Blueprint

Минхо продолжал присматривать за Феликсом даже в те дни, когда тому не нужно было посещать доктора. Парень самостоятельно добирался в приют на подработку и пока занимался разными делами, созванивался с ним и делился новостями. Минхо откладывал все дела, даже если был очень занят по работе, и слушал, как щебечет Феликс, не умолкая ни на минутку. Его голос был наполнен восторгом и радостью, а Минхо слушал и умилялся. С Хенджином Феликс, конечно же, помирился. Хвану удалось убедить парня, что сосед снизу просто алкоголик, который вообще куда-то пропал и скорей всего больше не живет там. Феликса снова завалили цветами и подарками, окружили заботой и вниманием. Хван даже пару раз ездил вместе с ним к его терапевту, на большее его не хватило. Его творческая натура с трудом принимала факт существования больных людей в больших количествах. Минхо вернулся к работе в офисе сразу, как синяк сошел с лица, но продолжал помогать Феликсу добираться до клиники, а вечером забирал из приюта, чтобы отвезти домой. Иногда он оставался в квартире ниже этажом, чтобы убедиться, что Хенджин не привел кого-то третьего, там же планировал свои криминальные планы, удивляясь, почему раньше не додумался использовать для этого съемные квартиры. Каким-то удивительным образом Минхо и Хенджин ни разу не встретились. Феликс только раз заговорил о том, что хотел бы их познакомить, но потом передумал, потому что не смог представить реакцию Хвана. А он очень старался сохранить свое спокойствие, чтобы поскорее избавиться от слепоты. И Минхо и лечащий врач прекрасно понимали, что все дело именно в Хване, и что о полном спокойствие не может быть и речи, пока он где-то рядом… Феликс не понимал. Он верил Хёнджину и продолжал цепляться за него сам. И Минхо знал почему. Хван — ядовитая пиявка. Он своими речами отравляет Феликса, внушая ему, что он единственный, кто всегда будет с ним рядом, что больше никто о нем не позаботиться, что только он один будет всегда любить своего маленького Ренуара. Он мастерски усыплял его бдительность, все большее окутывая парня ядовитым флером своей притворной преданности. Минхо не знал, как спасти того, кто не хочет спасения. Ему казалось, что Феликс нарочно не поддается лечению, чтобы и дальше находиться в таком розовом тумане и он уже готов был сдаться и написать клиенту, что Феликс в порядке и больше не нуждается в его опеке, но что-то сдерживало его и заставляло изо дня в день оставаться под окнами его квартиры и слушать, как Хван искусно вбивает в блондинистую голову свои мысли. В один из вечеров, Минхо вернулся чуть позже обычного: задержался в одном из офисов на центральной улице, выполняя очередной заказ. Он украл секретные файлы с разработками новых технологий в производстве электроники. Флэшку с файлами подбросил владельцу завода, потому что он и был заказчиком. Минхо был доволен результатом, это означало, что в ближайшее время у его компании прибавится работы. Владелец завода непременно обратится к ним в отдел за помощью. Минхо подпрыгнул, чтобы ухватиться за нижний край пожарной лестницы, немного раскачался и, подтянувшись, забрался на площадку второго этажа. Погода еще радовала последними теплыми деньками, прежде чем засыпать снегом, поэтому он не торопился домой и остался сидеть на площадке, свесив ноги. Он расстегнул куртку, сняв перчатки, засунул их в карманы и прислонился к перилам. В кармане еще оставался диктофон с записью разговора двух охранников предприятия, куда он с легкостью пробрался, но и это уже было отправлено, куда надо, так что Минхо просто все удалил. Из-за угла вышли двое мужчин, будто прячась от вечерней иллюминации улиц, и остановились прямо под ним. Один из них, щелкнув зажигалкой, прикурил сигарету. Минхо хватило пары секунд, пока горел огонь, разглядеть его лицо и узнать. Он затаился и медленно вдохнул и выдохнул, превратившись в