Светлая. Тёмная. Алая

Хлоя только и успевала купаться в лучах своей славы и наслаждаться той жизнью, о которой она мечтала. Мастер Фу, возможно, гордился бы ей, ведь она никому не хамила, всем улыбалась, да и что ещё остаётся, когда все вокруг восхищаются и обещают исполнить любой каприз? Новое вечернее платье Хлои притягивало к себе взгляд с ручки шкафа. Она специально вывесила его, чтобы любоваться его алыми переливами. Да, она могла выбрать золотое, но красное… как перед ним устоять, тем более, что она собиралась стать звездой ежегодного благотворительного вечера. Хлоя была польщена тем, что отец попросил её помочь с организацией мероприятия — заказать пригласительные, выбрать зал, банкетное меню, фотографа. Казалось, что самым сложным из всего этого было выбрать платье для вечера: на это ушло три дня в Испании. Но на самом деле организация мероприятия была нелёгкой. — Я не понимаю, ты ведь мэр, почему они не согласны отменить все брони и предоставить нам отель? — возмущалась Хлоя, размазывая джем по венской вафле. Они с отцом снова завтракали на веранде. Мэр, однако, не выглядел расстроенным, услышав про сложности организации. — Милая, быть мэром ещё не значит, что ради тебя сделают, что угодно. В любом бизнесе, как и в политике, есть компромиссы. Например, отель не хочет терять деньги. А мы не готовы превысить бюджет, чтобы перекупить их. — И что, значит, нужно довольствоваться остатками? — Хлоя сморщила носик. — Смотри на это, как на игру в шахматы. Ты одна из важных фигур на доске — Ферзь. Твоё преимущество в том, что у тебя много возможностей. Но твои ходы ограничены ситуацией на поле. Чтобы выиграть, нужно уметь договариваться с людьми, потому что капризами в политике ничего не решается. — Понятно, — Хлоя поджала губы, — и что тогда делать с отелем? Мэр подтянул к себе её бумаги. — Хм. «Реджина Лувр», хорошее место. Они отказывают, потому что сейчас там гостит посол Греции. Думаю, можно попробовать заинтересовать посла мероприятием и через него протолкнуть идею в руководство. Если тебе очень хочется именно туда. Звучало вполне, как план.

***

Вечер шёл просто замечательно. Благодаря прекрасным фото Хлоя набрала ещё несколько сотен подписчиков в своём блоге. Любуясь очередным комментарием, она вдруг краем глаза увидела Адриана и Габриэля. Отец и сын, оба в похожих фраках, стояли и беседовали с девушкой в серебристом закрытом платье. Хлоя с восхищённым вздохом сразу же узнала в ней Розетт, модного дизайнера. Её образ вдохновлял и заставил её когда-то всё больше узнавать о модных тенденциях, учиться разбираться в оттенках золотого и отличать фасоны рукавов друг от друга. Розетт была её кумиром, её глянцевой мечтой. И кажется, Адриан знаком с ней. Хлоя отправила однокласснику сообщение с просьбой подойти к вазе с белыми лилиями. Адриан удивился, но вежливо откланялся и подошёл к назначенному месту. Хлоя тут же выпрыгнула из-за вазы и схватила его за рукав. — Адрикинс, познакомь меня с Розетт… Адриан не ожидал такого поведения и уж тем более просьбы. Он поправил галстук-бабочку и обернулся на двух шепчущихся дизайнеров. — Я не знаю… — Давай, пойдём, — Хлоя сама потащила его в ту сторону. Оказавшись за спиной Габриэля, она выжидающе уставилась во все глаза на друга. — Кхм… — Адриан дождался логической паузы в беседе, — Розетт, моя подруга Хлоя Буржуа, начинающий блогер, она очень хотела с вами познакомиться. Хлоя, конечно, не хотела представлять себя начинающим блогером, но сама была виновата, что не дала Адриану текст. Розетт мило улыбнулась, убирая прядь волос за ухо, отчего серьги в её ушах закачались, отсвечивая во все стороны изумрудами и бриллиантами. — Мисс Буржуа, я тоже когда-то начинала, как вы, — сказала она, и Хлоя восхищённо ощутила, как подскочило сердце, — и ваш разбор пляжных шарфов, который я увидела случайно в ленте, должна заметить, достойный выбор. — Вы… видели мой разбор? — голос Хлои едва не пропал. Она изо всех сил сжимала пальцы Адриана, отчего тот начал шумно вздыхать. — Сама Розетт видела мой разбор… — Удачи, юная леди, — Розетт легко кивнула, и они с месье Агрестом удалились. Адриан выдернул пальцы из хватки Хлои. — Знаешь что, впервые вижу, чтобы ты так искренне кем-то восхищалась, — заметил он, поглаживая руку. — Не все этого достойны, Адрикинс, ты должен это понимать. Чтобы я кем-то восхищалась, им нужно быть кем-то выше ферзя. Она ушла, оставив Адриана в лёгком замешательстве. Хлоя играет в шахматы?

***

Розетт улыбалась Габриэлю и продолжала гадать, что же он за человек. В его взгляде было пусто, за вежливыми шутками не искрились эмоции, он смотрел на неё, словно на пустое место. Она взяла со стола бокал с грушевым напитком и предложила ему присоединиться. Габриэль неохотно согласился. — Я бы хотела обсудить с вами свою новую коллекцию, — сладко заговорила Розетт, — мы могли бы сделать коллаборацию. — Я не заинтересован, — сразу же отказался Габриэль. Розетт прикусила губу. Да, этот мужчина может быть категоричен, но в конце концов, она обхаживала и не таких. — Габриэль, ваши работы невероятны, в них чувствуется тонкая французская тоска, то, чего нет в жарком средиземноморье. Там мечтают увидеть ваши изысканные рубашки, — Розетт придвинулась ближе, томно поднимая и опуская пушистые черные ресницы. По губам Габриэля пробежала холодная усмешка. — Вряд ли они станут их носить, в жарком средиземноморье. — Дизайнер и не всегда должен создавать практичные вещи, — Розетт ловко прихватила губами грушевую дольку, — дело в эстетичной привлекательности и самовыражении, разве нет? — Что ж, — он ухмыльнулся, думая, куда заведёт его эта игра, — и в чём же ваш интерес? — Мои мотивы прозрачны, я просто хочу, чтобы наши имена оказались вместе на одной странице, — Розетт широко улыбнулась, — я помогу вам расширить свою аудиторию, а вы поможете мне продвинуться по рейтингу. — Возможно, за одну услугу, — Габриэль наклонился и шепнул ей что-то, отчего Розетт побледнела и едва не выронила пустой бокал. Её глаза вмиг похолодели. Не найдя, что ответить, она широким шагом ушла, не замечая, как хитрая гримаса наползает на лицо Габриэля. — Как он только посмел? — Розетт вбежала в дамскую комнату и подняла глаза на свое отражение. Слава далась ей честно заработанным путём. Путём проб и ошибок, долгой работы над идеями и сырыми концепциями. Каждый шаг в этой индустрии делался с трудом, она надеялась, что никогда в жизни не услышит таких наглых и порочных предложений. — А больше тебе ничего не надо, Габриэль, — прошипела она сквозь зубы. Что-то ударило её в спину, и фиолетовая пелена заслонила ей озлобленный взгляд. — Модница, я Бражник. С тобой грубо обошлись, и пусть твой обидчик поплатится за свои слова. Как насчёт того, чтобы поставить на колени всех тех, кто не считает тебя королевой моды? — С удовольствием, — ответила Розетт, кивая. Её наряд изменился. Сияющая корона на голове составила пару массивным серьгам, а за спиной величаво опустился раздвоённый плащ, похожий на сложенные крылья. Его подол, касаясь земли, выдал сноп искр.

