Никто не останется позади/No one Left Behind

Кацуки начал готовиться ко сну, хотя на самом деле было еще не так уж поздно, он любил рано вставать. Это просто означало, что никто не сможет беспокоить его исходом эпизода геройской программы, которую он слышал внизу. Изуку, вероятно, что-то писал в своем блокноте, все остальные разбрелись по комнате. Мина тоже была там, вероятно, свернувшись калачиком с одеялом и наблюдая за происходящим вместе с остальными членами семьи. Они все любили Мину, и Кацуки был этому рад. Он… он действительно был этому рад, не то чтобы он ревновал или что-то в этом роде. Она была человеком, который мог выбирать, чем хочет заниматься, и она не была обязана проводить с ним время. Папа пытался научить его этому раньше… до того, как он умер, но не получилось. Они много чему не успели его научить. Кацуки проворчал, спускаясь по лестнице за кружкой воды. Он заглянул в гостиную и увидел там именно то, что ожидал. Шото почти уснул, а Нацуо растянулся на полу, как морская звезда. Изуку яростно что-то строчил в своем блокноте, пока Хитоши смотрел телевизор, сидя рядом с ним. Мина была зажата между Хитоши и тетей Инко. Она почти тонула в одном из тех очень пушистых одеял, приклеив глаза к экрану перед ними. Она выглядела очарованной шоу, Кацуки был рад за нее, он действительно был счастлив. Он тихо прошлепал на кухню за водой, а затем снова поднялся по лестнице. Его никто не заметил. Кацуки вздохнул, вернувшись в тишину своей комнаты, было поздно, и ему нужно ложится спать. Минут через пятнадцать, когда он почти заснул, он что-то услышал. В коридоре скрипнула дверь, но он решил послушать что еще будет. Пока Кацуки притворялся спящим, он услышал звук того, будто что-то тащили по ковру. Он лежал неподвижно, когда дверь в его комнату медленно распахнулась. То, что, тащили, поднесли ближе к нему, а затем положили на пол. Оно приземлилось тяжело, но не громко, Кацуки понятия не имел, что только что принесли в его комнату. Он услышал шарканье и предположил, что, на него определенно было наброшено одеяло. Может быть, сюда притащили матрас? Кто, черт возьми, принес этот чертов матрас в его комнату? Мина спала в комнате Фуюми и Тои, у нее не было другого варианта, так как Фуюми кроме тетушки была единственной девушкой. Кацуки приоткрыл глаза и увидел там вышеупомянутую розовую девочку. Она стояла к нему спиной и в данный момент подбрасывала одеяло в воздух. Похоже, она пыталась положить простынь на свой матрас. Кажется именно его тащили сюда по коридору. — Какого черта ты здесь делаешь? —из-за того, что он недавно проснулся, его речь была невнятной. Мина замерла, повернув голову и глядя на него, как олень в свете фар. Кацуки зевнул и сел, чтобы смотреть на нее прямо. Она первой отвела взгляд. "…ты проснулся." «Да, и что ты делаешь?» "Э… готовлюсь ко сну?" «Я понял, Розовая. Почему именно здесь? Я Думал, ты спишь с Фую или типа того.» "Я не хочу спать там, мне нравится здесь." "Почему?" «Потому что ты здесь.» Это заставило Кацуки замереть. Какого черта, вечно прилипчивой Мине захотелось спать здесь из-за него? Он не был известен своей дружелюбностью. «Что, черт возьми, это значит?» "Ты спас меня"сказала она, пожимая плечами, как будто это была самая очевидная вещь на свете. "И ты такой же, как я. В любом случае, с тобой я чувствую себя в большей безопасности, чем с твоей сестрой." С этими словами Мина залезла под одеяло, накинутое на матрас. Кацуки секунду смотрел на нее, по большей части просто из-за смущенния, прежде чем вздохнуть, он не собирался заставлять ее уходить. Это потому, что он не особо хотел, и не верил, что физически сможет. Этот человек пытался ходить, опираясь на свою вывихнутую