Blueprint

Минхо вернулся в квартиру и, закрывшись на ключ, с жалостью посмотрел на свое отражение в зеркале. — Маскировка высшего уровня. Нос немного распух, но сломан не был. Зато синева расползлась почти во все лицо, и из-за шишки на скуле казалось, что лицо перекошено. Его бы сейчас мать родная не узнала. И это, наверное, к лучшему. Минхо не соврал. В квартире Феликса действительно был третий, он видел его собственными глазами, когда проснувшись, первым делом решил заглянуть в окна к Феликсу. Он проспал почти до часу дня и перепугался, когда понял, что Хван все еще у блондина. То, что он увидел, повергло его в шок: Феликса ласкал какой-то мексиканец прямо на глазах у Хёнджина, сидевшего позади них на кровати. Минхо вспомнил про правило пятнадцати минут и понимал, что еще немного и все закончится, и не придумал ничего проще, чем поломать все планы Хвана и завалился к ним в том виде, в котором увидел себя в зеркале. Такое зрелище у кого угодно отобьёт всякое желание продолжать постельную возню. Да и слова, брошенные Минхо про третьего, должны были сыграть главную роль в завершении представления. А сейчас Ли стоял у двери, прислушиваясь к звукам на этажах. Он был уверен, что через пару минут тот третий покинет квартиру и попадет прямиком к нему в руки. Прошло немного больше времени, и его терпение было вознаграждено. Минхо тихо выскользнул из квартиры и, подкараулив незваного гостя, схватил его за шкирку и затащил на площадку для колясок, зажав ему рот рукой. А затем шёпотом заговорил: — Если я увижу тебя в радиусе сотни метров возле блондина, лишишься генофонда, — Минхо безжалостно сжал содержимое трусов мексиканца, заставив того взвыть от боли, после чего отпустил, — а если проболтаешься долговязому — лишишься жизни, — Ли приставил острую сталь к горлу посиневшего от страха мужчины и добавил, — Сomprendo? Amigo. (понимаешь? Друг) Тот кивнул головой, боясь сделать лишнее движение. Минхо достал из кармана своих шорт пятьсот долларов, помахал ими перед носом мексиканца, демонстративно скомкал и запихнул ему в рот со словами: — Моральная компенсация. Не советую требовать возмещения средств за не оказанные услуги, — Минхо грубо вытолкнул его из укрытия и, отойдя на шаг, наклонил голову вбок, играясь с опасной бритвой, — vamos a perdernos. (давай проваливай). Запуганный парень сбежал от него за рекордное время и Минхо поспешил снова скрыться в своей квартире. Ему не было страшно, но он не хотел сейчас никому попадаться на глаза. А еще надо было предупредить шефа, что несколько дней он будет работать на удаленке. Но сначала он вновь выбрался на пожарную лестницу, чтобы узнать, что происходит этажом выше. Хёнджин сидел на краю дивана уже одетый и нервно печатал что-то на своем телефоне. А через пару минут спрятал сотовый в карман, когда Феликс вернулся в комнату из ванной. — Тебе обязательно идти сегодня? — Хёнджин взял с дивана маленькое полотенце и начал вытирать его мокрые волосы. — Может, проведем день вместе? Я договорился на кафедре и взял выходной. — Напрасно, Джинни. Возвращайся к своим студентам. Я больше не могу откладывать визит к врачу, — Феликс был сердит, но позволил Хвану позаботиться о себе, несмотря на вновь нахлынувшее беспокойство от его присутствия. Минхо больше не стал подсматривать и вернулся в квартиру. Быстро принял душ, оделся, схватил с вешалки куртку и шлем и тихо спустился вниз по пожарной лестнице, чтобы случайно не столкнуться с соседями. Сидя вдалеке на мотоцикле, он ждал, когда Феликс выйдет из дома, чтобы проследить за ним на всякий случай, надеясь, что у него хватит ума вызвать такси. Но