Новая эра любви. Склифосовский

— Кто готов к веселью! — голосит Константин Лазарев, поднимая вверх пакеты с продуктами. Его тут же поддерживают радостные голоса коллег. Пол отделения собирается праздновать Новый год на даче у Нины. К всеобщему счастью сестра Дубровской быстро соглашается принять в их доме табор хирургов, да и сама втягивается в грандиозные планы. А эти самые планы строят все ведущие врачи отделения экстренной хирургии во главе с Ниной и Брагиным. А остальные ловко помогают. Марина Владимировна светится – предвкушение праздника съедает её, и нагрузка, увеличившаяся с появлением гололёда и приближающегося торжества, не столь утомляет и не высасывает все силы. Настроение приподнятое, на лице почти всегда улыбка до ушей и искры в глазах. Она счастлива. И только один вопрос её мучает: — А Ирина Алексеевна едет с нами? Предновогодняя неделя была слишком суматошной и тяжёлой: пациентов было не сосчитать. Они редко пересекались, поэтому спросить лично никак не удавалось. — Даже не знаю, радоваться этому или нет, но да, едет, — смеётся Сергей, упаковывая в сумки вещи и некоторые закуски. Уже скоро выезжать и целый день готовиться к празднованию. Внутри у Марины с облегчением отлегает: значит, она увидит Ирину и этот Новый год они проведут вместе. От этих мыслей на душе отчего-то тепло и радостно, и женщина покидает ординаторскую с широкой улыбкой. Павлова помнит, как долго не соглашалась на эту поездку и как томительны были раздумья по этому поводу. В итоге сдалась, вынуждая себя сейчас собирать вещи. Чтобы не мёрзнуть, предусмотрительно кладёт в сумку два свитера на выбор, тёплые варежки, шарф, конечно же, шапку. Совсем скоро за ней заедут Костя с Сашей – именно им поручили довезти в целости и сохранности саму заведующую. Но до этого ещё есть время, нужно как-либо скоротать эти часы. Ирина приближается к окну и провожает взглядом падающие с неба снежинки, так красиво блестящие на солнце. На площадке резвятся дети, устраивая бои снежками и обстреливая ими своего же снеговика. На Павловой шерстяная кофта, защищающая её от холода на улице, так как отопление справляется с этим не на все сто. Женщина выглядит совсем по домашнему, ничто не выдаёт в ней строгого и серьёзного начальника. Возвращается к вещам. Внимательно просматривает то, что уже положила и то, что нужно доложить. Завершающей вещью в сумке становится красная коробка, обмотаная такого же цвета атласной лентой. Это самое дорогое, что она берёт с собой. В назначенное время Ирина уже стоит у дороги, сжимая в руках небольшую сумку. Стало ещё холоднее –мороз пробирал до самых костей. Где же Лазарев? Но не успевает Павлова подумать об этом, как во двор заезжает машина, из которой с переднего сидения машет рукой Покровская. Их настрой без труда читается на счастливых лицах. Марина в это же время тоже садится в свою машину и оборачивается назад, где сидят её бравые коллеги: Сергей и Олег. Они все одаряют друг друга улыбкой, и машина трогается. Заснеженные дороги требуют особого внимания, потому Нарочинская сосредоточена и предельно внимательна. Брагин то разгладывает пейзажи за окном, то светлый затылок главврача. Куликов и вовсе задремал: сегодня была его смена и он сильно вымотался. Ирина прибыла на место раньше Марины и уже орудует на кухне, помогает Нине и её сестре всем, чем может. Новогодний дух захватывает и душу заведующей, подбадривая её в готовке, которую она не очень любит. Вскоре подъезжают и остальные, к обеду все уже в сборе. Нарочинская спешит на кухню, желая поучаствовать в приготовлениях, и, видя Павлову, быстро нарезающую огурцы, расплывается в улыбке и громко со всеми здоровается. — Маринка-а! — громко растягивает Нина, бросая полотенце и отвлекаясь от дымящей кастрюли, чтобы обнять подругу. — Присоединяйся к нашей команде поваров! Помоги Ирине Алексеевне нарезать салат. — Здравствуйте, Марина, — здоровается родственница Нины. Павлова не знает как поздороваться с Нарочинской. Здравствуйте или привет? — Здравствуй, — выходит из ситуации она. — Привет! — в отличии от неё Марина не раздумывает над такими вещами подолгу. Обе принимаются с удвоенной силой крошить овощи на салат. По кухне уже давно разлетелся запах курицы из духовки, перемешался с запахом бульона, овощей, специй. Все мужчины на улице трудятся над шашлыком, Саша и Таня украшают зал и ёлку. Все заняты своими делами, но везде царит веселье и дружеская атмосфера. Нина на кухне как главный юморист, другим приходится только сдерживать слёзы от смеха. Даже Ирина хохочет, смахивая влагу на глазах, и уже сама не понимает отчего плачет: от лука или очередной шутки