Саботаж

      Тэхен не всегда был таким образцово-показательным заучкой. Наоборот, до своих пятнадцати лет он был не просто сорванцом — гонора в нем было столько, что он вполне мог бы гармонично вписаться в компанию Ли Юджина.       Отец владел клиникой пластической хирургии, мать работала там же, и Тэхену прочили продолжить семейное дело. Жизнь тогда казалась легкой, и да — Тэхен был тем самым пиздюком, который рассуждал, что люди бедные потому, что ленивые и бесталанные и что у всех вообще-то равные возможности. Он смотрел сверху вниз на каждого, чей доход хоть на вону уступал доходу его семьи. Ему не было стыдно быть богатым — он наслаждался беззаботной и изобильной юностью, с удовольствием принимал все блага: любые новинки техники, одежду, развлечения, шикарную квартиру в престижном районе.       В тот день они все вместе сидели за ужином и спорили, куда и с кем полететь на отдых: с Минами в Таиланд или с Чхве — на Чеджу. Спор был горячим, и решение казалось жизненно важным ровно до того момента, как в их квартиру вломился наряд полицейских. Тэхен до сих пор помнит крики и искаженное лицо матери, как отец упирался пятками, сгребая ковры, пока его уволакивали. Помнит свой шок и легкую растерянность. Это же все какой-то тупой розыгрыш?       Когда отца посадили за взяточничество, счета арестовали, а все имущество конфисковали, Тэхен еще долго думал, что это какое-то недоразумение. Что со связями отца его быстро вытащат, и все будет по-прежнему. К его искреннему удивлению, от «друзей семьи» они получили только сочувственные вздохи и пожелания как можно быстрее справиться с этой напастью. А привычный круг Тэхена из золотых деток так же легко отодвинул его от себя, как родившая собака отпинывает задней лапой дефектного щенка.       Тэхен вдруг кристально ясно понял, насколько деньги решают за тебя, человек ты или расходник.       Они с матерью переехали в квартиру попроще, а ему самому пришлось перевестись из элитной частной школы в обычную. Мама после скандальной истории чудом устроилась в средненькую больницу медсестрой. Она много и одержимо работала. Уверенная в невиновности мужа, пыталась скопить хоть сколько-то денег хотя бы на какого-нибудь адвоката, чтобы подать апелляцию. Но ее заработка едва хватало на существование в Сеуле. Пришлось переехать в пригород, в еще более тесную квартирку, чтобы сэкономить на жилье. Но дорога отнимала драгоценное время на сон и отдых.       Точка невозврата для Тэхена случилась в тот день, когда мама, вернувшись со смены, упала в обморок. Нервное истощение, недоедание, недосып, тревожность и еще длинный список диагнозов — результат внезапно изменившегося образа жизни.       Возможно, только тогда Тэхен посмотрел на мать действительно открытыми глазами. Овал лица поплыл, когда-то сияющая здоровьем кожа потускнела и высохла, обнажив полосы морщин. Без ухода и визитов в салоны прилично отросла седина, поэтому мама просто состригла окрашенные волосы, чтобы не отслеживать по этой позорной опускающейся линии, сколько времени она ничего не может поделать с их положением.       Ким Харин. Когда-то статная красавица с изысканным звериным прищуром, что достался сыну. Женщина, которая звонко смеялась и много шутила. Тэхен так ярко помнил ее такой — а теперь видел перед собой старуху, которая одержимо лепетала, что ее муж невиновен.       Тэхену стало страшно и стыдно. Он вдруг понял, что не делает ничего, чтобы хоть как-то помочь, и только занимается тем, что жалеет себя и плывет по течению в ожидании, что все разрешится само собой.       Само собой не вышло.       