждый день, моя секретарша о чем-нибудь догадается. Потом расскажет кому-нибудь в дамской комнате, ещё кто-нибудь подслушает, и вот, уже знает весь офис, – строго говорит Кэнто. Цумуги пожимает плечами и улыбается. – Тогда после работы, Нанамин? – подмигивает ему она. – Я в твоём распоряжении. Мужчина нервно сглатывает. И все же, он близок к тому, чтобы потерять самообладание в присутствии своего соулмейта. Подумать только… Поправляет галстук и прочищает горло. Иначе ни он, ни она не выйдут из кабинета еще очень долго, а до конца рабочего дня осталось всего ничего – пара часов и они снова будут рядом, никого не боясь. – Тогда, на этом, я думаю, мы можем закончить нашу небольшую аудиенцию, – ему кажется, что голос подрагивает, но Асано лишь поражается тому, как быстро он смог взять себя в руки, – и вернуться к работе. Давайте постараемся. Муги снова смущенно улыбается и сдерживает тихий визг. Лишь активно кивает и поднимает сжатые кулачки. – До встречи, Нанами-сан, – говорит она, опустив ладонь на ручку двери, – пока, Кэнто, – повторяет она тише, посылая воздушный поцелуй и мгновенно скрывается в коридоре. Кровь стремительно приливает к гладковыбритым щекам мужчины. Чуть позже Асано вызвала своего приятеля на серьезный разговор по поводу секретности её отношений с Нанами. Оказалось, что Сатору ничегошеньки об этом не знал. – То есть, как?! – возмутилась Цумуги, после чего перешла на возмущенный шепот. – А зачем ты тогда приставал к Кэнто? – Кэнто, – передразнил её Годзё. – Как это мило! Так вы в итоге сошлись, да? Мне нужны все подробности. Асано тяжело вздыхает. Она только сейчас догадалась, что Сатору расставил капканы, и они с Нанами попались в эту ловушку. Ну ладно – он, совсем не знает белокурого, но она-то с ним столько лет знакома… – Я тебе расскажу все подробности в обмен на клятву, – хмуро говорит ему Цуму. – Ты никому, совершенно никому не выболтаешь наш секрет, ты меня понял?! – Даже Сугуру? – делает щенячьи глаза Сатору. Вдобавок к его бескрайне голубому цвету радужки оказывает слишком уж сильное психологическое давление. – Гэто можно, – ворчит Асано, а потом тыкает ему пальцем в грудь, – но кроме него – ни единой живой душе, ты меня понял?! Или мы больше не друзья… Угроза оказывает нужный эффект. Годзё, каким бы он ни был, терять дружбу с Цумуги не хочет, поэтому клятвенно обещает молчать об этом на работе, но оба знают, что в их с Сугуру квартире его будет просто не заткнуть ближайшее время, потому что “О. Мой. Бог. Сугуру, ты представляешь?! Наша Цумуги и этот?!” Выполнив свою часть сделки, Сатору располагается поудобнее, подперев подбородок руками, и смотрит внимательно на подчиненную, ресницами хлопает, только не взлетает. Муги на это лишь шипит. – Ну не здесь же, Сатору! – шикает она на него нахмурившись и оглядывается по сторонам. Он в ответ корчит моську. – Ну, Цумуги, – тихо взывает он, – я умру, если не узнаю хотя бы часть этой прекрасной истории сейчас! Асано чертыхается про себя. Нужно было подробнее оговаривать условия. Её прокол, Годзё мог бы смело идти в адвокаты, потому что сможет найти лазейку для себя буквально везде. – Давай сделаем проще, – выдыхает Цуму, – ты мне сейчас задашь один вопрос, и я сейчас на него отвечу. Но подробности будут уже в менее людном месте! – Согласен, – быстро соглашается парень. Удивительно, но это условие его вполне устраивает, потому что почти что развязывает ему руки. Главное, выбрать вопрос получше и поинтереснее, чтобы суметь дотянуть до этого “нелюдного места”, под которым, очевидно, подразумевается квартира либо ее, либо их с Гэто. – Но завтра после работы я жду тебя у нас с Сугуру! Договорились? Асано демонстративно закатывает глаза, но ничего противопоставить ему не может. Завтра так завтра. Сатору ей сделает большое