слух. Хван подбадривал второго, говоря, что все давно отлажено и все довольны процессом и результатом, а потом спросил: — Ну, так что? Заинтересовался? Мечтаешь побыть человеком-невидимкой? — Допустим. Что надо делать? — Во-первых, не издавать ни звука, не использовать парфюм и не прикасаться к его лицу. Он этого не любит. А во-вторых, если захочется отшлепать, то только по заду. — И ему такое нравится? — Да, он без ума, когда его трахают у меня на глазах, вот только он будет старательно делать вид, что ничего не видит, и что ты — это я. Хван затянулся и выпустил струйку дыма вверх. Минхо старался не дышать и не двигаться, хотя у самого внутри все кипело от злости. — И сколько он хочет за это? — Пятьсот. — За пятнадцать минут? — Да тебе и десяти хватит. И он того стоит. — Хорошо. Запиши меня на среду. — Среда занята. Могу только в четверг. Около семи вечера устроит? — Устроит. — Тогда я скину тебе правила и время, подготовься, как следует. Деньги принесешь в день встречи. — Ладно. Мне пора, еще созвонимся. Пока, Хван. — Пока… — Хенджин дождался, когда парень скроется в темноте аллеи и, сплюнув себе под ноги, негромко выругался, — заебал так называть меня. Он уже почти докурил и уже собирался уйти по своим делам, когда услышал голос сверху. — Какие интересные у вас развлечения, — Минхо выглянул из-за перил, подсветив свое лицо экраном мобильного. Хван сначала напрягся, но когда разглядел его нахальную ухмылку, решил, что может заинтересовать и его своим предложением. — Хочешь присоединиться? Минхо с трудом усмирил свой гнев и даже сумел выдавить из себя: — Почему нет? — Тогда спускайся вниз, обсудим правила. Минхо поднялся на ноги, отряхнул брюки от невидимой пыли и, пока спускался по ступенькам вниз, мысленно расчленял еще теплый труп этого сутенера. Хван, почувствовав легкую наживу, совершенно расслабился и в красках расписал преимущества своего предложения и рассказал обо всех нюансах, ничего не скрывая и даже не переживая о том, что у Минхо может быть совсем другая цель. Ли его почти не слушал, но заинтересованно смотрел на Хвана и уговаривал себя не бить его прямо сейчас по ребрам, не ломать ему челюсть, не выбивать зубы и не снимать скальп и даже не пытаться отвесить ему леща. А руки так и чесались, и он все же поднял одну и дотронулся до чужого плеча, но сделал вид, что стряхивает пылинку. Хван очаровательно улыбнулся, ему так понравился хищный блеск в чужих глазах, что он едва не поплыл, и приблизился к нему еще. — Может, поужинаем как-нибудь? Минхо аж передернуло. Он спрятал руки в карманы куртки, на всякий случай, игриво облизал свои губы и весьма убедительно ответил: — Может. Хван сдержал себя в руках, в красках представляя, как будет объезжать этого породистого жеребца. Затем достал из кармана визитку и протянул парню напротив со словами. — Позвони мне завтра, — он эротично облизал нижнюю губу, уверенный в своей неотразимости, — и мы что-нибудь придумаем. Минхо взял визитку, нарочно долго смотрел на чужие губы и просто кивнул в ответ. Хван ушел, а Минхо еще долго стоял под окнами, уговаривая себя не доставать пистолет из сейфа, если соберется на ужин. **** Минхо не перезвонил ему ни на следующий день, ни после. Но чем ближе была среда, о которой говорил Хван, тем тревожней становился Ли. Даже Феликс заметил, что Минхо слишком молчалив в эти дни. — У вас что-то случилось, — спросил Феликс, когда они оба были в приюте. — Нет, с чего ты взял? — Вы гладите мою руку, — парень хихикая, приподнял руку над полом, поверх которой лежала рука Минхо. Тот усмехнулся. — Может мне хотелось погладить твою руку, — он пытался отшутиться, но прозвучало это немного двусмысленно, — извини, Феликс, задумался просто. — Вы уже несколько дней будто на другой планете. Минхо замолчал. Он смотрел на Феликса и понимал, что не сможет сказать ему про знакомство с Хваном и о разговоре