Неудачные шутки Ягами Лайта

      Часы показывали пятый час вечера. Кафе наполнилось немногими студентами, которые решили расслабиться после тяжёлого дня в университете, помимо них приходили и другие посетители. Столики были заняты почти все, но это не доставляло никому дискомфорта, особенно двум юношам в самом углу.       За небольшими цветочными ограждениями виднелись каштановые волосы Ягами Лайта. Он был здесь не один — напротив сидел парень, его причудливые манеры делали его немного диким в этом общественном месте, ровно как и потрёпанный внешний вид. Тёмные волосы Эл даже не потрудился пригладить, отчего они просто торчали в стороны, напоминая воронье гнездо. Его взгляд бездонных чёрных глаз был прикован к собеседнику, выдавая внутренний монолог с самим собой. Тем не менее, это пристальное внимание ни чуть не смущало однокурсника, который спокойно пил кофе и внимательно рассматривал своё отражение на поверхности. Он был спокоен, даже безмятежен на вид. И едва ли в этом можно было найти толику притворства, даже если придираться. Как всегда идеально.       — Ты хочешь у меня что-то спросить, Рьюга? — со слабой вежливой улыбкой поинтересовался спустя какое-то время Ягами, поднимая свои глаза на парня. Тот слегка склонил голову в сторону и приоткрыл рот, явно собираясь ответить. Но, внезапно, даже спустя минуту он не издал и звука.       Лайт почти нахмурился, но сдержал лёгкий проблеск удивления в глазах, продолжая ждать.       Казалось, ответа уже и не последует, когда Хидэки заговорил ровным голосом:       — Лайт, у тебя есть планы на завтрашний вечер?       Его тон был обычным, таким же спокойным и почти безразличным, когда он говорил это, но Ягами почувствовал что-то странное. Нечто будто бы промелькнуло на его лице или в движениях, вызывая смутное беспокойство, от которого сердце юноши остановилось на мгновение. Нет, спокойно. Не было причин нервничать — всё шло по его плану, никаких ошибок не было допущено. В этом Лайт был уверен.       Поджав губы в задумчивости, он на миг отвёл взгляд, а потом улыбнулся:       — Нет, ничего важного. Тебе нужна моя помощь с расследованием? Появились новые улики?       Каждое его слово было наполнено лёгкостью, будто не он был этим преступником, не он убивал людей, не он вовсе дурачил полицию и ФБР своими действиями, не он разговаривал каждый день с Эл и отводил от себя подозрения. В конце концов, Ягами являлся тем, кто без труда мог разыгрывать весь этот спектакль перед множеством людей. Его игра была безупречна, а стратегии — беспроигрышными. И казалось, словно ничто не сможет заставить его оступиться или потерять равновесие. Ничто и никто. Или так должно было быть, по крайней мере.       Эл, он же Рьюго Хидэки, удовлетворённо кивнул, зачерпнув ложку мороженого и отправив её в рот.       — Отлично. Но речь пойдёт не о Кире, — сказал он, не смотря на собеседника напрямую, но цепко наблюдая за каждым действием. Ни одна мышца на лице Лайта не дрогнула. — Я хотел тебе кое-что показать.       — Вот как? И что же это? — растянул губы в улыбке ещё больше, внутренне проклиная детектива перед собой. «Что за игры? Устроишь очередную проверку?»       — Узнаешь завтра.       Столь резкого и ёмкого ответа стоило ожидать от такого человека. Однако, хоть внешне это и было незаметно, внутри Ягами бушевало негодование и, самая малость, заинтересованность. Ему не доставляли сильного удовольствия эти стычки с полицией, детективами и агентами ФБР, но, стоило признать, это немного будоражило. Особенно всё то, что связано с Эл.       Несмотря на, казалось бы, хорошие взаимоотношения, они были друг к другу чуть ближе, чем незнакомцы. При этом Лайт почему-то ощущал себя так, словно они были знакомы достаточно давно. Это странное чувство порой отвлекало его, но всего на секунду, прежде чем он возвращал контроль над собой. И чем ближе они общались, тем яснее формировалось это чувство в его путанных мыслях, в действиях становилось больше странностей. Мелких, незначительных для других, но раздражающих для самого юноши. Ему каждый раз приходилось одёргивать себя, чтобы не погрузиться слишком глубоко в эту ненормально манящую трясину. Это было намного тяжелее, чем разыгрывать невинность перед полицейскими.       Лайт мелко вздрогнул, чуть не пролив на себя кофе, когда в очередной раз задумался слишком глубоко, глядя в тёмные, как сама ночь, глаза напротив. К счастью, на него не смотрели в упор в этот момент.       Эл мирно ел мороженое и иногда посматривал на него, хотя это были лишь короткие взгляды, подобные быстрым мазкам кистью по холсту. Но они оставляли свой след на коже юноши.       — Ты напряжён.       Глубокий голос Рьюго, который даже не поднял глаз, заставил Ягами непроизвольно сглотнуть и попытаться расслабиться. Плечи в какой-то момент напряглись без его ведома. Чёрт возьми.       