Никто не останется позади/No one Left Behind

Инко не знала, стоит ли ей быть благодарной или метаться в ярости. Она передала дело в суд. Все ее доказательства были аккуратно собраны, это солидное дело, за которое она будет бороться всем, что у нее есть. Только для того, чтобы родители Мины (очевидно, семья Кайбуцу) отказались от опеки над ней. Инко знала, что она должна быть хотя бы немного счастлива, что они обычные люди. Это просто означало отсутствие длительных судебных слушаний и споров, от которых ей хотелось кричать, не нужно будет вызывать охрану, потому что кому-то не нравилось, что она использовала против них улики. Но какой родитель мог просто отказаться от опеки в тот момент, когда узнал, что его дочь кто-то забрал? Да, конечно, это значительно облегчит суд, и Инко знала, что они плохие люди, но все же. Ничто не могло заставить вскипеть ее кровь больше, чем эта ситуация. Настолько, что, если она только думала об этом, то случайно скидывала предметы с полок. Она не замечала этого, пока тарелка не врезалась в ее руку. Инко благодарила всех богов, которые она смогла вспомнить, за то, что Хисаши был не только ее мужем, но и лучшим другом. Он внимательно слушал, как она яростно кричала обо всем этом, до тех пор, пока не успокоилась, и перестала ходить, взмахивая руками. Она не могла быть ему еще более благодарна. Технически, день удочерения Мины наступит через месяц. Это было замаскированным благословением, поскольку это дало бы Инко время обуздать свой гнев. По крайней мере, настолько, чтобы не напасть на Кайбуцу. Неужели их шнурки слишком туго затянуты, и обувь ни за что не зацепится? Ну, все равно никто не сможет доказать, что это была она. А пока им нужно было купить Мине собственную кровать и одежду. Она уже настояла на том, чтобы спать рядом с Кацуки, а не с Фуюми, поэтому они вдвоем просто разделят его комод, Мина все равно ходила в его одежде. Если Инко будет честна, ее дети уже давно отказались от идеи носить только свои вещи. Вчера вечером Изуку ушел спать в одной из рубашек Тои, а Шото спустился вниз, одетый в шорты Хитоши. Дошло до того, что младшие просто брали корзину с носками и наугад выбирали себе две штуки. Иногда они были одинаковы, но чаще всего — нет. При этом Мина спросила (очень тихо и с таким видом, будто была готова в любую секунду убежать), можно ли ей что-нибудь более девчачье. У мальчиков была классная одежда, но ее любимые цвета это оранжевый и желтый. Ни у кого из них не было ничего подходящего, особенно учитывая, что их любимые цвета это красный, зеленый и коричневый или черный, в зависимости от дня. У Шото было ужасное чувство моды, даже для семилетнего ребенка. Никакие попытки вразумить его так и не увенчались успехом. И еще, Инко нужно было узнать, что нравится Мине, чтобы она могла сделать ей подарок на день рождения. Оставалось всего несколько дней, и она скорее переедет на Аляску, чем не сделает подарок своей девочке. Если уж на то пошло, то, там будет, хотя бы торт. Все это привело к тому, что Инко поехала в торговый центр вместе с Миной, Изуку и Фуюми. Остальные остались дома, в основном потому, что покупка одежды была для них не самым интересным занятием, а кто-то потому, что, еще не сделал свое летние школьное задание. Тойя вызвался присмотреть дома за детьми. Он и Фуюми, в последнее время так много для них сделали, Инко планировала что-нибудь им подарить, поскольку они категорически отказывались от любых денег, которые она пыталась им дать. Может быть, это будут те серьги, которые Тоя хотел, но никогда бы не попросил. Не считая подарков, мебельный магазин был первым в их списке. Мина сама выбирала себе постельное белье и постеры в комнату, из-за чего сначала она сильно нервничала. Однако вскоре они с Изуку бегали туда-сюда между стелажей. Инко и Фуюми выбирали подарок на день рождение Мины, это заняло у них немного больше времени, чем планировалось. Дальше они пошли в магазины одежды! В несколько разных. Что, вы думали, они пойдут только в один? Нет, Инко собиралась полностью