***

Через полчаса вечер, который Хлоя с таким трудом готовила, был безнадёжно сорван. Весь пол был усыпан блёстками, дорогими украшениями, аксессуарами, ценными вещами, с которыми владельцы расставались в пользу прекрасной и несравненной Модницы. Кому нужны туфли от Дуччи, когда можно смотреть на само воплощение красоты, грации и моды. Алая Леди и Супер-Кот появились на вечеринке как раз вовремя, чтобы успеть остановить владельца отеля от откручивания хрустальной люстры в зале. Делов бы было, если бы она упала. — Стой, — Супер-Кот остановил Леди, пока она не спустилась с балкона в самую гущу событий, — что если, увидев её, мы захотим расстаться с талисманами? Мы только что сняли чувака с люстры… ни в чём нельзя быть уверенным. Хлоя задумалась. Он был прав — Модница вынуждает всех отдавать любые свои ценности. — И что же нам делать? — Обменяемся талисманами? Тебе мой не будет так дорог, как собственный. — Только если мы будем постоянно помнить, что он чужой, — согласилась Хлоя. Они разбежались по разным углам. Без серёжек Хлоя чувствовала себя уже беззащитной, но когда к ней за угол залетел Плагг, её глаза расширились. Кольцо Супер-Кота… того самого отважного и благородного рыцаря, каково же будет примерить его на свою тонкую ручку. Хлоя надела талисман как обручальное кольцо и покрутила ладонь перед собой. — Перестань воображать, — Плагг закатил глаза, — моему хозяину нравятся застенчивые. — Застенчивость — это порок, — хмыкнула Хлоя. Плагг расплылся в улыбке. — А ты мне нравишься. Думаю, я могу замолвить за тебя словечко.

***

Адриан пожалел о своём решении обменяться талисманами в ту же секунду, как увидел серёжки. — Не волнуйся, они волшебные, — мелодично сказала Тикки, — не обязательно иметь проколотые уши. Адриана не волновали уши, он переживал, что будет глупо выглядеть. Но к счастью, ни отец, ни Маринетт его не видели. Он прислонил серьги к ушам, и магическим образом талисман начал действовать. — Скажи, Тикки… а какая Алая Леди в реальной жизни? Квами замялась. — Ну… она ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего, — ответила она. Адриан кивнул. — Это я заметил… Он, конечно, и так не думал, что под маской Леди окажется Маринетт, но в жизни порой люди вели себя иначе, чем под маской. Он сам был тому живым примером. Но за Маринетт он не замечал напористости и целеустремлённости, которая была присуща Алой Леди.