о самом Феликсе. Он может не поверить ему. Это его расстроит. Обидит. Ли опустил взгляд на его веснушки и опять завис. Перед ним был открытый космос с миллиардами звезд и галактик, и он выбрал эту одну, такую близкую и теплую. — Я был бы рад оказаться сейчас на другой планете. Там, где нет злых людей и котята живут в безопасности. Феликс тихо рассмеялся, и чуть слышно назвал Минхо милым. А Минхо смотрел на него и с пронзительной ясностью осознал, что влюблен. *** Прошла еще пара дней. Минхо больше не мог откладывать «свидание» с Хваном. Они договорились вместе поужинать в том самом клубе. Минхо намеренно опоздал, чтобы не ждать его внутри, потому что был уверен, что сам ждать не станет ни одной секунды. Официант проводил его до нужной кабинки и оставил одного, пожелав приятного вечера. Ли сдавил челюсть на пару секунд и, отодвинув занавес, решительно шагнул внутрь. Его мгновенно поглотил полумрак. Красный свет от прожектора рассеивался в облаке пара, исходящего из увлажнителя. Почему-то вспомнился фильм Тарантино, и ему жутко захотелось почувствовать пальцами холодную сталь револьвера. — Я очень ждал этой встречи, — проворковал Хван, медленно поднимаясь навстречу своему гостю. Он скользнул руками под его куртку, чтобы под видом приветствия полапать крепкое тело в черной майке. Минхо не сопротивлялся, но в список важных дел добавил пункт: переломать Хвану руки. Он улыбнулся и достал из заднего кармана джинс розовый бутон на очень короткой ножке. Игриво провел им по щеке Хвана и, максимально приблизившись, зажал цветок между их лицами в районе губ, чтобы Хенджин не полез целоваться. Потому что тот уже был готов сделать следующий шаг. Ли понял это по его похотливому взгляду. — Я бы выпил чего-нибудь алкогольного, — сказал он и отодвинулся от Хвана, усаживаясь в кресло, — а здесь довольно… атмосферно. — Рад, что ты оценил, — сообщил Хван, разочарованный, что его поползновения неожиданно прервали. Он действительно ждал этой встречи, готовился. Сходил в салон, сделал укладку, принял ванную с благовониями, прикупил по случаю джинсовый костюм в голубых тонах и, надев под него черную майку с ярким принтом, выглядел весьма привлекательно. Он умел быть очаровательным, умел красиво говорить и флиртовать. И был несомненно умен. Минхо это признавал. Как и признавал его насквозь гнилую натуру. И чтобы узнать все о его планах на Феликса, он был вынужден опуститься на самое дно к Хвану и быть с ним на одном уровне. Когда им принесли напитки, Минхо сделал несколько глотков виски, чтобы сбросить немного напряжение, накопившееся в плечах. Ему действительно приходилось сдерживать себя, чтобы не вмазать по смазливому личику. А тот, казалось, был слишком впечатлен фигурой Минхо, особенно его бедрами, потому что то и дело бросал взгляд на них и чуточку выше. — Чем ты занимаешься, Хёнджин? Ты сутенер? — Минхо не отличался тактичностью, особенно с тем, кто ему не очень нравился (читай: со всеми). — Ну, зачем же так грубо? — Хван подался вперед, присев на самый край своего кресла, — просто Феликсу нравятся такие развлечения. На самом деле он очень милый и хороший, но под внешностью ангелочка скрывается сущий демон. И ему нравится на какое-то время превращаться в шлюшку и вести себя соответственно. «О, великий бог криминала, если ты существуешь, дай мне сил и терпения не убить эту мразь прямо здесь и сейчас». — И часто вы такое практикуете? — Да, довольно часто. Минхо сжал кулак, а Хенджин почти допил свой коктейль, когда решил все же оседлать умопомрачительные бедра парня. Он поставил свой бокал на столик и, чуть наклонившись, свел вместе колени Минхо, чтобы было удобней сесть сверху. Минхо тоже поставил стакан на столик и откинулся на спинку кресла. Хван поерзал, устраиваясь поудобней, стянул с себя куртку и взялся за куртку Минхо. — Давай снимем это, — прошептал Хван возле чужих губ. Минхо