испортить своего нового ребенка. Мина нервничала, и это было очевидно. Она не вдавалась в подробности того, что сделали ее биологические родители, но Инко слышала достаточно, чтобы догадаться о проблеме. Вероятно, они заставляли бедную девочку чувствовать себя виноватой за то, что ей, что-то нужно. Она с гордой улыбкой наблюдала, как Изуку и Фуюми выбирают одежду для девочки, несмотря на ее неловкую болтовню о высоких ценах и тому подобном. Через некоторое время к ним присоединилась Инко, а затем она показала детям, где находятся раздевалки. Все, что не подошло, вернулось на свои полки. Они вышли из первого магазина с двумя сумками яркой одежды, раскрашенной цветами всей радуги. Мина продолжала их благодарить, но Инко мягко сказала ей, что в этом нет необходимости. Это то, что должны делать родители. Инко больше всего нравился второй магазин. Там были вещи для детей почти каждого возраста, это облегчало их выбор и покупку. Фуюми немедленно направилась в нужный ей раздел, оставив Инко помогать двум детям найти то, что они хотели. Это было не слишком сложно, Изуку нравилось почти все, что связано с героями, и по какой-то причине одежда, на которой было написано слова вроде «футболка» и «фланелевая рубашка», Хисаши находил это забавным. Инко также вспомнила, что здесь было много одежды с яркими узорами. Она осторожно направила Мину в направлении стендов с рубашками, зная, что полки были слишком высокими, чтобы девочка могла их хорошо рассмотреть. Они завернули за угол, и Инко увидела момент, когда Мина заметила стойки с неоновыми вещами и леггинсами. "Миссис Инко, можно мне померить их" спросила она с тихим благоговением. —Конечно, можно, дорогая. Да ладно, я думаю, что помню где находятся носки, с леопардовым принтом. Они могут тебе понравится Инко улыбнулась, увидев звезды в глазах Мины, когда она смотрела на одежду, но кроме этого, там была нотка печали. Ни один ребенок никогда не должен стесняться просить о чем-либо, особенно об одежде или еде. Это было неправильно. Инко дала молчаливое обещание, что ее новая дочь никогда не будет этого стеснятся и что она будет знать, что такое настоящая любовь. ~~~~~~~~~ Мине нравились ее новые вещи. Ей купили кровать, новую одежду и даже игрушки! Это было так классно. Она была удивлена, когда миссис Инко действительно повела их в магазин с новой одеждой и вещами. Каждый раз, когда мама брала ее за покупками, они смотрели поддержанные вещи. Но госпожа Инко купила ей все новое! Больше всего ей понравилась неоново-желтая футболка, которую ей подарили. И на ней были полоски! Фуюми сказала, что когда она ее одела, то, стала похожа на яркого тигра! У нее будет новая кровать! Ее привезут через несколько дней, и как только это произойдет, Мина уснет на своих простынях с котами. Хитоши сказал, что выбрал самые лучшие. Честно говоря, она была удивлена, что он не привел домой бездомную кошку, учитывая, как сильно он их любит. (Он так и сделал, но они не могли оставить ее себе, потому что родители не разрешали им заводить домашних животных. Без их ведома их будущий союзник и учитель забрал ее домой и назвал Олив) Мина постепенно привыкла к дому Мидории. Завтрак был немного похож на хаос, но это нельзя было изменить, поэтому она не жаловалась. Обед был… странным, примерно в середине дня каждый получал свою порцию еды. По крайней мере, ужин проходил нормально. Инко обычно готовила только вечером, а Хисаши утром, но каждый ребенок старался помочь им по мере возможности. Мина все еще чувствовала, что она им что-то должна, сколько бы раз они ей ни говорили, что это не так. Если была возможность помочь с готовкой ужина, она первой бежала на кухню. Мина многому у них научилась. Миссис Инко позаботилась о том, чтобы ей не было скучно и не заставляла ее делать то, с чем она не справится. На кухне для детей было несколько правил: нельзя бегать, нельзя брать в руки нож всем кто младше десяти лет, и нужно мыть руки. Все просто! Она была удивлена ​​тем, как много узнала, живя с Мидориями. Не только о кулинарии, а