Живи как живётся

Сантехник пошёл прахом, когда Арсений нажимал желтую кнопку "Заказать" и тем самым платил за такси пять тысяч рублей. В ночь с субботы на воскресенье на следующей неделе Серёжа написал в четыре ночи по Москве, что прилетит к десяти утра в воскресенье. Буквально за шесть часов до посадки. Он не просил приезжать и забирать его, мог доехать сам, у него есть ключи от квартиры Арса. Но Арсений хороший друг и человек с принципами. Поэтому прямо с очередного ночного дежурства едет в аэропорт за другом. Арсений каким-то чудом выторговал ватман у медсестры, откуда он, Арс предпочёл не спрашивать, и написал на нем - Пирожа Барбарисыч. Ему не стыдно было стоять в зале ожидания с табличкой, не стыдно было размахивать ей над головой, когда он увидел загоревшего, бородатого, мохнатого и заспанного друга. Арсению было немного стыдно когда в него полетела надувная подушка для путешествий. И было совсем стыдно, когда Серёжа во весь свой бас назвал его ебланом, схватил за шею и трепал по волосам. Его перелёт в общей сложности составлял больше суток, очень не удобный и вообще предыдущий был лучше, но от него пришлось отказаться. Бизнес срочно потребовал присутствия. Сережа жаловался об этом в такси, не стесняясь в выражениях, потом ругал Арса, что тот сразу после ночной и ему бы сон свой спать, а не строить из себя бро. Потом благодарил, потом зевал. А Арсений все два с половиной часа был несказанно рад видеть Серёжу отдохнувшим. До этого отпуска, длиной в четыре месяца, Матвиенко полтора года работал как проклятый и даже в тропиках поначалу не мог до конца расслабиться, о чём говорили мешки под глазами, когда они созванивались по видеосвязи. Зато сейчас Сережа похудел, отрастил волосы, избавился от синяков и загорел. Вообще они та еще парочка. Прямо Фагот и Бегемот. Длинный, бледный, уставший, прилизанный Арс в чёрном и загорелый крепкий коротыш с бородой и пушистыми волосами в пастельно голубых огромных штанах. Арсений специально взял выходные на воскресенье, понедельник, вторник и среду, чтобы отоспаться - первое; потусить с Сережей - второе. Отоспаться он конечно отоспался, но у Сережи, как оказалось, свободны только вечера. Это потом, перечитывая Мастера и Маргариту, навеянную собственными отсылками, он подумает, что мог бы и догадаться, что так будет. Если Серый приехал раньше, потому что бизнесом нужно управлять, то вряд ли с утра до ночи будет тусить с Арсом. А еще спортзал этот его кучу времени отбирает. В понедельник заходит Оксана. Она обещала прийти к четырем, но вырвалась только к шести. Она заходит в квартиру и от нее пахнет холодом. Наверное это ассоциативное, они чаще видятся у нее в ледовом дворце. - Простите ребят, меня Ляйсан задержала. Не могли никак подогнать все хотелки Ромашки под произвольную, - она говорит вниз головой, пока расшнуровывает цветастые огромные кроссовки. При упоминании Ромашки - Романа Романовича Ромашова, главного тренера их сборной по фигурному катанию - у Арсения дёргается глаз. Это очень неприятный мужчина с бородавкой на подбородке лет пятидесяти. Он смотрит на всех так пренебрижительно, что хочется его ударить, только при упоминании одного его имени. - И как? - Сережа спрашивает только для того, чтобы переменить тему и не разозлится от упоминания тренера. Хотя по нему и не скажешь. Стоит себе в серой футболке своеобразной армянской глыбой, только плечи напряжены и руки сложены на груди. - Нормально вроде. Главное чтобы девочке понравилось, - Оксана улыбается, когда вспоминает о какой-то из своих подопечных. Арс не знает ни одного имени. - Ну да. Там хинкали остывают, проходи, - Арсений помогает Оксане снять куртку, ловит напряжённый взгляд Матвиенко, когда она уходит мыть руки. Они смотрят какой-то фильм, но каждые пять минут останавливают. Сначала Серёжа рассказывает как не правы актеры и какие козлы сценаристы, что выбрали именно эту машину, а не любую другую, потом Арс рассуждает, как персонажи сделали такой вывод, хотя должны были сделать совершенно другой. - И вот результат один и тот же, но не могла эта студенточка, работающая в архиве, понять