Ты научила меня жить...

Тихий скрип двери. Скарамучча и сам боится заходить к себе домой, не зная, чего можно там ожидать: разгром посуды? Пьяную мать? Грязную комнату? Или всё вместе? И Люмин не хочется водить домой из-за какой-то глупой причины. Пф, дождь пошёл! Из-за такой мелочи Скаре приходится впервые так нервничать, из-за чего аж ладошки потеют. И вот. Дверь медленно открывается, а Люмин любопытно заглядывает внутрь через плечо парня, не замечая его неуверенность. По сравнению со Скарамуччей Люмин была настроена куда позитивнее. Их дружба, если так можно сказать, так хорошо начала налаживаться! Будто в сказке. Подозрительно легко, но всё же.. Они же друзья, верно? Ну, или хотя-бы до хороших приятелей дотянуло? Скарамучча первый входит в дом, а за ним и Люмин. «вау. У него красивая прихожая такая.. Но слишком тихо. Не понимаю, хорошо или нет, но тишина успокаивает.» Девушка осмотрелась вокруг, разговаривая сама с собой у себя в мыслях. На лице была привычная улыбка, которую Скара уже привык видеть целыми днями. Впереди был такой не сильно длинный коридор, но тёмный. И Люмин засмотрелась именно на него, минуту простояв в трансе. Она и сама не поняла, почему уставилась туда, но по хмурому взгляду Скарамуччи девушка поняла, что туда они не пойдут. Наверное... —у тебя уютно тут. Скара закатил глаза и прошёл дальше, остановившись рядом с кухней. Обычно там сидит его мать. Вечно в слезах и не трезвая. На такое смотреть до ужаса противно. Прошло уже около пяти лет, а она не может смириться со смертью отца. Да, Скарамучча изначально тоже долго грустил, но потом отпустил. Помогал отпустить и матери своей, но всё, что получал взамен на поддержку: замах рукой, а после красный след на щеке. И так всегда. И после этого к ней он не подходил. Запирался от обиды в своей комнате и по несколько часов сидел на полу около кровати, обнимая свои колени. А раньше... Раньше их семья была самой лучшей и примерной. Улыбки не слезали с лиц практически никогда. Папа весёлый добряк, который ни разу не кричал на своего сына и на свою жену. Тогда Скарамучча знал, что такое забота и любовь. Быть единственным ребёнком с идеальными родителями — неописуемое блаженство, в котором Скара и сейчас хочет утонуть. А сколько раз он искал ту любовь, которую дарили ему родители, в других людях? Впервые за несколько лет он почувствовал эту крошечную заботу только с Люмин. Но Скарамучче она казалась странной и той, которая будет идти против него. Прямо как Мона. Она ведь тоже "заботилась" о нем... —ты чего застыл? Голос Люмин прервал раздумки Скары, заставляя резко повернуть голову в сторону Люмин, которая стоит прям перед ним. Парень недовольно хмыкнул, снова поворачивая голову в сторону кухни, где сидит его мать. Пьяная. Неудивительно. Поэтому туда он даже заходить не станет. Но и в свою комнату не слишком хотелось Люмин вести... А на улице дождь только сильнее становится, практически выбивая окна, а раскаты грома буквально оглушают, с каждым разом становясь громче и громче! Молния, пока что, слабо сверкает где-то в дали горизонта, но уже намекая, что вот-вот дойдёт до сюда. Ну, что ж делать.. Скарамучча молча прошёл дальше, останавливаясь перед коридором, в конце которого и находится его комната. —мы на коридоре стоять будем? Парень раздражённо цокнул, поворачиваясь к Люмин головой. Но та лишь с интересом смотрела на него, будто спрашивала этот вопрос в серьёз... не как сарказм. Ну, в коридоре и вправду не хотелось стоять, но и в комнату свою пускать Люмин не хотелось. Скарамучча мог бы посидеть с ней на кухне, но, к сожалению, там уже занято. Скара вздохнул, взглядом сказав Люмин, чтобы она подождала его немного. А сам же подошёл к своей комнате, осторожно открывая дверь. Ну, всё не так плохо, как он думал. На столе валяются бумажки и всякие книги с тетрадками. Кровать аккуратно заправлена, заставляя Скарамуччу спокойно выдохнуть, увидев, что в комнате не так уж и грязно и можно пустить туда Люмин, что он и сделал, но не сразу,а немного постояв на месте и потупив. И всё же, девушка довольно улыбнулась и зашла в комнату. Она ступила на пол, неуверенно входя внутрь. В нос ударил приятный запах, похожий на какие-то духи, которые выветрились, но сохраняют свой сладкий привкус. А в дополнение едва заметный аромат кофе, от которого почему-то становится так спокойно.. Дальше идёт стол, за которым Скарамучча, видимо, учится. Большие стопки книг, отличающиеся по всем разметкам: длина, ширина, раскраска, жанры. Все разные. Потом кровать. Небольшая односпальная кровать, на которой ровно лежали какие-то подушки. И на вид она мягкая и удобная. —вау. Классная комната! Чего стеснялся-то? Люмин прошла ещё дальше в комнату, останавливаясь около рабочего стола. Так много всего! Больше всего девушку привлекла записная книжечка, что открыто лежала прям посреди стола. Рука медленно потянулась к ней, пальцами проводя по исписанным страницам, ощущая неровности от давления ручки. Почерк был такой ровный, будто старались вырисовывать каждый символ в слове, соблюдая строгую дистанцию между буквами и словами, предложениями и абзацами. А в серединке между страничками лежали огрызки бумаг, на которых Люмин и Скарамучча переписывались. Он хранил все их переписки? Девушка перевернула следующую страницу, аккуратно прогладив пальцами шов. И вот. Ручкой нарисован чей-то портрет. Какой-то мужчина, сильно похожий на самого Скарамуччу. В особенности глаза. Они ярче всех выражены на этом листочке. —Скарамучча... А вот это кто? Так на тебя смахивает. Скара повернул голову в сторону Люмин. Она смотрит его записную книжку?? Парень подошёл к ней и встал рядом с девушкой, рассматривая то, на что пальцем тыкала Люмин. —дай угадаю... Это ты? Скара беззвучно посмеялся и помотал в головой. —так... Значит.. Отец твой? Кивок. —похожи очень. Это ты сам рисовал? Скарамучча хмыкнул, скрещивая руки на груди. —так твой рисунок или нет? Неуверенный кивок. —ва-ау! Это правда красиво выглядит. А ты... Меня нарисовать сможешь? Скара удивлённо кинул взгляд на Люмин, приподнимая бровь. За комплимент, конечно, он был благодарен. Но вот просьба! Парень помотал головой, нахмурив брови. —нет? Жалко... Ну ладно, я не заставляла,— Люмин грустно выдохнула и сделала небольшую паузу, а затем продолжила, — а ещё... Ты хранишь все наши листочки с переписками? Мило. Скарамучча уставился на девушку, не зная даже как реагировать. Он просто растерянно отвёл взгляд в сторону, издав какой-то непонятный звук, похожий на цоканье. А Люмин-то вообще начала хихикать с него! «не смешно...»