Выдавив безмятежную улыбку, студент прикрыл глаза:       — Просто задумался о том, куда же ты хочешь меня отвезти. Мне любопытно.       Да, его ответ был идеален. Настолько, насколько это было возможно в данный момент, когда его сердце стало биться чаще положенного. Нет, ему определённо нужно взять это под контроль. Немедленно.       Хидэки скользнул взглядом по его груди вверх, по шее, по лицу, будто искал причину или намёк на ложь. Очевидно, ничего не нашёл.       — Вот как? Что ж, мне придётся оставить тебя мучаться в догадках до завтрашнего вечера, — ни намёка на сожаление не прозвучало в его голосе. Впрочем, на это и не стоило надеяться. Фраза была лишь удобным оправданием для сокрытия истинной причины.       — Настолько секретная встреча? Я начинаю думать, что это свидание, ха-ха, — коротко рассмеялся Лайт, совершенно не придавая значения своим словам.       Он начал эту тему потому, что она была удобной в данный момент, но развивать её было бесполезной тратой времени. По сути, Ягами не интересовало само место, ему было любопытно только то, что предпримет Эл. Он опустил карие глаза на лицо собеседника, и уголки его губ дёрнулись невольно. Сердце остановило бешеный ритм, отчего грудь сдавило в ту же секунду. Ему не удалось в этот момент скрыть своё недоумение или, скорее, неверие. Эл сидел, его глаза были распахнуты, а рука с ложкой мороженного замерла у рта. На его лице не было никаких признаков эмоций, кроме шока. Но создавалось впечатление, будто под ним скрывалось что-то другое.       Рьюго моргнул, наконец, и съел мороженое, затем отвёл взгляд с непоколебимым выражением на лице.       — А у тебя есть чувство юмора.       Это было то, что он сказал. Из всех вариантов, именно эта фраза, и она прозвучала настолько шаблонно, что сам Ягами почти смутился. Он понял. Нет, нет, нет, пускай это будет ошибочным суждением! Возможно, всё это правда было лишь грубой догадкой, совершенно необоснованной.       Лайт оглядывал профиль Эл и искал подтверждение своим глухим надеждам на то, что ошибся. И всё указывало именно на это. Стальное выражение лица, расслабленные движения — всё как обычно. Но это-то и было странным. Ответ был странным, выражение лица было странным и покрасневшие кончики ушей были чертовски странными. Как бы сильно Ягами ни пытался себе внушить, что ошибся, но его внутренний голос — да и Рюк, смеющийся прямо над ним с ехидством — подсказывал, что мысль верна. И его слова чуть ранее попали в самое яблочко.       Он опустил взгляд в пустую чашку и пытался заглушить свои смешанные эмоции, которые могли помешать ему сохранить самообладание. Ему стоило сначала завтра посмотреть, действительно ли всё так, как он понял, чтобы убедиться. И если да… Что ж, тогда ему нужен будет очередной план.       Пока юноша вглядывался в чайную гущу на дне кружки, он и не заметил, что в его глазах отразилось нечто странное — вспышка нетерпения явно появилась в них.

***

      Вечером, поднявшись к себе в комнату после ужина, Ягами закрыл дверь и глубоко вздохнул с лёгким раздражением. Он швырнул сумку на кровать и лёг, сурово уставившись в потолок так, будто тот ему что-то сделал. На самом деле, его весь остаток дня беспокоило странное приглашение Эл и не менее странное предчувствие.       — Рюк, — позвал неожиданно юноша. Бог смерти лениво склонил голову, возвышаясь над человеком во весь рост. — Наверное, бесполезно спрашивать у тебя, но ты не заметил ничего необычного в поведении Рьюго?       Его карие глаза метнулись к бледному, иссушенному лицу Бога, который как-то язвительно хохотнул, прежде чем ответить.       — Я не слепой, Лайт. Конечно, я заметил. Но ничего тебе не скажу, иначе в этом не будет веселья. Хочу понаблюдать за тем, что же ты предпримешь в этой непростой ситуации, — каждое слово Рюка будто сочилось надменностью и азартом. Он знал что-то и забавлялся, видя, что человеку, с лёгкостью убивавшему людей, непросто из-за такой чепухи. На взгляд Бога, естественно, все эти чувства были чепухой, абсолютным бредом. Но за этим бредом было интересно наблюдать.       Лайт стиснул зубы, гневно прожигая взглядом собеседника несколько минут, а потом вздохнул снова — понял, что эта затея изначально была безнадёжной.       — Ты бесполезен.       — Верно, — снисходительно кивнул Рюк и рассмеялся. Ягами мысленно швырнул в него подушку.       Видимо, ему только и оставалось, что ждать завтрашнего вечера, чтобы утолить своё любопытство. И было бы прекрасно, если бы вслед за любопытством исчезло и наваждение, которое могло пагубно отразиться на его миссии. Ему не хотелось выпадать из реальности посреди разговора с детективом, который подозревал его в убийствах.       «Возможно, мне просто нужно поспать…» — подумал студент. Он тихо усмехнулся сам себе и поднялся, намереваясь принять душ для начала. Нет, отдыхать рано — где-то ещё дышали преступники, ожидавшие своего смертного часа.