перемещали труп или нет. Я бы понял если бы она спросила куда это помощник делся, которого она видела пять минут назад с этим трупом, когда он ещё не был трупом, - Арсений растекается мыслью по древу и не пытается фильтровать высказывания во что-то более понятное и краткое. Если он сильно увлечётся, то его тормознут. - Или на крайняк если бы она такая, - Арсений делает максимально глупое лицо и неуместно для смысла фразы подносит кончики пальцев к нижней губе. - у меня интуиция, давайте найдем убийцу. Ну бред же! - он звонко шлепает по собственным бедрам. Арсению на секунду хочется, чтобы ему сказали, что да, братан, бред чистой воды, ты прав, но Сережа с Оксаной только прыскают, и они смотрят дальше. На середине фильма у Оксаны звонит телефон. На экране какое-то короткое имя и фотография газона. Она резко хватает телефон со столика и бежит в кухню. Серёжа молча выключает фильм. Не останавливает даже. Он сверлит тяжёлым взглядом сначала дверной проём, потом Арсения. - Серёж, может не надо, - первое, что говорит Оксана, когда появляется на пороге и смотрит на Матвеенко. - Надо, Оксана, надо. Скажи мне, если ты не ответишь на её звонок в течение пяти секунд, то она повесится? - Оксана все еще стоит на пороге, жалостливо опустив глаза. Арсений чувствует себя лишним, как при ссоре родителей. - Серёжа, дело не в ее реакции, а в том, что я хочу с ней говорить, - Оксана уже давно свободно рассказывает о своих эмоциях и чувствах. Это Арсения радует, а Сережу отодвигает от желания запихнуть Окс в психушку. - Ааа ну да, и что ее реакция совсем не важна? - Важна, она мне не перезвонит, если я не отвечу.. - Серёжа меняет тяжёлый взгляд на саркастично-вопрошающий, и Оксана начинает быстро тараторить. - Она просто творческая личность. Ей важно чувствовать себя значимой и важной. И я же могу ей это дать и мне не сложно, мне даже приятно. - Господи, я никогда её не видел, а мне уже противно, - Сережа сжимает переносицу и прикрывает глаза. Оксана разворачивается и начинает обуваться. Она берет куртку и выходит из квартиры, громко хлопнув дверью. Арсению стыдно, что он не попытался как-то повлиять на разговор. Он придерживается позиции, что если взрослые люди решили что-то сделать, то пусть делают. И Серёжа и Оксана с этим согласились. Но сейчас стыдно. Арсений точно знает, почему Серёжа начал этот разговор. И также точно знает, что они не будут об этом говорить. Фильм они не досмотрели, убрались в тишине и пошли спать. Арсений в тот вечер прочитал главу "Конец квартиры N50". Ночью, когда Арсений в порыве готовил яблочный пирог его захлестнуло чувство приближения чего-то неизбежного. Он заливал яблоки тестом и вдруг понял, что всё по-настоящему. Его жизнь - не кино, и каждое действие, которое он совершает повлечет за собой последствия. Абсолютно каждое. Возможно он сейчас сломает духовку и погибнет в пожаре. Арсений физически чувствует как время идёт. Он вспоминает основные поворотные моменты в жизни и понимает, что все они начинались с простых ежедневных вещей. Он помнит как пришел домой поздним вечером после очередного занятия по борьбе. Была зима. Снег шел весь день и навевал предновогоднее ожидание. Он шел через темную аллею домой, наряжать ёлку. Они должны были посмотреть с мамой и сестрой какой-нибудь старый новогодний фильм, поесть курицу с черносливом. Ему тогда сказали, что он поступает в медицинский. Позволили самому выбрать специальность и четырнадцатилетний Арсений решил, что хочет, чтобы было хотя бы интересно. На кухне его собственной квартиры сейчас пряно пахнет яблоками и корицей. Воздух плотный и дверь не открыть: Серёжа проснётся. Арсений в одной пижаме выходит в темноту и холод ночи на балкон. Ему не хватает воздуха. Очень хочется не думать об этом. Ему казалось, что это всё уже прожито и не должно вызывать подобных реакций. Мысли не получается остановить насильно. Он пытается отвлечься на проезжающие мимо машины, но тяжелые мысли будто оттягивают затылок. Они сами собой идут грузно перебирая конечностями, как большой и толстый паук идет за своей последней добычей, чтобы выжить. Но эти мысли