История о школьниках

Этим днём Арина была на работе — на этот раз в театре. Очень много времени она проводила именно здесь, на студии, где собиралась их актёрская команда, чтобы написать сценарий и отрепетировать спектакль. Арина любила находится здесь — в творческом месте, где всегда витало вдохновение и частичка иного мира. Как раз сегодня проходила первая репетиция новой постановки: «Баллада о кукле», это мюзикл-трагедия, где в главной роли куклы, конечно же, Арина. Словно заевшая пластинка, в голове у Арины звучала одна и та же мелодия. Чтобы не забыть, Арина решила её записать. Она не знала ноты, поэтому обратилась к их композитору, который сочинял музыку для выступлений. — Какая чудесная мелодия! — воскликнул композитор и передал Арине лист с нотами. — Держи, передашь музыкантам, пусть тоже репетируют. Эта мелодия идеально войдёт в наш новый спектакль! — Арина, — позвал девушку из сценарист. — Можешь подойти, пожалуйста? Николо — их молодой сценарист, ровесник Арины — прошёл вместе с актрисой в его кабинет. Небольшая комната была завалена исписанными листами и книгами, но письменный стол свободен. — Вижу, у тебя по-прежнему творческий беспорядок, — заметила Арина. — Это верно, — вздохнул он и переключился на свои листочки. — Я бы хотел обсудить с тобой сценарий спектакля. Кукла должна быть магической и немного неестественной для нашего мира. Внешне ты походишь на фарфоровую куклу, за счёт твоей бледной кожи. Твоя тёмная палитра также подчёркивает мистическую сущность куклы, но вопрос в другом. Чтобы героиня казалась более… фантастической… Тебе нужно перекрасить волосы. — Да? — слегка удивилась Арина. — И в какой же цвет? Актёрам часто приходилось менять внешность ради роли, но это первый случай, когда поменяться предложили Арине. Обычно все принимали её природную внешность, объясняя это тем, что её образ идеальный. — На мой взгляд, фиолетовый. Арина невольно вспомнила случай, случившийся несколько лет назад. Тогда у неё как раз были фиолетовые волосы… — Я не против. — Хорошо. Тогда я передам это костюмеру и гримёру, — решил Николо. — Извини, ты умеешь танцевать вальс? — Да… А что? — Пригодится, — ответил сценарист, отмечая что-то в листочке. — Тогда можешь идти. Скоро должна начаться репетиция. Возьми сценарий. Арина взяла файл и уже хотела уйти, но вспомнила кое-что. — Кстати, подойди к композитору. Он записал мне мелодию, я бы хотела добавить её в спектакль. Можешь написать для неё стихи? — Конечно, о чём речь. До встречи. — До встречи. Арина направилась в репетиционный зал, читая по пути сценарий. Весь текст в стихах и написан так великолепно, что Арина улыбнулась. Хотя, если подумать, все сценарии Николо были бесподобны. «Меня окружают поэты», — мысленно усмехнулась актриса, вспомнив про брата. Как бы она хотела сейчас оказаться дома… В репетиционном зале её встретила Эйприл. Её небесно-голубые глаза выражали интерес и дружелюбие. — Здравствуй, Эйприл, — сказала Арина. — Добрый день, Арина. Поздравляю с главной ролью! — Не сто́ит. Ты тоже будешь участвовать в спектакле? — Нет, я пока только учусь, — рассмеялась иностранка. — Кстати, пока ты здесь. Серафим Левиафанович предложил нам поменяться ролями! Она сказала это так радостно, что брюнетка почувствовала подвох. — А ты кого играешь? — уточнила Арина. — Никого. Он предложил сделать тебе перерыв. «Как-то уж слишком подозрительно» — подумала Арина. Что бы директор дал ей отпуск? Да никогда! — Извини, — с нажимом сказала Арина, — я не для того поступала в театр, чтобы стоять в массовке. Эйприл казалась удивлённой. Прежде чем она смогла что-либо сказать, Арина позвала: — Николо! Он поднял голову от сценария и подошёл к ним. Он в каком-то смысле дружил с Ариной, потому что они вместе учились актёрскому мастерству у Карабаса. — Как ты думаешь, чисто теоретически, Эйприл бы подошла на главную роль? Сценарист посмотрел на ассистентку. Немного подумав, он ответил: — Нет. Вы же как две противоположности, Арина — тебе подходит тёмная палитра, а Эйприл — светлая. Кукла из моего сценария должна излучать мистику, такая роль как раз подходит тебе. Когда-нибудь я напишу про нежную пастельную девушку, которой будешь ты, Эйприл. Но не в этот раз. Девушка вскинула брови, но ничего не