***

Люмин сидела и что-то ему устремленно рассказывала, сидя на его мягкой кровати. Истории про её жизнь и про то, как она сюда вообще попала. Большую часть ее повествований Скарамучча не слушал,а лишь делал вид. Не то, чтобы неинтересно... Просто задумался о чём-то другом, наблюдая за погодой. Маленький дождь, который уже еле капал на стекла окон, создавая приятный и успокаивающий шум. Тучи уже уходили, и гроза постепенно успокаивалась, замедляя ритм своих стуков. Под такую музыку всегда можно о чем-то подумать или поспать. —слушай... Ты обещал, что объяснишь свои раны эти. Вот... Я жду. Люмин словила на себе пустой взгляд Скарамуччи. —ну, хотя-бы в кратце. На листочке. Молчит. —да в смысле! Ты же обещал! Скара, не молчи. Тот цокнул, неохотно вставая со стула. И их переписки снова возвращаются. Только на листочках Скарамучча и Люмин могут нормально общаться. упал. Шёл и упал. Понятно?

—чего? Какое упал! У тебя вся нога в стекле, ты смеёшься?

что не так?

—не беси. Ответь нормально.

если не нравится, то не мои проблемы. Я не заставлял тебя лезть ко мне. Не думай, что после твоей помощи я стану относиться лучше к тебе.

—забыл про медпункт?