повернул голову в сторону, чтобы ненароком не коснуться его блядских губ своими, и позволил ему снять с себя куртку. — У тебя очень ловкие пальцы… — Да, я умею ими пользоваться, — снова прошептал Хван и скользнул под майку Минхо. Он ласково касался кожи вокруг сосков и плавно покачивался на его бедрах. Минхо чувствовал себя загнанным в угол, он понимал к чему все идет, но не собирался участвовать в этом. Однако Хван был настроен решительно и чтобы он не заподозрил ничего, пришлось немного подыграть. Он стиснул руками его зад и подтолкнул к себе. После чего довольно грубо схватил между ягодиц, заставив того задохнуться от ощущений, и нахально спросил: — А этим ты пользоваться умеешь? Хван мгновенно превратился из горячего самца в робкого ягненка, оттопырив попку назад, и медленно притерся пахом к паху Минхо. Его пухлые губки жаждали поцелуев, и он продолжал ерзать по Минхо, в ожидании дальнейших действий. Минхо хоть и испытывал неприязнь к Хвану, но все же не был железным и бесчувственным. Его самого начала заводить эта возня, но продолжения с ним он однозначно не желал и само собой у него был козырь в рукаве. — Мне кажется, пора тебя познакомить кое с кем, — Минхо все так же грубо обнял Хенджина и провел носом по его шее. — Я мечтал отсосать тебе с того момента, как увидел… Хван был уже где-то за пределами этого мира от теплого дыхания на своей коже. Он откинул голову назад, позволяя и требуя, чтобы Минхо продолжал ласкать его. А Минхо воспользовался моментом и закинул маленькую капсулу в напиток Хвана. — У меня в горле пересохло. Ты такой горячий, Хван… — Так давай выпьем и продолжим наше знакомство, — Хван провел пальцами по торсу Минхо, спускаясь вниз и задержавшись на ширинке, резко схватил его за член сквозь ткань джинсов, — хочу его вылизать и опустошить. Минхо с шумом выдохнул в лицо Хвана, и едва не расплескав его коктейль, протянул ему бокал. Грубая ласка была приятна, и если бы то был не Хван, вряд ли он захотел бы остановиться. Хенджин допил остатки напитка, Минхо довольно усмехнулся и, расстегнув собственную ширинку, игриво сказал: — Ни в чем себе не отказывай, детка… *** Хван проснулся от головной боли и раскрыл глаза. Он мало что помнил про вчерашний вечер, поэтому не смог сразу понять, где находится. К счастью, над ним нависло уже знакомое лицо с красивой улыбкой и чудесным голосом: — Доброе утро, сладкий. Мне пора бежать на работу. — Подожди, ты уходишь? А где мы? — Мы в отеле, номер оплачен до вечера, так что отдохни как следует. — Номер? Как мы оказались в отеле? — Не надо было тебе пить последний коктейль, ты будто виагры жахнул, — Минхо присел на край кровати и погладил пальцем его подбородок, — ты был так ненасытен. Надеюсь, твоей попке не сильно досталось, — рука невольно сползла на изящную шею. Хван не понимал, что происходит. Он был в замешательстве, потому что не помнил абсолютно ничего. Однако грубая ласка моментально отвлекла его от ненужных мыслей. — А ты разве не устал? — Устал безумно, но мне понравилось, — Минхо погладил обнаженное бедро Хвана и вздохнул так, будто совсем не хотел уходить, — не хочется оставлять тебя после такой ночи, но надо появиться на работе. Там и вздремну, — Минхо встал и накинул на плечи куртку. Он посмотрел на озадаченного Хвана с усмешкой и покинул номер, кинув напоследок, — пока. Хван сполз с кровати и, чувствуя зудящую боль в заднем проходе, направился в ванную. Проходя мимо корзины для мусора, обратил внимание на количество использованных презервативов: колечко мышц непроизвольно сжалось и резко пересохло во рту. — Охуеть… *** Минхо вернулся домой, где и провел эту ночь, отсыпаясь в своей кроватке, словно младенец, и прошел на кухню, чтобы сварить себе кофе. Он понятия не имел, что происходило ночью в номере отеля, но судя по нескольким фотографиям, полученным от разных людей, там было жарко. Сразу после