лодыжку, просто чтобы доказать свою правоту. Если она не хотела уходить, он не сможет заставить ее уйти. Он слишком устал, чтобы попытаться понять смысл того, что она сказала. На каком-то уровне он об этом догадался, но сейчас для него был важнее сон . В комнате снова воцарилась тишина, и усталость напала на него с новой силой. Кацуки еще выше натянул на себя одеяло и закрыл глаза. Где-то в доме что-то хлопнуло. Судя по звуку, это была дверь кабинет, но звук все равно был громким. Просто Нацуо снова слишком сильно закрыл дверь. Хотя Мина этого не знала, глаза Кацуки распахнулись, когда он услышал, как она ударилась о каркас его кровати. Он наклонился, увидев, как она отползла от двери настолько далеко, насколько могла. —Это всего лишь дверь, Розовая—прошептал Кацуки грубым, но добрым голосом.—Здесь нет никого, кто мог бы навредить тебе. «П-верно. Д-просто кто-то набирает… кто-то набирает воду или что нибудь еще.» —Нацуо слишком сильно хлопает ими— проворчал он, надеясь, что этого будет достаточно для объяснения. «Д-да. Хорошо, это... все в порядке.» Мина легла туда же, где была сначала, свернувшись калачиком в углу матраса. Кацуки ломал голову, что делать дальше, он не был хорош в утешениях. Черт, он был хорош во всем, кроме этого. —Ох, черт возьми.—сказал Кацуки, привлекая внимание Мины. Он вылез из-под одеяла и сел рядом с ней. Кацуки протянул ей одну руку, все еще не совсем уверенный, правильно ли он все делает. Мина моргнула, но все равно пододвинулась ближе. Она положила голову ему на плечо, прижавшись к его руке, как к плюшевому мишке. Он до сих пор понятия не имел, какого черта он делает. Возможно, такая интуиция это влияние того, что Кацуки провел так много времени рядом с Изучаном. «Раньше я думал, что тетя и дядя будут на меня кричать»сказал он прямо, очень желая, чтобы он умел справлялся с чувствами, также как Изуку. "Ты, что?" «Мама часто на меня кричала, я тебе это уже говорил. Каждый раз, когда я делал что-то не то, что-то ей не нравилось. Возможно, однажды она просто разозлилась и решила выплеснуть это криком. Папа никогда ничего не делал чтобы ее остановить.» Мина молча слушала. Кацуки уставился на плакат Хитоши «Голова-ластик», который сделал дядя Саши, поскольку он висел на стене напротив них. Он слышал об этом герое из рассказов Изуку, но Кацуки все же больше нравился Всемогущий. Он был героем, который мог защитить себя от чего угодно. Всемогущий не боялся чьих-то криков и того, что снова останется один. «Когда тетя и дядя забрали меня к себе, я думал, что они такие же я продолжал ждать криков. Они действительно чертовски хорошие люди, но это не мешало мне думать о них дерьмовые вещи.» Кацуки глубоко вздохнул. Ему не нравилось копаться в этих воспоминаниях, но если это поможет Мине, то он это сделает. Он готов пережить это сотню раз, если бы от этого она почувствовала себя в большей безопасности. «Прямо перед тем, как мы переехали, они поссорились. Я был с ними на кухне и чуть не спрятался под столом. В итоге они разговаривали несколько минут, ни разу не повысив голоса. Они пошли на компромисс, прежде чем дело переросло в драку. Я был чертовски сбит с толку.» "Почему?"