мне было плохо. За этот случай извиняюсь. Но если бы ты не полезла, то я бы сам справился. Люмин нахмурилась. Что-то не туда их разговор пошёл. То есть.. Ему вообще всё равно на неё? Немного обидно.. Скарамучча серьёзно посмотрел на Люмин, которая, казалось, совсем поникла от его ответов. А что он мог сказать? Открыть рот, демонстрируя поддержку? Жаль только, что их такой трагичный момент испортила одна женщина. Райдэн Эи — мать Скарамуччи. Строгая и отрешенная от жизни женщина. Ни спасибо, ни пожалуйста. Пришла она по одному поводу... Просто услышала чей-то голос из спальни своего сына. И вот тут мысли разделились на две линии. Либо Скарамучча наконец-то научился разговаривать, либо кто-то дома ещё есть.. Женщина без стука зашла в комнату, молча заходя в неё. Пугающий взгляд изначально пал на Скару, а затем на девушку, которая растерянно смотрела на мать парня и улыбалась, махая ручкой. —так и знала, что ты, Скарамучча, приведешь домой какую-то... распутницу! Ты должен об учёбе думать, а не о таком! Был бы отец жив-.. —извините, я сама попросила зайти к нему домой, —Люмин перебила женщину, чтобы Скаре поменьше досталось. Она же виновата, так ведь?, — мы просто одногруппники. Не друзья даже. И вот эта грозная женщина хмуро переводит взгляд на блондинку, брезгливо осматривая ту с ног до головы. А Скарамучча тупо стоял, вжимаясь в стул, пока пальцы вздрагивали. Ой что сейчас будет, если Люмин скажет лишнего! —одногруппники? Ну и что же его одногруппница забыла здесь? —гроза была... Я и попросила... подождать дома. И всё. Я сейчас ухожу. Как раз дождь утих! При разговоре Люмин смотрела на лицо этой женщины. Синяки под глазами, уставшие глаза, бледная кожа и нетрезвый вид. Немного отпугивало... Хотя так она выглядела довольно красивой и отчасти смахивала на Скарамуччу. И её длинная коса так затягивала! Привела бы она себя в порядок, то была бы достойной матерью и женщиной! Люмин встала с дивана и забрала свою сумку, а затем быстренько вышла из комнаты Скарамуччи, помахав ему напоследок рукой, тускло улыбаясь. А мать парня ещё что-то сказала Люмин вслед. Лишь уже за порогом квартиры девушка услышала громкие крики женщины... Бедный Скарамучча.

***

Люмин шла домой. Все дороги затопило... И как ей теперь идти? Лужи разлиты по всему асфальту, оставляя лишь маленькие кусочки островков из высоких камушков. С деревьев капали капельки прошедшего дождя, посылая по тем же самым лужицам волны и на секунду затапливая островочки. Солнышко уже ярко светило, подсвечивая каждый мокрый листик или травинку. Лишь далеко-далеко виднеется уходящая чёрная туча, которая оставила за собой такую непроходимую красоту. Несчастных тридцать минут Люмин добиралась до дома, обходя и перепрыгивая все лужи, чтоб не промокнуть. А-то Итэр ей снова начнёт её отчитывать за это! Люмин входит в квартиру вся запыханная, будто бежала всё расстояние. —Итэр! Я дома! Девушка сняла куртку и обувь и прошла дальше в свою квартиру. На её слова никто не откликнулся. Хм, может Итэр гуляет тоже? Люмин зашла на кухню. Вдруг там Итэр как раз сидит? Никого там не было, лишь не помытая чашка на столе, которую, скорее всего, её брат не успел унести. —теперь моя очередь будет тебя отчитывать! Ушёл и не убрал кружку за собой! Люмин решила немного убраться на кухне. Помыла посуду, которую её брат не удосужился убрать и вытерла со стола и полочек. —Люмин... Ты чего шумишь так? Девушка испугалась чужого голоса, резко поворачивая голову в сторону дверного проёма. Там стоял полусонный Итэр в домашней одежде и весь такой потрепанный! И глаза ещё не до конца открылись. Видно, что Люмин случайно разбудила его крепкий сон. —Господи! Напугал-то как...—Люмин выдохнула, а затем продолжила говорить, — я думала ты не дома. —я заснул, — блондин спокойно сказал ей, проходя внутрь кухни. Всё чистенько и помыто. —поняла уже... — Люмин хихикнула, поворачиваясь всем телом к Итэру,— мне столько всего есть рассказать!                                      Люмин подбежала к брату, крепко обнимая и получая в ответ растрепанные волосы и взаимные объятия. —Давай, рассказывай.