обо всем в целом. Мистер Хисаши научил ее математике, Изуку помог с причудой, а Кацуки рассказал о ругательствах. Хитоши обучил ее готовить сладости, а миссис Инко научила уже его. Шото даже помогал ей с чтением! Нацуо показал как играть в футбол, Тоя, как нельзя готовить яйца, а Фуюми помогла научиться писать. Она и не подозревала, что было так много вещей, которые она не знала. Она давно забыла, какой должна быть нормальная семья. Мина любила своих бабушку и дедушку, но даже они не смогли дать ей все это. Они так старались показать, что бывает хорошая жизнь, и сделали для нее очень много. И она их за это очень любила. Им бы тоже понравились Мидории. Она задавалась вопросом, будут ли они ею гордиться. ~~~~~~~~~~ У Хитоши была бессонница, и это был просто факт, с которым он жил. Саши сказал, что это, вероятно, произошло из-за того, что его причуда была ментальной и он вероятно получил ее от родителей. Когда они умерли, он был слишком маленьким, чтобы помнить, каковы были их причуды. Инко сказала, что есть документы с этой информацией, и что скоро они их получат. Однако сейчас их главной целью было удочерение Мины. Хитоши был так рад, что у него будет сестра его возраста! Он очень любил и Фуюми и Мину. Его семья становилась больше! Было странно думать о том времени, когда он ходил в детский сад. Тогда у него не было ни близких людей ни друзей, и над ним постоянно издевались. Теперь у него была большая семья, которая его любила, у него были друзья, братья и сестры, и никто не смел над ним глумиться, Изуку был готов побить любого плохого человека. Дети и учителя по-прежнему не разговаривали с ним, но его все устраивало. Сейчас все было намного лучше, чем раньше. Хитоши знал, что Мина похожа на него, она подверглась дискриминации (это громкое слово, которому научил его Саши, он все еще не мог произнести его полностью) из-за ее причуды, и он молча поклялся держаться с ней рядом. Он сделает то же самое, что Зу сделал для него. Он многое узнал о Мине за то короткое время, что она была с ними. Ей нравились яркие цвета, лазать по деревьям и танцевать. У нее не было любимого героя, но ей нравился "Стойкий". Мина больше всего любила быть рядом с Кацуки, и Хитоши, он был на втором месте. Однажды ночью он узнал, что ей снятся кошмары. Хитоши снова проснулся, было уже очень поздно. На этот раз рядом больше никого не было, даже Тои который делает домашнее задание. Атмосфера была немного жуткой, потому что обычно здесь не бывает так тихо, но все было не так уж плохо. Горел свет, и то потому, что он включил его, чтобы пройти на кухню. Хитоши набрал стакан воды, чтобы попить и пойти спать. Затем возле лестницы скрипнула половица, давая Хитоши понять, что кто-то идет. Он тихо напевал мелодию и ждал человека. На кухне показалась розовая голова Мины. Она пискнула, увидев Хитоши, и быстро нырнула обратно на ступеньки —Ты можешь сюда подойти—прошептал Хитоши, хотя в тишине это показалось громким и ясным. Мина медленно прокралась, готовая убежать, если понадобится. Хитоши слегка улыбнулся ей и пошел принести еще чашку с водой. Она стояла, как статуя и молча смотрела. —Ты тоже не можешь уснуть?— тихо спросил он. "Д-да, кошмар." —Ой. Они отвратительны. "Ага." На кухне снова воцарилась тишина. Хитоши напевал песню из мультфильма, чтобы избавиться от неловкости молчания. Мина нерешительно подпевала ему, пока он не принес ей воды. Он протянул чашку и нежно взял ее за руку. Она не отстранилась и не вздрогнула, поэтому он улыбнулся ей, как всегда делал с ним Зу. Ему всегда становилось легче, и он надеялся, что его сестре тоже станет лучше. Хитоши потащил Мину на диван. «Хочешь присесть? Я расскажу тебе о своих кошмарах, если ты расскажешь мне о своих?» Мина моргнула, ее глаза утонули в тенях, а золото в них почти светилось (что Хитоши находил чрезвычайно крутым), и кивнула. Он продолжал улыбаться, устроившись на диване и схватив подушку, чтобы держать ее, как плюшевого мишку. "О чем тебе снятся кошмары? "спросила она немного хриплым голосом. —О том когда