Неполноценный

«Эти двое — лесные плутишки! Их надо держать взаперти, не то живо улетят! А вот и мой милый старичок! — И девочка потянула за рога привязанного к стене северного оленя, в блестящем медном ошейнике. — Его тоже нужно держать на привязи, иначе удерёт! Каждый вечер я щекочу его под шеей своим острым ножом, — он жутко этого боится!»

(Маленькая разбойница, «Снежная Королева»)

             

***

      — Это унизительно, — прозвучал один голос.       — Это не унизительно, — ответил другой.       — Это унизительно, — повторил Аластор. — Если меня кто-то увидит с этим недоразумением в руках…       — Подними Клубничку повыше, я хочу ее сфотографировать! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — всего один взгляд щенячьих глаз и Аластор ощутил, как поводок выскальзывает из его рук. Конечно, метафорический. Хотя за время прогулки он несколько раз подумал, что совсем не против посадить Энджела на привязь. Потому что тот оказался настолько активным и любопытным, что сам Аластор едва поспевал за ним. Конечно, это выходило за все намеченные планы Аластора, но тот решил сбавить контроль и дать другому свободу выбирать. И вот результатом стала организованная фотосессия.       Энджел с удовольствием делал фотографии нового белого кролика с алым глазками на фоне кустов роз из Колонии Каннибалов. Он сказал, что сделает это только с кроликом, но был доволен, когда в кадр попали руки Аластора и сюртук.       Энджел не стал включать для этого телефон, потому что Аластор наколдовал волшебную древнюю камеру. Почему-то даже самому Энджелу кажется, что использование его в этой ситуации неуместно.       — Теперь мы можем вернуться в Отель. Нужно показать Клубничке ее новый дом. И, о, обязательно обязательно покормить.       Аластор издал звук легкого шипения. Простая логическая цепочка — они вернутся в Отель, Хаск загребет в лапы Энджела, если только не успел напиться до беспамятства от горя. В любом случае, что его останавливает? Энджел улыбается и сюсюкает зверушку. Он доволен сложившейся ситуацией. План вечера достигнут.       В Отеле придется столкнуться с последствием решений.       — Ты чего-то примолк, клубничка.       — Он и раньше не разговаривал, — ответил Аластор со смешком.       — А кто сказал, что я говорю о нем? — Энджел усмехнулся.       — Только не говори, что ты дал ей кличку из-за меня.       — Тогда мне придется промолчать.       — Я ненавижу это создание.       — Ты просто заревновал.       Аластор остановил шаг. Энджел непроизвольно врезался ему в спину.       — Ха! Нет. Это абсурд.       — Тогда почему ты испытываешь ненависть к какому-то обеду? — Аластор не знал что на это ответить. — Да ладно, нам не обязательно оставаться в Отеле на весь вечер, если тебя это беспокоит. Отсюда совсем близко к Черри. У нее есть запасная переноска Нагги. Она не будет против, если я сейчас ей позвоню… — Энджел достал из пушка телефон, но Аластор накрыл его руку.       — Еще ближе моя подруга. Почему бы не отдать ей?       — Рози?       — Ты уже знаком с ней.

