В тишине

Полдень встретил книжную лавку ярким, но холодным светом. Солнце стояло высоко, заливая пустые улицы бледным золотом, но тепла от него почти не было. Ветер, гулявший между зданиями, пробирал до костей. Лисы собрались у входа, проверяя оружие и снаряжение. - Выходим через десять минут, - объявил Веймак, застёгивая куртку, - идём плотной группой. Никто не отходит дальше, чем на пять шагов. Если видите орду не геройствуем, а отступаем. Ясно? Разноголосый негромкий хор согласия прозвучал нестройно, но утвердительно. - А как же рыжий? - спросил Мэтт, поправляя лямку рюкзака, - мы даже не попытаемся его найти? Веймак нахмурился, бросив короткий взгляд на Эндрю. Тот стоял чуть поодаль, прислонившись к косяку двери, и смотрел на улицу ничего не выражающим взглядом. - Если он достаточно умён, то уже давно покинул этот район, - наконец произнёс тренер, - или отсиживается где-то до темноты. Устраивать поисковую операцию в городе, кишащем мертвецами - самоубийство. Мы не можем рисковать всей группой ради одного человека. - Жёстко, - прокомментировал Сет, но без осуждения. Просто констатировал факт. - Жизнь вообще жёсткая штука, - отрезал Веймак, - всё, выдвигаемся. Эндрю ничего не сказал. Он первым вышел за дверь, засунув руки в карманы, и направился вдоль улицы, не оглядываясь. Город встретил их гулкой тишиной. Она была неестественной, давящей, не такой, как в лесу или в поле. Там тишина была живой, наполненной шорохом листвы, редким пением птиц и стрекотом насекомых. Здесь же тишина была мёртвой. Она звенела в ушах, прерываемая лишь завыванием ветра в пустых оконных проёмах да скрипом ржавых вывесок. Они шли по центральной улице, стараясь держаться ближе к стенам зданий. Вокруг царила разруха. Брошенные автомобили стояли, перегородив проезжую часть, некоторые с распахнутыми настежь дверцами. Стёкла витрин были выбиты, и осколки хрустели под ногами. Тёмные пятна на асфальте, уже высохшие и выцветшие, рассказывали истории, которые никто не хотел слушать. На перекрёстке валялся опрокинутый детский велосипед. Ржавый, с погнутым колесом. Ники отвёл от него взгляд быстрее, чем обычно. - Жутко тут, - тихо произнесла Элисон, прижимаясь ближе к Сету, - как будто весь город вымер за одну ночь. - Так и было, - отозвалась Рене, шагавшая в авангарде. Её глаза внимательно сканировали окна и подворотни, - большинство либо заразились, либо были съедены в первые дни. Остальные эвакуировались. Или попытались. - А мы идём прямо в пасть к зверю, - хмыкнул Аарон, поправляя ремень винтовки, - прекрасный план. - Заткнись, - лениво бросил его брат, даже не оборачиваясь. Первой остановкой стала аптека на углу. Вывеска с зелёным крестом болталась на одной петле, дверь была приоткрыта. Внутри царил полумрак и уже знакомый запах пыли и гнили. Полки были почти пусты, кто-то побывал здесь до них, и, судя по всему, давно. - Проверьте всё, - скомандовала Дэн, - бинты, антисептики, обезболивающее, антибиотики. Любые лекарства. Хватайте всё, что выглядит полезным. Эбби уже деловито обходила ряды, заглядывая в каждый ящик. Ники помогал ей, попутно комментируя находки: - О, сироп от кашля! Будет что пить на вечеринках, когда это всё закончится. - Если это всё закончится, - мрачно поправил его Аарон, заглядывая в подсобку. - Вот за что я тебя не люблю, так это за твой оптимизм, - фыркнул Ники, но тут же получил подзатыльник от Кевина, который молча прошёл мимо с охапкой бинтов. Они покинули аптеку через двадцать минут с относительно неплохой добычей: пара упаковок антибиотиков, бинты, флакон спирта и несколько блистеров обезболивающего. Эбби бережно уложила всё в свою медицинскую сумку, и группа двинулась дальше. Следующим пунктом стал магазин хозяйственных товаров. Он пострадал меньше других: витрина была цела, дверь заперта. Пришлось повозиться, но Сет с Мэттом справились, взломав замок монтировкой. Внутри было темно и пахло краской. - Фонари, батарейки, верёвки, скотч, инструменты, - перечислял Веймак, пока лисы рассредоточивались по залу, - берите всё то, что пригодится в дороге. Эндрю и Рене ушли в дальний конец магазина, где располагался склад. Там, среди коробок с чистящими средствами и садовым инвентарём, они наткнулись на троих. Мертвецы стояли