История о школьниках

Долгое время Буратино пытался наладить с Аделиной отношения, но она равнодушно отшивала его или вовсе не шла на контакт. В конце-концов, Буратино решил забить на этот случай и притвориться просто друзьями, как раньше. Аделина же не оставалась вне внимания. Выделялась в школе, даже начала хорошо учиться. В этом заслуга Мальвины, которая решила вдруг стать репетитором по русскому и математике. Ребята ходили к ней на «занятия» каждую неделю. Мальвина была вундеркиндом, поэтому считала, что всё в этом мире «элементарно, Арлекин». Арлекин же так не считал. Если по математике проблемы были у Буратино и Пьеро, то они с Коломбиной не понимали русский язык. — Пишем диктант! — решила Мальвина. — Опять… — протянул Арлекин. — О, супер, можно особо не страдать, — расслабился Буратино. — Это только им, — разрушила его планы Мэл. — А вам — контрольная. — Вот же блин! — воскликнул блондин. — Итак, начнём с основ, — сказала Мальвина. — Всем известно в целом мире: три плюс два равно… — Четыре… Ой, нет… Шесть. Мальвина тяжело вздохнула. — Буратино, ты считать умеешь? — спросила Аделина, которая выступала в роли помощницы репетитора и сейчас крутилась в кресле. — Да. — Тогда считай, что ты двоечник. — Перестаньте! — сказала Мальвина. — Буратино, представь: у тебя двадцать шесть яблок. Аделина попросила у тебя девятнадцать яблок. Сколько у тебя останется? — Ммм… — задумался он. — Двадцать шесть. — Подумай хорошенько. — Двадцать шесть. — Это ещё почему? — С хрена ли я дам Аделине яблоки? — Хорошо… — вздохнула Мальвина. — А если она насильно у тебя их возьмёт? — Двадцать шесть яблок и один труп. Аделина вскочила и отвесила ему подзатыльник. — Да я тебя убью раньше, чем у тебя появятся эти яблоки! — Тебя посадят. — Переспорить мне тебя не удастся, поэтому сразу перейдём к оскорблениям, — сердито сказала она. — Допустим. — Ты придурок. — Обоснуй. — То есть ты согласен, но хочешь обсудить детали? Коломбина и Арлекин засмеялись. Взгляд Мальвины заставил их заткнуться, но не перестать улыбаться. — До свидания, мне пора идти, — сказала Аделина и ушла. Она бы не упустила возможности подкладывать Буратино на каждой его ошибке, но вспомнила о кое-каком важном деле. Достав из рюкзака клочок бумаги, она развернула его. «Встретимся на скамейке за школой», — гласила записка. И пусть она была не от возлюбленного девушки, чёрт бы его побрал, Аделине стало любопытно, кто ею заинтересовался. Заодно это и хороший способ забыть этого олуха Буратино. Она пришла на скамейку, как и было сказано в письме, но её никто не встретил. Просидела пять минут, и тут услышала голос: — Аделина? Ты уже пришла, как вижу. Девушка повернула голову: на неё смотрел её одноклассник, имя которого всё время вылетало из головы. — Извини, это ты написал мне ту записку? — осторожно уточнила она. — Да, это я. Ты мне давно нравишься, Аделина, с того самого дня, как зашла в двери класса. Она была поражена таким открытым признанием в любви, без тупых подкатов и бессмысленных намёков. — Извини, но твоего имени я не помню. Парень улыбнулся: — Моё имя Франко. Рад встрече, Аделина. Девушка кивнула, отвечая на приветствие. Парень сел рядом. — Я уже сказал, что ты мне нравишься, а что ты скажешь насчёт меня? — спросил он. Аделина задумалась. — Думаю, мы слишком мало знакомы, чтобы я сразу делала какие-либо выводы. Ты симпатичен, но этого недостаточно. — Я понимаю. — Франко накрыл своей ладонью её руку, что заставило шатенку слегка вздрогнуть. — Прости, если тебе покажется, что я навязываюсь. Если ты не против, мы можем каждый день в это же время встречаться здесь и узнавать друг друга получше. Что ты по этому поводу думаешь? Аделина погрузилась в свои мысли. Спектакль окончен, трек выпущен, с Буратино поссорилась. Время свободное, так почему бы и нет? — Я согласна, — ответила она. — Давай. Ты прикольный. — А ты волшебная, — улыбнулся Франко. Так встречались они весь январь. И вот настало 14 февраля. Коломбине досталось два письма — от Арлекина и Пьеро. Мальвине одно от Пьеро. Аделина получила огромное признание в любви от Франко, юмористическое и романтичное. Буратино не получил ничего, поскольку до сих пор был в ссоре с шатенкой. После уроков, как всегда, девушка отправилась за школу. На скамейке её ждал Франко с букетом алых роз. Аделина чуть не упала, когда парень отдавал их ей. — Что? Тяжело? — удивился он. — Да нет, это скорее от неожиданности. Мне ещё никто никогда не дарил цветы, — пожала плечами она. — Спасибо. Мне очень приятно. — Ты чудесна, Аделина. Я