По глазам

— Добрый-добрый, проходите гости дорогие, — во входной двери стоял брюнет и рядом с ним миловидная девушка.  Я долго у них задерживаться не стал и сразу же ушёл в сторону кухни за тряпкой и пакетиком для разбитой кружки.  — Ты ведь Антон, да? — та самая девушка, стоящая рядом с брюнетом. Почему-то, я сразу не заметил, но у неё были такие же белые волосы, как и у Вари.  — Да, всё верно, а вы?  — Я Аля, мама той девчонки, что по квартире вашей носится. — Я уже успел с ней познакомиться, — открыл ящик, посмотрел есть ли там тряпка, не нашёл её, закрыл ящик, и так ещё пару раз. — А тот брюнет рядом с вами? — наконец-то, заветная тряпочка.  — Это брат мой двоюродный, Арсением звать, — Аля рассматривала что-то в телефоне. — Слышал я, вы тут обо мне разговариваете? — брюнет неожиданно появился в проходе и сел рядом с Алей.  — Позвольте узнать, Арсений, будете ли вы чай? — он кивнул головой. — Язык только не обожгите, — спустя пару минут я поставил две кружки чёрного чая перед гостями, а сам с такой же ушёл к себе.  В комнате всё выглядело очень печально. Пару десятков осколков разлетелись вокруг стола и в целом по всей комнате.  Вот же, и на кой чёрт мне было их встречать, кружку только разбил, теперь горбатиться тут и руки до крови резать.  Очень позитивные мысли. Спасибо, Антон. 

***

Последний осколочек был собран, а чай вытерт с пола. Его бы хорошо было помыть, но сейчас так лень.  Стоило бы мне сесть за рисунок, а то портрет сам себя не дорисует, тем более дедлайн до среды, то есть, ещё два дня. Хотелось бы закончить раньше. Убирал я это всё, к слову, около часа. Время близилось к десяти часам вечера.  Пока я собирал кружку, ко мне пришёл Фёдор, он разлёгся в моём кресле и смотрел, как я нагибаюсь за очередным осколком. Весело ему было.  Пока горел экран ноутбука с каким-то шоу на нём, горел и мамин пирог. А ведь до этого на кухне так вкусно пахло шарлоткой.  Все суетились, а нечто, издалека едва похожее на шарлотку, вытащили из духовки. Масса дымилась, и пахло это чем-то далеко не приятным.

***

И вот сново утро. Хочу ли я просыпаться сейчас? Если честно — не очень, — будильник был заведён ровно на девять часов, а лёг я часа три назад. Так что поспать ещё не помешало бы. — Анто-он, вставать пора, ты знаешь вообще сколько я тут проторчал? — и снова он, снова мой любимый друг — Матвиенко.  — Ну и со скольки же? — я нырнул под одеяло.  — С семи, сука, утра, — нутром я чуял, что он смотрел на меня.  — Мог бы и попозже прийти, я в это время лёг примерно.  — А как бы я к тебе в квартиру попал? Ты дрыхнешь тут, а Серёжа пусть за дверью подождёт. Так?  — Ну можно было бы и так, — я выглянул из-под одеяла.  — Либо ты встаёшь сейчас и идёшь завтракать, либо то, что я приготовил, я съем сам и уйду домой.  — Побудь человеком, Серёж, я спал три часа, — открытые шторы очень мешали, поэтому глаза нормально я смог открыть только сейчас.  — Так, а хули ты лёг в семь утра? — Не в семь, а в шесть.  — Боже, дай мне сил, — он приложил ладони к лицу. — Я считаю до трёх… — бесперебойно говорил он.  — Да встаю я, — не успел он начать отсчёт, как я тут же оказался в вертикальном положении, в глазах потемнело. — Смотри до чего ты меня довёл, в глазах из-за тебя темнеет.  — Да больно ты мне нужен, а вот если белый свет увидишь, то это уже какой-никакой звоночек. Иди ешь уже, — он пропустил меня, и я ушёл на кухню.  — Серёг, — я уплетал яичницу так, будто не ел лет восемь. — А сделай-ка ещё чайку и корма Фёдору насыпь.  — Хер тебе, а не чай, — сухой корм и какой-то сироп, который купила мама специально для котов, оказался перемешанным в миске, а в соседней была вода. Пока Матвиенко шелестел упаковкой, на шум прибежал Федя, и как только он увидел корм, то сразу же полез к миске, но я взял его на руки. — Ты прикинь, к нам в гости вчера тот Арсений заявился, — я отпустил кота.  — Что за Арсений? — Серёга взял две кружки и разлил в них кипяток, чайные пакетики уже лежали на дне. А сахар и прочие сладости были рядом, на столе.  — Ну, актёр из Питера, вроде он в том театре служит, в который мы поехать должны.  — Ахуеть, можно я тебе позавидую? — он отхлебнул горячий чай.  — Да Арсений этот словно преследует меня, мы с ним и в школе увиделись и вчера, я когда в зоомагазине был, он мне сотку одолжил.  — Антон, а познакомь меня с ним? — Матвиенко подставил руку под подбородок и улыбнулся так, будто он дешёвая шлюха.  — Сходи нахуй.  — Я кстати заметил, что с утра ты всегда злой.  — Не ты один, — мне правда много, кто жаловался, что я чересчур злой по утрам. 