Пришлось пересмотреть свои взгляды на жизнь, разрушить старые убеждения и взять ответственность. Сначала было трудно, но постепенно он поймал темп, который хоть и высасывал силы, зато давал направление. Теперь, когда у него появилась четкая и важная цель, он смотрел только вперед. Игнорировал мимолетные удовольствия: вечеринки и сходки с ровесниками. Поэтому друзей у него особо не было. Зато он закончил школу с высокими баллами и поступил на юридический факультет с бонусами в виде хорошей стипендии и бесплатного общежития. Тэхен, конечно, устал, но старался об этом не думать. Он уже так близко.       Тэхен сидел на кровати в своей комнате и штудировал материал для доклада. Раскрытый ноутбук уже припекал бедра от перегрева, глаза болели, но он продолжал вырезать нужные куски текста и копировать в общий документ, чтобы потом переработать информацию своим языком.       В замочной скважине провернули ключ, и Тэхен чуть поморщился — не успел доделать задание до возвращения Чимина, который еще и девушку свою привел. Вообще, Кира классная и очень подходила Чимину. Миниатюрная, с лицом мультяшной принцессы и стрижкой под мальчика. Ее гардероб был весьма разнообразным: от безразмерных бесформенных кофт со штанами до женственных юбочек и платьев. Сегодня, правда, пришла пацанка.       Важный факт: Кира — девушка Чимина и Кира — подруга Тэхена — это два абсолютно разных человека. Нежная булочка со своим парнем, с Тэхеном она отрывалась на полную и сейчас с разбега подпрыгнула и плюхнулась на его кровать, звонко смеясь. Тэхен забурчал, но был крепко обхвачен тонкими ручонками в приветственных объятиях.       — Мы с новостями, — стрельнула бровями Кира и надула губы, когда Тэхен отмахнулся и снова уставился в экран ноутбука. Девушка глянула на Чимина и ткнула Тэхёна пальцами под ребра. — Это про твоего нового парня.       — Чего? — возмутился Тэхен.       — Чон Чонгук, — поддержал свою девушку Чимин.       — Очень смешно, — скривил губы Тэхен. Неделя прошла с того злосчастного дня, когда он услышал это треклятое имя. Неделя тупых доебов и полного отсутствия логики в действиях подопечного. Надо признать, после эффектного появления Чонгук больше не устраивал праздников эпатажа, но его поведение все равно оставалось достаточно раздражающим. Для Тэхена. Большинство же на новенького смотрели с интересом и неким восхищением. Вот и вызвались бы заменить Тэхена! Это кураторство ощущалось так, будто легкоатлету цепляли кандалы на ноги перед забегом или кондитеру вместо муки давали мешок с гвоздями. Чонгук мешал, раздражал и, Тэхен уверен, делал все это специально. Еще три недели. Три недели — а потом можно смело слать этого Чон Чонгука на хуй.       Чон: В чем разница между раменом «Оттоги» и «Шин-рамен»?       Вы: Серьезно?       Чон: Я не разбираюсь в бедной еде.       Вы: Возьми «Доширак», не прогадаешь.       — Спорю на свои яйца, что это он тебе пишет. — Чимин уселся по другую сторону от Тэхёна, по-свойски заглянул в экран телефона и расплылся в улыбке. — Я же говорил.       — Отвалите оба. — Тэхен убрал телефон, надавил пальцами на веки и только сейчас понял, насколько устали его глаза. — Давайте вы будете меня доебывать, когда закончится месяц кураторства. Этот придурок забирает все мои запасы терпения. На вас не остается…       — Этот придурок выиграл международную олимпиаду по информатике в десять лет, — как бы невзначай произнесла Кира, рассматривая аккуратный маникюр. Получив нужную реакцию, она выждала немного и усмехнулась, когда Тэхен, выпучив глаза, попросил продолжить: — Мы проторчали в инете четыре часа! И, судя по тому, что мы накопали, до двенадцати лет он был мечтой любого родителя.       Она вытащила телефон и открыла галерею. На первом фото мальчик с пухлыми щеками и подобием каре держал лист А4 и растерянно смотрел в камеру, пока какой-то мужчина европейской внешности сверкал зубами в слишком широкой улыбке. