Лекарство для Мученика

Потихоньку юноша возвращался в сознание. Его потрескавшиеся губы содрогнулись и из рта тотчас вырвался протяженный измученный хрип, прежде чем глаза Леви слабо приоткрылись. Голова жутко гудела и спину болезненно жгло. Поначалу Иордан так и вовсе ничего не мог понять, ведь чувствовал он себя откровенно говоря как овощ, чьи мозги превратились в кашу. Лишь через время к нему вернулась способность ясно мыслить. И сразу же он увидел над собой знакомую, яркую мордочку рыжеволосой девицы, что широко улыбалась и в глазах её читалась искренняя радость. Леви сморщился, будто пытаясь понять суть происходившего, хоть и выходило у него это с большим трудом. И всё же он пришёл в себя, на что Абелла уже будто и не надеялась. Забавно, что обычный порез на спине так сильно её напугал. Хотя, учитывая иные обстоятельства, всё вставало на свои места. — С пробуждением, солнышко, – тепло произнесла девушка-механик, ярчайше улыбаясь. — Абелла, – негромко вымолвил Леви, с хрипом пытаясь встать с матраса. – Что произошло? — Тот говноед тебя изрядно потрепал, – вмешался в разговор Генрик, приблизившись к юнцу с скрещенными на груди руками, – царапнул тебя по спине сильно. Ну ты сознание и потерял. Увидев перебинтованное, оголенное тело Климкова, юноша уж было хотел спросить, но мужчина его опередил. — Долгая история, – закрыв глаза, повар выставил перед собой руку. – Главное, что живой, остальное неважно, – Генрик сел на коленки перед Иорданом. – Пока ты был в отключке, многое успело произойти… но я, – тут он прервался и посмотрел на Абеллу, – мы рады тому, что ты пришёл в себя. Словами не выразить как сильно. Сидя на матрасе, Леви опустил голову вниз и увидел то, что тело его также было перебинтовано. — Мы нашли аптечку, обработали твою рану мазью из зелёных целебных трав и забинтовали тебя, – объяснила рыжеволосая. – С вами двумя я из механика переквалифицировалась в полевого медика. Балбесы вы. Оба. — Имей совесть, женщина, – Климков выставил указательный палец вверх и помахал им, – мы оба схлопотали боевые ранения. Так что прояви уважение к своим защитникам! — Да уж, с такими защитниками мне легче самой отбиваться, – посмеялась та и вновь обратила внимание на Леви. – Ты как? Хорошо себя чувствуешь? — Терпимо. На войне и хуже бывало. — Насколько хуже? – спросил Генрик. — Ну, – юноша опустил взгляд и задумался, – неважно. Не хочу об этом вспоминать. — Хорошо-хорошо, как скажешь. Иордан грузно вздохнул и посмотрел на Абеллу. — Вы нашли людей? — Нет, – рыжеволосая расстроено покачала головой, – мы не весь город осмотрели, но та часть, в которой нам довелось побывать… все люди словно с ума сошли, бредили, чесались и… лучше увидеть это лично, – механик сделала паузу, после чего продолжила. – Леви, может вернешься в поезд? На улицах небезопасно, тем более ты ранен. — Нет, – кратко отрезал бывший солдат. – Я в порядке. Мы можем продолжить. — Ты уверен? — Да. — Хорошо, – Абелла засунула руки в карманы робы, – тогда продолжим путь? Со стороны Генрика вдруг послышалось отрицательное «Ц-ц-ц». — Солнце мое рыжее, я понимаю твой боевитый дух и настрой, но взгляни на нас, – с улыбкой мужчина указал в начале на свое, а после на юношеское тело, – мы оба подбитые и нам бы не помешал хотя бы небольшой отдых, ровно как и тебе. Ты у нас безусловно бульдозер и можешь работать хоть трое суток подряд, но я категорически против этого, так что давай-ка и ты отдохни вместе с нами. — Как будто у меня есть время на отдых, – такой ответ Климкову совершенно не понравился. — Ну тогда я даю тебе выбор: или ты добровольно отдыхаешь, или я тебя силой заставлю. — Ты? – с ухмылкой спросила рыжеволосая. – Да ты даже люк поднять не смог, как ты меня удержишь то? — Своей харизмой, – на лице его отобразился акулий оскал, и он принялся двигать бровями вверх-вниз. — Ох, господи, нашёлся тут альфа-самец, – махнув рукой, Абелла посмотрела на молчавшего юнца. – Но он прав, вам и вправду бы не мешал небольшой отдых. Так что давайте чутка посидим тут, а после продолжим исследование города. Тем более, что есть местечко, которое я очень хочу посетить, – и тут же она довольно потерла ручки. — Нет-нет, есть у меня идея покруче этой засранной хижины, – Генрик довольно вскочил на ноги. – Пирс! Абелла опустила брови к переносице и с некоторым сомнением взглянула на джентльмена. — Пирс? Ты это серьезно?

