Я съем твою душу на завтрак 18+

R
В процессе
4
автор
Размер:
планируется Макси, написана 381 страница, 116 542 слова, 47 частей
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика

ГЛАВА 4.ЧИКАГО

Настройки
В доме «Судного дня», пропитанного древней аристократической готикой, роскошная блондинка навещала высшую правительницу. Развалившись на софе в темном кабинете, она докладывала события прошедших дней из своего особняка.   – Довольно, Афина, – властным тоном демоницы потребовала изящная вампирша со своего места. Соединив костлявые пальцы, она уперлась локтями в деревянный лакированный стол.     Глава клана вампиров в Нью-Йорке имела азиатскую внешность и нетипично высокий рост для японки. Оливковая кожа, овальная форма лица, восточный разрез карих глаз, смотрящих с постоянным вызовом, небольшая припухлость под ними, дерзко заостренный нос с тонкой переносицей, маленький рот и небольшая родинка на левой щеке. Брюнетка предпочитала макияж в темных тонах и яркие помады. Прямые угольные пряди средней длины доставали до острых плеч. Сегодня она облачилась в деловой костюм свободного кроя. Терпкая алая ткань струилась вдоль изгибов ее худощавого тела.   – Теперь расскажи мне, как обстоят дела у нашего новенького, – поддалась вперед Лилит.   – Без изменений. Как и всегда, Чикаго очень обстоятелен, – с медвежьей долей иронии ответила Афина, – он совершенно не заинтересован в нас.   Накрашенные губы правительницы сомкнулись в тонкую полосочку.    – Значит, мы его заинтересуем, – Лилит откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, обдумывая что-то. Внезапно она выпалила:    – Назначаю Чикаго вторым управителем дома «Пылающего заката». Начиная с этого дня он будет наравне с тобой командовать в особняке, выполнять мои поручения и принимать участие в общих собраниях управителей. У мальчишки занятный ум. Мне нравится ход его мыслей. Посмотрим, что он сможет нам предложить.    Афина практически слилась с пепельным цветом волос, пытаясь понять, говорит Лилит серьезно или решила продемонстрировать ей свое превосходное чувство юмора.    Если второе, то оно у нее точно отсутствовало.   – Лилит, – издалека начала Афина, – не хочу усомниться в правильности Вашего решения, но Вы уверены? Чикаго совсем зеленый. Он обращен всего лишь как шесть лет. Я старше его на два века! В нашем клане он крутится совсем недолго.    – Что насчет его интеллектуальных способностей и выдержки? Они у него как у шестилетнего новичка?   Афина потрясла головой.    – Нет, но…  – Вот и все, – жестко отрезала Лилит.   – Это безумие! – вампирша не сдавалась. – Общий совет придет в ярость! Прямое неуважение к вампирской иерархии. Что Вы им скажете? И что скажу я обращенным из своего дома?   – НЕ УЧИ МЕНЯ, ДЕВЧОНКА! – взревела высшая правительница.   Афина под ее гнетом вмиг опомнилась и поробела, притихнув, как дохлая мышь.   Могущественная дьяволица встала из-за рабочего стола.   – Общий совет – моя личная проблема. Дом – твоя, теперь еще и Чикаго. Сообщи ему сегодня же. Я уеду на пару дней, так что может меня в ближайшее время не искать. Здесь останется Дэйчи.   – Это прибавит Чикаго проблем.   – Я знаю, – согласилась Лилит. Ее взгляд стал пылающим. – Но, если ему скучно, и он хочет повеселиться, пускай веселит меня.                                                                ***   Нильсен-Майерс хлопнул дверью с такой силой, что та попросту отвалилась с петель и упала ему под ноги. Пинком он отшвырнул ее в лужу, подняв брызги грязи.   Слова, раздражавшей его до чертиков пиявки – Афины, эхом раздавались у него в голове.    «Сладкий, Лилит повысила тебя до должности домоправителя. Будем править вместе! Я же говорила, ты и я – нечто неизбежное».    «Абсурд. Верх кретинизма!», – он не хотел до последнего верить в сумасшедшую реальность происходящего и не собирался принимать ее.    Чикаго был уверен в том, что номинация «Идиот года» достанется Декстеру, Дэйчи или Афине, а по факту Лилит переплюнула их всех.    «Шестилетний домоправитель. Надо же, какая честь! Им что заняться больше нечем?!»    – С тебя новая дверь! – выкрикнула Афина блондину в спину. – Псих!    Дождь заглушал ее визги. Рассекая лужи и не оборачиваясь, переполненный ненавистью, Чикаго показал древней вампирше средний палец.