***

      Солнце клонилось к горизонту, окрашивало небо в оранжевый и нежно-розовый цвета редкие облака. В этот вечер было удивительно тепло для осени.       Ягами шёл от корпуса в сторону ворот, совершенно не торопясь на встречу, ведь его даже не проинформировали касательно времени, но написать Эл он не мог — не было номера. Почему-то этот факт немного задел юношу, хотя тот не стал задумываться об этом.       Лайт уже остановился за пределами ворот, его лицо окрасили лучи закатного солнца, а волосы трепал ветер, и тогда раздался оклик. Близко, почти за спиной, отчего Ягами мелко вздрогнул, задумавшись о своём.       — Ты долго, — расслабленным тоном начал Рьюго, отходя от стены, на которую он опирался всё это время. Внешний вид у него был далеко не такой, как обычно. Если бы не видел своими глазами, Лайт бы не поверил, что этот парень мог ходить в костюме. Даже галстук завязал… Нет, это явно какой-то бред.       Видимо, шок отразился в его карих глазах, если Эл вдруг немного смутился, хотя это тоже было похоже на галлюцинацию.       «Что происходит вообще, чёрт побери?»       — Рьюго, отлично выглядишь. Я удивлён… — кивнув в знак приветствия. Он не нашёлся, что сказать ещё. Вся ситуация, вид Хидэки и будто бы весь мир стали непривычными. Это настораживало.       — Да, спасибо. Могу сказать то же самое и о тебе, — скользнув томным взглядом чёрных глаз по фигуре Лайта. У последнего по коже пробежались мурашки, а уши обдало жаром от необъяснимого чувства стыда. Ягами молча кивнул, старательно удерживая зрительный контакт и заглушая свои эмоции, вышедшие из-под контроля. Его сердце вновь ходило ходуном. Так дело не пойдёт.       Внезапно Эл развернулся и махнул ему рукой, чтобы Лайт шёл следом. Тот послушно догнал спутника в пару шагов.       — Так, куда же мы направляемся? — скосил взгляд в сторону, рассматривая чёрные пряди, обрамлявшие бледное лицо. Оно выглядело в какой-то степени жутко, но каждый раз, когда Лайт смотрел на него, впоследствии уже не мог отвести взгляд.       — Увидишь, — холодный тон никуда не делся, что давало какие-никакие гарантии, что перед ним вправду тот самый Эл. Однако всё равно развивающиеся события и идея идти куда-то с детективом была сомнительной. Странное предчувствие нарастало в груди студента, пока он шаг за шагом приближался к выбранному самим Хидэки месту.       Они вдвоём шли по улицам, огибая несколько школ, дорог и торговых центров, многие люди провожали их взглядами, в которых читался интерес, но Лайт не придавал этому значения. Он думал, думал и думал. О том, что же задумал Эл, что вчера была за странная реакция на его слова, что за необычное поведение сегодня и почему всё, что делал этот парень, разжигало в груди Ягами азарт. Как будто ему показали, как играть в покер, у него получилось выиграть и больше он не мог остановиться, наслаждаясь каждой игрой и упиваясь победой. Слишком хорошо, чтобы останавливаться.       Очнувшись от того, что за ним пристально наблюдали, Ягами перевёл глаза на Эл. На бледном лице было непроницаемое выражение, но в глазах застыл вопрос. Лайт улыбнулся, пряча снисходительный взгляд.       — Мне просто…       — Любопытно, что за место, куда я тебя веду? Да, ты говорил, — закончил за него парень. Он жадно рассматривал черты лица собеседника так, будто впервые видел. — Но есть ведь что-то ещё, что тебя заботит, не так ли? — неожиданно приблизившись настолько, что между ними оставалось очень маленькое расстояние.       Выдох вырвался из горла Ягами, который удивлённо распахнул глаза, бессознательно отступая назад, но тут же стиснул зубы, понимая, как будет жалко выглядеть его отступление. Эл, казалось, выглядел довольным.       — Что ты имеешь в виду? — понизил голос Лайт. Он стойко держал лицо под контролем, оно было таким же спокойным, как и всегда, если не учитывать яркий хаотичный блеск в глазах. Проблеск волнения.       Рьюго не ответил, только неопределённо хмыкнул, что-то подтвердив, и пошёл дальше, оставляя Лайта позади, но зная, что тот его догонит. Обязательно догонит.       Тем временем в сердце Ягами бушевала буря, которая даже и не думала утихать. Ему было трудно сдерживать мелкую дрожь в руках и краску на лице от переизбытка слишком сильных эмоций. Это так раздражало, что юноша начал думать об убийствах и своём плане, чтобы успокоиться и вернуть себе возможность рационально мыслить. Но стоило только Эл сделать шаг к нему, как все усилия разбивались вдребезги. В таком мучении он, наконец, добрался со своим спутником до нужного места. Но смог ли Лайт вздохнуть с облегчением? Конечно же нет.       Перед его взором был красивый парк, усыпанный оранжевыми, жёлтыми листьями, без конца шуршащими под натиском ветра. Солнце почти зашло, и только фиолетовые и розовые оттенки виднелись на небе. Кое-где уже горели первые звёзды, настолько бледные, что их было почти не видно — к сожалению, в городе впрямь редко можно было их хорошо разглядеть. Однако в этот момент юношу не беспокоили звёзды, ровно как и красота вечернего парка, куда обычно он не ходил. Кажется, последний раз в нём Ягами играл ещё во времена обучения в средней школе или даже немного раньше. А потом он погрузился с головой в учёбу.       