меня бросили родители. В этих снах они забирают меня себе. "Но… разве ты не называешь миссис Инко и мистера Хисаши «Мамой Инко» и «Папой Саши»?" «Я имею в виду моих маму и папу, которые меня создали. Инко и Саши усыновили меня, так что они мои новые мама и папа.» "Ой. Тебя… у тебя бывают другие кошмары?" «Мммм. Иногда, там Зу говорит, что не хочет быть моим другом. Иногда меня возвращали к приемным родителям. Мне они больше не снятся. Такие сны довольно неприятны.» Хитоши сделал глоток воды. Он уже говорил об этих кошмарах с Мамой Инко и Саши, после этого они уже не казались ему такими страшными. «А что снится тебе?» "Это не… это, вероятно, не так ужасно, как то, что ты сказал." «Это не соревнование. Плохая вещь не может быть хуже другой плохой вещи. Сломанная нога не делает мою сломанную руку менее болезненной, мне сказал это Саши.» "Но…" «Никаких «но», мама Инко говорит, что говорить о кошмарах — это хорошо. Что тебе снилось?» "Там… мои мама и папа тоже забирают меня. Они забирают меня у миссис Инко, и у мистера Хисаши, и у тебя, и у Кацуки, и у всех остальных" сказала Мина, и из ее глаз начали капать слезы. Хитоши подвинулся вперед, позволяя ей схватить его за руку, чтобы успокоиться. "Они подлые и ужасные, бабушка и дедушка не смогли спасти меня, и все бросили меня, но я не хочу оставаться одной." Хитоши обнял рыдающую Мину. Она прижалась к нему, на удивление тихо плача. Нормальный человек не должен так тихо плакать, Хитоши знал, поскольку раньше он был таким же. «Мы не оставим тебя.» прошептал он. «Никогда.» "П-обещаешь?" «Я обещаю. Теперь ты чувствуешь себя лучше?» Мина замерла и подвинулась, чтобы не уткнуться головой ему в плечо. "Я… я да. Э-спасибо, Хитоши." «Если хочешь, можешь звать меня Тоши. Так меня называет Зу. Хотя Шо иногда называет меня котом.» "Как тебя называет Кацуки?" «Либо Хитоши, либо Енотом. Хотя иногда он называет меня "Мешки под глазами", потому что иногда я не высыпаюсь, и у меня темнеет кожа под глазами.» "Ну тогда как его называешь ты?" Мина хихикнула, ее слезы полностью высохли. «Иногда я зову его Кэт, но Шо продолжает звать его огнем. Он злится, и всем смешно.» "Ну… что насчет Китти? Потому что его зовут Кат-суки?" «Звучит круто» засмеялся Хитоши. «Ой, ой, а как насчет Одуванчика?» "Ооо, можем ли мы дать Шото прозвище Панда? Он тоже двухцветный, и точно так же сонно моргает!" «Ага! Енот, Панда, Китти и… э-э.» "Изуку может быть щенком!" «Да! Вчера я узнал о крутом животном! Это аксолотль, и знаешь что?» "Что?" «Он такой же розовый, как и ты! И у него даже есть жабры, похожие на рога!» "Вау." «Да, утром я покажу тебе его фотографии, а пока мы можем придумать побольше прозвищ. Можно позлить ими Китти утром.» Мина улыбнулась, и Хитоши понял, что сегодня вечером он вел себя как герой. Прямо как Зу. ~~~~~~~~~~ В отличии от своей жены-совы, Хисаши наслаждался утром. Он любил это время между ночью и днем, когда солнечный свет был таким золотым и мягким. Утро было мирным временем, когда нужно было готовить завтрак для всех детей. Обычно повторялся один и тот же сценарий. Он просыпался, доставал ингредиенты для завтрака, и дети сонно спускались вниз. Иногда они помогали готовить, если уже окончательно проснулись. Некоторые даже засыпали на стульях, это было мило и рутинно. Чего он действительно не ожидал, так это того, что все младшие уже проснулись и сидят на диване. Мина стояла перед ними, как какой-то военачальник, но гораздо менее серьезная. Он стоял внизу лестницы и минуту наблюдал. Сначала она подошла к Изуку и о чем-то ему кивнула. Он услышал, как она тихо сказала «Зузу» прежде чем подойти к Шото, и произнести «Панда». Хитоши получил прозвище Тото, и тогда Мина остановилась перед Кацуки. Медленно, очень медленно она протянула руку и ткнула пальцем ему в нос. "Китти" он услышал, прежде чем девочка покинула комнату с Хитоши на хвосте. Кацуки вскочил и закричал от ярости, но Хисаши понял, что это была всего лишь игра. Ему пришлось подавить смех. Похоже, Мина давала всем прозвища, и Кацуки досталось