тихо спросила Мина, все еще слушая. «Мои родители никогда так не делали. Они чертовски громко решали проблемы. Но потом тетушка и дядя решили все без криков, и я был сбит с толку. Я спросил их, почему, почему они не кричали, мне все объяснили. Они сказали, что никогда не будут кричать на меня так, как мама, и они сдержали свое слово.» "Они… они хорошо к тебе относятся, да?" «Они никогда не кричат ​​и не бьют нас, если ты об этом. Это самая добрая семья, которую ты когда-либо найдешь.» "Думаю, тогда я выбрала хороший день, чтобы пострадать"тихо рассмеялась Мина. «Хм, я бы все равно привел тебя сюда. Ты не должна была оставался бездомной.» "Никто не останется позади, верно?" Кацуки оглянулся и увидел улыбающуюся ему Мину. На ее щеках все еще были следы слез, но она все равно ухмылялась. Может быть… может быть, он почти правильно объяснил ей свои чувства. Он улыбнулся в темноте, повторяя ее слова. «Никто не останется позади.» Кацуки проснулся примерно в восемь от того, что Нацуо чуть не сбил их дверь с петель. Он прокричал, что они едят французские тосты, прежде чем снова умчаться обратно. Хитоши почти мгновенно побежал вниз, Изуку и Шото следовали за ним. Никто из них не удосужился быть потише или проверить, надели ли они рубашку вчера вечером. Было лето, так что это не вызвало вопросов. В любом случае, они все равно чаще всего крали футболки Тои и Фуюми чтобы использовать их в качестве пижам. Однако именно тогда Кацуки обнаружил, что не может двигаться. Ну, он мог, просто на нем кто-то лежал, как проклятый кот. Он вспомнил, как заснул в своей постели. Он вспомнил, как Мина заснула на своем матрасе. Так какого черта она плюхнулась ему на живот, а ее ноги свисали с его кровати? (Он не собирался признаваться, что чувствовал себя более отдохнувшим, чем за последние несколько недель.) Кацуки безуспешно пытался вылезти из-под своего одеяла и сестры-друга. Он просто хотел съесть чертовы французские тосты от дяди Саши. Он начал тыкать пальцем Мину в бок, пока она не проснулась. По крайней мере, ее реакция была немедленной. Она бросилась на другую сторону кровати, хихикая как сумасшедшая. Ха, так ей было щекотно. "Не… ха-ха-ха , не делай этого!" «Тогда не держи меня в плену, я хочу французских тостов.» Кацуки вскочил с кровати и помчался к двери. Он остановился и оглянулся, чтобы убедиться, что Мина следует за ним. Так она и сделала, даже если при этом выглядела очень растерянной. Эх, он объяснит все внизу. Никто не должен пропускать французские тосты дяди Саши, никто. Кацуки почти подумывал о том, чтобы использовать силу своих взрывов, чтобы быстрее спуститься по лестнице, но тетя установила правило«не использовать в доме причуды по собственной прихоти». В любом случае он перепрыгивал каждую вторую ступеньку, Мина бежала немного медленнее. Он надеялся, что, тосты еще остались. На кухне, как всегда, было громко. Дядя заканчивал готовить завтрак, а тетя доставала тарелки. Тоя держал бутылку с сиропом над головой Нацуо, который выглядел так, будто размышлял, стоит ли встать на стойку, чтобы дотянуться до нее. Фуюми бормотала о летнем домашнем задании, будучи лишь наполовину проснувшейся. Все остальные с нетерпением ждали завтрака за столом. Итак, это было их обычное утро. ~~~~~~~~~ Это был хаос, который выглядел хорошо спланированным. Мина была очень смущена. Она проснулась от того, что Кацуки щекотал ее, он сказал что-то о французских тостах, еде, о которой Мина никогда раньше не слышала, прежде чем поспешно выйти за дверь. Хотя он ненадолго остановился, чтобы убедиться, что она тоже придет. Когда Мина вошла на кухню, ей показалось, что она попала в другой мир. Раньше здесь всегда было тихо и почти жутковато, а теперь? Теперь кухня казалась живой. Мистер Мидория стоял у плиты. Рядом с ним лежала стопка… Мине это показалось странными тостами, буквально, они просто пожарены на сковороде. Это только еще больше смутило ее, почему Кацуки так хотелось спуститься вниз и съесть обычный тост? Изуку, Хитоши и Шото сидели за столом и выглядели так, словно готовы прыгать на месте от нетерпения. Миссис Мидория доставала тарелки из шкафа, а Нацуо дрался с Тоей, который держал упаковку с кленовым сиропом как можно дальше от своего