***

Идея с пирсом оказалась весьма удачной, ведь атмосфера у него была хоть и загадочной, но тем не менее невероятно привлекательной. Ветерок тихо завывал где-то на фоне густеющего серого полотна, а озеро слабо покачивалось из стороны в сторону. Вдали слышался гул летевших чаек, чьи песни приятно ласкали уши отмучившегося юноши. Леви сидел на краю деревянной платформы, свесив ноги вниз и сгорбив спину: боль по-прежнему не покидала его, однако Иордан мужественно терпел её тиски. Генрик находился рядом, слегка почесывал свой волосатый пупок и, кажется, наслаждался атмосферой здешнего местечка. Но всё же пригласил он бывшего солдата сюда не просто посидеть, а поговорить. В местах подобным этому диалог клеится куда лучше, ведь чувство уюта приятно зарывалось в плоть находившихся здесь людей, из-за чего увиденные ужасы так и вовсе забывались. — Хорошее здесь местечко, не правда ли? – негромко, дабы не разрушать умиротворенную атмосферу, спросил блондин. – Такое успокаивающее. После пережитого кошмара чувствуешь себя здесь так, словно тонешь в ангельских сиськах. Да простит меня Алл-мер за такое сравнение, но всё же… эх, – мужчина запрокинул голову и с улыбкой втянул побольше свежего воздуха. – В городе всё было таким пыльным, что дышать невозможно. А здесь твои легкие словно очищаются… стоит задержаться тут на подольше. Леви сидел молча, предпочитая больше наслаждаться тутошней атмосферой, нежели чесать языками. — Чем планируешь заняться, когда мы отсюда выберемся? – голос его внезапно стал ниже, серьезнее. Иордан вопросительно посмотрел в сторону повара, после чего вздохнул. — Без понятия, – юноша опустил голову и посмотрел на свои руки. – Я хочу отмыться от своего прошлого. Забыть о нем, о войне. Хочу попробовать начать всё заново. Но не знаю, получится ли. Прошлое неустанно преследует меня, напоминает о себе. На мгновенье в глазах юноши помутнело, и он на одну лишь секунду лицезрел свои собственные ладони, только теперь они были покрыты кровью убитых им людей. — Генрик, – Леви повернулся в сторону мужчины, – как ты думаешь… у меня получится начать всё сначала? На лице Климкова появилась теплая улыбка и его ладонь легла на худое юношеское плечо. — Конечно. Ты хороший парень, толковый. Такой как ты не пропадет, я в этом уверен на все сто. Его слова словно вселили надежду в сердце бывшего солдата. — После войны будет сложно оправиться, я в этом уверен. Но если возле тебя будут люди, которым ты будешь доверять и которые всегда помогут тебе в трудную минуту, ты обязательно справишься. — Найти бы таких людей, – с некоторой печалью в голосе произнес тот. — Взгляни внимательно, быть может они у тебя под носом? – Иордан вопросительно посмотрел на него, явно не понимая такого высказывания. – Солдату вроде тебя будет трудно доверять тем, с кем ты провел мало времени, но скажу тебе вот что: посмотри на Абеллу. Она так сильно пеклась за твое состояние, чуть ли не впадала в отчаяние от волнения за твою шкуру. Я уверен, что ей ты не безразличен. Ровно как и мне, всё же я ради тебя пулю в плечо схлопотал, – Генрик взглянул вдаль, в туман, укрывающий озеро. – Ты можешь на нас положиться, ведь мы всегда будем рядом и всегда тебе поможем. Ты больше не один. Сердце Леви содрогнулось. Юноша безмолвно смотрел в сторону Генрика, не зная, что ему произнести. — Всё будет хорошо, тебе не нужно больше бояться. Климков осторожно, по-отцовски обнял Иордана и притянул его к себе, укладывая его голову на свою. Они просидели так несколько минут, в полной тишине и умиротворении. Леви, что ранее не чувствовал такого, явно запомнит происходившее на всю свою жизнь. Как-никак, настолько приятный и ласкающий душу момент забыть попросту невозможно. — Кстати-и-и-и, – довольно вдруг протянул Генрик, хищно посмотрев на юношу с акульим оскалом. – Я тут всё сидел и думал, размышлял и переваривал увиденное… скажи мне честно, Леви, тебе ведь нравится Марина? — Чего? – непонимающе спросил тот. — Ой, да не придуривайся, – выпустив его из своих объятий, Климков ещё шире ухмыльнулся. – Я ведь видел, как ты на неё смотришь