того, как Хван допил свой коктейль, разбавленный снотворным, он полез целоваться к Минхо, но не достиг цели. Уснул моментально, упав на плечо Ли. Вызвав официантов, Ли щедро заплатил им, чтобы спящего красавца доставили в отель по соседству в забронированный номер на имя Хвана. Пока двое ребят раздевали его, Минхо уже рассылал приглашение тем, кто собирался посетить Феликса в ближайшие дни. Их набралась целая дюжина, но на приглашение откликнулись лишь семеро. Минхо широко улыбнулся. Его шалость удалась. Он всего лишь отменил все встречи от имени Хвана и предложил в качестве компенсации собственную (Хвановскую) задницу. Он совсем не чувствовал угрызений совести и спокойно пил кофе, в последний раз глядя на картины Феликса, угрюмо задумавшись, что Хван легко отделался. Ну, а вечером Хенджин позвонил Минхо, чтобы узнать, остались ли у него еще силы, чтобы поиграть с Феликсом. Они встретились около дома, обговорили детали и вместе поднялись на третий этаж. Минхо нервничал, он боялся, что своими действиями может спровоцировать рецидив и слепота навсегда останется с Феликсом и уже собирался все отменить, как вдруг дверь открылась, а на пороге стоял Феликс с самой прекрасной улыбкой на губах. Минхо стало страшно. По-настоящему страшно, что планы Хвана когда-нибудь смогут осуществиться, ведь он не сможет контролировать каждую секунду его жизни и вовремя остановить насилие. Поэтому единственный способ разоблачить Хвана и показать Феликсу его истинное лицо — довести ситуацию до конца. Ну, почти до конца. — Привет, малыш, я вернулся, — проворковал Хёнджин и кивнул головой Минхо, чтобы он поторопился зайти внутрь и закрыл дверь, а сам скинул обувь и поймал Феликса в свои объятия. — Ты мерзавец, Джи, — Феликс буквально вжался в своего парня и слегка прикусил его за шею, — я весь в нетерпении после твоих пошлых голосовых. Хван обернулся на Минхо и подмигнул, намекая на то, что Феликс уже готов к встрече с ним. А Минхо хотелось провалиться под землю от стыда за то, что он вынужден участвовать в этом. И хоть он и не собирался на самом деле даже прикасаться к Феликсу, все равно чувствовал себя последним подонком. — А что делать с цветами? — Я быстро, — Феликс лучезарно улыбнулся, забирая букет из рук парня. — Жду тебя на диване, Ликси. Хван снова посмотрел на Минхо, жестами показал ему снять куртку и пока Феликс ставил цветы в вазу на подоконнике, усадил гостя на диван, а сам встал позади него и наклонился, чтобы провести кончиком носа по его уху и чуть прикусить мочку. Руки Ли невольно сжались в кулаки, но он сделал вид, что ему все нравится, продолжая следить за движениями Феликса. Блондин повернулся, наконец, и протянул руку. Хёнджин взял его пальцы в замочек и потянул на Минхо. Парень подошел ближе и свободной рукой расстегнул молнию на своей рубашке, затем на брюках и высвободил ремень из петлицы, после чего изящно оседлал бедра Минхо и опустил руки на его плечи. — Ну что, поиграем? Хёнджин прижался к голове Минхо, чтобы быть с ним на одном уровне и голос был не со стороны. Феликс кивнул и послушно убрал руки за спину, сцепив их в замок, предоставляя всего себя ласкам своего парня, но потом почему-то передумал и сказал: — Только сначала я тебя поцелую. Хёнджин пожал плечами и кивнул, предоставляя Минхо полную свободу действий, а сам провел пальцами по его шее и осторожно отошел в сторону, доставая из кармана телефон. Минхо с болью в глазах смотрел на доверчивого парня, чье лицо неумолимо приближалось к его собственному. Еще немного и их губы соприкоснуться. Минхо тихо вздохнул, глядя на чуть покрасневшие щечки парня, на его веснушки, заглядывая в его невидящие глаза и на секунду, всего лишь на одну короткую секунду ему захотелось ощутить тепло его губ на своих. Феликс расцепил руки и ласково коснулся пальцами его лица, нежно провел ими по щекам, улыбнулся и прикрыл глаза. И