неподвижно, словно статуи, но стоило скрипнуть половице под ногой Рене, как они ожили. Первый бросился сразу. Рене встретила его коротким, точным ударом ножа в висок - тело рухнуло на пол, даже не успев издать звука. Второй попытался зайти сбоку, но Эндрю, возникший словно из ниоткуда, перерезал ему горло одним движением - голова мёртвого запрокинулась, держась лишь на лоскуте кожи, и он осел на бетонный пол. Третий оказался проворнее: он успел схватить Рене за плечо, но девушка, не колеблясь, ударила его локтем в лицо, а затем добила ударом ноги в колено и финальным взмахом ножа. Они переглянулись. Эндрю коротко кивнул, признавая её работу. Рене ответила лёгкой улыбкой, убирая нож в ножны. - Чисто, - сообщила она, возвращаясь к группе. Остальные к тому времени уже набили рюкзаки полезными мелочами. Аккумуляторный фонарь, моток прочной верёвки, набор отвёрток, пара упаковок батареек и даже почти целая аптечка первой помощи. Неплохой улов. Они как раз собирались покинуть магазин, когда снаружи раздался грохот. Все замерли. Грохот повторился. Металлический, протяжный, словно что-то тяжёлое волокли по асфальту. А затем - крик. Не хриплое рявканье мертвецов, а настоящий, человеческий крик, полный ужаса. - Это с центра, - определила Дэн, выглядывая в окно, - пара улиц отсюда. - И что это, чёрт возьми, такое? - пробормотал Мэтт. Ответом ему стал новый звук. Глухой, утробный рёв, от которого завибрировали стёкла в окнах. Лисы переглянулись. - Нам нужно посмотреть, - сказал Веймак, - не подходить близко. Залезем повыше. Просто оценим обстановку. Если там опасно уходим немедленно. Высотка нашлась быстро - офисное здание этажей в пятнадцать, с тёмными зеркальными окнами. Входная дверь была выбита, в холле валялись обломки мебели и обрывки бумаг. Лисы, не теряя времени, направились к лестнице. Подниматься пришлось долго. Ступени гудели под ногами, эхо шагов разносилось по пустой шахте. К тому моменту, как они добрались до двенадцатого этажа, даже Кевин, с его выносливостью, слегка запыхался. - Сюда, - позвала Рене, первой вошедшая в офисное помещение с панорамными окнами, выходившими на центр города. Вид открывался одновременно захватывающий и пугающий. Остовы небоскрёбов, пустые улицы, перевёрнутые машины, тёмные пятна пожарищ на стенах зданий. А в самом центре, на главной площади, что-то двигалось. - Боже мой, - выдохнула Эбби, прижав руку ко рту. Огромная толпа мертвецов заполняла площадь. Несколько десятков, нет, сотни тел колыхались, словно единый организм. Они двигались к центру площади, где возвышалось что-то вроде баррикады - перевёрнутые грузовики, обломки строительных лесов, колючая проволока. И на этой баррикаде были люди. Три крошечные фигурки, отчаянно отбивающиеся от наседающей орды. - Там выжившие, - произнёс Мэтт, сжимая кулаки, - мы должны помочь. - Чем? - резко спросил Аарон, - нас двенадцать. Там сотни. Мы не пройдём и полпути, как нас сожрут. - Но они же... - Они мертвецы, - перебил его Кевин, не повышая голоса, - и мы тоже будем мертвецами, если сунемся туда. Спор прервал звук. Низкий, нарастающий гул. - Что там происходит? - прошептала Ники, и впервые в его голосе не было ни капли веселья. - Не знаю, - честно ответил Веймак, - но звучит так, будто… Он не договорил. Мир полыхнул белым. Грохот обрушился на здание, как кулак великана. Ударная волна прошла сквозь этажи, и панорамные окна двадцать третьего этажа взорвались фонтаном стеклянных брызг. Всех отбросило назад - кого на пол, кого на стены. Заверещали девушки. Заорал Ники, прикрывая голову руками. Воздух наполнился свистом осколков и оглушительным звоном. Эндрю сгруппировался в падении, перекатился и замер, прижимаясь к полу. Он чувствовал, как мелкое стекло сыплется на спину, на волосы, слышал крики команды и где-то далеко, на краю сознания, понимал только одно. Город умер не сам. Кто-то только что разнёс его сердце на куски. И где-то там, в огне и осколках, он надеялся, что один рыжий идиот нашёл укрытие получше этого. В помещении повисла тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра в пустых оконных проёмах. Город, ещё минуту назад полный жутких звуков, снова погрузился в безмолвие. Только теперь в этом безмолвии слышался треск пламени и запах смерти.