Дубровской. Из гостиной тоже слышны радостные голоса, визги, перешёптывания. Со двора несутся дружные мужские переговоры. *** — Уже одиннадцать, давайте все садится! — возмущается Нина, занося в зал последние блюда. Хирурги, уже справившиеся с шашлыком, бросают свои дискуссии и усаживаются за стол. Костя забирает увлёкшуюся расклеиванием снежинок Сашу, и они садятся рядом друг с другом. — Девчонки, это очень вкусно! — хвалит хозяек по кухне Сергей. Его довольный вид говорит сам за себя. — Полностью солидарен! — весело подхватывает Костя и накладывает добавки. Ирина благодарит всех смущённой улыбкой. Это больше заслуга Нины, именно она умело руководила всем процессом. Без неё дело не спорилось бы так быстро. Распробовав все блюда понемногу, Олег объявляет: — Пора сказать первый тост! Проходит взволнованный гул. Естественно, зачинщик этой идеи идёт первым. Он прокашливается на публику и начинает: — Дорогие наши девчонки, — его смеющиеся, искрящиеся глаза на секунду устремляются на Марину, — и мальчишки! — шутит. — Хочу пожелать вам всем в наступающем новом году счастья, любви, побольше сил, побольше зарплату, побольше выходных! Всех вас люблю, уважаю, рад выпить с вами это шампанское и встретить Новый год! С наступающим! — С наступающим! — С наступающим! — С наступающим! Все чокаются, восхищённые прекрасным тостом и растроганные хорошими словами. Выпивают, и начинаются поиски пульта, скоро выступление президента! — Он вообще здесь имеется? — злится Костя, обыскивая диван и поднимая каждую подушку. Сергей уже открывает шкафы, тумбочки, заглядывает даже под стол – ничего. На лицах у всех тревога: какой же Новый год без боя курантов? Нина оббегает весь дом и только разводит руками. — Вот блин! — разочарованно роняет Саша. — Вот же он! — подаёт голос Павлова, доставая его из-за телевизора. Он лежал позади ящика, а никто и не додумался посмотреть в первую очередь там. — Вы золотая женщина! — восклицает Олег, целуя Ирину в щёку. Та с улыбкой отмахивается и возвращается на своё место. — Ирина Алексеевна, в следующий раз как потеряем что-то – сразу к вам! — обещает Лазарев. Тут же включают телевизор, настраивают нужный канал и принимаются заполнять бокалы алкоголем. В комнате жарко и душно, много народу, суматоха, теперь ещё гудят новогодний концерт. Ирина, подхваченная всей этой атмосферой, покорно наблюдает, как ей наливают золотистую жидкость, закрывая глаза на то, что выпила за вечер больше положенного. Она чувствует, что мышцы лица расслабились, улыбаться уже не так легко. Но вокруг безопасная обстановка, ей некого бояться и не от кого защищаться, потому и переживать не стоит. Правда, пить, пожулай, тоже. Марина пыталась контролировать количество вливаемого в себя алкоголя, но чары коллег, заведующих бутылками спиртного действуют на неё бесприкословно. Ей страшно подниматься на ноги и зашаться, поэтому продолжает сидеть и наблюдать за всеми снизу. Перед глазами начинает плыть, однако голова ещё работает и осознает происходящее. Значит, не всё так уж и плохо. — Начинается! — визжит Нина и прибавляет громкость. На всю гостиную раздаётся голос президента и его традиционная речь. Все слушают внимательно. Даже шутник Олег затыкается и с лёгкой улыбкой разглядывает президента, который в прошлом году выглядел примерно так же. Как только он заканчивает желать всей стране самого лучшего, бьют куранты. Это служит кнопкой пуска и все снова оживают, звенят бокалами, желают всем любви и счастья, обязательно здоровья. Костя и Саша страстно целуются, поздравляя друг друга таким образом, Нина обнимается с Брагиным – своим верным другом. Осушив бокалы, врачи кутаются в тёплую одежду и вываливаются на улицу. Мороз тут же начинает щипать щёки, но разгорячённых людей не пугает холод и опустившаяся тьма. Первый снежок от Брагина, прилетевший в Нарочинскую, становится первым в разыгравшейся битве между женщинами и мужчинами. Ирина ловко лепит снежки и пускает их прямо на территорию мужчин. Сергей взвывает: снег попадает ему прямо в глаз. — Всё нормально? — подбегает к раненому Костя, игра приостанавливается. — Вроде да... — Кивает Куликов, но тут же неожиданно хватает снежок и бросает его в Павлову. Та уворачивается, игра запускается вновь. Мороз только крепчает, и вся команда заходит в тёплый, нагретый дом, желая согреться горячим чаем. Сестра Дубровской, оставшаяся дома за хозяйку, быстро организовывает травяной чай и ставит на стол только что испечёный пирог. — Ну и дубак на улице! Так и заболеть не долго, — ворчит Нина, кутаясь в плед. Ирина чувствует, что на холоде успела протрезветь. Её всё ещё потряхивает от