он не подумал, что парню на самом-то деле просто не хватало денег. Наконец, в поле зрения появился Феликс, а за ним и Хван. Однако сухо попрощавшись, Феликс повернулся к нему спиной и пошел по тротуару в сторону автобусной остановки. Хван раздосадовано посмотрел на часы и быстрым шагом пересек проезжую часть и прошел вперед несколько метров, прежде чем его подобрало такси. Минхо тяжело вздохнул, помотав головой, и завел мотоцикл. Он не понимал, как у Хвана хватает совести отпускать своего беспомощного парня одного в город. Даже если бы они сегодня расстались, он мог бы предложить его подвезти: ну, хоть какое-то проявление заботы. А Хван предлагал и уговаривал, но Феликс наотрез отказался. Ему не хотелось чувствовать себя обязанным Джи хоть чем-то с того дня, как он вернулся в свою квартиру после клиники. Он понял, что между ними все изменилось, когда Хван не позвал его вернуться к нему домой. Ни разу. Феликс дошел до остановки и сел на деревянную лавку. Ему было грустно и зябко: он впопыхах даже не стал искать свою толстовку, так хотелось поскорее уйти из дома. Минхо, медленно проезжая мимо остановки, притормозил и как можно удивленней позвал парня: — Феликс? Привет. Куда-то собрался? — Минхо? — Парень поднял голову и расправил плечи. Он сразу узнал его голос и поднялся со скамейки. — Привет. Не ожидал снова вас встретить, — он немного поежился и добавил, — я жду автобус, тороплюсь на прием к своему врачу. — Что-то случилось? Ты заболел? — Минхо снял шлем и тряхнул головой. — Не совсем так, это… не интересная история. А вы как здесь? — А я переехал в этот район, мне здесь понравилось. — Минхо не хотел врать этому парню с ангельским личиком, но сейчас так было нужно. — Могу подбросить, если не трусишь. Феликс задумался лишь на секунду. Ему сейчас совершенно не хотелось оставаться наедине со своими гнетущими мыслями и он, решительно кивнув, шагнул навстречу Минхо. Ли старший, помня о его недуге, встретил его на полпути. — Я помогу тебе надеть шлем, здесь непослушная застежка. — А вы? — Забеспокоился Феликс. — Не волнуйся, мы поедем безопасно. Минхо помог ему застегнуть ремешок, затем заставил, чуть ли не силой, надеть свою куртку и повел к мотоциклу. Когда Феликс устроился позади Минхо, он с осторожностью положил свои руки ему на пояс. На что парень улыбнулся, взял его руки в свои и свел их вместе себе под грудь, заставив блондина припечататься к спине. — Не отпускай меня, — сказал Минхо, и аккуратно отъехал от остановки, а у самого сердце ухнуло куда-то вниз, когда он услышал тихое «хорошо» у себя за спиной. Феликс никогда не ездил на мотоцикле, и первые несколько минут он почти не шевелился, прижавшись к чужой спине. Он быстро согрелся, и ему даже стало жарко в куртке Минхо, однако руками он ощущал холодный поток воздуха и подумал, что тому, наверняка холодно в одной футболке. Чуть-чуть осмелев, блондин выпрямился, и расположил руки так, чтобы максимально прикрыть грудь Минхо. А он улыбнулся и слегка наклонился вперед, прячась от встречного ветра за защитным стеклом. Они без происшествий доехали до городской больницы. Но и там Минхо не оставил парня одного. Почесав затылок, он как бы невзначай спросил: — Здесь же есть квалифицированный травматолог? — Конечно, есть, — ответил Феликс, сняв шлем, и забеспокоился, — ваше колено… все еще болит? — О, нет-нет, это не колено. Я вчера разбил нос, надо бы проверить. Феликс не на шутку разволновался и, поймав руку Минхо, потянул на себя. — Вас надо срочно показать врачу, почему вы сразу не сделали этого? Пойдемте скорее. Минхо успел только вынуть ключ из зажигания и пошел