Китти. Хисаши вспомнил старые диснеевские фильмы, возможно, им нужен был вечер кино. Однако нужно предоставить его детям возможность придумать милые прозвища. Они направлялись в здание суда, и Мине очень не хотелось туда идти. Она была так взволнована, и боялась! Почему? Потому что там будут ее родители, ее биологические родители. Однако, если она будет честной, еще несколько недель назад Инко Хисаши стали ей напоминать маму и папу. (Ей пришлось очень постараться, чтобы не называть их так во время суда) Однако остальные были рядом, поэтому она чувствовала себя немного лучше. В машине Кацуки взял ее за руку и с тех пор не отпускал. Хисаши даже предложил покатать ее на спине! Изуку, Шото и Хитоши действовали как очень серьезные, но маленькие телохранители, а Тоя, Фуюми и Нацуо были больше похожи на настоящих. Инко вела их по выложенным плиткой коридорам, щелкая каблуками, напоминая этим колокол для казни ее врагов. Шагая посередине семейного круга, Мина не могла чувствовать себя в большей безопасности. Это помогло немного обуздать ее нервозность, но она определенно все еще беспокоилась. Им пришлось немного подождать в коридоре. Людей там было немного, поскольку было утро и никто не любил рано вставать. Родители Мины еще не приехали, что было здорово. Это дало им всем немного времени успокоится перед тем, как войти в зал суда. Хисаши принес закуски. Фуюми захихикала и рассказала ей о том, как он в прошлый раз пронес их в сумке Инко, чтобы развлечь ее и ее братьев. Мина обнаружила, что улыбается еще сильнее. Время шло очень медленно, словно текучий мед. Мина слушала, как люди ходят взад и вперед по коридорам, в то время как ее семья тихо разговаривала. Она увидела, как Изуку нервно постукивал пальцем по стулу, а ладони Кацуки бессознательно потрескивали искрами. Это ее успокаивало, давало чувство, что они рядом с ней. Однако в какой-то момент пришли родители Мины. Честно говоря, она ожидала, что они сразу начнут на нее кричать или сделают что-то еще. Вместо этого Хисаши и Тоя двинулись, чтобы скрыть ее из поля их зрения. Будучи двумя самыми высокими людьми на данный момент, они хорошо поработали, возведя живую стену, скрывающую ее от чужих глаз. Она увидела, как Изуку с любопытством смотрел то на них двоих, то на Мину. Наверное, о думал том, почему они выглядели такими спокойными, а она… нервной. «Он отлично поладил бы с бабушкой и дедушкой» подумала Мина. В конце концов кто-то вошел, чтобы проводить ее биологических родителей. Только тогда мать и отец, кажется, заметили ее и ее новую семью. Мина мгновенно почувствовала, что произойдет что-то плохое. Она вцепилась в руку Кацуки чуть крепче и прижалась к боку Инко. Это ни на секунду не помешало этим двоим подойти и заблокировать им выход. —Вы Мидории?—спросила ее мать своим холодным-холодным голосом. Мина почувствовала глубокое желание спрятаться. «Возможно, а вы кто?» спросила Инко тоном, который Мина могла бы описать только как смертельно сладкий. —Мы родители этого демона. Так ты действительно собираешься попытаться забрать это проклятие в свою семью? Мина опустила голову и уставилась в пол. Она не знала, были ли хорошо то, что она это ожидала. «Извините, я не знаю, о ком вы говорите. Мы здесь, чтобы удочерить Мину, чудесную девочку, которую мой сын принес домой с травмой лодыжки, сказав, что о ней некому позаботиться. Я очень надеюсь, что вы понимаете последствия своих действий.» —Оно неуклюже и легко получает травмы. «Это угроза ребенку» прямо сказала Инко. Мина никогда не слышала, чтобы она так говорила, но… это ее не напугало. Это было сказано для того, чтобы защитить ее, так чего же ей бояться? Пара осталась в дверном проеме, злостно бормоча. Хисаши шагнул вперед, все еще закрывая Мину.