Неполноценный

      Поразительно, как один толчок может столько изменить в судьбах грешников. Самое удивительное, для них этим толчком стало заросшее тиной озеро.       Пока в тот прекрасный вечер Аластор и Энджел были в своем мирке, принцесса Чарли случайно заглянула в гладь воды и узнала, что ее мать, Лилит в Раю. Это стало шоком.       И к новости об отношениях Аластора и Энджела добавилась семейная драма Морнингстар и политическая война с Раем. Но благодаря долгой и упорной работе, жители Хазбина в итоге добились победы. Понадобился год.       Чистки не только прекратились, а между Раем и Адом почти размылась граница. Создали Лимб в пределах Отеля Хазбин. Общая территория, со строгим отбором к кандидатам. Это значило, что родственники из разных сторон могли навещать друг друга по праздникам, а не просто видеть безликое отражение в мутной воде раз в двадцать лет.       Это стал по-настоящему знаменательный день в истории мира.       

***

      Обычно Аластор просыпался рано утром, а Энджела сложно вытащить из кровати. Но сегодня Аластор проспал до двенадцати, как будто олененок. Проснувшись, он увидел, что вторая половина кровати уже остыла. Подумать только, раньше Аластор не впускал никого в свою комнату, а теперь скучал без утренних объятий.       Аластор считал себя приверженцем старого, но за год изменился не только Ад, но и вся его жизнь.       В ванной комнате Аластору бросилась в глаза надпись, оставленная ярко-розовой помадой на зеркале: «Love you, baby <3». Это улыбнуло.       Энджелу нравилось все метить — чего стоят все те вещи, которые «случайно» оставлял паук в его комнате. Так, среди рогов и вуду-тотемов затесались розовые безделушки. А еще две миски — для Наггетса и кролика Клубнички, того самого питомца, что они подобрали на первом свидании.       Но затем Радио Демон посмотрел в зеркало и от прошлой мысли не осталось радости. Он с легким ужасом обнаружил, что след подобной помады остался у него на лице и шее. Чертов Энджел. Если бы Аластор спустился вниз в таком виде, то точно бы не отделался от посмертных насмешек. Тем не менее, отмывшись, демон написал ответную записку и передал ее тени, чтобы та нашла паука и передала ему.       «Я так тебя люблю, Аластор» — с отвращением передразнила тень, играясь в темных углах. Ей не нравилось быть посредником в чужих отношениях.       Но если Энджел вдруг гладил тень, та быстро становилась мурчащим котом, с радостью обвивая чужое тело. Тогда Радио Демон сам был не очень доволен. Энджел почему-то говорил, что он до дурости ревнивый. Это не так.       Но может… некоторые части его личности все еще находились в конфликте. Но с тех пор Аластор извлек урок из замаскированных советов тени, более внимательно относясь к партнеру. Доверие — это самая нежная и хрупкая ценность, которую он и Энтони вместе берегли.       Аластор хмыкнул сам себе и завязал бабочку. Пиджак был оставлен в комнате. Это уже Рождество. На улице крупными хлопьями шел снег, присыпая грязь.       Внизу был только Хаск, одевший вдруг зеленый свитер, шляпу кот сменил на красную шапочку — примерил образ эльфа. Но лицо у него оставалось как обычно хмурым.       — Приоделся к встрече?       Хаск показал средний палец.       — Это не твое дело.       Аластор хмыкнул, ущипнув слугу за щеку. Когда Энджел узнал, что у Хаска и Аластора сделка, тот был, честно сказать, в бешенстве. Это была ссора, после которой Аластору надрали уши, так что ему пришлось пообещать лучше относится к Хаску. Точнее, относиться к нему, как к человеку, а не к питомцу. Энджел очень защитный, когда дело доходит до его друзей.       Правда, сделка Хаска и Аластора все еще действует, потому что она намного сложнее, чтобы просто так разорвать. Но Энджел смог получил долгожданную свободу от порноиндустрии и отвратительного мотылька.       Парень как раз зашел в отель с Наггетсом и кроликом Клубничкой на поводках. У троих бедняг вся спина была в снегу. Но Энджел не особо любил холод. Поэтому грозно фыркал и строил из себя ледяную принцессу, которой не нужны обнимашки, когда Аластор посмеялся над его видом.       Впрочем, долго обижаться он не мог. И пока гостиная наполнялась демонами, Энджел гордо восседал на коленях Аластора, словно на троне, и игрался с клубничными волосами.       