следом за Феликсом, не переставая восхищаться его добротой. Парни вместе пришли к регистратуре и даже там Феликс пытался ему помогать. Но Минхо взял руки парня в свои и притянул к себе. — Феликс, спасибо. Дальше я справлюсь сам, — Минхо ласково погладил его пальцы и добавил, — твой доктор уже ждет тебя. Увидимся позже? Феликс как будто расстроился, опустив голову, и кивнул. Рядом с ним уже стоял его лечащий врач и ждал, когда он пойдет за ним. Минхо забрал свой шлем и, поприветствовав доктора, сказал: — Позаботьтесь о нем. Врач приветливо кивнул и повел Феликса к лифту, придерживая его за рукав куртки. Только в лифте Феликс осознал, что куртка Минхо все еще на нем и успокоился, потому что это означало, что они и правда еще «увидятся». Минхо проводил их взглядом и остался стоять возле регистратуры. Ему захотелось узнать о травме Феликса чуточку больше, в идеале — всё. Он повернулся к девушке за стойкой и, не особо стараясь казаться тяжело больным, попросил направить его к самому лучшему травматологу. Его принял заведующий отделением и провел в свой кабинет, когда узнал, что пациент внес предоплату за лечение. Доктор тщательно осмотрел опухоль на скуле и проверил его нос. Затем отвел в соседний блок, чтобы сделать снимок и спустя несколько минут они уже сидели в его кабинете напротив друг друга, обсуждая предстоящее лечение. Минхо не был очень уж заинтересован в лечении, когда понял, что с ним в целом все в порядке и никаких осложнений нет, но он искал способ заставить доктора покинуть кабинет и оставить его там одного. К счастью, кто-то за дверью позаботился об этом раньше. Врач попросил его дождаться и покинул кабинет. Минхо на цыпочках подошел к двери и, услышав удаляющиеся шаги и голоса, обошел стол доктора и довольно хмыкнул, не обнаружив в компьютере защиты. Найти нужную историю болезни не составило особого труда. Минхо сделал пару снимков на телефон, и быстренько подчистил за собой следы. Вернувшись в свое кресло, он сразу же начал изучать анамнез, результаты обследований, предположительный диагноз и направление на сеанс к психотерапевту. Минхо нахмурился, ему показалось, что с травмой Феликса все намного сложнее, чем он думал. Когда врач вернулся в кабинет и занял свое место, то обнаружил на столе несколько купюр под органайзером и уставился на парня с синяком во все лицо. — Мне нужна консультация по одному вопросу, и я уйду. Доктор накрыл купюры папкой с новой историей болезни и сложил перед собой руки. — Что вас интересует? — Что такое истерический амавроз? Доктор внимательно посмотрел на парня, прежде чем заговорить. — Неожиданный вопрос, — он медленно вздохнул, собираясь много говорить, — что ж. Если говорить простыми словами — это истерическая слепота. Спровоцировать ее могут самые разные ситуации, которые тяжело переживаются человеком: смерть или тяжелая болезнь близкого, измена, конфликтная ситуация на работе и прочее. Многое зависит от впечатлительности, субъективного восприятия событий. — И что? Человек при этом ничего не видит? — При полной истерической слепоте на оба глаза больные убеждены, что они абсолютно ничего не видят, однако в действительности обнаруживается сохранность зрительных восприятий. Этим объясняется то, что данные больные при своей слепоте никогда не попадают в опасные для жизни условия. — То есть это не физический недуг? — Минхо воодушевился. — Совершенно верно. — И как помочь такому больному? — Привести его к психотерапевту, — доктор приподнял брови, словно удивился. — Да, это понятно, — Минхо беззлобно ухмыльнулся, — ну, а дома? Может, есть какие-то вспомогательные средства? — Никакого стресса, спокойная обстановка и безмятежность, прогулки на свежем воздухе, витамины. Смена места жительства, обстановки. Но главное, постараться оградить больного от того, что вызвало эту травму. Иначе процесс восстановления может замедлиться, либо вовсе остановиться. — И еще один вопрос, доктор. Полное выздоровление возможно? — Да, это может случиться внезапно, через несколько часов или через несколько месяцев, либо не случится вообще. Все зависит от больного. Но в любом случае, его необходимо показать специалисту. — Я понял, доктор, — Минхо засобирался, — спасибо вам большое и простите, что отнял у вас время. — Не за что. Надеюсь, вы сумеете помочь своему другу, но прежде позаботьтесь о себе. Минхо задержался у двери, обернувшись на доктора. Он собирался сказать, что у него нет друзей, но почему-то промолчал и, кивнув, вышел из кабинета. Он просидел несколько минут возле лифта, ломая голову над тем, как помочь Феликсу и как сделать так, чтобы он начал ему доверять и сам рассказал о своей травме. Единственное, что Минхо знает об этом, со слов таинственного клиента, что это вина Хвана. Но что он такого мог сделать, что так сильно потрясло Феликса? И почему после случившегося они все еще вместе? Минхо спустился в вестибюль и посмотрел в окна, туда где солнце собиралось скрыться в закат. Его взгляд задержался на знакомом силуэте в лучах заходящего солнца, медленно идущем по ступенькам вниз. Он казался каким-то неземным: будто святой спускался к нему с небес, в облаке божественного света. И даже его собственная куртка выглядела на нем, словно мантия. — Феликс… — Голос Минхо был тихим и взволнованным, а блондин услышал его и подошел ближе. — О, Минхо, вы уже были у доктора? — Да. Со мной все в порядке, — ответил Ли, прочистив горло от хрипотцы. — Я спер вашу куртку, — парень начал снимать ее с плеч, — случайно. Минхо поймал его за руку, помог надеть обратно и поправил воротник. — Не снимай, нам еще обратно ехать. — Я бы на автобусе доехал, — робко предложил парень. — Неужели ты думаешь, что я брошу тебя здесь? Тело Феликса покрылось мурашками от его слов, и он тихо вздохнул. Минхо продолжал смотреть на то, как парень смущенно бегает взглядом, ни на чем не фокусируясь. — Мне так неловко… Минхо, наконец, вернулся к реальности, и надел шлем на блондинистую голову. — Тогда я отвезу тебя домой, а ты напоишь меня чаем. Идет? — Да, — Феликс закивал головой, радуясь, что сможет хоть как-то отблагодарить парня за заботу. *** — Ты живешь здесь один? — Минхо впервые зашел в квартиру Феликса через дверь, странно ощущая себя в этот момент. Он припарковал мотоцикл в нескольких метрах от дома, чтобы не мешать заезжающим во двор машинам. — Не совсем. Я… — Феликс замешкался, подбирая правильные слова, чтобы описать реальное положение дел, но все, что приходило на ум, казалось ему каким-то не точным, — у меня есть парень, он иногда остается здесь. — Он не будет возражать, что я напросился в гости? — Не будет. У него опять какие-то важные дела, — недовольно пробухтел Феликс, наливая в чайник воду. — Вы поссорились? Минхо внимательно следил за парнем, который без проблем нашёл, куда поставить чайник и включить нужную конфорку. После чего сел на стул и пару секунд кусал губы, видимо обдумывая, рассказывать ли гостю подробности своей жизни. — Мне иногда кажется, что он обманывает меня. А я, — Феликс сжал свои маленькие кулачки и задержал дыхание, чтобы скрыть готовность разреветься прямо сейчас, — даже не могу проверить этого, — он поджал губы и перейдя на шепот, добавил, — боюсь, что окажусь прав. — Хочешь сказать, что ты