неожиданно замер в сантиметре от губ, когда услышал чужой голос: — Феликс, нет… — Кто это? — Феликс резко отодвинулся и вскочил на ноги. — Это я — Минхо. Ему показалось, что он слышит, как сердце Феликса разбивается на сотни осколков, но он больше не мог молчать. Он и сам ощутил жгучую боль, что оказался тем, кто раскрыл ему глаза, как бы бесчувственно это не звучало в их ситуации. Хван был настолько потрясен, что не сразу нашелся, что сказать. — Ликси, малыш, я сейчас все объясню… — Я может и слепой, и наивный и глупый, — глаза парня наполнились слезами, он почти задыхался от негодования, его губы задрожали, — но ты… за что, Хёнджин? На его лице отразилась такая боль, что Минхо возненавидел себя за это. — Прости, Феликс, — Минхо захотелось умереть в эту секунду, — прости, что ты узнал об этом вот так. — Не слушай его, Ликси, я все объясню тебе… — Я больше никого не хочу слушать, — парень еле сдерживался, чтобы не разреветься перед парнями, но слезы текли по лицу независимо от его желаний, — ответь только… сколько раз ты меня продал? — Ликси… — Сколько?! Пять? Десять? — Он выкрикивал слова сквозь рыдания, пытаясь закутаться в рубашку, ноги его ослабли и он осел на пол, к ногам Минхо и тут же отполз подальше, испытывая отвращение ко всему вокруг себя. — Ненавижу… Вон из моей жизни… Минхо хотел остаться, ему стало страшно за парня, но и ослушаться его сейчас было бы, наверное, жестоко. Поэтому он посмотрел на Хёнджина, который не сдвинулся с места и с вызовом смотрел на него в ответ. — Тебе помочь найти выход? — Ну, ты и мудак, — ответил злобно Хван, направляясь к выходу. Минхо не ответил ему, чтобы не устраивать сцен в квартире Феликса. Он терпеливо подождал, пока Хван наденет свои модные лоферы и как только они вышли в коридор, Ли плотно закрыл дверь и сказал ему: — Сделай одолжение, съебись отсюда молча, и больше никогда не приближайся к нему. — Ты кто такой, чтобы указывать мне? — Хенджин не понимал, почему Минхо разоблачил его. — Я твой ночной кошмар, если не свалишь. — Сам решил к нему подкатить? Хах, он никогда тебя не примет. — А ведь я просил тебя… Минхо схватил парня за воротник и потащил к лестнице, тот в испуге завопил и начал хвататься за его руку, куртку и перила и с трудом удержался на одной из ступенек, едва не прокатившись по ним. — Ты охренел? Какого черта ты творишь? — Молись дьяволу, чтобы Феликс не написал заявление в полицию, хоть я и надеюсь, что у него хватит смелости сделать это. И только попробуй еще раз здесь появиться. Познакомлю тебя с каждой ступенькой в этом доме. Хван выпрямился, поправил на себе одежду, и волосы пригладил, а потом неожиданно схватил Минхо за рукав и дернул на себя. Ли не удержался и налетел на перила, ударившись скулой, но за собой потащил и Хвана, который все-таки прокатился по каждой ступеньке до площадки между этажами. Минхо больше не сдерживался, он сжал в руке воротник пиджака Хвана и снова дернул на себя, чтобы протащить по следующему маршу. Парень успел подняться на ноги, и в этот раз ему повезло чуточку больше, он просто пробежался по ступенькам до второго этажа, слегка ударившись по инерции в чью-то дверь. Оглянувшись назад, понял, что Минхо не остановится, и рванул дальше вниз, не дожидаясь новой схватки. Минхо слышал, как Хёнджин посылает в его адрес проклятья, покидая подъезд и устало присел на нижние ступени, прижав руку к саднящей скуле… — Да блять. Опять синяк будет. Минхо достал телефон и скинул вдогонку Хвану фотки, сделанные этой ночью в отеле, каждым, кто его посетил, и отправил голосовое сообщение: «Надеюсь, ты понял, что не надо испытывать мое терпение и характер Феликса, и больше никогда не приблизишься к нему. Иначе эти фотографии и многие другие окажутся достоянием общественности, как и вся твоя переписка и душевный разговор под окнами дома, записанный на диктофон. Это не блеф. Копия есть в твоем