одолжение. – Хорошо! Жду твой вопрос, – она демонстративно смотрит на часы. Выбежать в кафетерий, чтобы передохнуть пять минут, это одно, но тратить целый рабочий день, дожидаясь, пока он сродит тот самый вопрос, это другое. – Муги, расслабься! Я же твой руководитель! – говорит он. Это-то её и напрягает. – Итак, вопрос… Давно это у вас? – Давно ли мы встречаемся? – уточняет Цумуги. – Это ты мне скажи, – ухмыляется во весь рот Сатору. – Но я уверен, что у вас все пошло по-серьезному, когда Нанами у тебя переночевал… Не слышу благодарности, кстати! – Годзё, иди на хрен, – шипит на него Асано. – Ты… а впрочем, черт с тобой. – Она скрещивает руки на груди и отвечает. – Встречаться мы начали на этих выходных. Не раньше, хотя, конечно же, тянуло нас друг к другу довольно долго… – Вау! – кричит мужчина, привлекая всеобщее внимание. – Я так рад за тебя, Муги! Откроем завтра бутылочку шампанского по такому поводу? Цумуги тяжело вздыхает, но не может удержаться от улыбки. Она знает, что Годзё искренне за неё рад, и она рада тоже. Действительно будет неплохо выпить немного алкоголя по такому радостному случаю… – И Нанамина с собой завтра бери! – тут же добавляет он. – Пусть тоже приходит. – Стоп, стоп, – прерывает его Асано. – Кэнто с нами точно не пойдет. Это не обсуждается. Да он и откажется! Я даже спрашивать не буду. Кэнто, он… – она проглатывает фразу “терпеть тебя не может”, и выдаёт скомканное, – будет занят. – Кэнто, – снова начинает кривляться и передразнивать её приятель. Девушка на это детское поведение вечно молодого друга лишь снисходительно улыбается и покачивает головой. Если бы все было немного по-другому, – если бы между ними с Кэнто хотя бы не было такой пропасти, – Цумуги, конечно же, позволила бы себе быть чуть менее сдержанной и поддержала бы энтузиазм Сатору. Но все не как у людей, как обычно. Поэтому ей приходится довольствоваться лишь теплом, разливающимся по груди и по всему телу от мыслей о своем соулмейте. – Завтра поговорим, – обещает она, – все расскажу. Вы с Сугуру оцените эту историю. Теперь и Годзё на седьмом небе от счастья. Наконец-то случилось то, чего они все так долго ждали! И как бы ему ни нравилось подтрунивать над этой парочкой, на его взгляд, эта партия очень правильная. Живая Цумуги вдохнет жизнь в сурового Нанамина, на которого, в свою очередь, она всегда сможет положиться. Та самая история, когда люди друг друга дополняют и вместе растут, в то же время имея крепкий тыл. Не сумев удержать себя в руках, он, как самая настоящая «женушка» докладывает Сугуру сплетню: Асано и Нанами сошлись. Подробности завтра вечером от Цумуги лично. Гэто присылает просто «👍🏻» – видимо, занят на работе. Муги в то же самое время печатает своему незабвенному, рассказывает, что с Годзё улажено и что завтрашний вечер она проведет у парней дома. Рассказывать о том, что Сатору провел их обоих вокруг пальца, совсем не хочется, поэтому она и не рассказывает. А ведь неделя только началась, и уже столько событий и переживаний. Асано вспоминает те времена, когда самым волнительным делом за рабочий день для неё было сходить пообедать и посмотреть на своего краша из юридического отдела, который уволился пару лет назад. Но это все, конечно, было ещё до Годзё и до их отношений с Кэнто. В остальном неделя проходит спокойно. Каждые утро и вечер Нанами со стойкой уверенностью привозит и увозит Цумуги с работы, так ни разу и не оставшись у неё хотя бы на чай. Девушка этому немного удивляется, ведь он уже был у неё в гостях, но не спорит, уважает личное пространство Кэнто. Ей нравится абсолютно все, что между ними происходит, и она уверена, что в дальнейшем не может произойдет совершенно ничего из того, что разрушило бы её долгожданное счастье с соулметом, которого Асано ждала всю свою жизнь. Не так ли?