уличной стужи, а пальцы не успели отнеметь. Павлова принимается греть руки об чашку чая, от которого ароматно пахнет мелиссой и мятой. Взгляд зелёных глаз обегает всех её подчинённых и останавливается на своей начальнице. Марина совсем замёрзла, и даже горячий чай не помогает. Дрожащие руки главврача не могут держать кружку и не расплескивать напиток – так они трясутся. Павлова выходит из-за стола и подходит к Марине. Почему-то сначала теряется, будто забывая, что хотела сделать, но спустя секунду наклоняется к уху блондинки и произносит: — У меня есть с собой запасной свитер, пойдём, я его тебе дам. А та настолько продрогла, что безотказно кивает и встаёт. Обе проходят в другую комнату, прикрывают дверь, и Ирина берёт свою сумку в руки. Не успев полностью открыть её, она вздыхает. Совсем забыла про свой подарок. Подарить сейчас или позже? Хотя куда уже позже, Новый год прошёл уже как час назад. Убирает красную коробочку в сторону, прикрывает её другой одеждой. Спиной ощущает присутствие Марины, отчего становится волнительно, но приятно. Хочется плюнуть на всё и всех и предложить посидеть здесь, вдали от остальных, от шума, суеты. Но вместо этого она протягивает той бежевый свитер с оленями. — Спасибо, Ир, — с чувством благодарит подругу Марина. — Классный свитер! Тёплый. Женщина быстро влезает в него, и в миг оказывается в таком желанном тепле. Но всё внутри сомневается, что дело в одном лишь свитере. Свитере, принадлежавшим Ирине, которая в данный момент почему-то мнётся, будто желая что-то сказать, но не решаясь это сделать. — Тебе идёт, — сдавленно шепчет она. — А у тебя похожий! — замечает Марина и смеётся. — Как близняшки! Ирина мягко улыбается на это, но всё в ней горит, нетерпиться, рвётся, и та наконец берёт себя в руки и достаёт свой приготовленный заранее подарок. Сердце учащает свой ритм и стуком отдаёт в голове. Время словно замедляется, а она ждёт и одновременно боится реакции. — С новым годом! Это тебе... От меня, — поясняет Павлова и передаёт в руки коробку. — Подожди. У меня тоже есть для тебя подарок! — сообщает Нарочинская, покидает комнату и возвращается с белой коробкой. Более высокой, чем красная. Они обмениваются подарками, и обе хотят запечатлить этот момент у себя в воспоминаниях навсегда. Первой открывает свой подарок Павлова. Со всей осторожностью снимает с коробки крышку и откладывает на кровать. Её глаза загораются при виде того, что ей подарили, а уголки губ тянутся вверх. Она растрогана и удивлена. Подарок Марины идеально дополняет её подарок. Из коробки вынимается полароид — фотоаппарат с мгновенной печатью. — Это отличный подарок! Посмотри, что подарила тебе я, — торопит Ирина, обрадованная таким совпадением. Марина быстро развязывает ленту и открывает крышку. Красивые, накрашенные брови взлетают вверх, пока руки вынимают наружу фотоальбом. На обложке фотоальбома изображена улыбающаяся женщина в хирургичке с портретной схожестью с самой Мариной. — На заказ сделан, — с гордостью добавляет Ирина. — Спасибо тебе! Спасибо, что ты приехала. Иди сюда. Нарочинская кладёт альбом на кровать, забирает фотоаппарат у Ирины и протягивает руки вперёд, сгребая подругу в объятия. Та прижимается к ней в ответ. Обеим хорошо. Марина вздыхает запах духов заведующей, прислушивается к ровному дыханию, и мысли снова крутятся вокруг их отношений. Почему к Ирине так тянет? Почему с ней она становится мягче, нерешительней? Думы Павловой почти идентичны. Она упорно копается в себе в эти считанные минуты нежности. В голове всплывает картинка из того дня, когда их взяли в заложники прямо в автобусе. Вспоминает, как Марина крепко держала её за предплечье сначала когда ей было плохо, потом когда в автобус вошёл террорист. А как же они тогда обнимались. И это было так отчаянно, от страха и ужаса. Они обе искали тогда поддержки, защиты. А сейчас искали заботы и ласки. Так хочется знать, что ты кому-то небезразличен. Прошло не больше двух минут, а казалось – вечность. Павлова от волнения поправляет невидимые складки на свитере и принимается укладывать полароид обратно в коробку, чтобы ничего не повредить. — Стой! — просит остановиться Марина. — Давай сделаем фото и... — И вставим в альбом, — понимает с полуслова Ирина и согласно кивает. На первом снимке они запечатляются такими весёлыми и счастливыми, приобнимающими друг друга, слегка растрёпанными после улицы волосами и красными щеками. Когда аппарат распечатывает фото, Марина тут же вставляет её в фотоальбом, и они обе любуются результатом. Этот Новый год становится ещё одним шагом к сближению двух начальниц, таких похожих и разных одновременно.