не обязательны для выживания Арсения. Он не хочет думать о своем альтернативным будущем. Он хочет думать о вкусном завтраке и как Серёжа утром будет благодарить его за пирог. Будет улыбаться своими усами и все лицо сложится в морщинистого милого мопса. Очень хочется курить. В вечер следующего дня - вторника - Арсений заезжает за Матвиенко (читай приезжает на метро и пробегает под мелким дождем, потому что машину он будет ремонтировать с зарплаты) и ответственно заявляет, что они едут тусить. Тут же встает вопрос куда, потому что Арс - не тусер, а Серёжа не помнит приличных мест. Едут на инфинити в первое найденное заведение в старых Серёжиных сториз. Клуб "Розмарин" действительно хорош, даже Арс его вспомнил. Оказалось там работают их общие знакомые и много лет назад именно в нём эти два заводилы отдыхали - Серёжа - и зарабатывали первые признаки алкоголизма - Арс. Клуб с большими стеклянными окнами, которые зашторивают к вечеру и с преимущественно красной подсветкой. Играет какой-то современный трек, который сменяется на Рамштайн. Они проходят за столик поближе к сцене, хотя там ничего и не происходит. Раньше они сидели примерно на этом же месте, но правее. Официант сказал, что в заведении делали ремонт в прошлом году. Под телом приятная упругость темной кожи дивана. Вид на танцпол и сцену. Они сидят практически в углу, что создает некоторое чувство защищённости и отрешённости. Клуб явно пользуется популярностью у молодёжи. Девушки в блестящих коктейльных платьях и миниюбках, парни в майках и рубашках. Один качёк с голым торсом подкатывает к девушке-диджею недалеко от их стоика. Несколько взрослых компаний смешиваются со студентами и студентками. Бас бъет по ушам, им тяжело разговаривать через стол, но садиться на одни диван они не стали. О стекляннуб столешницу стучит стекло бокала и бутылки. Следом официант ставит какую-то ядренно-зеленую бурду для Серёжи, лёд и тарелку с закусками. Арсений в очках, надел для образа. Он сегодня в свободной водолазке, белых широких брюках, сужающихся к низу, и лакированных туфлях. На шее позвякивает цепочка, которую еле слышно за музыкой, сменяющуюся со старой знакомой на пополярную или ремикс и обратно. Клуб как-то поднялся, судя по общей атмосфере, и их воспоминаниям, и как будто повзрослел вместе с Арсением и Серёжей. Они говорят о новостях, Арс рассказывает о ситуации в семье, Серёжа, что его бросила девушка, а он думал, что всё серьёзно. Они оба делают это не ради жалости, не чтобы выговориться, хотя и это тоже, но в меньшей степени. Просто они так привыкли. Говорят о плохих новостях и как-то все разруливается, будто легче становится и солнце ярче светит. Арс пить не планировал, но бокал виски всосал за милую душу. Легкое опьянение с непривычки и общая атмосфера способствовали той стадии, когда хочется жаловаться на жизнь и кажется, что от одной сигареты его попытка бросить не провалится. - О, смотри, - Серёжа показывает на пилон на сцене. - но думаю они специализируются на женском стрептизе, так что тебе не подходит. - Жаль, но можно сюда на твой день рождение прийти. У них должны быть такие услуги. Типо.. Забронировать на вечер зал и стриптиз заказать. Позвать твоих всех. - Можно в принципе, я подумаю. Жаль тебе ноль развлечения, - Серёжа задумчиво смотрит на блестящий одинокий пилон. - Ой ладно, - Арсений отмахивается и говорит это как-то слишком старательно. - Я, если понадобится, сам себе развлечение найду. И на трезвую. - Ага, если ещё и выпьешь больше стакана, то сам на него полезешь, - Серёжа посмеивается, вспоминая одну из их питерских тусовок, которая закончилась в травмпункте. Арсений старательно убирает с лица улыбку и смотрит на Серёжу. -Арсений нет. - Арсений да. Арс встаёт с дивана, Серёжа хватается за руку друга через стол и сильно тянет назад. Арсений пошатывается, падает на диван и смеётся. У Матвиенко звонит телефон. Он не уходит на улицу, просто прикрывает динамик, чтобы его было лучше слышно, и как Серёжа сам что-то слышит Арсу не понятно, но у него прикольно звенят и поблескивают красным кубики льда в бокале, а на фоне Руки Вверх. Ему