Новая эра любви. Склифосовский

Уже пахло приближающейся весной, однако зима ещё не торопилась уходить на длительный отпуск. Лишь усмехалась, смотря на радостных солнцу и лужам людей. А в марте обещали резкое похолодание. Ирина влетает в приёмную в распахнутом пальто, с невидимой улыбкой на лице и вдохновением во взгляде. Весеннее тепло после холодного января словно расплавляет стальное сердце начальницы. И даже предстоящая работа не пугает. Здоровается на посту с Ниной, у которой сегодня настроение удивительно смиренное и даже пессимистичное, и Павлова списывает это на проблемы в личной жизни. Ей некогда вторгаться в чужую боль, да и не присуще ей такое, поэтому быстро забирает ключи и уверенно двигается в сторону кабинета. Нарочинская попросила её проверить новый аппарат – МРТ, – и завотделением занимается этим сразу же, как только одевается в рабочую одежду. *** — Всё проверено, Марина Владимировна,— с гордой улыбкой отчитывается Ирина, стоя на пороге кабинета главврача. — Вам осталось поставить свою подпись. Марина принимает из рук коллеги бумаги и быстро пробегается по написанному глазами. На подпись уходит пару секунд. — Спасибо, Ирина Алексеевна, — хвалит Нарочинская. — Ну как у тебя дела? погода радует, не так ли? Внутренне Павлова тоже расслабляется и присаживается на диванчик. Смотрит в окно, откуда падает яркий солнечный свет и слегка кивает, подтверждая слова подруги. — Прекрасная погода! *** — Может прогуляемся? Марина оборачивается на Ирину в ожидании ответа. Сегодня пасмурно, идёт мелкий снежок, но в то же время тепло и не нужно кутаться в шарфы. Ирина пожимает плечами, прикидывая в голове сколько у неё работы и во сколько ей удастся освободиться. Не успевает ответить, как их уединение нарушает медсестра. С лёгким волнением она сообщает ужасную новость: прибыл Минздрав с проверкой. Нарочинская и Павлова одновременно срываются с места и спешат в приёмную. Обеих охватывает тревога и паника. Главврач быстро здоровается с каждым, и вместе они медленно двигаются по больнице, уделяя внимание всем операционным, палатам, кабинетам УЗИ, МРТ и так далее. Ирина берёт поступившего пациента, потому в проверке и осмотре не участвует. Расстроенная этим, а ещё и взволнованная неожиданным приходом гостей, она отправляется в операционную: больному необходима хирургическая помощь. — Операция прошла успешно, жизни пациента ничего не угрожает и сейчас отходит от наркоза, приходите лучше завтра, — советует Ирина родителям молодого парня, которого только что прооперировали. В душе женщина надеется, что проблем с родными пациента не появятся, и она спокойно навестит Марину. Интересно, как всё прошло с Минздравом? — Да...хорошо, — тихо отвечает мать. Отец прижимает её к себе, и они покидают отделение. — Ну вот и славно, — уже самой себе отвечает завотделением, разворачиваясь на каблуках в нужное ей направление. В это же время к ней подбегает Нина. — Вас в кабинет главврача вызывают, — на её лице написано переживание и даже страх. — Что случилось, Нина? — сохраняя самообладание, спрашивает Ирина, но в душе зарождаются сомнения о том, что всё прошло без проблем. — Там, вроде как, какие-то неполадки с оборудованием МРТ. Павлова бледнеет, а по коже пробегает холодок. Это же она занималась поставкой и проверкой этого нового аппарата МРТ. Сжимая кулаки по побеления костяшек, Ирина направляется к нужному кабинету. Перед тем как войти делает глубокий вдох-выдох и открывает дверь. На неё тут же устремляются глаза всех присутствующих. Во взгляде Марины столько страха и отчаяния, что заведующая отводит взгляд. В голове слишком много мыслей, и все они пытаются найти оправдание. — Ирина Алексеевна, рады вас снова видеть, — вежливо улыбается мужчина с лысым затылком. — Мне сообщили, что именно вы принимали новое оборудование. Так вот, мы обнаружили несостыковки в документах. Срок годности данного аппарата уже истёк. Как вы это объясните? Наступает тишина. Ирина судорожно перебирает все возможные отмазки, но самая верная сама приходит в голову. — Да, поставками занималась я, но всем контролировала Марина Владимировна. Именно она подписала все документы, — вкрадчиво объясняет завотделением, и сама же ужасается сказанному. Получается, сейчас она подставляет Марину, с которой сложились такие хорошие отношения. Но если этого не сделать, то пострадает её карьера. Её уволят, и она потеряет должность заведующей отделения, чего ей крайне не хочется. Стоит ли весь путь по карьерной лестнице одной дружбы? Да, Марина будет её ненавидеть, но Павловой ли не привыкать? — Что?! — не сдерживается Нарочинская, в голосе сквозит возмущение. — Но ведь это вы, Ирина Алексеевна, занимались оборудованием! Вы были ответственны за поставку! — Но подпись стоит ваша, — не сдаётся Ирина, хотя внутри что-то рвётся. — Так, Марина Владимировна, мы всё обсудим с коллегами и примем верное решение. Всего хорошего. Мужчины поднимаются, прощаются и уходят, оставляя начальниц наедине. Марина обхватывает голову руками, пряча лицо. Она разочарована. В первую очередь в человеке, которому, как думала, можно доверять. Женщина понимает, что скорее всего лишится своей должности, но сможет ли она это выдержать? Ирина молча встаёт и бесшумно покидает кабинет, оставляя Нарочинскую в одиночестве. У Павловой скребут кошки на душе, однако женщина не считает, что поступила неверно. Многие бы сделали так же, не так ли?