Лайт прожигал взглядом Хидэки, словно задавая вопрос и желая получить немедленно ответ. На него в ответ смотрели спокойно, а свет зажёгшихся фонарей делал глаза напротив даже слегка нежными. Или дело было вовсе не в освещении?       — Мы на месте, полагаю? — спустя некоторое время, не дождавшись пояснения, заговорил Ягами. Ему кивнули.       — На месте.       — И зачем мы пришли сюда? — холодный пот катился по спине студента, который искренне надеялся на то, что ему скажут что-нибудь разумное. Точно не то, о чём он думал в последнее время.       — А ты не понимаешь? — лениво отозвался Эл, как будто его не волновало то, насколько неловко было Лайту. На самом деле, просто лицо Ягами всё ещё было расслабленным на вид, лишь тень ресниц делала его взгляд странным.       «Нет! Чёрт возьми, просто объяснись уже. Мне ещё не поздно уйти, верно? Он точно не пойдёт за мной», — думал хаотично юноша. По его затылку скользнуло нечто, оставив холодное ощущение — это Рюк, стоящий позади и наблюдающий за сценой, выдохнул, поражённый накалом страстей. Ему явно не хватало только яблок, чтобы в полной мере насладиться шоу.       «Проклятый Бог смерти!»       — Нет, — выдохнул Ягами сквозь стиснутые зубы. Ему не хотелось озвучивать свои догадки, потому что даже в его голове они звучали по-идиотски и нереалистично. Он взял себя в руки, вздохнул глубоко и посмотрел на собеседника. Тому явно было интересно за ним наблюдать.       — Странно… — проговорил Эл, приближаясь к нему медленно, растягивая шаги. Его лицо было теплее от падающего на него света, но мрачные тени контрастировали с этим теплом. Лайт не боялся, нет, только лишь погружался в неестественное для него волнение всё глубже. — Ты ведь вчера определённо сказал… — остановился на полуслове парень, прикрывая глаза в раздумьях.       Его брови сдвинулись в озадаченном выражении, а когда он вновь поднял взгляд, то в нём было недоумение и упрямство. Он желал понять, что упустил и в чём ошибся.       — Лайт, ты определённо сказал вчера, что счёл это за приглашение на свидание, я прав?       Без каких-либо колебаний задал вопрос детектив. Ягами вспомнил их разговор и чуть приподнял брови. Невозможно, не могло быть так, что его шутку приняли всерьёз…       — Но ты ведь сам ответил, что принял это за шутку, — напомнил с недоумением Ягами и смерил подозрительным взглядом однокурсника. Он всё больше убеждался в своей правоте, но это ощущалось так, будто ему просто доверили оружие, не объяснив, как им пользоваться. Дали то, к чему он не был готов. Что ж, оставалось только разбираться самому. — Рьюго, в чём дело? — прямо спросил Лайт.       Несколько минут Эл медлил, рассматривал человека перед собой. В это время в парке уже никого не было, кроме них, и едва ли кто-то в здравом уме решит прогуляться здесь ночью. Только они вдвоём стояли посреди аллеи, ведущей к центру парка, и смотрели друг на друга с непонятными эмоциями на лицах. То было и удивление, и негодование, и понимание. Они не говорили, но уже поняли, что происходит. Тем не менее, Рьюго решил прояснить столь важный момент.       Приблизившись к Ягами на пару шагов, парень сощурился.       — Это была не шутка.       — Ты правда привёл меня сюда на свидание?       Они заговорили одновременно, а после вновь воцарилась тишина. И в этой тишине, казалось, можно было услышать громкий стук двух сердец, которые явно были наполнены нетерпением. Однако юноши были абсолютными невежами в таком деле, так что им оставалось только думать, и думать, и думать, как выйти из ситуации. Хотя им обоим всё уже было ясно, неловкости от этого меньше не стало.       — Мне стоит озвучить?.. — тише обычного произнёс Эл, опустив взгляд на галстук Лайта, тот, в свою очередь, нервно сглотнул ком в горле. Его дыхание понемногу выходило из-под контроля, а кровь бурлила. В какой-то миг ему захотелось услышать это, услышать такую странную и дикую вещь от детектива. От человека, который всей душой хотел поймать его, Киру, и казнить. От Эл.       — Да.       Тёмные волосы шевелились из-за порывов ветра, тень от них скрывала выражение глаз, пока Хидэки не поднял голову, чтобы смотреть прямо в карие глаза напротив. В этой тьме можно было утонуть, без сомнений.       — Лайт, ты мне… — он осёкся, взгляд дрогнул, а уши покраснели еле заметно. — Нравишься.       Выдох вырвался у них будто одновременно, и если один был облегчённым, то второй — изумлённым. Ягами застыл с непроницаемым выражением на лице, чётко осознавая, что его щёки пылают. Он не мог больше подавить это, как бы ни старался.       — Что?.. — глупо переспросил словно самого себя Ягами, совершенно не веря в происходящее. Всё же, понять и принять — разные вещи. Это было похоже на бред. Не было ведь никакой возможности, чтобы Эл его…       — Ты мне нравишься, — покорно повторил парень и шагнул ближе, отчего Лайт вздрогнул. Ему вдруг стало жарко, слишком жарко, чтобы находиться рядом с собеседником на таком коротком расстоянии, поэтому он отступил.       — Что ты такое говоришь? — его губы дёрнулись в неком подобии улыбки. От студента чувствовалось напряжение. — Мы же оба парни, да и ты не…       Взгляд Эл стал настойчивее:       — Не волнует.       Вот так, коротко и резко он оборвал любые предлоги, которые собирался использовать Лайт. Они снова оказались непозволительно близко друг к другу. За спиной Ягами — дерево, и бежать больше было некуда, хотя именно в этот момент он желал сбежать как никогда сильно.       Тело и лицо, эмоции и разум перестали его слушаться, всё взбунтовалось, и думать стало в сто раз сложнее. Решения не шли в голову. Эл тем временем жадно скользил по нему взглядом, а потом протянул руку и прикоснулся к запястью кончиками пальцев, но и этого оказалось достаточно, чтобы Лайта будто поразило молнией. Сглотнув, тот не смог спрятать растерянности и негодования в карих глазах. Одёрнув руку, он тяжело вдохнул.       — Почему ты это делаешь? Я сомневаюсь, что тебе поможет в расследовании нечто подобное, — хмуро выдал юноша, не найдя больше никаких слов. Ему следовало оттолкнуть от себя парня как можно раньше, иначе всё это могло плохо кончится.       Где-то над их головами, на ветках сидел Рюк и наблюдал, искренне интересуясь развитием событий.       Эл нахмурился и снова схватил за запястье, на этот раз держа сильнее.       — Это здесь ни при чём. Я признался тебе не потому, что хочу проверить, — по его глазам было видно, что его задели за живое. Как будто сомнения Лайта делали ему больно. Этот факт внезапно возник в голове Ягами, ошарашивая его ещё больше. В голове образовался вакуум, не позволяя придумать качественный план, потому юноша оказался буквально загнанным в ловушку зверем. Ему некуда было бежать, оставалось только встретиться лицом к лицу с охотником и принять решение спонтанно. Иными словами, сделать то, чего раньше он себе не позволял — поддаться эмоциям, интуиции и чувствам.       Рукой Эл всё ещё сжимал запястье, напряжённо ожидая ответа от молчаливого собеседника. Он почему-то думал, что Лайт был в курсе его чувств, просто тоже ждал момента для разговора. Видимо, ошибся. По лицу Ягами было ясно, что тот не имел понятия или не хотел верить, что куда вероятнее. Горечь застряла в глотке детектива, и он опустил глаза на галстук вновь, избегая зрительного контакта. Тело пробрало мелкой дрожью то ли от порыва ветра, то ли от разочарования. Почему-то это было болезненно — осознавать, что тебе не ответят взаимностью. Странное и необъяснимое ощущение. Это ведь он признался и, наверное, должно стать легче, когда высказал то, о чём столько думал, но было только больнее. Наверное, это всё ошибка в расчётах.       Пока чёрные глаза прожигали несчастный галстук, Лайт усердно восстанавливал дыхание и смотрел на острые черты лица парня. Безусловно, Эл выглядел жутковато при скудном освещении, когда его тени под глазами становились темнее, а глаза вообще напоминали бездонную пропасть. Но его бледные губы выделялись на светлой коже очень отчётливо, длинные ресницы отбрасывали тени на лицо, да и нахмуренные брови придавали ему какое-то необычное очарование. Ягами склонил голову набок, слушая громкий стук своего сердца, рассматривая держащие его руку пальцы. Хватка была несильной, но и недостаточно слабой, чтобы легко стряхнуть. Эл явно не хотел ему навредить.       «Могу ли я ответить ему?» — невольно подумал юноша. На протяжении всего времени, сколько они были знакомы, Лайт испытывал много разных эмоций, начиная от любопытства и заканчивая раздражением. И его чувства тоже не ограничивались одной лишь ненавистью, их было слишком много. Но у Киры не было времени на такую чепуху, у него полно более важных дел, поэтому он ни разу не задумывался над тем, что испытывает к своему потенциальному врагу. С одной стороны, интерес и азарт, с другой — раздражение и гнев, с третьей — толика восхищения и желание узнать больше. Всё это так сильно смешалось в его отношении к этому человеку, что стало трудно распутать клубок и дать ответ.       Мог ли Лайт однозначно ответить отказом Рьюго? Едва ли. А мог ли он ответить взаимностью? Вот этот вопрос занял мысли студента, заставив его без конца ждать сигналов своего подсознания. Его мозг отказывался думать, лёгкие очень тяжело наполнялись воздухом, затрудняя дыхание. Было сложно сосредоточиться, когда от его руки словно распространялось пламя по венам.       В этот момент Хидэки вытянул свободную руку, чем немало шокировал Ягами, который тут же очнулся. Эл упёрся ладонью в ствол дерева и приблизился лицом к лицу Лайта, распахнувшего глаза.       — Я заставлю тебя поверить, — выдохнул детектив прямо в губы. Его взгляд был прямым и уверенным.       Не успел юноша ответить, как язык Эл проник в его рот, напористо скользя через зубы, оборачиваясь вокруг горячего языка Ягами, застигнутого врасплох. Кровь мгновенно прилила к лицу студента, который совсем растерялся и машинально схватился за плечо Хидэки с явным намерением оттолкнуть, но остановился. В груди разливалось тепло, плавно перерастающее в жар и поглощающее все части тела. Надо же, он уже и забыл, как ощущается поцелуй.       Рьюго сначала напирал и был нетерпелив, словно ожидал, что его сразу же оттолкнут, но Лайт остался неожиданно неподвижным, словно в сомнениях погряз, потому Эл немного расслабился и отстранился, чтобы вдохнуть свободно, а потом начал медленно мять губы лёгкими движениями, не углубляя поцелуй — это напоминало закуску перед главным блюдом, которая здорово так усиливала аппетит. Ягами тоже это ощутил, наконец, отвечая парню.       «Я не думаю, что пожалею об этом», — и пока он самозабвенно считал, что всё держит под контролем на словах, сердцем юноша принял своё желание ответить Эл взаимностью. Пускай это было побуждение, не совсем ему понятное, но он ясно чувствовал, что хочет этого. Ему хотелось попробовать стать партнёром детектива. Однако самому себе он пока в этом не признался до конца.       Длинные пальцы скользнули выше по плечу, сжали воротник белоснежной рубашки, которая почти сливалась с тоном кожи Рьюго. Лайт притянул его ближе, испустил смешок, прежде чем прикусить губу. Не ожидавший такого, Хидэки нахмурился, а потом в отместку сделал то же самое, отчего поцелуй стал похож на борьбу за превосходство. И Ягами стремительно распалялся, зарываясь в волосы на затылке парня пальцами. Он настолько увлёкся, что не услышал тихий удивлённый голос сверху, коротко пошелестевший «ого».       Оба студента в какой-то момент поменялись местами, и теперь Лайт был тем, кто вжимал партнёра в дерево, пробираясь пальцами под рубашку, желая прикоснуться к коже. Почему-то это желание стало непреодолимым в этот момент.       В ответ на прикосновение холодных пальцев Эл вздрогнул и резко прервал поцелуй — его покрасневшее лицо, тяжёлое дыхание и яркий блеск глаз говорили сами за себя, при этом на лице читалось замешательство. Ягами попытался восстановить дыхание, впрочем, безуспешно, после чего сощурился и ухмыльнулся, глядя на потерявшего самообладание детектива. Они оба были в одинаковом состоянии, никто больше не скрывал эмоции, и это ощущалось как-то иначе: более ярко, притягательно, интересно.       Хмыкнув, Лайт склонился к шее Хидэки и провёл кончиком носа мягко вверх, до уха, тихо выдохнул.       — В чём дело? Мне казалось, ты хотел заставить меня поверить в серьёзность своих намерений, — издевался Лайт, позволяя себе эту маленькую шалость. Ему было слишком весело. Его слишком сильно раздразнили, чтобы теперь он мог остановиться. Даже если бы сейчас сюда приехала полиция, он, вероятно, попросил бы их вернуться обратно и подождать, пока они закончат здесь своё противостояние.       Эл ощутимо вздрогнул и прикусил губу, нахмурив свои аккуратные брови в очередной раз и стиснув предплечье юноши. Казалось, он уже готов был ответить что-то, как вдруг Ягами укусил его за шею — на ней расцвёл красный след от зубов. Укус был слабым, но на такой тонкой и бледной коже его было отлично видно. Рядом с ним появился засос, и эта цепочка через пару минут уже покрыла шею, дошла до ключиц. Лайт ловко расстёгивал пуговицы рубашки, пока Эл мялся. Тот был в замешательстве и не знал, что должен был предпринять. У него явно не было никакого опыта. И, хотя Лайт создавал впечатление опытного во всём юноши, его познания в данной сфере тоже были не особо глубоки. Он знал лишь общие черты, а также основывался на своим прошлых отношениях с девушками, которые можно было пересчитать по пальцам одной руки — всё-таки это не было его главной целью в жизни.       — Стой, — тихо потребовал Рьюго, перехватив руку Ягами, уже разобравшегося со всеми пуговицами. Студент не давал свету фонаря пролиться на тело детектива, потому на его голый торс попадали лишь редкие линии, подчёркивая белизну кожи. Это выглядело притягательно.       Лайт поднял глаза, уже наполненные страстным желанием, когда встретился с чернильным взглядом. В нём ясно читалось нетерпение. Тогда в чём же была проблема?       Выражение лица юноши смягчилось ещё больше, когда он посмотрел на смутившегося человека перед собой. Он поднял руку и ослабил галстук, затем самостоятельно расстегнул рубашку, не снимая её полностью, оставляя висеть на сгибе локтей. Не отрывая глаз, Ягами видел, как Эл начал с жадностью рассматривать его. Не было удивления или наигранного восторга, лишь тихое восхищение, как будто увидел то, что раньше только представлял, а оно превзошло ожидания.       