***

Они оба трансформировались и встретились у балкона. — Выходит, сейчас ты Леди-Кошка, — вспоминая супергеройские фильмы, хихикнул Адриан. Напарнице шёл его темный костюм, светлые волосы красиво переливались на чёрных кожаных плечах. — Никаких сравнений с животными, — она поморщилась, сужая кошачьи глаза, — я буду Тёмной Леди. А ты — Алым Рыцарем. Похоже, она уже всё решила, Адриан просто пожал плечами. Себя он всё равно ощущал Супер-Котом. Они перепрыгнули через перила, и Тёмная Леди удивлённо воскликнула: — Ого, как будто спрыгнула на мягкие подушки! Почему у меня такого не предусмотрено? — Зато твои прыжки в воздухе замедляются, как будто у тебя невидимый парашют за спиной, — ответил он, — каждому своё. В зале уже никого не было, очевидно, Модница ушла собирать цацки дальше по городу. Тёмная Леди и Рыцарь бросились к выходу. Искры на асфальте чётко обозначали дорожку, по которой злодейка ушла. — В дом Габриэля Агреста, — догадалась Хлоя. Адриан побледнел, но ничем не выразил своего волнения. Он попытался закинуть йо-йо на ближайший фонарь, но вместо этого выбил лампочку. — Ах, а я всё-таки умница, — похвалила себя Леди. Ловко оттолкнувшись о палку, она прыгнула на газетную будку и оттуда дальше по крышам. Модница не смогла бы обнаружить Габриэля в доме, но Бражнику нужно было другое — заманить героев в свою тщательно спланированную ловушку. Когда они на его территории, следить за ними стало проще: новые камеры в каждой комнате записывали их движения, повадки, походку, чтобы потом он легко смог вычислить, кто они. Герои вошли в дом и сразу увидели, что на втором этаже была открыта дверь в мастерскую. «Наверное, она пришла за новой коллекцией», — подумал Адриан. Он жестом дал сигнал Леди следовать за ним. Они тихо прокрались по лестнице и заглянули в комнату: Модница придирчиво разглядывала рабочее место Габриэля и скидывала со стола то, что злило или раздражало её. — Осторожно, не воткни в пальцы иголки, — громко пошутил Адриан, заходя внутрь и раскручивая йо-йо. Метким ударом он попал по кисти Модницы, отчего она вскрикнула. — Гадкий жук, — фыркнула она. — Теперь я понял, почему ты не хочешь ассоциаций с животными, — признал Адриан, — что ж, супер-шанс! Ему на руку упало устройство, которое гасило все технические приспособления в радиусе километра. — Я не понимаю… Они не боролись с киборгом, так к чему им это? На всякий случай Адриан включил устройство и положил его на тумбу. Модница улыбалась, разглядывая тем временем кристаллы и жемчуг на столе. — У Габриэля много драгоценностей. Хотите что-нибудь? Не думаю, что супергеройство даст вам вечную славу и богатство. Даже мои достижения можно обесценить единственным гадким словом. Берите, не стесняйтесь. Заодно отдайте мне свои старые побрякушки. Модница бросила в них горсть жемчуга и повелительно протянула руку, ожидая, что герои отдадут ей свои талисманы. Магия на них не работала, и она нахмурилась. — Меньше разговоров, — Хлое не хотелось слушать Модницу. С каждым словом она всё больше разочаровывалась в своём кумире. Она схватила со стола швейные ножницы и кинула их Рыцарю. Хлоя