брата. Мина увидела, как мимо прошла Фуюми, выглядевшая так, словно она все еще не до конца проснулась. Кацуки направился к столу, Мина последовала за ним. Она колебалась, но села рядом, Изуку стоял напротив нее. Казалось, он почти физически засиял, когда увидел ее. «Мина! Я забыл спросить вчера, но какая у тебя причуда? »Он заговорил так быстро, что ей потребовалась секунда, чтобы понять, о чем речь. —Ох, хм, кислота. Я могу выделять кислоту. За столом на секунду воцарилась тишина. Вот он, подумала Мина, глядя на стол, это был момент, когда ее заставляли уходить или называли демоном или злодеем. Возможно, они позволят ей взять немного еды перед уходом. "Это так круто!" …что? «Это потрясающая причуда!»воскликнул Изуку, перегнувшись через стол. Мина посмотрела на него широко раскрытыми глазами, раньше никто так не реагировал на ее причуду. «Можешь ли ты создавать только кислоты? Можно ли как то отключить это? Ты потеешь, как Каччан, или контролируешь это как Шото свой огонь и лед? Можешь ли ты растворить что-нибудь? Как насчет-» —Изуку, дай девочке возможность отдышаться—усмехнулся Тоя, нежно поглаживая зеленые кудри Изуку. «Верно! Мина, ты можешь что нибудь ею растворить?» "Эм, д-да? Мне... мне никогда раньше не разрешали попробоват"". "Ну"сказал мистер Мидория позади Мины, напугав ее. "Вы можете поэкспериментировать с ней чуть позже." Хитоши почти сразу выпрямился. «Причудливый день?» "Да, почему бы и нет"засмеялся Мистер Мидория. «Сначала завтрак, а потом можно потренироватся.» Мина моргнула, когда все дети в комнате начали хлопать, даже близнецы и Нацуо. Это было большим сюрпризом, судя по тому, что видела Мина, подростки на самом деле не думали, что им нужна помощь с причудами. "Что такое причудливый день?"тихо спросила она. «Дядя Саши и Изучан помогают нам с нашими причудами»объяснил Кацуки. «У нас есть разные тренировочные дни для причуд, боев и всего, над чем мы хотим поработать. Обычно это чертовски весело» «Ха, звучит круто.» Честно говоря, это было не то, чего Мина ожидала. Особенно ее смутила часть, где Изуку должен им помочь. Она знала, что у него есть причуда анализа, но был ли он достаточно умен, чтобы точно указать им на все недостатки помочь усовершенствоваться? И действительно ли у мистера Мидории хорошо получалось помогать всем им одновременно? В голове Мины крутилось так много вопросов, но она не стала их задавать. Вместо этого она слушала, как они говорили. На стол были поставлены тарелки с изысканными тостами, и все тут же бросились за ними. Мина отшатнулась от чужих рук. Слишком много движений, слишком быстро, здесь слишком много людей. Каким-то образом у нее оказалась тарелка с едой. Для нее это все еще выглядело как странный тост, она оглядела стол и увидела, что все кладут на тарелку разные добавки. Тоя намазывал все джемом, Кацуки утапливал тосты в сиропе, а тарелка Хитоши выглядела засыпанной снегом. Мина осторожно капнула туда немного кленового сиропа. Она откусила кусочек и сразу решила, что теперь это одно из ее любимых блюд. Под «Днем причуд» подразумевалось, что мистер Мидория (который настоял на том, чтобы она называла его Хисаши), наблюдал за всеми во дворе, пока они экспериментировали со своими причудами. Там установили несколько манекенов, которыми они тоже могли пользоваться. Они выглядели так, словно были сделаны из пустых упаковок от молока и обрезков ткани. Кацуки работал над контролем размера своих взрывов. В основном он делал это на открытом воздухе, но время от времени забрасывал ими манекены, там оставались опаленные следы . Это было потрясающе. Их было семеро (по крайней мере троим из них было семь, Мина еще месяц будет шестилетней), и они уже отлично владели своими причудами. Шото был занят тем, что пытался сделать какую то фигурку изо льда, но, видимо, продолжал все портить, потому что случайно растапливал их всех огнем. На самом деле на это было весело смотреть. Он сидел на ступеньках крыльца, Фуюми тренировалась рядом с ним. Она создавала кучи снега у их ног, судя по всему, в попытках контролировать, сколько конкретно его пойдет и как долго она сможет работать в таком темпе . Нацуо сидел в углу двора, рядом с Тоей. Он щурился от сильной концентрации и почему-то смотрел на свои руки. Мине очень хотелось бы узнать все их причуды. Тоя создавал маленькие синие языки пламени, которые парили над его кожей. Он пытался, сделать так, чтобы они находились как можно дальше от его рук и ладоней, прежде чем исчезнут. Пламя выглядело красиво. Мина знала, что он учится в школе героев, что само по себе было очень круто, но наблюдать за его контролем над причудой было потрясающе. Наконец, еще там были Изуку и Хитоши. Лицо Изуку выглядело пустым, что резко отличалось от его выражения сегодняшним утром, по какой то причине он подпрыгивал на одной ноге и размахивал руками, напоминая курицу…. Хитоши не выглядел слишком напряженным от… того, что он делал, но его брови были сосредоточенно нахмурены. Сейчас бездельничала только Мина. Она… понятия не имела, что делать. Логично, что она знала, как использовать свою причуду, она знала, что это кислота и что она опасна. Однако она не знала, что делать с этой информацией. —У тебя какие-то проблемы, Мина?—спросил мистер Мидория, подходя к ней. "Да." —Я могу чем-нибудь помочь? "Просто… что мне делать? Я... я ничего не знаю о своей кислоте, мистер Мид-Хисаши." «Попробуем сделать это, ты запустишь в этот манекен как можно больше кислоты. Мистер Хисаши указал на ближайшее к ней подобие человека, находящегося примерно в шести футах. —И мы будем думать над твоей тренировкой исходя из результатов. "Хорошо." Мина подняла руки, целясь в манекен. Технически она могла выделять кислоту практически всем своим телом, но целиться было легче всего руками. На данный момент она сосредоточилась только на том, чтобы создать как можно больше жидкости. Секунду спустя манекен превратился в шипящую кучку каши. Хм, она не ожидала такого сильного результата. —Ого—это все, что сказал господин Хисаши. Все во дворе повернулись, чтобы посмотреть в ее сторону. Мина сделала шаг в сторону крыльца, на случай, если ей придется бежать. Она не собиралась снова терпеть, если на не будут кричать, ей не нужно молча терпеть такое отношение. Но ничего из того что она могла предположить не произошло. Изуку подбежал и он выглядел несколько иначе, чем несколько минут назад. Мина напряглась, готовая увернуться, если он попытается ударить нее или сделать что-то еще. Вместо этого он без страха взял ее за руку. Ну, если точнее то за локоть, наверное, это было просто для того, чтобы он не поранил себя ее кислотой. «Ух ты! Это так круто! Похоже, ты можешь выделять это из своих рук, как Каччан, но я видел кислоту и на твоем запястье, и это означает, что ты, вероятно, можешь создать ее и на других участках тела. Интересно, что еще можно с ней сделать? Можно ли контролировать кислотность? Можешь ли ты сделать ее более скользкой или похожей на воду? Действительно ли возможно выстрелить ей из любой части твоего тела? Ты как улитка? Тебе больно от нее? Может она-» —Изуку, приятель,расслабься— напомнил своему сыну господин Хисаши.—Мина, ты не будешь возражать, если я задам тебе несколько вопросов о твоей причуде? Изуку тоже хочет об этом поговорить, так как ему нужно больше практики в своем анализе. Действительно, более медленный анализ. —Д-да, конечно.