намеренно закрываешь глаза на какие-то вещи? Минхо сидел напротив него через стол, но в этот момент ему хотелось оказаться рядом и приобнять, чтобы дать парню почувствовать себя в безопасности. Он чувствовал, что Феликс нуждается в этом, но не знал, как тот отреагирует. Доктор ведь предупредил, что парнишке нельзя сильно волноваться. Феликс опустил голову. — Мне не приходится заставлять себя, — и тут его прорвало. С надрывом в голосе, он признался, — я ведь ослеп… Он спрятал в ладонях свое лицо и дал волю эмоциям, громко шмыгая носом и всхлипывая. Минхо протянул к нему руки через весь стол, словно и сам испытывал необходимость прикоснуться к нему, чтобы защитить, но так и не осмелился. — Ослеп? Феликс кивнул, стирая ладонями слезы со щеки. — Я чувствую что что-то не так, но это лишь мои страхи, ничем не обоснованные, — он по-детски шмыгнул, — просто какие-то подозрения, мне ему даже предъявить нечего. Он добрый, заботливый, приносит цветы, — парень кивнул головой в сторону окна, где на подоконнике, в банке из-под сока, стояли наполовину увядшие пионы, — и балует разными вкусняшками. Но я не могу отделаться от мысли, что это все ложь. А сегодня днем мне показалось, что здесь был кто-то еще, пока мы… — Показалось? — Да, я ведь не вижу, но слышать могу. — А как же ты ходишь по улицам, не врезаясь в людей, в дома? — Минхо намеренно увел разговор от неприятной темы. — Не знаю, может какие-то инстинкты. — Выходит, ты им все же доверяешь. — Да… — ответил Феликс задумчиво, осознавая, что инстинкты ему не врут, и снял закипевший чайник с плиты, не задев горячую поверхность. Его движения были настолько уверенными, что Минхо усомнился на секунду и провел рукой перед лицом парнишки. Тот придвинул к себе ближе две чашки, приготовленные заранее, и посмотрел перед собой. — Ты боишься быть один? — Минхо аккуратно взял из его рук чайник и сам разлил кипяток по чашкам, пока Феликс доставал чай и сахар из навесного шкафчика. — Наверное. У меня кроме него никого нет. — А как же друзья или семья? — Минхо не хотелось верить, что у этого ангелочка на целом свете нет никого, кто мог бы за него заступиться. — Только старший брат, но он сейчас в другой стране и пока не может приехать. — Оу, — тихо произнес Минхо с сожалением, однако сам испытал облегчение, он был рад узнать, что у блондина есть хоть кто-то. И вероятней всего, именно его брат является тем загадочным клиентом, поручившим ему заботу о Феликсе. — Простите, я наверное, утомил вас. — Вовсе нет. Даже не думай так, — Минхо заварил чай, добавил сахар в чашки и придвинул одну Феликсу, — наоборот, я рад, что ты поделился со мной своими страхами. Это первый шаг навстречу к их преодолению. И не нужно бояться собственных чувств: если ты кому-то не доверяешь, значит на то есть причины. Феликс замолчал на несколько секунд, осторожно обнимая пальцами горячую чашку. — Вы что-то знаете? Минхо понимал, что нельзя рассказывать Феликсу реальное положение дел, чтобы не усугубить состояние его здоровья, поэтому очень аккуратно подбирал слова. — Даже если и так, ты ведь мне не поверишь на слово? — Я… — Феликс хотел как-то помягче выразиться, чтобы не задеть чувства Минхо. — Я понимаю, что ты и себе-то сейчас не очень веришь, и кто я такой, чтобы ты начал доверять мне. И это нормально. Не переживай. — И все равно я хотел бы знать. — Тогда верь не мне, а своим инстинктам. И снова Феликс замолчал. Ему было страшно поверить в то, что Хенджин привел в его дом кого-то постороннего и даже не мог представить, что чужой человек мог там делать, пока они с Джинни ласкали друг друга. «А вдруг это был не Хёнджин