присела, ощущая себя дикой львицей. Помимо грации она приобрела охотничье чутьё и чувствовала себя великолепным хищником, перед которым кривлялся очень наглый кролик. Хлоя хищно нацелилась на плащ Модницы, но та всё время поворачивалась к ней лицом и давала отпор. В очередном прыжке Хлоя врезалась в стену и чудом открыла тайный шкаф, в котором на подсвеченном пьедестале стояло пять новых восхитительных платьев. Зрелище было таким манящим, что Модница застыла едва ли не со слюной на губах, глядя на переливы блёсток и цветов. Воспользовавшись заминкой, Тёмная Леди раздвинула палку в своих руках и уперев конец в плащ Модницы, натянула его так, чтобы Алый Рыцарь, пролетая, смог одним движением разрезать протянутую ткань. Адриан приземлился и ударом кулака по стене спрятал коллекцию вновь от чужих глаз. Он уже предвидел, как Габриэль будет расстроен. Розетт, вновь в своём обычном образе, приходила в себя на полу, пока Алый Рыцарь ловил бабочку и готовился подкинуть устройство. Какое-то внутреннее чутьё его остановило. Была ли это интуиция или действие талисмана, не различить, но этот голосок упрямо просил его сделать это на улице. — Ну чего, тянешь кота за хвост, — поддела его Тёмная Леди, ожидая завершения задания. Он хмыкнул, напуская на себя привычный весёлый вид. — Давай выйдем сначала на улицу. Они оставили Розетт на полу мастерской дожидаться хозяина дома и выскользнули на лестницу. Только тогда Адриан вдруг заметил, как его руки вспотели при взгляде на картину в холле. Нет, чутьё говорило ему не о картине. Над ней… Он бы не заметил этого раньше, поскольку это был его дом и разглядывать картины ему надоело уже несколько лет как. И эту маленькую камеру он бы не заметил, хотя отчего-то мокрой и напряжённой спиной он чувствовал, что она появилась здесь недавно. Адриан сжал устройство в своей руке. Зачем бы Габриэлю не потребовалось окружать себя видеонаблюдением, было бы крайне неразумно и опасно оставлять ему свидетельства битвы героев и злодеев. Неужели талисман мог всё это предугадать? Внезапно, с трепетом, Адриан осознал, что талисманы и квами более могущественные создания, чем он мог себе даже вообразить. — Чудесный Алый Рыцарь, — крикнул он, когда они вышли за пределы особняка, и исчезнувшее устройство вернуло всем их ценности. И интуитивные озарения Адриана начали его покидать. Они молча глядели друг на друга, оглядывая непривычные костюмы. — Скорее бы снять эти сережки, — усмехнулся Рыцарь. — Ой, не ной, тебе идет красный, — Хлоя взлохматила его волосы, и ощутила мгновенный трепет в груди. Зелёные глаза, разве что не узкие кошачьи, смотрели на неё с вниманием, словно выворачивая её, срывая маску. Она почувствовала себя лишённой всяческого прикрытия. И его волосы были такими мягкими. Она с волнением поймала себя на мысли, что даже ждёт от него инициативы. Чтобы он на пару сантиметров к ней приблизился, пусть она сильно этого боялась. Но Рыцарь, наоборот, отдалился, и ухмыльнулся, выныривая из-под её руки. — Рад, что ты так считаешь, но я всё равно хочу свой хвост назад. Ожидай курьера. Он подмигнул ей и убежал в проулок. Хлоя лишь улыбнулась.