***

      И так, Аластор привел Энджела к подвалу — это оказался спуск в подпольный клуб в стиле 20-х. Не самое приятное место для кролика, но музыка играла не клубная, а джаз тех времен.       — Ты решил мне исторический тур устроить? — проворчал Энджел. Он осматривая клуб, в который они переместились. Паук аккуратно поглаживал ребенка по головке, чтобы тот не беспокоился.       — Аластор, рада видеть тебя в моем клубе! — к ним тут же подошла низенькая блондинка, в которой Энджел узнал Мимзи, с которой он познакомился во время одного ее визита в Отель. Тогда женщина натравила на их отель коллекторов и ушла обиженной из-за того, что ее вежливо попросили удалиться.       — Мимзи, дорогая!       — О, ты пришел меня навестить? Как мило с твоей стороны. Ну что, выпьем по рюмке и как в старые-добрые отожжем на танцполе? — хихикнула женщина, изображая на месте несколько танцевальных движений.       — Боюсь, я пришел сюда не один. Знакомься, это Клубничка.       — О что за очаровашка, этот полушубок для меня? — проворковала Мимзи.       — Я тоже есть здесь, — подал голос Энджел.       — А это Энджел. Владелец Клубнички.       — О, это один из твоих… Товарищей из этого дрянного Отеля?       Лицо женщины выражало какую-то плохо скрываемую обиду. Прокляните вежливость Энджела и то, что женщины действовали на него как те самые крольчата, которых жалко обижать. Он ощутил желание что-то сделать.       — Привет, модные сисечки. Аластор говорил, что это заведение стоит того, чтобы его увидеть. Решил прийти с ним за компанию, — приврал. Но это дало плоды. — Должен сказать, обставлено здесь все со вкусом.       — Льстец, — лицо Мимзи просветлело и она вдруг хихикнула. — Аластор никогда не водил сюда друзей, поэтому я очень удивлена.       — Мимзи, прошу, выдели комнату наверху.       Брови женщины приподнялись. Аластор никогда не просил комнату для целей, что просили ее посетители.       — Для Клубнички, — добавил Аластор. Энджел прыснул в кулак. Ради этого он назвал кролика так. Мимзи тоже выкупила причину его смеха и усмехнулась. Аластор же не мог понять причину смешинки, попавшей кому-то в рот.       — Охо, Охо. Ну, это уточнение было не лишним. Кажется, я поняла. Я оставлю вас. Для этого всего. Выходите на танцпол, как нагреете булки, — она подмигнула, взяв кролика, и скрылась в толпе.       — Так сколько нужно алкоголя, чтобы ты начал танцевать, как она? — Энджел развалился на барном стуле, уже более расслабленно.       — Мне не нужно пить, чтобы хорошо веселиться.       — Конечно, меня ты уже напоил. Но интересно какой ты сам пьяный. Так спорим, я смогу тебя перетанцевать?       Несмотря на то что Аластор пригласил паука на свидание только руководствуясь своими эгоистичными желаниями — прежде всего заставить кого-то страдать, внезапно демон-олень осознал, что ему просто нравится проводить время вдвоем. Энджел оказался не так плох, как собеседник, как могло показаться с первого взгляда.       Они танцевали с радостью, и Аластора гипнотизировал танец Энджела. Паук отдавался движениями так страстно, словно оживал в момент танца.       Именно вкус жизни с ее волнением и опасностью это, то чего так не хватало Аластору. И сколько жизненного света он видел в одном Энджеле.       Кто-то из зала тоже покусился на него. Жадные глаза грешников устремлялись на тело танцора. А один свин даже произнес:       — Разве это не та шлюха, которая берет себя десять хуев за раз?       Этот грешник захлебнулся в мучениях, когда большое щупальце сжало его горло.       Неожиданно к нему подошла Мимзи и мягко дернула за рукав.       — Аластор, я могу занять тебя на минутку?       — Да, дорогая?       — Рада, что вы… С другом в разгаре вечеринки. Но сегодня мне нужно закрыть клуб пораньше. Я хочу успеть на Озеро Надежд.       — Надежд? Разве оно не называется «Озеро пустых надежд», — Аластор снова сморщился. Почему-то вспомнилось как Хаск называл это место и именно туда хотел пойти с Энджелом. А теперь и Мимзи напомнила ему об этом.       Хлопушка засмеялась.       — Сегодня особенный день, когда его название меняется. Я удивлена, что ты не в курсе! В обычное время Озеро пустых надежд это плохой пляж с помоями, но само озеро это зеркало двух миров. Через него нельзя попасть в Рай, но можно увидеть как раз в двадцать лет при особом положении луны и звезд гладь воды меняется. Грешники в Аду видят изнанку Рая, а Победители видят глубины Ада. Тогда для Ада озеро становится Озером Надежд.       Глаза Аластора расширились в узнавании.       — Не может быть… В Аду действительно есть такое место? Поэтому демонов туда тянет, как комаров на кровь?       — Ох, Аластор, ты слишком часто держишься далеко от Пентаграмм-сити, видимо, поэтому пропустил. Там можно увидеть близких, — с мягкой нервной улыбкой произнесла Мимзи.       Аластор осознал, что потерял дар речи лишь когда сквозь перчатку потекли кровавые капли. От того, как сильно сжал руку, что когти ее пронзили.       — Я понял, — ответил он, вернув самообладание. — Буду иметь в виду.