сказала. Кивнула, улыбнулась. — Замечательно! Мне будет очень приятно, если про меня напишут спектакль. Арина удержалась, чтобы не закатить глаза. Эйприл её раздражала. Началась репетиция, на которой актёры убивали время, расставляя люфты в сценарии. Это было одним из самых скучных занятий в театре — это Арина знала точно. Но без люфтов текст получался монотонным, поэтому ничего не поделаешь. Когда рабочий день закончился, Арина вышла из театра. Оценив пробки в городе, она решила идти пешком. Арина медленно бродила вдоль ночной Мойки, освещённой рядами фонарей, излучающих мягкий тёплый свет, который отражался от молочно-белого льда. Морозный воздух дул в лицо, развевая волосы, но Арина не почувствовала холода. В наушниках громко играла классическая музыка, призывая забыть о реальности и насладиться этим прекрасным мгновением. Неторопливо проходя по красному мосту, девушка задержала взгляд на универмаге «У красного моста», полностью утонувшем в огнях. Он невольно притягивал к себе внимание, особенно эффектно выглядел купол, весь в гирлянде. Арина помнила, что это высокое здание — уникальный образец архитектуры эпохи модерн. Недолго думая, она зашла внутрь, потянув на себя тяжёлую дверь. Молодой охранник приветливо кивнул ей в знак приветствия, его губы шелохнулись в реплике «здравствуйте». Актриса тоже кивнула и спустила на шею наушники. Из угла повеяло чем-то ароматным и манящим. На первом этаже продавались парфюмерия, бижутерия и верхняя одежда, но Арину это совершенно не интересовало. Она прошла в центр, где в окружении манекенов стояла четырёхметровая искусственная ёлка, наряженная огромными бантами, шарами и бутафорскими ветвями рябины. Оценив белый интерьер с золотыми перилами, девушка решила подняться наверх, чтобы взглянуть на ёлку свысока. Было три пути наверх: мраморная лестница, эскалатор и золотистый лифт. Поднимаясь по лестнице, Арина заметила гипсовую лепнину цветов на стенах. Сверху красный подиум, на котором стояла ёлка, казался овальным ковром. — Подсказать вам что-нибудь? — тихо спросил консультант. — Нет, спасибо, — ответила она и направилась к выходу. Арина не собиралась здесь когда-либо что-то покупать. Дорогие вещи не делают кого-либо счастливыми, тем более, что она экономит, несмотря на то, что на всю её зарплату они с Пьеро могли бы жить три года без потребности в работе. Но Арина сомневалась, что хочет жить всего три года, к тому же, ещё нужно было откладывать деньги на чёрный день, если он вдруг настанет. Вернувшись домой, она заметила, что в комнате Пьеро горит свет, хотя Арина не помнила, когда в последний раз братик ложился так поздно. Тихо постучавшись, девушка осторожно зашла. Пьеро сидел за столом и что-то строчил на бумаге. «Снова стихи», — подумала Арина. — Пьеро, я вернулась. — Привет, Арина, — сказал он, обняв сестру. — Извини, что так поздно я не сплю, ко мне пришло вдохновение. Я написал стихи для песен нашей группы. Можешь почитать. Он протянул Арине тетрадные листочки, исписанные синими чернилами. Она не сомневалась, что стихи хорошие, но при прочтении её мнение немного пошатнулось. — Если это не шедевр, то гран-при, — призналась она, отдавая листочки. — Спасибо. Как прошла репетиция? — Сегодня редактировали текст, — ответила она. — Я снова получила главную роль, на этот раз я играю фарфоровую куклу. Мне предложили перекрасить волосы в фиолетовый для образа… Пьеро, я хочу тебе кое-что рассказать. Она села рядом, а брат повернулся к ней лицом, приготовившись слушать. Арина глубоко вздохнула. — Ты знаешь, что наша семья необычная… Когда-то, когда мама была жива, я была такой же, как ты — с двойной личностью. — Я знаю, — сказал он. — Это всегда так, по старшинству. — Да… Тёмная личность всегда пытается навредить хозяину и ведёт свою собственную жизнь. Тёмная Арина была ещё более жестокая, чем Тёмный Пьеро. Из-за неё от меня начали отдаляться друзья, люди сторонились меня. Я просила не отвлекать меня во время выступлений, но бывали случаи, когда Тёмная Арина оказывалась на сцене. Представляешь, какой был кошмар? Она выкрикивала оскорбления, рушила декорации, чтобы сорвать спектакль. Я не могла её контролировать, никто не мог. Меня тогда чуть не отчислили из театрального… Каждая тёмная личность предпочитает свой стиль. Твоя — чёрную