вовсе»… Феликс замотал головой от ужасающей мысли. — Нет, я не могу. Джинни не мог так поступить со мной. Он же… любит меня? — А что если он просто использует тебя? У него нет каких-то корыстных целей? — Нет, — быстро ответил Феликс и осекся, даже мимика застыла. Минхо попытался безуспешно заглянуть в его глаза. — Что? О чем ты сейчас подумал? Феликс как-то обреченно вздохнул. — О своих картинах. С тех пор, как меня выписали из больницы, он ни разу не заговорил о них, как будто их никогда и не было. А раньше он мог часами говорить про триптих. — Триптих? — Как можно менее заинтересованно переспросил Минхо, а сам весь превратился во внимание. — Да. Я написал три картины, которые хотел выкупить один коллекционер, но за день до сделки, две из них кто-то украл. Минхо закусил губу, почувствовав вину за то, что оказался втянут в эту мерзкую историю и каким-то образом сыграл свою роль в трагической истории этого парня. Феликс сделал пару глотков горячего напитка и продолжил свою исповедь, ему давно хотелось освободиться от этого груза. — А за несколько дней да кражи, я увидел, как Хенджин целуется с другим парнем. Мне было так больно, что я убежал оттуда и упал с лестницы. Когда очнулся в больнице, понял, что ничего не вижу. — Мне так жаль, Феликс, — легче Минхо не стало, хоть он и понимал, что не причастен к травме. Он все-таки взял руки парня в свои и несильно сжал, — могу я как-то помочь? — Вряд ли. Иногда я думаю, что должен был ослепнуть раньше, чтобы не видеть предательство Джинни, хоть он и уверяет, что целовал не он, а его. «Как есть — пиявка». — Знаешь, что… Оденься-ка потеплей. Есть одна идея. *** — Закрывай глаза. — Но я ведь и так не вижу. — Для полноты ощущений. Закрывай. — Ладно. Феликс послушно закрыл глаза и почувствовал, как его лица коснулась мягкая ткань. Минхо для большей надежности завязал повязку на его глазах, и надел наушники, в которых играла какая-то клубная музыка. Феликс улыбнулся, представив себе полумрак танцпола, мерцающие огни и людей танцующих под ритмичный бит, их руки подняты вверх, а на лицах счастливые улыбки. Минхо взял его за руку и повел вперед. Под ногами твердая земля и трава. Феликс не слышит ее шуршание, но ощущает. А через несколько шагов его ноги погружаются во что-то мягкое и вязкое. Ощущение немного пугает и парень резко остановился. Наушники были сняты с головы и блондин услышал шепот ветра в волосах, а чуть поодаль плеск воды и больше ничего. Такой резкий контраст после шумной музыки и городских звуков заставил Феликса замереть. Он старался прислушиваться к тишине, и услышал чужое дыхание, совсем близко и даже смутился. — Догадался, где мы? — На побережье, — Феликс сухо сглотнул и повернул голову в сторону океана. А Минхо смотрел, как парень выставив перед собой обе руки, будто щупает пространство вокруг себя, и поймав ритм накатывающих волн, и сам стал слегка покачиваться из стороны в сторону, вызвав на его лице улыбку. А спустя всего минуту, Минхо заметил, как из-под повязки по веснушчатому лицу потекла слеза. Он осторожно стер ее большим пальцем и тихо спросил: — Что врач сказал тебе? Феликс грустно вздохнул: — Сказал, что зрение вернется, если я буду ходить на терапию. — Значит, будем ходить, — Минхо, наконец, снял повязку с лица парнишки и стер еще одну влажную дорожку, — потому что вид здесь просто потрясающий, а волны так и просятся на холст. Обещаю, когда ты поправишься, мы снова приедем сюда. Феликс едва снова не расплакался, его так тронули слова человека, которого он ни разу не видел, да и знаком-то не был по большому счету. Однако рядом с ним Феликсу становилось