—Мину никогда раньше не спрашивали о ее причуде. Был только вопрос что она из себя представляет и позже оскорбления. Это было что-то новое, и это было… приятно . «Хорошо, начнем с этого, можешь ли ты контролировать, сколько ты вырабатываешь кислоту и где?» Мина улыбнулась и подумала, что, возможно, снова иметь семью было не так уж и плохо. Инко имела дело с сотнями самых разных дел. Это неудивительно, учитывая, как долго она уже работает в своей области. И все же, лишь немногие из них разозлили ее так, как это. Обычно она не слишком волновалась, будучи спокойным и терпеливым человеком по натуре. Но сейчас? О, она была в ярости. В последний раз она так злилась когда узнала что происходило с Хисамэ, а с того момента прошло уже больше года. И все же она сейчас злилась, практически кипела из-за ситуации маленькой Мины и предстоящего судебного дела. Какие родители могли оставить своего ребенка на улице! Даже дом дальнего родственника, или приемная семья, или еще что нибудь еще лучше, чем проклятый лес! Так что да, Инко была в ярости. И она была почти уверена, что это тревожило ее детей, они не часто видели ее такой, если вообще видели, так что, конечно, они были взволнованы. Хотя она изо всех сил старалась быть спокойной, когда они были рядом. Видит бог, никому из них не нужен рядом разгневанный взрослый, особенно когда буквально каждый из них в своей жизни подверглись той или иной форме насилия. Сердце Инко до сих пор болит от мысли об этом, она ничего не может сделать с прошлым, но она могла обеспечить им лучшее будущие. И, черт возьми, она собиралась позаботиться о том, чтобы этим детям больше никогда не пришлось беспокоиться о том, что с ними снова будут плохо обращаться. Если и было какое-то утешение, так это то, что праведный гнев стимулировал ее собрать улики быстрее, чем она это делала обычно. Записи с камер наблюдения, показания соседей, документы, каждая мелочь была тщательно проверена и аккуратно упорядочена в папке.Хисаши стал называть это папкой для удочерения, если она будет честной, то это недалеко от правды. У детей до летних каникул оставался примерно месяц. Мина будет учится в той же школе, что и остальные, как только она станет по закону их ребенком. Сейчас ее обучала Фуюми, для обоих это была хорошая практика, Инко хвалила их за достижения. Лето также означало, что было жарко. Хисаши был на работе, Инко занималась сбором доказательств, и детям приходилось развлекаться дома это не было сложно, учитывая, сколько их было. Инко никогда не думала, что у нее будет такая большая семья, но она ни на что бы ее не променяла. Иногда пятеро детей бегали между этажами, играя в героев и злодеев. Инко сняла на видео, как Тоя мчится вниз по лестнице и смеется, пародируя типичного злодея. Группа детей бежала за ним, выкрикивая свои имена героев. Мина была героем по имени Персевер. Судя по всему, у него была черная одежда (на Мине была одна из длинных черных рубашек Фуюми, поэтому Инко предположила, что это именно форма героя), белая накидка и желтые перчатки. Перчатки были украдены из гаража, вероятно, кем-то из мальчиков, потому что это были желтые садовые перчатки Инко. Она просто была рада, что Мине весело. Бедняжка уже достаточно натерпелась. В один из таких дней все дети, включая подростков, бросились вниз по лестнице с таким видом, будто вот-вот взорвутся от волнения. Они все начали говорить одновременно, Инко усмехнулась и мягко успокоила их. «Говорите по одному, я не могу понять вас всех сразу, хорошо?» Все они вели молчаливый разговор, который закончился тем, что Изуку вышел вперед. Он глубоко вздохнул, стараясь произнести свои слова как нечто большее, чем одно единственное. «Мама, можем ли мы поиграть с водой во дворе?» "В какую рода игру?" У Инко остались очень яркие воспоминания о том, как ее муж забрасывал ее и соседей шариками с водой. Она ломала голову, пытаясь вспомнить, рассказывал ли Хисаши об этом детям. «Мы хотим кикболл с водными горками!»