Кровавый взгляд

После того, как глава ордена Цзинь сгорел на костре вместе с его внебрачным сыном и адептом, мир заклинателей содрогнулся от новой новости. — Представляете, второй нефрит ордена Гусу Лань угрожал самому Цю Цзяньхуа. — А я слышал, что он пытался похитить сына господина Ли и господина Вея. — И то верно, поговаривают, что он обрезанный рукав и влюблен в старейшину Илин. — Тьфу тебе! Мало того, что господин Ли обрезанный рукав, так ещё и в браке со старейшиной Илин, теперь ещё и Хангуан-цзюнь. Может, старейшина Илин их приворожил? — Тепун, тебе такое говорить? Что, смертный приворожил бессмертного? Так тем более, Ли Янлина. Ты думаешь, его просто так уважают все эти годы? — И то верно. А вот Хангуан-цзюню лучше бы усмирить свой пыл, ведь все знают, как он относился к Вей Усяню. Сам виноват, что потерял возможность быть с ним. - И это верно, ведь глава ордена Гусу Лань так решил выступить в защиту сына шлюхи, рассердив при этом Верховного Ли. Теперь и его брат начал им надоедать, вот вам и благородные нефриты. — То же самое, господин Ли и Вэй Усянь — не плохая пара, хоть и обрезанные рукава, но видно, что у них искренняя любовь. А вы видели Ли Юаня? В будущем он станет одним из красивейших женихов. Такие сплетни ходят по миру, и, к сожалению, это правда. Хотя есть и другие, но они были выдуманы и преувеличены. Ведь на празднование Цзинь Лина, Вэй Усянь помирился с братом, вновь став его правой рукой. Но они также договорились о том, что Сиань с мальчиком будут частыми гостями, ведь деревня Янлин была недалеко от Юньмена, но ездить туда каждый день было бы трудно. И когда к Вэй Усяню в гости приезжали Сиань с Юанем, они узнали, что после разговора с Лань Ванцзы он стал часто приезжает в Юньмен, прося поехать с ним в Гусу, но дел на пристани лотоса было много, из-за чего Вэй Усянь отказывался. И в один день Сиань вместе с главой ордена Цзян проходили по улочке Юньмена, разговаривая, ведь они нашли общий язык довольно быстро, но не сказать, что они были близкими друзьями. Так вот, они заметили, как Лань Ваньцзы хватал старейшину Илин, прося поехать в Гусу. Вей Усянь, который вышел за вином, был, мягко говоря, в шоке от действий давнего знакомого и отказывался. Но Лань начинал злиться и доставать меч, что очень не понравилось бессмертному, который за долю секунды отбросил от супруга нефрита. — Неужели второму господину Лань не ясен отказ? — спросил глава ордена Цзян, также подойдя к месту происшествия, хмурясь. — А вам, бессмертный Ли, не пора на пенсию, а не порочить молодых людей, которым вы в прадеды годитесь? — дерзко ответил Лань, шокируя всех, тем более Ли, ведь он знал, что Ваньцзы не дерзил старшим, и кажется, он понял, что сын пошел по пути отца, решив против воли уволочь Вей Усяня. — Вот как второму господину Лань не ведать, что происходит у нас с А-Ином, и прошу забыть путь к моему супругу для избежания дальнейшего конфликта. — Сказал Сиань, кровавые глаза сверкнули, показывая злость, и, взяв супруга под руку, ушел, а за ними и глава ордена Цзян. — Этот случай закончился бы благополучно, если бы Хангуан-цзюнь уехал бы спокойно обратно в облочные глубины, но нет, он пробрался ночью в комнату супругов и хотел было выкрасть темного заклинателя, но вот не рассчитал, что сон у Сианя был чутким, из-за чего второй нефрит чудом вышел с комнаты живым, но раненым, ведь если бы он не увернулся, остался бы без головы. — Этот случай уже не умалчивали и отправили письмо главе ордена Лань, чтобы забрали своего брата и запретили приезд в Ордена Юньмен Цзян. Также Лань Чжаня посадили в тюрьму в ожидании главы ордена Лань, но второй нефрит смог выбраться, обезвредив стражу. Пока вся пристань лотоса спала, заклинатель направился в комнату супругов Ли. Там он не застал Вей Ина, но обнаружил малыша Юаня, который, ожидая родителей, уснул. Тогда он взял ребенка и хотел покинуть комнату, как его застал глава ордена Цзян, который искал брата с супругом, но обнаружил Хангуан-Цзюня с Ли Юанем на руках. Ругань главы ордена Цзян услышала вся пристань лотоса, ведь мужчина успел проникнуть теплыми чувствами к сыну Вей Усяню и считал его родным племянником, конечно, не забывая и о Цзинь Лине. Если бы не старейшина Илин, который держал Янлина, готового убить Лань Чжаня в ту же секунду, и только небожители знают, что было бы, если бы картину, которую увидел Цзян Чен, увидел бы Ли Янлин. Вэй Усянь тоже был зол на друга, но смерти ему не желал. Глава ордена Лань приехали на следующее утро и приветствовал его никто иной, как Вэй Усянь, который более успокоился из-за вчерашней ситуации, а вот Цзян Чэн и Ли Сиань высказали бы главе ордена Лань все, что думали, могло дойти даже до войны от бессмертного. Но Вэй Усянь заверил, что справится сам, а они пусть отправляются на охоту, чтобы выпустить пар. Вот что и породило все слухи о втором нефрите Гусу Лань, также Хангуан-цзюнь получил запрет на приближение к семье Ли. Старейшина Лань Цижень долго злился на племянника, а глава ордена Лань долго извинялся перед супругами Ли. Смерть Цзинь Гуньяо сильно повлияла на него, но у него оставались ещё люди, которыми он дорожил, из-за чего быстро вернул стабильный образ жизни и улыбку. Но вот ситуация с младшим братом огорчила его, и Сиань, который все же утихомирил свою злость, вспомнил, как ему было плохо и как страдал он, и решил немного помочь первому нефриту Гусу и начал регулярно посылать ему письма. Сиань знал, что Лань Хуань не был плохим человеком, да и жаль ему его стало, ведь многое зависит от него. Сначала он потерял мать, потом отца, потом названного брата, а сейчас его родной младший брат, которого он воспитывал, ведет себя не адекватно. Также у него дела ордена, пожар в облачных глубинах и война — все это пережил Сичень, и все свои проблемы он держит в себе, из-за чего может потерять себя, как это случилось с Вэй Усянем. Цзэу-цзюнь тоже стал общаться с бессмертным и был благодарен тому, что привел его в чувства во время суда, и он не убил младшего брата за кражу его супруга и сына. Их переписка началась сначала стандартной и медленной, постепенно раскрывая друг другу что-то новое.