ещё ни разу не встречал такую девушку, как ты. Знаешь, мы видимся уже месяц на этом месте и узнали друг о друге достаточно. Согласишься ли ты стать моей девушкой? Сердце забилось часто, разум не вовремя напомнил шатенке о Буратино. Она пыталась прогнать его прочь, но всё без толку. При воспоминании, можно сказать, о своей первой любви, на глаза Аделины навернулись слёзы. Она зажмурилась, чтобы не расплакаться, и села на скамейку. Подняла на парня почти красные глаза. — Я не знаю. Мне нужно подумать, Франко. Понимаешь, столько всего навалилось сразу. — Я понимаю, Аделина. Но спасибо, что, хотя бы, не даёшь мне ложных надежд. Он провёл рукой по её волосам. Она закрыла глаза. — Поцелуй меня, — прошептала она. Франко тоже закрыл глаза, и их губы соприкоснулись. Для парня это был долгожданный момент, поцелуй был сладким и желанным. Для Аделины же наоборот — появилось ощущение, будто она кого-то предаёт, а поцелуй мерзок и безвкусен. «Буратино лучше целуется», — пронеслось в её голове. С тоской она поняла, что её сердце принадлежит другому, и у Франко нет ни единого шанса на любовь с ней. Отпрянув, она спросила: — Тебе понравилось? — Очень, — выдохнул он и хотел снова её поцеловать, но Аделина встала со скамейки. — А мне нет. Прости, Франко, но это мой тебе прощальный поцелуй на память. Мы не сможем быть вместе. Я люблю другого. Она развернулась и пошла, но прикосновение руки остановило её. — Аделина… Спасибо за тот месяц, чтобы мы провели вместе. Но… Кто тот парень, что украл твоё сердце, если не секрет? Аделина вздохнула: — Нет, не секрет. Наш одноклассник. Буратино. *** Март. В школе устроили вечеринку в честь начала весны. Дискотека была в самом разгаре, когда к Буратино подошла Коломбина. — Чего ты здесь стоишь так одиноко? Развлекайся, учителя нам одолжение сделали, раз устроили это всё! — Да нечего же делать, — ответил он. — Танцевать же даже не с кем. — А как же Аделина? — спросила Коломбина. — А что с ней, неужели умерла? Когда похороны — позови, хочется сказать о ней пару слов. Самоуверенная и невыносимая. Она меня знать не желает, и это взаимно. — Да ладно тебе. Смотри, как Аделина рада тебя видеть! — Коломбина кивнула куда-то в сторону. Буратино повернулся в том направлении. И правда, стоит, смотрит прямо на него и улыбается. Он повернулся к подруге детства и сказал: — Если она улыбается — это ещё не значит, что она рада меня видеть. Может, она представила, как меня переезжает каток. Коломбина усмехнулась и ушла. Аделина всё также улыбалась. «Красивая улыбка», — заметил Буратино, но прогнал эти мысли. Подошёл. Она всё также стояла, будто счастливая. — Адли, ты норм? — спросил он у неё. — Нормально — не значит хорошо, — ответила она, а улыбка не сходила с её лица. — Ээ… Ладно… — Знаешь, мне часто кажется, что я собака. — Такая же мразь? — Вот такое у тебя представление о друзьях человека? Не стоит разговаривать со мной так, будто у тебя скидки в травматологию. Вдруг Буратино почувствовал, что кто-то тронул его за плечо. Обернувшись, он увидел Франко, но не заметил, как расширились от ужаса глаза у Аделины. — Нам надо поговорить, — сказал он. — О чём это? — удивился блондин. — Об этой леди. — Он кивнул на Аделину. — Какая она «леди»? Я бы сказал «катастрофа вселенского масштаба». — Нет! — вскочила Аделина.— Разошлись! — Адли, не мешай, — отмахнулся Буратино. — Чтоб ты оглох! — Да пошла ты! — Да пошёл ты! — Пошли вместе? — Пошли?.. Её система сломалась. В этот момент Франко сказал: — Она мне отказала, сказала, что любит тебя! — Чего? Она не может любить меня, — холодно ответил Буратино, глядя на шатенку. — Да я люблю тебя! —Девушка и повисла у парня на шее. Аделина — мастер спорта по перепадам настроения — посмотрела в удивлённые глаза Буратино. Блондин, мягко говоря, офигел от такого. Отцепил руки Аделины, посмотрел ей в глаза серьёзно: — Ты прикалываешься? Или реально? — Какой же ты глупый, Тин! За это я тебя и люблю. Конечно реально! Зачем мне тебя обманывать? — Ну… Обычно ты ведёшь себя так, будто я тебе до фонаря. — Прости… — Аделина отвела взгляд, но руки не отпустила. — Я тогда толком не разобралась в своих чувствах… Да и думала, что тебе на меня наплевать. Ты простишь меня? — прошептала она. Но он не услышал этого из-за грохочущей музыки, а прочитал по губам. — Если бы ты была мне безразлична, я не познакомился с тобой тогда, когда ты пришла в класс. Конечно я прощу тебя. — Ты чудо. Неподалёку улыбнулись наблюдавшие за ними Коломбина и Арлекин. Дав друг другу «пять», они довольно отошли.