Прокричал Хитоши. «Сами все сделаем и поставим во дворе!» "Хм, если вы уберете ее, когда закончите, то я не имею ничего против." Дети, включая Мину, стали восторженно хлопать. Инко улыбнулась и рассказала им, где находится скользкий пластиковый брезент. Они бросились в гараж маршируя. Инко с любовью покачала головой и вернулась к работе над делом. По крайней мере, теперь в доме будет тихо. ~~~~~~~~~~ — Хорошо, вот как мы будем играть—начал Тоя, перебрасывая мяч между руками.—Фуюми и я будем лидерами своих команд. Одна команда будет пытаться бить по мячу и попадать по целям, чтобы заработать очки, а другая подавать мячи и пытаться помешать первой. Понятно? В ответ последовало шесть кивков. Фуюми помогла ему с правилами, поэтому она уже знала, что он собирается сказать. Наверное, даже лучше, чем Тоя, если он будет честным. «Хорошо, значит, кто-то кидает этот мяч в того, кто бьет. Если они пнут его и кто-то поймает его в воздухе, то они выбывают. Если мяч коснется земли раньше человека, то он тоже выбывает. Вы получаете очки, если ваш игрок возвращается после того, как победил троих противников. Есть вопросы?» Рука Шото поднялась вверх, как будто они были в школе. «Можем ли мы использовать причуды, чтобы двигаться быстрее?» "Никаких причуд. Мы не хотим ломать бассейн или замораживать воду. Что-нибудь еще?" —А если мяч попадет в соседский двор?—спросила Мина. "Мы перелезем через забор и будем отрицать, что что-либо сделали. Есть еще вопросы?" Все молчали. "Хорошо, Фуюми, ты первой выбираешь себе команду." «Нацуо» "Черт возьми, я выбираю… Изуку." —Предатель—прошептал Шото, рассмешив остальных. В итоге в команду вошли Тоя, Изуку, Хитоши и Кацуки. А в другую Фуюми, Нацуо, Шото и Мина. Это было равносильно хаосу, но, ей-богу, результат был бы веселым. ~~~~~~~~~~ — Мы играем без взрывов! «Пошел ты!» —Хватит думать, Зуку! Просто черт возьми бей по мячу! «Тойя! Язык! Здесь маленькие дети.» — Прости, Юми. «Нацуо! Не занимайся серфингом! Вы все видели, чем это обернулось для Тои.» "Эй!" — Шото, тебе нельзя замораживать мяч. «Но так бить ногой становится труднее!» "Да, давай без обмана." «Изучан, перестань бормотать и поймай проклятый мяч!» —Значит, он может ругаться, а я нет? «Тоя, заткнись.» — Если ты еще раз бросишь снег в воду... Фуюми, помоги мне. ~~~~~~~~~~ Хисаши пришел домой и сразу почувствовал себя глубоко встревоженным. Тишина дома, когда там живут маленькие дети, почти никогда не являлась хорошим знаком. Он поставил свои вещи и пошел на кухню, прислушиваясь к любым угрозам. В их мире никогда не знаешь, что может произойти. Лучше быть начеку, даже если они живут в относительно безопасном районе. Инко мирно работала за кухонным столом. Хисаши немного расслабился. Если Инко спокойно работала, значит, дети были где-то рядом. Ему было любопытно, где именно, поскольку в доме никогда не было так тихо. Хисаши только пожал плечами, подошел и поцеловал жену в макушку. —Ой! Хисаши, ты дома—сказала Инко, откладывая ручку. —Да, Урараки отпустили меня немного раньше—промурлыкал Хисаши, наслаждаясь тем, что на мгновение они остались вдвоем. Хотя ему все еще было любопытно.