телефоне. Щао!» Минхо отложил телефон и снова пощупал скулу. — Шеф убьет меня, если я снова уйду на удаленку, — он тихо вздохнул и поднялся со ступенек, — да и похуй. Он зашел в квартиру на втором этаже, достал упаковку с креветками из морозилки, обернул ее полотенцем и со стоном приложил к щеке. А потом выбрался на пожарную лестницу и очень тихо поднялся на этаж выше. Феликс сидел на диване, обняв свои колени и беззвучно плакал. Минхо было искренне жаль мальчишку, и будь у него немного больше времени, он бы обязательно придумал, как ему еще помочь. А пока ему не оставалось ничего, кроме как продолжать присматривать за ним хотя бы через окно. За следующие три дня Феликс ни разу не выходил на улицу, не ездил к терапевту, не покупал продуктов и почти не вылезал из кровати. Даже на работу не ходил, сославшись на простуду. Он закрылся от всех, выключив телефон, чтобы не вздрагивать от каждого оповещения, которое было ему не интересно. Минхо написал последний отчет клиенту с некоторыми подробностями. Затем, как и должен был, передал картины Феликса Хвану, оставив тубус в камере хранения на одной из станций метро. В том числе и третью, ту маленькую, которую случайно нашел больше недели назад, затеяв уборку, пока хозяин был на работе. К концу третьего дня Минхо снова вернулся в съемную квартиру, чтобы собрать кое-какие личные вещи. Неожиданно входная дверь открылась и в квартиру зашла владелица. Увидев парня возле окна, сильно напугалась. — Ой, вы здесь? Я думала, вы на работе. Ради бога простите, что вломилась без предупреждения, но я не смогла дозвониться до вас. А мне очень нужен шуруповерт. — Здравствуйте, — Минхо улыбнулся, приглашая жестом пройти в комнату и взять все, что понадобится, — не стоит извиняться, все в порядке. Я все равно собирался позвонить и вернуть ключи. Я скоро съезжаю. — Разве месяц уже прошел? — Женщина сдвинула брови к переносице. — Нет, но я закончил свои дела здесь, так что могу освободить квартиру. Она закивала, а Минхо зашел в ванную, чтобы забрать полотенце и щетку. В этот момент в дверь кто-то постучал. Женщина поспешила открыть. Минхо сквозь приоткрытую дверь ванной услышал застенчивый голос: — Здравствуйте. — Здравствуйте. Вам кого? — Я… простите, кажется я ошибся. Извините. Хозяйка пожала плечами и закрыла дверь. Минхо выглянул из ванной. — Кто это был? — Кажется блондинчик с третьего этажа. — Что он хотел? — Не знаю, сказал, что ошибся и ушел. Складывая полотенце, Минхо перебрал все возможные варианты, которые могли заставить Феликса постучать в дверь алкаша, который сообщил ему про человека с голым задом в его квартире, и вывод был один: после всего, что случилось, Феликс захотел узнать всю правду. Ли посмотрел на хозяйку, потер ноющую скулу и, немного подумав, сказал: — А знаете, я, наверное, завезу ключи завтра. Женщина покивала головой, забрала инструмент и спешно покинула квартиру, пожелав парню удачи. Едва дверь за ней закрылась, Минхо рванул в окно и очень тихо поднялся на третий этаж. Он увидел Феликса, который стоял посреди гостиной и смотрел в свой телефон. Внезапно его собственный телефон завибрировал в кармане брюк и заиграла мелодия, которую он поставил на номер блондина. Он быстро нажал отбой сквозь ткань и спрятался за стеной, надеясь, что Феликс ничего не услышал. Следующие несколько минут стояла такая тишина, что Минхо не мог шелохнуться и, кажется, даже не дышал. Молчал и его телефон, и в квартире было невыносимо тихо. Минхо не выдержал, он присел на корточки и осторожно высунулся из-за стены, заглянув в окно. Феликса нигде не было. Минхо забеспокоился. Он уже собирался подняться и влезть внутрь, чтобы узнать, что случилось, как вдруг Феликс резко появился в окне и уставился прямо на него. Глаза в глаза. От неожиданности Минхо отпрянул назад и, не удержав равновесия, проскользнул между перил и вывалился с площадки. Каким-то