одежду, а у меня появлялись фиолетовые волосы. Это более заметно, чем одежда. Тёмная Арина была живой катастрофой. Она тоже пыталась меня убить, они все пытаются. Тебе личность не навредила, потому что рядом была Коломбина, а со мной никого не было. Она резала мне руки, пыталась выколоть глаза. Я появлялась в самый подходящий момент, чтобы остановить её. Это было жутко… Я рада, что с тобой ничего не случилось. Это будет продолжаться с тобой до конца моей жизни. Она поцеловала брата в лоб. Он задумчиво смотрел в окно. — Спокойной ночи, Пьеро. — Спокойной ночи. *** В день премьеры Арина встала рано. Оранжевое зимнее солнце ярко светило из окна, оставаясь мягким тёплым светом на стене. Арина убедилась, что Пьеро спит, поэтому тихо собралась и пошла в театр. В метро было многолюдно, как обычно и бывает утром — все спешат на работу. Вокруг шумели поезда и эскалаторы, не смолкали голоса, стучала обувь — зал был наполнен привычным звуковым сопровождением. Сапоги Арины звонко стучали по каменному полу, добавляя ещё больше шума. На телефоне высветилось сообщение от продюсера. «Сегодня приедет новый, какой-то очень уважаемый, режиссёр, потому что наш не будет присутствовать по болезни. Директор просит всех особо не выделяться (в негативном плане)». Арина кивнула и спокойно доехала до театра. — Доброе утро, — сказала Арина, заходя в гримёрку. — Как настроение? — Супер! — улыбнулась Эйприл. — Удачи! — Спасибо. В костюмерной Арину нарядили в пышное платье и загримировали так, что она действительно походила на фарфоровую куклу из музыкальной шкатулки. Актриса вошла в репетиционный зал на финальный прогон. Театральная команда встретила её восхищёнными восклицаниями и комплиментами, что образ очень ей идёт. Наконец началось выступление. Арина была не самой популярной актрисой в стране, тем не менее, местные жители её знали, и на спектаклях с участием Арины всегда был аншлаг. Сегодня актриса играла как никогда прежде, как в последний раз. Мюзикл завершался финальной песней, мелодию которой придумала Арина, а сценарист написал стихи. Когда занавес закрылся, артисты вышли на поклон, а зрители стоя зааплодировали. Кидая на сцену букеты цветов, гости восторженно улыбались. После того, как Арину попросили дать автограф и сфотографироваться, она направилась в гримёрку, чтобы переодеться. Услышав неподалёку голоса продюсера и нового режиссёра, Арина хотела поздороваться, но остановилась, когда вдруг поняла, что они говорят про неё. Прижавшись спиной к стене, брюнетка (а уже не совсем брюнетка) прислушалась. — Ваш спектакль впечатляет, — сказал режиссёр. — Это потрясающая заслуга вашего талантливого сценариста. — Спасибо, я ему передам. — Говорят, у вас новая актриса? — Да — Эйприл. Правда, она пока ещё не совсем актриса, но мы над этим работаем. — А та очаровательная девушка, которая играла главную роль? Мне кажется, на неё у вас большие планы. — О, вы про Арину? Признаться, она больше не сможет выступать. У неё проблемы с семьёй, поэтому она дальше не будет работать. — Очень жаль… Она очень талантливая. Вам повезло, что она попала в ваш театр. — Спасибо. Я передам ей ваши слова. Арина поняла, что не дышит. Глубоко вздохнув, она отправилась в кабинет директора, прямо так, в гриме и бальном костюме. Распахнув дверь без предупреждения, она воскликнула с порога: — Вы меня увольняете?! Серафим Левиафанович раздражительно на неё посмотрел. — Верно. Будь добра, выйди и зайди нормально. — Я не в школе, — отрезала Арина. — По какой причине я больше не смогу выступать? Проблемы с семьёй? А разве не для того я работаю, чтобы прокормить свою семью?! — У тебя конфликт с Эйприл, — ответил директор. — Театральная команда должна доверять всем и каждому. — Какой ещё конфликт? Вы серьёзно?! Это был один из редких случаев, когда Арина выходила из себя. Спокойствие треснуло, терпение дало сбой. — Ты уволена, Арина, — нетерпеливо сказал начальник. — Прошу тебя раз и навсегда покинуть наши театр, кино и модельное агентство. — Вы не можете уволить меня! Вы теряете талант один на миллион! — Уходи, Арина. Это было твоё последнее выступление. Арина, сжав губы, смотрела на него исподлобья. Развернувшись, ушла и хлопнула дверью. Раз она теперь больше здесь не работает, то можно было идти домой.