Лайт весело улыбнулся, прежде чем медленно прижаться к парню, чья кожа хоть и горела изнутри, но была прохладной от ночного ветра. Рьюго шумно втянул воздух, по его телу прошла дрожь, отзываясь аж в сердце. Стало тепло, везде и сразу, причём настолько, что в голове появился неясный шум, не дававший здраво мыслить. Он поддался возбуждению и просто прижался ближе. Больше они не боролись за то, кто будет вести, определив это подсознательно. Лайт сжимал талию и поглаживал спину, не давая вдавливаться ею в кору дерева даже через одежду, а Эл одну руку держал на затылке, не давая отстраниться слишком далеко, второй же изучал торс юноши, осторожно проводя пальцами по мышцам. Он переместил вторую руку на поясницу Ягами, прижимаясь вплотную настолько, насколько было возможно — перед глазами у обоих заплясали тёмные пятна от резкого и такого приятного давления.       Отстранившись немного, Лайт облизнулся. Его ладонь скользнула с талии на задницу, сжимая и тем самым заставляя вжаться в него снова. Эл задыхался, даже не открывая глаз, понимая, что его состояние — нет, их состояние — достаточно плачевное. Вероятно, было бы лучше отправиться в отель, но едва ли они смогут столько терпеть. Когда он вновь почувствовал давление на пах черед одежду, почувствовал ответное возбуждение Ягами, у него в мыслях осталось лишь то, как сильно ему нужна разрядка. Плевать, каким способом, ему просто это было нужно.       Губы юноши, из которых вырывались тихие вульгарные слова, оказались в плену.       «Ему нравится целоваться, не так ли?» — с беззлобной насмешкой подумал Лайт. Он пробрался языком в чужой рот и коснулся нёба, затем тщательно прошёлся по зубам, вырывая томное мычание из горла детектива, ласкающее слух. Ягами заинтересованно одновременно провёл языком по языку и прижал к себе тело очередным движением, надавливая на пах парня, который снова издал смущающий звук, заглушённый губами. Было похоже на стон. И Лайту неожиданно понравилось это слушать, в нём появилось желание выбить побольше стонов из детектива.       Отстранившись, юноша наблюдал за тем, как Эл тянется за ним и требовательно щурит прекрасные глаза. Как мило.       — Я думал, что мы остановимся на этом сегодня, — снисходительно и явно несерьёзно проговорил студент, хотя ему точно было очень тяжело терпеть давление брюк на вставший член.       Рьюго моргнул, недоверчиво выгнул бровь, после чего опустил взгляд вниз и поднял его снова на лицо собеседника, принимая его слова за чистую монету. Ягами едва подавил смех.       — Ты уверен?.. — создавалось впечатление, что он действительно собирался отступить, если Лайт будет против. Почему-то это заставило застучать быстрее сердце юноши, который сначала удивлённо замер, а потом улыбнулся.       — Нет, конечно, это была шутка. Ты такой доверчивый, — коротко чмокнув тонкие губы, соблазнительно приоткрытые как будто только для него. Хидэки возмущённо нахмурился и ударил по плечу.       — Что за чушь?       — Но так и есть, — насмешливо отозвался Ягами, поспешно затыкая поцелуем партнёра, чтобы тот не начал опровергать его слова со всей серьёзностью детектива. Он пробрался пальцами к пряжке ремня под громкий вздох парня, с тихим звяканьем разобрался и нагло пробрался ладонью под нижнее бельё. Это было быстро и без малейшего промедления, отчего Эл запоздало отреагировал помутившимся рассудком только на обжигающее прикосновение. Его прошибло током, тело дрожало с непривычки, а лицо запылало ярче прежнего.       Тяжело дыша, он опустил руку вниз, осторожно подцепив край брюк Лайта, скользя пальцами по коже внизу живота. В ответ юноша низко простонал так, что рука детектива на мгновение остановилась, но после — без сомнений разобралась с ремнём. Когда тонкие пальцы Эл коснулись эпицентра возбуждения партнёра, они оба резко втянули воздух и прервали поцелуй, концентрируясь на ошеломляющих ощущениях, которые взрывались фейерверками в мозгу.       Ногти Рьюго впились в оголённое плечо студента, а одна рука Ягами всё ещё сжимала ягодицы парня. Они одинаково задыхались, скользили ладонями по горячей плоти и смотрели друг на друга так, словно были готовы поглотить в любой момент. Лайт склонил голову и горячо выдохнул прямо в ухо Эл. Он услышал с наслаждением тихий стон, после чего почувствовал, как рука на его члене двинулась резче, и удовлетворённо ухмыльнулся. В его шею неожиданно впились губами, явственно оставляя красную отметину. Юноша удивлённо распахнул глаза, но потом поцеловал непослушные чёрные волосы, повернув голову. Ему нравилось чувствовать всем телом то, как сильно он нравился этому человеку.       Они яростно приглушали стоны изо всех сил, всеми способами: поцелуями, укусами и засосами, кусанием губ. Шум в ушах блокировал любые звуки, тело горело, принимая в себя жар второго, глаза наполнялись поистине зверским желанием достичь разрядки несмотря ни на что. Лайт вжался в партнёра, обхватив рукой оба члена и с удивительно чёткой мыслью, что вот-вот кончит, впился в кожу на плече детектива, поддаваясь порыву. Эл двигал ладонью поверх руки Ягами, запрокинув голову, слабо держа волосы на затылке юноши, призывая не то остановиться, не то продолжить. В погоне за удовольствием оба потеряли всякую осторожность, и их, несомненно, мог услышать любой прохожий.       