чудом он сумел ухватиться за нижнюю перекладину, но ее ребро оказалось слишком острым и едва не разрезало его пальцы под тяжестью тела и он отцепившись полетел вниз. Свалившись в кусты, Минхо застонал от резкой боли. При падении он все же разодрал руку от локтя до середины предплечья. К счастью, все остальные части тела не пострадали. Феликс уже спускался по пожарной лестнице, перепрыгивая через несколько ступеней сразу, и спустя несколько секунд был рядом и сквозь всхлипывания повторял: — Минхо… Минхо… Ты живой? Где болит? Минхо… А Минхо потерял дар речи, глядя в глаза парнишки и уже не чувствовал никакой боли, потому что думал совсем о другом. Феликс все не унимался. — Почему ты так долго не приходил? Минхо, скажи, где болит. Я вызову скорую. Да, не молчи ты! — Феликс прикрикнул, а потом громко вдохнул, напугавшись, — у тебя кровь! Минхо остановил нескончаемый поток причитаний и, поймав маленькую ладошку Феликса, прижал к груди. Оказывается, все эти дни Феликс ждал его. Ждал, когда он придет. Даже не смотря на то, что произошло. И он смотрит на него! — Ты видишь? Феликс с облегчением выдохнул, услышав, наконец, его голос. — Да, — чуть слышно произнес он и активно закивал головой. Слезы лились ручьем по его лицу, а он их будто не замечал и все смотрел и смотрел на Минхо, пока не почувствовал, как намокли брюки от его крови. Он снова испугался и запричитал, — ты сможешь подняться? Надо перевязать руку, пока вся кровь не вытекла. Тебе больно? Прости, что напугал тебя. Я и сам испугался. Минхо? — М? — Минхо снова был где-то в космосе, усыпанным веснушками. — Ты головой что ли ударился? Встать можешь? — Не знаю, — Минхо мягко усмехнулся, не в силах оторваться от его глаз, — наверное. — Надо попробовать. Давай, я помогу, — Феликс подхватил его за спину и помог подняться с земли, — все хорошо? Идти сможешь? Он смог, и они вместе поднялись по пожарной лестнице, потому что идти в обход дома слишком долго и далеко. Хотя они и так еле ползли по ступенькам, потому что продолжали смотреть друг на друга, а не под ноги. Феликс буквально втащил его в квартиру через окно, усадил на диван, а сам пропал в ванной на пару секунд и вернулся с коробкой из-под обуви, в которой лежали медикаменты. Блондин нашел перекись и, подсунув под руку Минхо свое полотенце, начал осматривать руку и обрабатывать рану. Минхо не сводил с него глаз, словно перед ним было какое-то невиданное чудо, совсем не обращая внимания на руку. А Феликс заметил. — Прости, тебе наверное больно. Потерпи еще чуть-чуть, ладно? — Это всего лишь царапина. Мне не больно. — Кому не больно, тот не плачет. Минхо смутился, когда провел рукой по лицу, он был удивлен, увидев влажный след на пальцах. — Мне правда не больно, это из-за тебя. — Еще чего. Феликс осуждающе взглянул на него, не понимая, о чем речь, затем вернулся к обработке раны, осторожно подул и снова посмотрел в глаза напротив. Минхо очень мягко, словно опасаясь прикасаться, накрыл его руку своей. Он видел раньше грусть, тоску и боль в глазах Феликса, а сейчас будто в душу заглянул и тихо сказал: — Ты невероятный… Пока твои собственные раны истекают кровью, ты дуешь на мои царапины… Феликс несколько секунд осмысливал слова Минхо, и его губы задрожали, ведь он действительно был разбит предательством Хенджина настолько, что ему было невыносимо смотреть на мир. И он не смотрел. Пока не услышал голоса из квартиры ниже этажом. — Зачем ты… почему ты ушел? Почему не приходил так долго? — Ты так захотел. Феликс опустил глаза вниз и заплакал снова. Минхо завернул руку в полотенце и обнял ею парня. Бережно прижав его к себе, он ощутил такую усталость, что двигаться больше не было сил. Они долго просидели так, каждую секунду собираясь встать и поехать в клинику, или в магазин, или в аптеку, но так и не смогли отпустить друг друга и говорили, говорили, пока не уснули.