***

Брат с сестрой сидели на кухне за столом. Люмин рассказывала про буйный день, а Итэр как обычно всё выслушивал и спрашивал, если надобно. —потом заходит его мама. Злая такая... Я думала, что у него всё в порядке в семье.. А тут и папы нет, так ещё и мама зверь какой-то. Люмин грустно посмотрела на стол, вспоминая портрет отца Скарамуччи. —а ещё Скарамучча красиво рисует. —ого! А что он рисовал?—Итэр заинтересованно посмотрел на сестру, сияя любопытной улыбкой. —ну, отца. —отца? Парень удивлённо посмотрел на Люмин, вскидывая бровь. —не знаю я, что происходит у них там в семье... Но под этим портретом было написано мелко... "папа, мы скучаем." —жуть какая. Жалко парня, конечно... А вы с ним друзья же, верно? Так может поможешь ему как-то? —не-а, не друзья. Сказал, что не изменит своё мнение, — Люмин грустно вздохнула, сделав небольшую паузу, —всё. Хватит грустного обо мне. Как там у тебя дела? Итэр посмеялся с резкой перемены настроения, но это было даже плюсом. Но вот он и сам не знает никаких новых историй про себя. Точнее... Не знает, как это сказать. —в общем... познакомился с девушкой одной. Кокоми зовут. Красивая и добрая такая... —тебе она понравилась? Люмин улыбнулась, радостно смотря на парня. Естественно она рада за него и будет поддерживать! —ну... Да, понравилась, —Итэр тоже с улыбкой посмотрел на свою сестру. Другой реакции он и не ожидал,за что очень благодарен, — я подружиться с ней хочу, а она боится ко мне подходить, пф. Люмин тихонько посмеялась. Итэр всегда рассказывает всё с таким лицом недовольным, что только добавляет весёлую атмосферу. —подружитесь ещё, я уверена. Я в тебе верю! —спасибо.

***

Скарамучча стоит перед матерью буквально в холодном поту, боясь даже повернуться не так, пока та женщина с ненавистью и тошнотой смотрит на парня. —что за девка? Скара испуганно молчит, сглатывая. Мать знает, что ответа не получит... Так зачем спрашивает? —я не для того тебя растила, чтобы ты сюда баб тащил!—её неровный тон повысился до крика,—бездарность. Женщина сделала грубый шаг вперёд, а Скарамучча назад. Снова шаг вперёд и назад. «мама, не надо...» Удар. И снова. Снова красный отпечаток ладони на щеке. Скарамучча приложил холодную руку к щеке, грустно и напуганно глядя на взбешенную мать. Его сердце бешено стучится из-за страха и беспомощности. Просто как немой овощ, который ничего не сможет сделать в ответ. Разве что... Дрожать и бояться? А почему он боится? Боится обычной пощечины? Нет. Боится криков мамы? Нет. Боится, что мама станет ещё безумней и начнёт вести себя как психичка? Да. И слово 'бездарность' ... Снова осадком остаётся в голове, добавляясь ещё к тысячи таким же идентичным. Обидно? Не то слово.. Резкий хлопок двери, и Скарамучча остаётся один. Только с самим собой. И, по его мнению, единственный виновник в этом — Люмин. Навязалась к нему, попыталась завести дружбу, подлизывалась, помогала... А затем попросилась домой. И будто специально выжидала такого момента! Будто хотела, чтобы Скарамучче было больно?.. А она хорошо играет! Так хорошо втирается в доверие... А потом предаст так же, как и Мона.

***

Скарамучча лежит на кровати. И снова бессмысленно потупливая взгляд в потолке. А в голове только Люмин. Люмин... Такая светлая личность, но скрывающая в себе много всего неизведанного. Будто за каждым её действием скрывается нечто страшное и подлое, заставляя Скарамуччу отталкиваться от неё всё дальше. И теперь он так жалеет, что впустил эту девушку к себе домой! Столько проблем навела... И сейчас привычное молчание звучит слишком громко. Скарамучча уже привык к её вечной болтовне. Но что-то всё равно не так... Почему-то так странно притягивает и одновременно отталкивает. Прям как магниты. И всё же... Люмин он не доверяет и будет игнорировать её как и раньше. Скара не хочет себе проблем. Он лучше всю оставшуюся жизнь проживёт один без трагедий, чем будет рисковать каждый раз, не учась на прошлых ошибках. теперь он мальчик, не способный доверять миру.