Вздрогнув, Рьюго прикрыл глаза и не сдержал глухого стона, прислоняясь затылком к дереву, пока мышцы сладко сокращались, оставляя приятное послевкусие. Его обволакивало тепло и запах Ягами, который точно так же замер, почти ласково целуя укусы на плече, будто извиняясь.       Пару минут они стояли без движения, пытались прийти в себя и преодолеть негу, накрывшую с головой. В этот момент хотелось просто лечь и уснуть, учитывая усталость, появившуюся после столь бурных эмоций и событий. К сожалению, такой возможности у них не было.       Вздохнув, достаточно вернув себе силы и способность думать, Эл медленно опустил голову и взглянул на неподвижного юношу, всё ещё уткнувшегося в изгиб его плеча. Он погладил каштановые волосы, уголки губ приподнялись в мягкой улыбке, коснувшейся даже тёмных глаз. Было хорошо.       — Лайт, — позвал он хриплым голосом, невольно поморщившись от звучания. Ягами отреагировал не сразу, вместо этого потёрся носом о кожу, только потом выпрямился и взглянул тёплыми карими глазами, наполненными удовлетворением, на собеседника. Эл почувствовал, как сердце замерло в восторге, не в силах ничего с собой поделать.       — Да, ты прав, сейчас прохладно, не стоит так стоять, — спокойно согласился юноша и помог сначала привести одежду в порядок парню, а затем уже занялся собой, застёгивая рубашку с умиротворённым видом. В его голове была блаженная пустота.       Наблюдая за тем, как рубашка скрывает царапины и засосы на теле Ягами, Рьюго неловко опустил взгляд, чтобы через секунду вновь вернуться к созерцанию партнёра — ему было сложно перестать смотреть.       Длинные пальцы Лайта легко поправляли одежду, привлекая внимание, сильная шея, не скрытая воротником, всё ещё была влажной от пота, и свет, падающий на неё, подчёркивал это. Эл одёрнул себя от грязных мыслей, которые могли повлечь за собой очередные проблемы.       — Что такое? Замёрз? — поинтересовался студент, вытирая платком руки — свою и Хидэки. Его голос был с хрипотцой, томный и спокойный, обволакивающий, подобно прохладной морской воде. Эл почувствовал, как его лица коснулась тёплая рука, проследил за этим движением, после этого взглянул прямо в лицо Лайта, за спиной которого горел фонарь и создавал некое подобие ореола вокруг юноши. Каштановые волосы подсвечивались и придавали образу что-то мистическое, немного жуткое и красивое одновременно. Ягами легко улыбался, совершенно неосознанно.       «Интересно, смогу ли я завтра встретиться с ним после своих дел? Было бы неплохо провести достойное свидание», — думал он в это время. А Хидэки смотрел на него и почти не дышал, хотя на лице не дрогнул и мускул. Только искры света были в его глазах, отражавших юношу, обрамлённого желтоватым светом. Уши краснели без ведома хозяина.       — Ты мне не ответил, — вдруг напомнил Эл, перехватив тёплую ладонь у своего лица. Он прижался щекой и из-под ресниц смотрел с трепетом и ожиданием. Таким, словно уже знал ответ, но хотел услышать это собственными ушами. Ему хотелось закрепить, запомнить, выжечь в памяти эти слова.       Всё с той же улыбкой Ягами прикрыл глаза, прежде чем ответить:       — Ты мне тоже нравишься, — его собственное сердце участило удары. Было немного волнительно говорить это даже после всего произошедшего. Но теперь, надо признать, у них точно не возникнет никаких недопониманий.       Лайт потянул за руку парня, намереваясь проводить его до дома, а потом вернуться к себе. Хотя, кто знает, может, великий детектив разрешит ему остаться на ночь? У него точно появится такая привелегия в будущем.       И пока Кира строил грандиозные планы на будущее, Эл шёл рядом с ним и думал лишь о том, как ему легко и хорошо. Этот вечер стал таким, каким он даже и не предполагал. Но он точно был счастлив. Теперь в его руках было то, что он по-настоящему хотел заполучить. То, что было ему дорого и что он любил.       — Лайт, знаешь… — он повернул голову, встретившись с заинтересованным выражением лица собеседника. Вечерний ветер мягко трепал их волосы. — Мы идём не в ту сторону.       Приподняв брови, Ягами огляделся и обнаружил, что действительно пошёл не туда, потому они были вынуждены развернуться и направиться в противоположную сторону, где находился выход. Эл всё это время с лёгким весельем следил за спутником.       Две фигуры постепенно удалялись во мраке ночи. Из скудной листвы дерева послышался шелест, а затем вниз свесилась голова Бога смерти, который смотрел вслед уходящим людям. Он озадаченно хмыкнул, а потом решил, что в мире людей вправду весело и не зря он тратит здесь время.       Рюк расправил крылья и покинул парк, оставляя пару листьев падать на землю от резкого порыва ветра.