***

      — Это было чудесно! После этих жарких танцев мне чертовски хочется освежиться.       Энджел захихикал, обнимая себя за плечи верхними руками, а в нижних держал кролика Клубничку. Грешник, казалось, излучал сияние — даже его полосы светились розовым.       — А тебе понравилось? — с надеждой спросил паучок и Аластор кивнул, приводя Энджела почти в детский восторг.       — Я удивлен, что ты так хорошо танцуешь старые танцы, — мурлыкнул Радио Демон.       — Когда я был моложе часто брал свою Молли на ночные вылазки, — улыбнулся паук, глядя на сиреневое небо, в ту сторону где виделась белая точка. Это был недосягаемый Рай.       — Молли это?..       — Моя сестра. Близнец, — Энджел продолжал смотреть вверх, но глаза стали больше задумчивыми и усталым. — Она слишком святая для этих грязных мест.       Аластор не знал, что удивило его больше. Наличие сестры-близнеца или то что она была не в Аду.       — Но скоро я смогу ее увидеть. Хаск сказал, что знает один способ, — Энджел снова улыбнулся. Это выражение лица стало самым трогательным. — Осталось лишь посчитать дату, когда это возможно. Что-то связанное с луной, или в этом роде.       Глаза Аластора вдруг расширились в страшном осознании. Он хотел что-то сказать, но изо рта раздалось только шипение.       — Все в порядке? — Энджел к нему повернулся и его взгляд сделался почему-то обеспокоенный.       — С чего ты взял что я не в порядке? Все просто великолепно! — демон начал смеяться. — Я так голоден, что съел бы целого оленя за укус. А ты?       Энджел улыбнулся ему — так искренне и так доверчиво. Глаза не светятся ни осуждением, ни злостью.       — Я был бы совсем не против ужина.       Для Аластора не стало сюрпризом то, что он монстр. Он знал это еще с самого детства, когда понимал, что он отличается от других детей и держался от всех в стороне, как и они держались в стороне от него. Красота понятие очень субъективное и гораздо важнее то, что у человека внутри, а не снаружи. Но внутри Аластора созрела гниль.       Мама хотела, чтобы он нашел себе друзей. Но доверять людям он не хотел. Гораздо проще держать чувства и эмоции под замком, когда ты намеренно держишь всех на расстоянии. Аластор сделал себя идеальным монстром.       Наверное так ощущают себя саперы, когда перед ними лежит бомба и нужно действовать точно. Чем больше Аластор смотрел на паука, тем сильнее испытывал странные для себя желания, идущие вразрез с его принципами.       — Есть кое-что, что я бы хотел сделать, — аккуратно произнес Аластор.       Энджел зачарованно подошел к нему ближе.       — Хорошо, — спокойно ответил он. — Что бы это не было.       Он смотрел в глаза так доверчиво, так преданно, словно щенок, который любит хозяина.       Аластор поддался порыву, который сам не мог осознать, и вдруг крепко обнял грешника, слыша звук изумления. А в следующее мгновение они телепортировались. Даже после того отпустил грешника, он еще ощущал мягкость чужого тела и тепло рук. И, кажется, легкий шлейф цветочного парфюма задержался и на его костюме.       — Что… Где мы? — Энджел начал оборачиваться по сторонам. Он увидел темный лес за спиной демона, а с другой стороны кромку озера и камышей с целой толпой демонов. — Это же…       — Конечный пункт, — отшутился Аластор, словно это было мелочью. Он поправлял рукава на пиджаке, потому что не знал что теперь должен был сделать.       Как вдруг три руки (в одной Энджел сжимал кролика) неожиданно втянули Аластора в повторные объятия.       — Черт это же… Это должно быть сегодня? Черт, я… Я же…       — Тш… Не сейчас, хорошо?       Аластор держал руки при себе и не обнял в ответ, хотя его улыбка изменилась. Если Энджел сейчас еще и заплачет, Аластор не выдержит наплыва эмоций. Ладони Энджела осторожно провели по его шее — под касания и она ощущалась плавленым воском.       — Тогда можно я… — Энджел немного наклонился к нему и произнес тихо, даже тише, чем шелестели листья на деревьях. Две паучьи руки медленно скользнули вверх по шее к алым ушам.       Аластор отстранился, услышав шаги позади. Это были Чарли и Хаск, которые дернули Энджела в сторону. Кролик чудом оказался в руках Аластора, чтобы не мешать демону наслаждаться остатком вечера.       — Скорее, Энджел, посмотри туда! Осталось не так много времени.       Паук смотрел на них с непониманием, не особо радуясь, что его отвлекли, но когда он обернулся к Аластору, то тот подарил ему ободряющую улыбку.       Паук скорее сел перед кромкой воды. И то, что он увидел там в отражении заставило его широко и искренне счастливо заулыбаться.       Радио Демон не решился подойти ближе. Ему нечего было там смотреть. Глаза Аластора и Хаска на миг встретились. В его взгляде смешалось удивление и неверие. Что-то говорящее: «ты не так плох как я о тебе мог подумать». Но это вызвало у Аластора внутреннее отвращение.       Аластор растворился в тенях.       — Аластор, иди сюда ты разве не хочешь… — Энджел огляделся назад, но демона уже не было.       — Почему он ушел?       — Боится разглядеть в воде остатки своей человечности, — Хаск тихо произнес.       Аластор же в это время телепортировал животное в отель, а сам скрылся в тени деревьев, которые украшали место рядом с озером. Они были темными, черные, не такие, как земные. Их ветки напоминали когти и кости, а случайное прикосновение к ним грозило ожогами.       Тень Аластора выросла из-за его спины и он мог слышать отчетливый трещащий голос, в то время как деревья росли вверх.       — Все прямо как в сказке, — заговорила тень его собственным голосом. — Маленькая Разбойница отпустила свою Герду, чтобы та была счастлива с Каем.       Аластор оскалился, но улыбка не была такой злой. Когти тени прошлись по его спине.       — Любовь и дружба слишком сложны. Нужно ставить партнера выше себя, думать о его приоритетах, как о своих. Заботиться. Для чего нам эти хлопоты?       Аластор сжал кулак, сопротивляясь мыслям, наполняющим голову вопреки желаниям. Он знал, что его тень обычно не говорит.       Злой дух, скребя эмоции грешника, добавил:       — Да и разве ты сам будешь когда-то чьим-то приоритетом?       Аластор не хотел поддаваться чарам злых мыслей, но обернулся, чтобы вновь увидеть счастливое лицо Энджела. Рядом с ним сидел Хаск и иногда Энджел бросал на него робкие взгляды, тряс кота за плечи, показывая пальцем в отражение воды. Энджел не дарил настолько счастливую улыбку ему.       — Он гораздо счастливее без тебя. А когда он узнает, почему ты все начал, то окончательно разочаруется.       Пальцы тени коснулись чужого подбородка и нос Аластора столкнулся с носом своего темного отражения.       — Не жалей себя.       После этого в тени растворился красный свет и существо снова стало бессознательной собачкой, которая обвила чужую ногу, принимая законное место слуги.       Если Аластор и испытывал желание украдкой заглянуть в гладь воды, как остальные в этом месте, то сдержал побуждение и растворился в тенях. Было то, с чем он не готов встречаться вновь. Был тот человек, которому стыдно посмотреть в глаза.

***

      Энджел пораженный пискнул, ощутив на талии холод обнимающих рук. После мир заплясал огоньками. Они оказались перед озером, где собралась толпа из демонов. Чарли, Вэгги и Хаск тоже были тут. Парень испугался, осознав, что важная дата оказалась именно сегодня, а он ни разу не посмотрел в телефон и ушел из Отеля, даже не поговорив с котом.       Энджел знал, что не простил бы себя, если бы по своей вине не увидел Молли еще ближайшие двадцать лет. Он и так совершил достаточно ошибок при жизни. Аластор его уберег от очередной.       То, что Аластор проявил себя приятным собеседником, хорошей компанией, обворожительным человеком его не удивляло так сильно, как удивило это. Одно дело свидание, после которого мужчины искали от него пользу. Но этот поступок... Он не нес за собой никакого смысла. Тем более, что сам Аластор поспешил уйти.       Он сел перед кромкой воды и ощутил счастье от возможности увидеть девушку, которая даже на небе имела вид похожий на него. Она улыбалась и сам Энджел не мог не улыбнуться. Настоящие близнецы.       Он мог посмеяться над ним. Оставить после свидания разбираться с ментальными проблемами и чувством вины. Аластор этого не сделал. Это не имело смысла.