хорошо. - Секунду, - Серёжа говорит в трубку и наклоняется через стол к Арсу, он наклоняется в ответ, но все еще разглядывая лёд, - ты сильно пьян? - Смотря для чего, - кубики льда в бокале начали поблёскивать зелёным. - Сможешь оказать помощь человеку? - Арс переводит взгляд с уже голубого льда на Матвиенко и уверенно кивает. Легкости вечера в нем значительно поубавилось. - Мы скоро будем. Серёжа закрывает счёт, Арс не комплексует, просто потом закажет еды на свои. Они едут по большой дороге в какой-то спальный район, Арс не вникает. Просто сидит и смотрит на огни города. Советские дома, дома с лепниной, кирпичные, панельные, стеклянные: у всех подсветка чуть бежевого оттенка предстает прекрасным фоном неоновым вывескам. Арсений как будто проходит краткий курс истории архитектуры. Пока они едут проходит мелкий дождь и теперь капли на стекле отражают красные, фиолетовые и синие цвета, иногда их разбавляет желтый или белый, затапливая тёмную умиротворенность яркими вспышками. Они заезжают в спальный район, Сережа все это время изредка поглядывает на навигатор, который подсвечивает его смуглое серьезное лицо. Арс расслаблен, ему ничего не объяснили, на нем никакой ответственности. Когда Сережа останавливается, то просит выйти, потом ведёт в какой-то подъезд высокого кирпичного дома. Им открывают после звонка в домофон. Яркий свет, резко отражающийся от бледно-жёлтых стен заставляет сощурится. В лифте играет спокойная музыка, пока они едут на 11 этаж. Сережа все еще молчит, Арс все еще не чувствует ответственности. Он проветрился, ему полегче, уже не хочется ни курить, ни говорить. Хочется только молчать и смотреть на мигающие огни. Дверь им открывает миловидная женщина с отрастающими чёрными корнями. Они раздеваются в прихожей, Арсу жаль расставаться с таким уютным пальто. - Вот он, - их ведут в дальнюю комнату по коридору с кучей дверей из рыжего дерева. Комната оказывается спальней. Изумрудные обои и мебель из темного дерева. На кровати лежит очень взрослый мужчина в рубашке, пиджак висит на двери. Рядом в светло-жёлтом кресле сидит, видимо, его жена, крашенная блондинка в красивом платье. И почему все женщины в его окружении осветляют волосы. - Вот, он наотрез отказывается ехать в больницу, Серёжа сказал, что вы посмотрите, - женщина хватается за локоть Арсения и заглядывает в глаза. Вся расслабленность Арсения и все его желания залипать в окна и стать овощем хоть на полчасика отходят даже не на второй, а на третий план. На втором - имена находящихся здесь людей, на первом - что случилось. - Катя - это Арсений, он сердечно-сосудистый хирург. Арсений - это Катя, которая из спортзала, я говорил, - Арсений не помнит. - Очень приятно, что случилось? - Арсений проходит дальше, оставляя всех позади и садится на край кровати. - Ничего, всё в порядке, поезжайте домой, молодой человек, - мужчина говорит с придыханием, часто дышит, он бледный, руки у него красные. Арсений берёт его кисть своей правой рукой, а на левой засекает время. - Мы ужинали, а потом Саша стал тяжело дышать и упал. Мужчины отнесли его на кровать, раньше такого не было никогда. - заговорила женщина в кресле. Сзади послышалось копашение. - У вас болит что-нибудь? - Арсений уже кажется понял, что случилось, он видит какие участки тела напряжены, скорее всего именно они болят. А еще мужчина с лишним весом. Арс готов руку на отсечение отдать, он уверен, что у мужчины онемел подбородок. - Побаливает грудь, отдает в левое плечо. - мужчина чего-то недоговаривает. Арс таких не любит, они никому ничего не говорят, а потом не просыпаются. - И всё? - Арсений говорит уверено и слушает учащенный непостоянный пульс. - Ещё голова кружится и подбородок как-то странно.. - Александр в сомнении замолкает и поднимает взгляд в потолок, в этот момент Арс видит сильное сходство с Екатериной. - Онемел? - мужчина несмело кивает - слабость ощущали? - у мужчины холодный пот. - Он пару дней уже на слабость жалуется, - женщина бросает неуверенный взгляд на Арсения, потом за него, потом на мужчину. - Я не жаловался.. - Нитроглицерин давали? - Арс перешёл на