—Будьте любезны отойти, нам еще есть куда пойти. Мина наблюдала, как ее родители, спотыкаясь, уходили с пути. Хисаши и Инко провели их в зал суда. Это была прилично большая комната без окон, и судья уже сидел на возвышении. Там было тихо, если не считать шагов входящих людей. В конце концов пришли и родители Мины. Теперь с ними был адвокат. Этот мужчина не выглядел в восторге от своего присутствия здесь, она надеялась, что это хороший признак. «Мы здесь рассматриваем дело об лишении родительских прав родителей Мины Кайбуцу. Есть ли что-нибудь, что каждая из сторон хотела бы сказать, прежде чем мы продолжим?» Ее мать шагнула вперед, и Мина почувствовала, как Тото протянул руку и схватил ее за локоть. Женщина повернулась к ее семье, пристально глядя на них. —Ты ведь знаешь, что ничего хорошего из этого демона не выйдет, верно? Инко очень спокойно встала, ее голос был ровным и практически лишенным эмоций. «Я дарю дом Мине, очень доброму ребенку, который уже сделал нашу семью счастливее. Она умная, заботливая и хочет быть героем, но ты ведь этого не знаешь, не так ли?» —Злодеи не могут быть героями. Хитоши вздрогнул, смотря на Мину, эти слова были ему знакомы. Кацуки посмотрел на пол, как будто тот его обидел, но Мина почувствовала его дрожь. Тоя дернулся, Даже Хисаши напрягся, едва заметно, но он сделал это. Сейчас Мина больше не была так напугана. Потому что они издевались над ней и оскорбляли ее, и тогда мирилась с этим. Теперь она была в безопасности от них, поэтому эти слова ее не беспокоили. Но как только это коснулось ее друзей ( ее семьи ), это перешло черту. Мина встала, отпуская руки Кацуки и Хитоши. Она встала на скамью, на которой все сидели, и теперь стала такой же высокой, как и взрослые в комнате. Все молчали, но она не собиралась отступать. «Я не демон» уверенно сказала она и, пожив с Мидориями, наконец-то в это поверила. «Может быть, я выгляжу как один из них, но именно вы ведете себя им подобно. Я не позволю вам причинить им боль. Нельзя сказать, что человек злодей, только из-за его причуды.» В этот момент в комнате было так тихо, что было слышно как упала булавка. Мина посмотрела на своих родителей, зная, что этот взгляд их встревожит. Судья ничего не сказал, ожидая, чем все закончится. Инко прокашлялась в тишине. —Можем ли мы продолжить слушание, ваша честь?—спросила женщина, хотя ее слова были пропитаны холодом. «Да, мы продолжим процесс передачи прав. Кайбуцу, вы согласны отказаться от родительских прав на Мину Кайбуцу?» Мина проигнорировала остальную часть судебного процесса, ее нервы были слишком взбудоражены, чтобы обращать на это внимание. Она тихо села обратно. Кацуки тут же снова взял ее за руку и обнял за плечи. Для человека, который сказал, что не любит физический контакт, ему определенно нравилось с ней обниматься. Было очень трогательно, что из всех людей, которых он мог выбрать, он выбрал именно ее, чтобы проявить эту нежность. Она не слушала, пока судья не поднял свой молоток. Тогда он полностью завладел вниманием людей в помещении. «Я объявляю, что все родительские права родителей Кайбуцу будут прекращены. Опека теперь передана Инко и Хисаши Мидории.» Молоток ударился о подставку, и, ох, она плакала. Слезы текли по ее лицу, тогда все члены семьи обернулись, чтобы обнять ее и подбодрить. Мина ничего не слышала за оживленной болтовней. Сквозь слезы, она улыбнулась ярче, чем когда-либо. Она наконец-то была свободна. ~~~~~~~~~~ Инко рыдала вместе со всей своей семьей. Даже Кацуки плакал, чего она не видела с того злополучного дня. Кайбуцу покинули зал суда, чтобы подписать документы, и Инко через минуту должна была пройти к ним. Но сейчас она наслаждалась тем, что у нее есть еще один ребенок, и к тому же дочь. Все они в конце концов вытерли слезы, во всяком случае, по большей части. Это была семейная привычка, очевидно, заразная. Инко лишь улыбнулась, вытерла последние слезы и была благодарна тому, что на ней был водостойкий макияж. «Ну тогда я пойду все подписывать. Вернусь через несколько минут.» Она вырвалась из семейных объятий, зная, что ее подождут. Инко пошла к двери, когда кто-то дернул ее за блузку. Она посмотрела вниз и увидела, что все еще плачущая Мина смотрит на нее. Она колебалась, но через секунду заговорила. —Могу ли я… могу ли я изменить свое имя? Инко моргнула, но больше не высказала никаких признаков удивления, честно говоря, она не была так уж шокирована, так как теперь она уже познакомилась с биологическими родителями Мины. «Конечно, сладкая. Ты имеешь в виду только свою фамилию или и то, и другое?» «Л-фамилия. Может быть… можно ли его изменить на… Ашидо?» Мина судорожно вздохнула, глядя теперь в пол. «Это была фамилия моих бабушки и дедушки.» Инко сразу все поняла и быстро обняла свою новую дочь. Она услышала, как все остальные подошли ближе, поэтому отступила назад и протянула руку. —Что ж, тогда очень приятно познакомиться, Мина Ашидо.