***

Он обвился вокруг моей шеи, мурчал на ухо и приятно до мурашек и дрожи в пальцах лизал мочку.  — Фёдор, прекращай, — я взял его на руки и держал перед собой. Телефон завибрировал, и на главный экран пришло сообщение от кого-то.  Странно, что кто-то пишет сейчас, ведь только перевалило за три часа ночи.  Неизвестный — Привет, спишь? 

Антон Шастун

— Допустим нет, но уже ухожу. 

Я не стал продолжать диалог с неизвестным и лишь переименовал его, мне не нравятся контакты без имён.  И вот новый день и новые возможности, но сегодня особенный день. У моей дорогой мамы день рождения. Будильник вибрировал под подушкой и уже третий раз распевал надоедливую мелодию. Картину я дописал ещё в тот злополучный вечер, когда разбил кружку. Она стояла, аккуратно упакованная в бумагу, а неподалёку от неё — букет лилий в новой вазе.  Я с трудом поднялся и взял подарки. Зашёл в комнату мамы. Она сладко спала, повернувшись ко мне спиной.  — Мам? Просыпайся, — я потряс её за плечо. Она недовольно сощурила глаза и повернулась ко мне. — С днём рождения! — Недовольное лицо из-за раннего пробуждения сразу же сменилось на искреннюю улыбку. Я сел на край кровати. — Спасибо, Антош, — она притянула меня за плечи и обняла, чмокнула в макушку.  — Не за что, я пойду завтрак приготовлю, — я поцеловал её руку и отправился в сторону ванны, там умылся и приготовил на завтрак две яичницы.  — Антош, я в кафе пойду, так что можешь прогуляться сходить, меня допоздна скорее всего не будет.  — Хорошо, — я достал телефон и открыл чат с Матвиенко. 

Антон Шастун

— Серёга, пойдёшь гулять? 

Матвиенко — Ого, сам Шастун предложил мне погулять, грех отказать, — он почти сразу ответил. 

Антон Шастун

— Не стоит благодарности, в 13:30 в парке. 

Время было около десяти, так что времени ещё вагон. Вот так я всегда думаю, сижу, пока не останется полчаса, и потом в оставшиеся тридцать минут ношусь по квартире и собираюсь впопыхах.  Штаны там взять, футболку здесь, рюкзак и кепку в прихожей, кольца и цепочку в комнате… — Серёга, я опаздываю, — буквально орал в трубку я.  — Вот Антон, почему я не удивлён? — он выдохнул в трубку и молчал.  — Потому что тебе звоню я, а не левый чел, — бросил трубку я и побежал до своей комнаты: собирать рюкзак.  Закинул туда зарядку, кошелёк и как обычно антисептик со влажными салфетками. Ну, а вдруг я упаду с крыши, зато смогу вытереть кровь и антисептиком обработать рану — не умру хоть.  Мама ушла до магазина. В дверь кто-то постучал, а потом и позвонил.  — Ну, сука, кого же принести могло, — выругался я себе под нос и пошёл ко входной двери, резко повернул замок и потянул ручку вниз. — Чего надо? — на лице застыл шок. Какого хуя, Арсений-Блять-Или-Как-Тебя-Там, ты стоишь передо мной с голым торсом. Я сразу же захлопнул дверь. Мой внутренний подросток орал и пищал от стыда, а внешний подросток горел от него же. — Антон? Откроешь? — Арсений снова постучал в дверь. — Кхм… Да, конечно, минуточку, — я как можно быстрее старался успокоиться и спустя пару секунд снова открыл дверь. — Что надо, Арсений? — он заметил? Заметил? — Мне нужна корица, у вас есть? — я смотрел ему прямо в глаза, пока он блуждал ими по нашей квартире. — Сейчас посмотрю, — я убежал на кухню. Открыл верхний шкафчик и пытался разглядеть надписи на баночках, голову вскружил стыд, и я пытался, честно, пытался отвлечься от голого мужского торса. С горем пополам я нашёл приправу. Взял баночку и понёс её к выходу. — Ам… Вот, Арсений, — я дрожащими руками протянул ему эту злосчастную корицу. — Спасибо, завтра верну, — он улыбнулся. И снова что-то закололо, снова внутри всё трещало от волнения. Наконец дверь закрылась. Я схожу с ума? Нет. Это Арсений сводит меня с ума. Я снова ушёл на кухню, налил целый стакан воды и выпил его полностью. Взял рюкзак и натянул кроссовки. Открыл дверь, а за ней такой пиздец. Арсений как будто и не уходил, он стоял всё так же и сейчас смотрел на меня. — Здравствуйте снова, — я судорожно закрыл дверь и закинул ключ в карман. Не обращая внимание на него, пошёл вниз по этажам. Я смог от него сбежать. Наконец.