Отношения Аластора и Энджела становились все теплее с каждым днем. Достаточно для того, чтобы эти двое не стеснялись прилюдно чмокнуть друг друга в губы.       — Не соситесь напротив моей выпивки. Вы отвратительны, — проворчал Хаскер.       — Я посмотрю на тебя, когда появится твоя милая, — хмыкнул Энджел, довольно щурясь из-за того, что кот покраснел.       — Я не уверен… — тихо произнес тот. — Что она еще помнит. Многое могло измениться за столько лет.       — Хэй. Никто не знает тебя и ее, так хорошо, как знаю я. Она будет счастлива, когда увидит эту милую засохшую булочку с мягкой начинкой.       — Так ты знаком с его женой? — Аластор склонил голову на бок. — Почему вы так на меня смотрите, будто я что-то пропустил?       — Мы забыли ему рассказать, да? Аластор, жена Хаска это же…       Первой вошла Мимзи, ее энергичная походка и громкий голос сразу привлекли всеобщее внимание:       — Привет, лузеры! Встречайте меня!       Затем зашла Чарли с девушкой, а с ними их подруга Эмили — райский ангел-незабудка, и слова Энджела утонули в гоготе.       Сегодня усилиями Чарли и Эмили организована первая особая встреча ангелов с демонами. Девушки произнесли торжественную речь, которую мало кто услышал, и открылся портал.       Из портала первым вышел Пентиус, которого на радостях резко обнял Энджел. Тот был польщен. Но, увы, змея скоро оттолкнули. Да, он жив, они рады и все такое. Но ждали-то не его.       Лишь затем за ним появилась высокая, грациозная фигура. Молли была пауком с четырьмя ногами, с четырьмя глазки веснушками, как у Энджела. Ее обнял ворчащий брат Энджела, которого тоже пригласили, и сам Энджел.       После долгих обнимашек взгляд девушки скользнул по залу, пока не остановился на Хаске, который стоял в стороне, слегка нервничаю. Аластор, с интересом наблюдающий за происходящим, не мог удержаться от комментария:       — Хаскер, так где твоя жена? — Его голос прозвучал громче, чем он планировал.       Хаск глядел на Молли, его глаза расширились от удивления и радости. Он сделал шаг вперед, но застыл, не уверенный, что делать дальше. Молли, заметив его смятение, мягко улыбнулась и сама подошла ближе.       — Привет, Хаск, — ее голос был тихим и мягким, а глаза горели искорками. — Давно не виделись.       — Молли… — Хаск едва мог произнести ее имя. Он сглотнул и, собравшись с духом, протянул руку. — Я так долго ждал этого момента.       Молли взяла его руку, и в этот момент все вокруг замерло. Взгляды всех присутствующих были прикованы к этой паре. Энджел, увидев, как его друг обнимает сестру, не смог сдержать слез радости.       — Подожди, они?.. — Аластор потер монокль. До этого момента, он никогда еще не видел Хаска настолько смущенным и не сварливым.       — Да, они пара. Представляешь? Ах, все это время мы были родственниками. Не зря мы стали друзьями.       — Да, но она не слишком молода? — Аластор приподнял бровь, глядя на кота, которого сюсюкали. Вот почему в тот день так краснел! Слишком был смущен возможностью увидеть жену.       Подумать только, Аластор думал, что Хаск влюблен в Энджела, когда на самом деле выбор кота изначально был отдан другому близнецу. Бывает же такое.       — Хэй, не забывай, я ведь тоже далеко не мальчик. Мы с Молли просто хорошо сохранились, — хихикнул Энджел, хватая своего парня за локоть. — Они познакомились уже после моей смерти, поэтому я даже не подозревал, что моя сестра была замужем. На самом деле я рад, что за ней присматривал такой парень.       Аластор искренне улыбнулся и приобнял паука, приободряя.       Что ж, вот на этой ноте следовало бы закончить эту славную сказку. Но это еще не конец. Спустя время в отеле появились еще две женщины. Матери.       Аластор подавил устрашающую улыбку, подавил легкий страх схватывающий грудь, обнимая собственную мать и даря букет алых роз.       Позже Аластор нашел одну из рук Энджела, сжимая в жесте поддержки и когда представлял матери избранника. А потом Энджел представил его своей.       И теперь они наконец-то разделят полноценный праздник. С полноценным обедом. В полном кругу друзей и семьи.       Загробная жизнь еще ни у кого в Аду не была настолько счастливой.