и как ты себя ведешь, когда она рядом. Когда ты один, ты весь из себя хладнокровный и смелый, но стоит появиться Мариночке рядом, как ты краснеешь, заикаешься и… — Не было такого, – хмуро произнес бывший солдат. — Было-было, даже Абелла подтвердит. — Я знаю её несколько часов. За такое время не влюбишься. Я за всю свою жизнь ни в кого не влюблялся. — Ну в такую, как Марина, трудно не влюбиться, ведь так? Она ведь такая красивая, милая, смешная… — Звучишь жутко. — Эй, я не то имел ввиду! — К чему вообще этот разговор? — Ну, ты ведь меня знаешь, я мастер в деле отношений. Могу закадрить абсолютно любую деву и я, совершенно бесплатно, хочется сказать, могу тебе помочь! Дать парочку советов, даже в половом плане. — Хватит, – с некоторым недовольством сказал Леви. – Это мерзко. — Не будешь же ты всю жизнь ходить один, рано или поздно всё равно найдешь себе любовь всей жизни. Так что дядя Генрик сейчас даст тебе парочку наставлений, – приобняв юношу за плечо, он приступил к своей лекции. – Девушки – создания сложные, за ними нужен трепет и уход: поначалу нужно подступиться к их маленькому сердечку, взяться крепко за их душу, и как только у тебя это получится, дело приблизится к постели. Иордан смотрел на него хмуро, с опущенными бровями, слушая всё это. — В постели главное удовлетворить своего партнера, не только себя любимого. Существует множество способов удовлетворить свою пассию, и сейчас я тебе о каждом расскажу. Всем девушкам, с которыми мне доводилось иметь дело, нравилось, когда я покусывал их за шею и оставлял там огромные засосы. Это может звучать трудно, но стоит попробовать как поймешь, что это на самом деле просто. Тебе нужно будто поедать их губами и одновременно с тем покусывать. Но что больше всего нравилось всем девушкам, так это когда я делал им ку… — Ну и чему ты учишь мальчика, недоносок? – тут же послышался сочный хлопок: это Абелла треснула Генрику по затылку. — Уму-разуму! – недовольно гаркнул блондин, поглаживая затылок. – Ауч, на кой черт так больно бить?! — Не слушай этого кретина, Леви, – рыжеволосая присела на корточки рядом. – Если ты хочешь понравиться девушке, тебе не нужно всем этим заниматься. Теперь наступила её очередь вести поучительную лекцию. — Больше всего девушкам нравится внимание: если ты всегда будешь рядом с ними в тяжелую минуту, всегда выслушаешь, поддержишь и поможешь – они это оценят. Конечно же ты можешь сделать им подарок, вручить пышный букет цветов или подарить красивую подвеску, им будет от этого безумно приятно, но лучше именно быть эмоционально рядом. Из-за эмоциональной связи люди быстрее сближаются и у них появляются чувства. Это всегда так было, причем необязательно даже романтические. — Почему про это вообще зашла речь? – непонимающе всплеснул руками солдат. – Я ни в кого не влюблен даже. — Он просто обманывает себя, – прошептал Генрик Абелле, закрыв рот рукой. — Так вот чего ты начал. Снова ты со своей романтикой, балбес. Хватит уже сводить этих двух. — Ну извините, как умею! И я не прекращу! Умру, но даже на небесах буду всех сводить! — Ну ты и дебил, Климков. И вообще, у вас тут так хорошо, что я, пожалуй, с вами посижу. Давайте, двигайтесь. Непонятно как, но Абелле удалось уместиться промеж этих двух. — Да тут и так места мало, ещё и ты своей жопой жирной тут уселась! — Генрик, ещё одно слово, и я тебя скину в воду. — Я тебя утяну с собой на дно морское! Пока они играючи, несерьезно спорили между собой, Леви безмолвно отсиживался в сторонке, продолжая наслаждаться приятной атмосферой. Удивительно, насколько уютно было в их компании нелюдимому солдату. Рядом с Генриком и Абеллой Леви ощущал приятное тепло, его душу грело одно лишь их присутствие и он, сам того не замечая, начинал к ним привязываться. Запрокинув голову назад, Иордан закрыл глаза и улыбнулся, пока этого никто не видел. Его волосы слабо колыхались на ветру, что слегка покалывал его бледное личико. — Как же я рад видеть вас вновь, Генрик и Абелла, – пробурчал он себе под нос. Те этого не услыхали, больно уж бурный у них был спор. Но Леви этому был даже рад.