чуть менее тревожно, чем всегда… *** И они ходили, через день, на протяжении двух недель. Иногда на мотоцикле, иногда на автобусе, а иногда и пешком, чтобы менять обстановку вокруг. После сеансов обязательно заходили в лапшичную и пробовали разные виды рамена, пили чай с различными вкусами и шли домой, поглощая клубничное мороженое. Минхо каким-то удивительным способом сумел договориться с Феликсом, чтобы он позволил ему оплачивать еду и покупать для него необходимые продукты, а взамен Феликс поможет ему кое за кем ухаживать. В один из дней Минхо привел его в необычное кафе. Там было очень тихо, что удивило Феликса, он даже вздрогнул от неожиданности, когда Минхо шепнул: — Здесь надо снять обувь. Они оба разулись и прошли по мягкому ковру вглубь помещения. Минхо помог ему присесть на подушку, сам сел рядом и восторженно произнес: — Вааа… Такой милый. Феликс смутился до розовых щечек, решив, что Минхо говорит про него, но когда его руки коснулось что-то мягкое, парень вздрогнул и прижал руку к себе. — Не бойся, Феликс, вытяни руку вперед и немного подожди. Парень вздохнул и осторожно вытянул руку. За эти несколько дней, проведенных вместе, Феликс точно знал, что с Минхо ему бояться нечего. Он ни разу его не подвел, приходил за ним, помогал собраться, отвозил в клинику, ждал его там и возвращал домой. В его маленькую ладошку начала тыкаться пушистая мордашка. Феликс с восторгом спросил у Минхо: — Это котенок? — Да, твой младший братик. Феликс сразу переменился в лице и из его глаз брызнули слезы. Минхо не понял, что произошло и не сразу нашелся, что сказать. Но вскочив на колени, подполз к парню и прижал к себе, перепугавшись не на шутку. Парень уткнулся лицом в крепкую грудь Минхо и проплакал несколько минут, вздрагивая всем телом. Минхо не знал, что делать. Он просто прижимал к себе парня и гладил его по голове, запрещая себе говорить всякие банальности, типа: «все хорошо». Потому что нихрена не хорошо. Когда Феликс успокоился, Минхо помог ему стереть влагу с лица и впервые поймал его взгляд. Феликс смотрел вперед, а не на него. Но Минхо залип и ему показалось, что парень смотрит прямо ему в душу. — Простите, я сам не знаю, что на меня нашло. Столько эмоций сразу нахлынуло. Я не справился. — Ты напугал меня. Я думал, что сделал что-то не так. — Просто, сколько себя помню, мне всегда хотелось завести кота. Но сначала из-за учебы не получалось, а потом Хенджин сказал, что у него аллергия на шерсть, а теперь я сам беспомощный. Минхо, наконец, взял себя в руки. — Не такой уж ты и беспомощный. Я иногда помогаю хозяйке этого кафе ухаживать за котами. Их надо гладить, расчесывать, мыть лотки и мисочки. — Вы очень добрый. — Только с котами. Феликс улыбнулся, услышав в голосе Минхо мягкие нотки, он понял, что тот тоже улыбается. — Сейчас в приюте стало больше животных, и тетушка ищет себе помощника на неполный день. А ты как-то говорил, что хотел бы устроиться на работу, с которой сможешь справиться. В общем, если ты согласен — место твое. — Конечно, я согласен! — Феликс улыбнулся такой счастливой улыбкой, что у Минхо сердечко забилось чаще. А Минхо радовался каждой такой улыбке, и надеялся, что однажды Феликс сможет оправиться от случившегося и снова сможет писать картины. Он смирился с тем, что Феликс помирился с Хваном, и даже спокойно принял эту новость… Минхо попросил его тогда лишь об одном: — Пообещай, что если ты почувствуешь, что в доме есть кто-то еще… — Он пытался подобрать слова, которые не заставят краснеть их обоих, но в голову, как назло не лезло ни одного приличного и он просто, — в общем, будь осторожен.