—Дорогая, где дети? «Они играют в игру на заднем дворе. Что-то о водных горках и кикболе. Честно говоря, я просто рада, что они не бросают в соседей шарики с водой, как кое-кто.» — Инко, это было всего один раз! «Дважды. Не считая того раза, когда ты использовал их как оружие против нескольких злодеев.» «Хм, могу ли я использовать их против твоих документов, чтобы мы могли пойти во двор?» —Позволь мне убрать их, а потом мы сможем пойти проверить наших детей— засмеялась она, этот смех всегда вызывал у Хисаши улыбку. Он положил подбородок ей на голову, он делал так с тех пор, как они себя помнили. «Я не думаю, что когда-нибудь устану называть их "нашими детьми", это напоминает мне счастливые воспоминания. Когда, ты говорила, Рей сможет выйти из больницы?» —Через несколько месяцев — вот что сказал врач. Однако дети скоро смогут навестить ее. «Хм, может быть, мы сможем сделать это на выходных, я не буду на них работать. Хотя, возможно, нам не следует идти сразу всем. Не хочу перегружать бедную женщину.» —Да, я согласна. Мы можем пойти посмотреть, чем занимаются дети. Хисаши усмехнулся и позволил ей встать со стула. Он протянул руку помощи и нахально ухмыльнулся. Инко с любовью закатила глаза. Они увидели… игру, как только подошли к двери. Хисаши моргнул, выйдя из дома. Каким-то образом их задний двор превратился в водную зону боевых действий с горками. Фуюми бежала за Тоей и Нацуо, неся ведро, которое она нашла черт знает где, и выкрикивая что-то о мести. Кацуки и Мина играли в борьбу на траве, они смеялись и визжали, Хисаши решил, что все в порядке. Ноги Хитоши приморозили к земле; он дулся. Изуку был в центре щекотливой атаки на Шото, требуя, чтобы он разморозил Хитоши. Так что да, это немного напоминало хаос. В какую бы игру они ни играли раньше, она превратилась в… что бы это ни было. Хисаши не смог удержаться от смеха. Это привлекло внимание детей. Восемь пар глаз уставились на Хисаши, который почти хрипел от смеха. Его дети могут превратить простую игру в симуляцию ситуации с заложниками. — Э… дядя Хисаши? — сказал Шото, все еще прижатый к земле Изуку. «Что вы, дети, делаете?» Спросил он, рядом с ним хихикала Инко. — Э… играем в мяч, но с водными горками?—Ответил Нацуо, хотя это был скорее вопрос, чем утверждение. — И… занимаемся борьбой? «Эти двое взяли и сбросили меня с водной горки!»возмущенно воскликнула Фуюми. Ну, это ответило на один из вопросов. «Хитоши дразнил Изуку!» «Шото приморозил Тоши к траве!» «Я первым/ой коснулся/ась тебя!» И Мина, и Кацуки игриво вскрикнули, прежде чем продолжить импровизированный борцовский поединок. Хисаши изо всех сил старался не упасть от смеха. К этому моменту большинство детей продолжили то, что делали раньше. Однако Хитоши все еще был приморожен к земле. Инко вернулась в дом за камерой, пока Хисаши размораживал ноги Хитоши. Его фиолетововолосый сын поблагодарил его прямо перед тем, как вступить в драку между Изуку и Шото. Хисаши с любовью покачал головой, это был хаос, и это были его дети. Пока они отдыхали, каждый получил по фруктовому мороженому, включая Хисаши. Фуюми случайно уронила на него ведро с водой, последовавшая за этим водная война теперь была увековечена в фотографиях, которые Инко захотела распечатать и повесить в коридоре. Нацуо победил, зазбрызгав всех, Хисаши слишком гордился им, чтобы злиться на то, что он весь промок. Инко любовно назвала их всех мокрыми котами, Хисаши в ответ обнял ее и поцеловал В общем, это был хороший летний день. Мина улыбалась, Кацуки охотно позволял кому-то прикасаться к себе, и ни один из их брезентов не был испорчен без возможности восстановления. Последнее было самым большим сюрпризом, Хисаши искренне ожидал, что хотя бы один из них расплавится, заморозится, сгорит или взорвется. Это Маленькая, но все же победа. Он был горд, боже, он так гордился своими детьми. Они многому научились, стали лучше и выросли за то время, что были рядом. Как морально, так и физически. Ему не терпелось увидеть те удивительные вещи, которые они сделают.