профессионально холодный безэмоциональный и чуть давящий тон. -Нет, у него не было проблем с сердцем никогда.. - женщина в кресле говорит тихо и неувернно, Арсу хочется на неё накричать, но он врач, ему нельзя, у них и так у всех стресс, а его усталость, обломанный вечер и неудовлетворение их действиями никого не волнует. - Плохо, - Арсений встаёт с кровати, обходит её, не смотрит ни на кого в комнате. Так проще сосредоточиться. Открывает окно, - это острый микроинфаркт и гипертонией. Нужно срочно в больницу. И нитроглицерин. Арсений смотрит на стремительно бледнеюшую женщину в кресле и поворачивается на дверной проем. Он видит не старого, но почти полностью седого мужчину в странной шапочке, который прикладывает телефон к уху, разворачивается и уходит; видит Екатерину, сдерживающую слезы; видит загруженное лицо Серёжи; видит Антона. Они не виделись с того обеда. Антон не изменился, за неделю то конечно, стоит в какой-то черной толстовке и смотрит пристально и серьёзно. Он тяжело выдыхает, разворачивается и уходит. Наверное курить. Арс бы вот покурил. -Скорая будет через 15 минут, может быстрее, - приходит человек в шапочке и с таблетками, протягиват руку. - Дмитрий. - Арсений, - он отвечает на рукопожатие, и сразу обращается к Серёже, ему надо позвонить. - Сереж, где мой телефон? - Не успевает Арс повернутся, как телефон уже протянут. Он кивает и ищет контакт в записной книжке. - Мне бы покурить. Серёжа ведет его на балкон через кухню-столовую. Стол накрыт празднично, посередине стоит гусь, обычное и детское шампанское. На балконе темно, только свет из квартиры еле пробивается. Серёжа оставляет Арса наедине с Антоном и подозрительно поглядывает тому в спину. Из открытого окна, в которое высунулся Антон дует холодный ветер. Тот затягивается втягивая щеки и блестит единственным кольцом на указательном пальце. Смотрит на огни города, а не на Арсения. В телефоне слышится: - Да Арсюх, здорова, давненько не звонишь, неужто случилось чего? - голос как всегда бодр и весел. - Здорова, случилось, - Арсений пальцами просит сигарету у Антона, тот протягивает свою, наполовину скуренную. Пальцы на секунду соприкоснулись. Арсений затягивается. - Ты все еще в Склифе? - Да в кардиохирургии, а что? Хочешь к нам? - Нет, Дим, не в этом дело, у меня у родителей знакомых моих знакомых.. Короче микроинфаркт с гипертонией у меня, возьмёшь, по старой дружбе? - Арсений протягивает сигарету обратно, но Антон отмахивается, встает боком к окну, опирается на подоконник локтем и смотрит. Взгляд серьезный, зрачки темные. Арсений затягивается, глядя в глаза. - Возьму, без проблем, но с условием. - Ну. - Если понадобится операция, ты мне ассистируешь.. У меня все хирурги заняты просто, выручишь? С начальством договорюсь. - Сосуд за сосуд. До встречи, предупреди приёмное. - Арсений сбрасывает вызов и тушит сигарету одновременно. -Ты пил? - Интерес граничит с претензией и пахнет табаком. Между ними сантиметров сорок темноты. Арс кивает. - Не при таких обстоятельствах я хотел с тобой встретиться. - Антон тверд и уверен в том что говорит, а Арса мажет. Голова кружится, а руки сами тянутся к человеку напротив, но он вовремя себя одёргивает. - Ты здесь как? - говорит тихо. - Чувак в шапочке это мой друг-стамотолог. Я говорил когда.. - Я помню, когда ты говорил. Где ты был всю неделю? - звучит почти как претензия. Антон сглатывает. - У мамы жил, бабушке было не хорошо, но сейчас нормально. Арс, я хотел спросить на счет того обеда.. - Я слушаю, - получалось как-то резковато. Антон встает ровно. - Это было.. У Арсения расширяются глаза. - Если ты так хочешь, - от Антона веет уверенностью и иррационально хочется показать ему, что Арс уже взрослый и сам способен что-то решать. - Хочу. И надеюсь, что оно не последнее, - Антон говорит серьёзно и от этого хочется улыбаться. Арсений прокашливается и опускает глаза. - Он пил? - Арсу спокойнее, когда они говорит не о них. - Кто? - звучит растерянно. - Аааа, да пригубил шампанского. Микроинфаркт от этого? - Маловероятно. Скорее всего от переживаний. Странно, что раньше не было жалоб на