***

Время первых школьных занятий пугающе приблизилось. Последние дни лета, как шоколадные конфеты в вазочке стремительно кем-то съедались. Хлоя думала, что была готова к школе. Она чувствовала себя ещё более уверенной, её блог процветал, она хорошо общалась с отцом, всё более вежливо с персоналом, иногда даже Адриан писал милые комментарии под её постами. Однако школа мгновенно добавила в эту бочку мёда огромный черпак грязи. В первый же день Хлою облили дешёвым яблочным соком, вымарав наряд, которым она только похвасталась в соцсетях. Шум, постоянные идиотские шутки одноклассников упорно выбивали Хлою из её дзен-настроения. Алья похвасталась своими 15 тысячами подписчиков в недавно созданном ЛедиБлоге, и Хлоя ощутила, что и блогер из неё получается не самый талантливый, она еле перевалила за 7 тысяч. В кои-то веки в новом учебном году Хлоя сама решила написать контрольную работу, чем сильно удивила Сабрину. Правда, дроби и странные неточные цифры с запятыми сильно поубавили у ней желание доказать, что она всего может добиться сама. Получив за контрольную едва ли не самую худшую оценку на весь класс, Хлоя испытала, как её сердце тяжелеет, а настроение чернеет не по часам, а по минутам. Особенно, когда… — Маринетт, помоги Хлое разобраться с темой по математике, — дружелюбно пропела учительница, и Дюпэн-Чэн так сладко закивала, что Хлое стало противно. И почему нельзя было попросить Адриана, ведь он тоже написал на «отлично»? После уроков Маринетт с готовностью подсела к Хлое и открыла свои записи. Хлоя брезгливо отодвинулась. Едкие слова так и рвались наружу. — Чего тебе? — Мадам Полли просила тебе объяснить тему. — Ну не сейчас же. У меня сегодня нет времени на эту твою математику, — огрызнулась Хлоя, — можешь прийти ко мне завтра. На лице Маринетт проскользнула тень недовольства, и почему-то Хлоя быстро впитала эту эмоцию как губкой. — Завтра выходной, у меня тоже есть планы. — Ну так объясни мадам Полли, что ты не можешь, — фыркнула Хлоя, — тоже мне, золотая девочка. Раздражение всё больше и больше овладевало Хлоей. Она уже с трудом могла вспомнить советы мастера Фу, свои откровения и беседы с Тикки. Её переполняла ненависть к собственному классу, ко всем заданиям, к этой прилипале Дюпэн-Чэн. Хлою раздражало даже то, что та всё равно припрётся к ней в выходной, чтобы объяснить материал, потому что она не привыкла отказывать учителям. И это чувство обычного превосходства над всеми снова вернулось в её жизнь. Только в этот раз оно сопровождалось всплесками ненависти по отношению к себе и своему неумению себя контролировать. Мечтала ли она завоевать любовь класса? Разумеется. Зла ли она на себя, что вместо этого все снова шепчутся за её спиной и избегают общения с ней? Да. Но она была уверена, что против такого отвратительного коллектива даже у мастера Фу не нашлось бы волшебного решения. Они вытягивали всю энергию, делали то, что Хлое не нравилось, шумели, не подчинялись, и что самое страшное — относились к ней, как к равной. Но ведь она дочь мэра. Она Хлоя Буржуа. Она Алая Леди! Почему эти чертовы дети не могут проявить даже банального уважения. Когда Маринетт пришла к ней, Хлоя приказала Агнес сказать, что её нет дома. Она не хотела сознательно обижать Маринетт, но вся её внутренняя натура протестовала против унижения, что дочка пекаря станет учить её математике. В этом ей было стыдно признаться даже отцу. Маринетт перестала с ней общаться, вслед за ней ноту протеста объявила Алья и Адриан, который, очевидно, всегда был на стороне Дюпэн-Чэн. Он продолжал кивать Хлое и здороваться с ней, но милых комментариев в соцсетях от него дождаться было уже сложно. В такой изоляции Хлоя провела в школе несколько недель. Сабрина снова повадилась делать за неё домашнюю работу — нужно же было демонстрировать папе хорошую успеваемость. На главную роль в школьный спектакль, объявленный в начале года, Хлоя не попала, даже с угрозами пожаловаться отцу, но после уроков вынуждена была сидеть в актовом зале и наблюдать за репетициями (зря она сказала папе, что хочет принимать участие в этом нелепом спектакле). Репетиции шли вяло. Милен постоянно забывала слова (слава богу, что роль влюбленных не досталась Маринетт и Адриану, иначе Хлою бы стошнило), Айван с опаской косился на ребят, которые подвешивали над его головой декорации. Конечно, получить прожектором в лоб — участь незавидная, но мадам Бюстье всё время постукивала указкой по сцене, чтобы он вернулся мыслями к партнёрше. Хлоя уже засыпала. Она слышала этот диалог девять раз, и сама уже его запомнила. Полумрак зала тоже прекрасно усыплял. Только крик мадам Бюстье вернул её в чувство, и она, щурясь, посмотрела на сцену. — Макс, обрати внимание, ты должен дёрнуть только за одну веревку, а вторую крепко привязать. Гляди, что получилось: ты возвёл на небо сразу и Солнце, и Луну. Будь внимательнее. Хлоя дёрнулась. Эти слова как-то тревожно подействовали на неё. Глядя на картонные светила над сценой, она вспомнила глубокий и мудрый голос Вайзза: «В день, когда в Париже взойдут одновременно и солнце, и луна, будет вынесен вердикт. Не упусти свой шанс, Хлоя. Он будет единственным.» Тогда Хлое показалось это просто ерундой. В его предсказании не было никакого смысла. Но сейчас… Сердце Хлои бешено колотилось, и ладони начали потеть. Почему сейчас? Почему именно тогда, когда она стала такой уязвимой и слабой? Именно тогда, когда прежняя натура вырывается и дает о себе знать с утроенным усердием? Никого бы ещё в этом зале, в этой школе не могли бы напугать картонные Солнце и Луна, но Хлоя чувствовала, как паника возвращается к ней с каждым вдохом. Как и сами вдохи стали короче и незаметнее. Сегодня до конца дня Чудесные вынесут ей вердикт, заслужила она свой второй шанс или его отнимут навсегда.