В тишине

Время в камере тянулось медленно, словно застывший мёд. Натаниэль сидел на жёсткой скамье, привалившись спиной к холодной стене, и смотрел на решётку. По ту сторону, в тусклом лунном свете, падавшем из крошечного зарешеченного окна под потолком, копошились тени. Мертвецы не уходили. Они стояли, покачиваясь, прижимаясь лицами к прутьям, издавая тихие, утробные звуки. Иногда кто-то из них затихал, будто засыпая стоя, но стоило Натаниэлю пошевелиться, как орда снова оживала. Эндрю сидел напротив, на такой же скамье, закинув ногу на ногу и запрокинув голову к стене. Глаза его были закрыты, но Нат знал - он не спит. Слишком ровным было дыхание, слишком напряжёнными оставались плечи. В руке блондин всё ещё сжимал нож, хоть толку от него за решёткой не было. Они не разговаривали. Не потому что боялись привлечь внимание - мертвецы и так знали, где они. Просто слова казались лишними. В этой маленькой камере, где воздух был спёртым и холодным, а единственными звуками были хрипы и шарканье за решёткой, тишина стала их единственным союзником. Натаниэль время от времени поглядывал на часы. Стрелки двигались издевательски медленно. Полночь. Час ночи. Два. Три. Где-то около четырёх утра он почувствовал, как веки тяжелеют. Сон подкрадывался незаметно, несмотря на весь ужас ситуации. Организм требовал отдыха. Нат уже проваливался в дрёму, как вдруг услышал тихий голос: - Не спи. Он вздрогнул и открыл глаза. Эндрю смотрел на него - в полумраке его глаза казались почти чёрными. - Я не сплю, - ответил Натаниэль, выпрямляясь и растирая затёкшую шею. - Врёшь - равнодушно бросил Эндрю и снова прикрыл глаза. Больше они не говорили до самого рассвета. Около пяти утра небо за окном начало светлеть, окрашиваясь в грязно-серые тона. И вместе с этим произошло то, на что Натаниэль уже перестал надеяться: мертвецы начали расходиться. Сначала один, потом второй, потом ещё несколько. Они теряли интерес, забывали, зачем здесь стояли. Их примитивные мозги не удерживали цель надолго. К половине шестого у решётки не осталось никого. Эндрю поднялся первым. Бесшумно, словно кот, он подошёл к замку и, достав из кармана какую-то железку, принялся ковыряться в механизме. Натаниэль наблюдал за ним с любопытством. Через минуту раздался тихий щелчок, и решётка подалась. - Полезный навык, - прокомментировал рыжий, поднимаясь. - Жизнь научила, - коротко ответил Эндрю, выглядывая в коридор, - чисто, пошли. Они двигались быстро, но осторожно. Участок встретил их тишиной и беспорядком: перевёрнутая мебель, разбросанные бумаги, тёмные пятна на полу. Натаниэль старался не смотреть по сторонам. У выхода они задержались: Эндрю прислушался, а затем медленно приоткрыл дверь. Улица была пуста. Утренний туман стелился над асфальтом, придавая городу призрачный, нереальный вид. - Возвращаемся к книжному - шёпотом сказал Эндрю. Они выскользнули наружу и направились обратно тем же путём, что пришли. Но не прошли и квартала, как удача вновь от них отвернулась. Из-за угла старого кинотеатра вывернула группа мертвецов. Много. Целая толпа, человек тридцать, не меньше. Они двигались плотной массой, заполняя всю ширину улицы. И, что самое паршивое, они заметили их почти сразу. - Бежим! - рявкнул Натаниэль и они рванули с места. Но на этот раз удача была не на их стороне. Толпа мертвецов, словно живой поток, разрезала улицу, оттесняя их друг от друга. Натаниэль попытался прорваться к Эндрю, но путь преградили сразу трое. Он увернулся, взмахнул топориком, снося одному полчерепа, но второй тут же схватил его за рюкзак. Рывок - и лямка треснула. Нат вывернулся, отпрыгнул в сторону и, не видя другого выхода, нырнул в ближайший переулок, удерживая рюкзак за целую лямку. Он бежал, не оглядываясь, слыша за спиной только топот ног. Переулок вывел его к большому зданию с разбитыми стеклянными дверями - торговый центр. Не раздумывая, Натаниэль влетел внутрь, перепрыгнул через опрокинутый манекен и, заметив сломанный эскалатор, побежал на второй этаж. Там он забился в первый попавшийся бутик, судя по обстановке, магазин женской одежды, и заметив большой деревянный стол в углу, забрался под него. Сердце колотилось как бешеное. Он зажал рот рукой, пытаясь выровнять дыхание. В ушах шумело. Прошло несколько минут, прежде чем он осознал: погони нет. Мертвецы, кажется, ушли за Эндрю. Или просто потеряли интерес. Натаниэль медленно выдохнул и только сейчас заметил, что под столом он не один. Рядом, прижав колени к груди и глядя на него расширенными от ужаса, и чего то похожего на восторг, глазами, сидел парень. На вид лет двадцать, может чуть старше. Тёмные, слегка вьющиеся волосы, светлая кожа, острые скулы. Одет в джинсовую куртку и тёмную футболку. На шее - тонкая цепочка с каким-то кулоном. Он смотрел на Натаниэля, не мигая, и, кажется, даже не дышал. В руке незнакомец сжимал кухонный нож. Лезвие дрожало. Натаниэль медленно поднял палец к губам, призывая к тишине. Парень судорожно кивнул, но нож не опустил. Где-то внизу, на первом этаже, раздался шум. Шаркающие шаги. Много шагов. Толпа мертвецов поднималась на второй этаж.

---

Эндрю выбрался на крышу соседнего здания через пожарную лестницу, пересёк её и спустился с другой стороны. Он потерял Натаниэля из виду где-то у перекрёстка. Часть его, та самая, что отвечала за инстинкты самосохранения, говорила: забудь, возвращайся к своим. Рыжий сам виноват, что не успел. Но другая часть, та, что последние несколько часов провела в тесной камере, глядя на «не спящего» парня с огненными волосами, неприятно саднила где-то под рёбрами. Он отмахнулся от этого чувства, как от назойливой мухи, и двинулся в сторону книжной лавки. Когда он вошёл внутрь, его встретили встревоженные взгляды. Веймак поднялся первым: - Где второй? - Отстал, - коротко бросил Эндрю, проходя внутрь и падая на ближайший стул, - наткнулись на орду. В комнате повисла тишина. Ники перестал улыбаться. Рене сцепила пальцы в замок. Эбби прижала руку ко рту. - Нужно идти искать - твёрдо сказал Мэтт, поднимаясь. - Сядь - голос Дэвида был холоден, - если верить Эндрю, то там сейчас не пройти. Если он не дурак, отсидится где-нибудь. - А если дурак? - тихо спросила Дэн. - Тогда он уже мёртв. Снова тишина. Эндрю достал сигарету и закурил, глядя в одну точку перед собой. В голове снова всплыл образ: льдисто-голубые глаза в полумраке камеры, смотрящие на него с упрямой настороженностью. «Он выживет, - подумал блондин, стряхивая пепел, - Рыжик слишком упрям, чтобы сдохнуть». Но вслух он этого не сказал.