сердце. - глаза так и не поднимает. - Он никогла не говорит ничего такого, - Антон говорит быстро. - Арсений.. - Можно Арс, - говорит машинально. И от этой фразы появляется уверенность, львинная доля волнения уходит. Создается впечатление, что это Арсений ставит условия. Хотя о каких условиях речь.. - Хорошо, Арс.. - он улыбается несмело, переминается с одной ноги на другую, но договорить не успевает. - Там скорая приехала. Я открыл, Поднимаются. - На балкон заглядывает Дмитрий. - Антох, мы сидим с детьми. Арсений подходит к выходу и они с Дмитрием меняются местами. Он напоследок бросает взгляд на Антона через стекло, тот стоит в темноте и смотрит как-то грустно. Арс идёт встречать скорую, объясняет им ситуацию. Потом едет с Серёжей и Катей в больницу вслед за скорой, с Александром поехала жена - Светлана. В машине уже Арс и узнает, что Катя - подруга Серёжи из спортзала, про которую он говорил много раз, но Арс плохо помнит. Узнает, что Дима это её муж, что они ужинали с другом семьи - Антоном. Мир тесен и Арсений этому несказанно рад. О причинах инфаркта Арсений так и не узнает. Операция Александру не нужна, но сосудистый хирург нужен в другом отделении, а у Дмитрия, друга Арсения, не та специализация. Кардиохирургия наполняется людьми, они плотным потоком переводят Арсения в другое крыло, спрашивают Арсения об опыте работы, говорят про ногу, которая висит на каких-то двух мышцах. От Арса добиваются кивка, в качестве согласия участвовать в операции. Вокруг бегают какие-то люди в белых халатах и сливаются в один сплошной вихрь, пока Арс сидит на холодном железе больничной скамейки в неотложном отделении. Больше всего запоминается лысый человек, он орет на низкую женщину, что-то говорит о каком-то Пете, представляется Олегом и уводит переодеваться, а после и в операционную. Больница вся выглядит новее, чем его место работы, но операционная, производит такой эффект, что Арс даже вспоминает, что выпил. Он чувствует себя не в своей тарелке. Пока в соседней раковине моет руки Олег, то Арс тихо говорит: - Я уже выпил. - Олег поворачивает голову в цветастой шапочке в его сторону. - Ты главное там этого не скажи. Оперировать можешь? - Он говорит мягко, а смотрит с опаской, на что-то решается будто. -Могу, давно выпил и немного совсем. - Олег кивает и начинает рассказывать план операции. Арсений зашивает какие-то сосуды, сшивает мышцы. Вокруг все что-то говорят, а у него только он, нога и медсестра. Ему спокойно. Арсений выходит из операционной около трёх часов ночи, уставший, захваленный за спасённую ногу, с номером Олега в телефоне и прожигающим взглядом низкой женщины на затылке. Все что он понял за сегодняшний день, это что в НИИ имени Склифосовского лучше финансирование, что он спас чью-то ногу, даже не рискуя некрозом, что наверняка придется писать кучу объяснительных, и, главное, что Антон - красивый. Арсений думает об этом в машине у молчаливого Серёжи. Вспоминает как Антон улыбался при знакомстве, как смущался в торговом центре, как умилялся собаке, как уверенно позвал официанта, как рассматривал на балконе. И вспоминал что именно он сказал на балконе. Он хотел увидется. Надо будет взять у него телефон при встрече. Утром Арсений поймет, что вообще-то пошёл на жуткую авантюру прошлой ночью, что ногу вообще-то практически нереально было спасти, что он, ОН, оперировал в неотложке в Склифе. Весь день к моменту операции навалился тяжелым грузом и не давал Арсению ясно смотреть на вещи, но ему понравилась операция. Не похвалы после, а именно сама операция. Давно такого не было. Все другие мысли выбежали нескладной кучей из головы, прихватив с собой тараканов, которые надоедали на плановых операциях. Был только он и скальпели, зажимы, крючки. Одно "Как там? " от Олега и всё. Его никто больше не трогал. У него в больнице к нему на плановую заводили студентов, ординаторов, специалистов в другой области, от него требовали объяснения каждого шага и параллельного анализа протокола операции. В Склифе он делал то что считал нужным и не оправдывался. Ему доверели спати человеку ногу. Он сам спас человеку ногу. Вау.