Приют твоего крыла: вторая часть

- Ты действительно думал, что тебе это сойдет с рук, не так ли, Кроули? Ты и твой лучший друг Азирафаэль, вы двое все спланировали с самого начала. Вы собирались сбежать вместе, не так ли? Уехать в какую-нибудь чужую страну и жить как короли, пока остальные из нас гниют за решеткой? Кроули сглотнул, его щеки сильно побледнели, когда Хастур навис над его коленопреклоненным телом. Его руки были связаны за спиной, одежда помята, вездесущих солнцезащитных очков нигде не было видно. Но даже сейчас, связанный и беспомощный, промокший под проливным дождем и в нескольких шагах от смерти, он не съежился и не дрогнул. Скорее, он насмехался над своим товарищем по несчастью, высоко подняв подбородок. - Стоило попробовать, - пробормотал он. Хастур крепко схватил его за волосы и откинул голову назад. - Чего я не понимаю, так это как ты уговорил младшего брата Гавриила согласиться на это. У него было лучшее из обоих миров, насколько я мог видеть. Законный бизнесмен с семейными связями с самой могущественной мафией по эту сторону Атлантики... ну, второй по могуществу. И ты каким-то образом убедил его ликвидировать обе наши организации и подставить наших боссов? - Ну, когда ты так говоришь, это звучит просто как хвастовство. - Что ты пообещал ему, Кроули? Деньги? Кроули не клюнул на наживку. Вместо этого он посмотрел на реку, на стремительные темные воды, которые вскоре станут его могилой. - Я обещал ему устриц в Риме, - сказал он со слабой улыбкой, - а теперь, если ты не возражаешь... прекрати все это позерство и займись делом. Хастур выглядел так, словно хотел продолжить разговор, еще немного растянуть события. Ему так нравилось заставлять своих жертв страдать. Но отдаленный вой полицейских сирен, приближавшийся все ближе, заставил его решиться. Он приставил пистолет ко лбу Кроули, оскалив зубы в злобной ухмылке, и нажал на спусковой крючок. - НЕТ! Кошмар рассеялся. Азирафаэль открыл глаза, хватая ртом воздух, но его отчаянный крик не последовал за ним в мир яви. Этого так и не произошло. Он слишком привык спать там, где другие могли подслушать и холодно отчитать его за то, что он поднимает шум из-за пустяков. Он плотнее закутался в одеяла и ждал, пока его пульс придет в норму, дрожа так сильно, что у него стучали зубы. В этом старом коттедже было слишком много сквозняков. Было ясно, что никто не беспокоился о содержании в течение многих, многих лет. Когда он впервые вошел, вся мебель была пыльной и покрытой простынями, стены грязными, ковры в пятнах, в шкафах обитало семейство мышей. Первые две недели пребывания Азирафаэля в резиденции были посвящены покраске, чистке и оттиранию, пока каждый мускул его тела не взмолился о пощаде. Он перевел мышей в сад снаружи, наполнил кладовую и холодильник, а также купил одежду и безделушки в местном благотворительном магазине, чтобы заполнить пустые шкафы и полки. Письменный стол в кабинете стал пристанищем для его новых документов, удостоверяющих личность, и Азирафаэлю были даны строгие инструкции забыть свое старое имя и прожить оставшиеся годы так мирно, как только он сможет. Подумать только, когда-то он думал, что защита свидетелей - это то, что бывает только в фильмах. И все же он был здесь, просыпался каждое утро в этой причудливой деревушке, вместо того чтобы томиться в тюремной камере, где ему по праву принадлежало место. Больше нет А.З. Фелла из Сохо, сводного брата Гавриила Арча и бывшего члена преступной организации, известной как Ангелы. Теперь он был Франциском Истгейтом, единственным ребенком в семье и цветоводом на пенсии, который абсолютно ничего не знал о растениях. Власти время от времени звонили, чтобы узнать, как у него дела, или задать дополнительные вопросы о его прошлом, но по большей части Азирафаэля оставляли одного ориентироваться в этой странной новой жизни. Это был не Рим, это точно. Его дыхание сбилось. Азирафаэль зажмурился, подбородок задрожал. Прошло тридцать пять дней с тех пор, как Гавриил был убит в кровавой перестрелке между Ангелами и их злейшими врагами, Падшими. Прошло чуть больше месяца с тех пор, как Вельзевул была арестована и заключена в тюрьму вместе с ее главными помощниками. Прошел месяц с тех пор, как его книжный магазин сгорел дотла, и Азирафаэль очнулся в больнице, а над ним стоял суровый сержант полиции, требуя ответов. Тридцать пять дней прошло с тех пор, как в Темзе был найден затонувший автомобиль с запертым внутри телом Энтони Дж. Кроули. Первый безобразный всхлип вырвался из его горла. Сдавшись, Азирафаэль уткнулся лицом в подушку и не предпринял никаких усилий, чтобы заглушить свои горестные вопли. В кои-то веки не имело значения, насколько громким он был. Никто больше не слушал.