—Та показала ей сияющую улыбку и взялась за протянутую руку. — Я вернусь через несколько минут, хорошо? Оставайся пока с Хисаши. Мина, все еще улыбаясь, кивнула. Она повернулась и побежала обратно к братьям и сестре, мгновенно попав обратно в сильные объятия. Инко не смогла сдержать улыбку, отправляясь завершать последний этап удочерения. ~~~~~~~~~~ Они увидели Кайбуцу, выходящих из здания. Семья уже сидела в своих машинах и уезжала. Но каждый ребенок (вместе с Хисаши) не упустил возможности показать им язык. Они даже не были в одной машине, но все равно сделали это. Недоверчивые лица Кайбуцу будут тем, что каждый будет помнить с любовью долгие годы. Хисаши только пожалел, что не сделал фотографию. ~~~~~~~~~~ Мина не была в школе… целую вечность. По крайней мере, ей так казалось. Какое то время она ходила туда, но после этого перешла на «домашнее обучение». На самом деле ей сунули под нос школьные учебники и приказали читать и понимать их. Это оказалось не очень эффективно. И теперь она собиралась вернуться, вместе со своими новыми братьями. Мина до сих пор не могла смириться с тем, что у нее теперь есть братья и даже сестра! Честно говоря, она все еще переживала из-за того, что у нее есть мама и папа, которые ее действительно любят. Мама и папа, которых теперь звали Мама Инко и Папа-Саши. Тоя сфотографировал их лица, когда она впервые назвала их так. Мина очень ценила их. Школа оказалась намного больше и страшней, чем Мина помнила. Да, у нее были Кацуки, Хитоши, Изуку и Шото, но там все равно было жутко. Просто было так много людей! Многие из них были выше и больше ее. Ей сказали встать перед классом и представиться, прежде чем начнутся уроки. Учитель был приятным, или, по крайней мере, он казался ей именно таким. Он позволил Мине сесть на место, ближайшее к столу ее братьев. Однако стульев было всего четыре, поэтому она согласилась повернутся назад, чтобы поговорить с Кацуки. Некоторые дети были хорошими. Большинство из них по каким-то причинам избегали ее после обеда. Кацуки сказал ей, что это потому, что они отстойные и «чертовски раздражающие статисты, которые не могут отличить камень от жука». Хитоши сказал, что это произошло потому, что их считали «странной» группой, которую обычно избегали. Мине внезапно больше не нравились другие дети. Она мычала, улыбалась своим братьям и мысленно повторяла каждый боевой прием, который ей показывал Папа-Саши. Судя по всему, у них была одна подруга, но она переехала несколько недель назад, еще до того, как они встретили Мину. Она немного надулась, но снова оживилась, когда увидела обед, который приготовила для нее мама Инко. Клубника в виде маленьких миленьких улиток! Учеба была… ну, она была непростой, но она старалась. Изуку ей в этом помогал, всякий раз, когда он объяснял темы, вещи сразу обретали смысл. Возможно, это было из-за его аналитической причуды, или у него были какие-то второстепенные педагогические способности. Не смотря на учебу в школе по-прежнему было весело. Мине удалось провести пару часов со своими братьями и узнать что-то новое. Нацуо ошибался! В школе не было скучно (пока), и она многому научилась! Она обязательно скажет ему об этом, когда они вернутся домой. И неоднократно повторит. Ее новая жизнь была хороша. У нее была любящая семья, и каждый день она узнавала что-то новое. Были вещи, которые принадлежали ей и никому больше. Это было идеально. И Мина никогда не хотела, чтобы это изменилось.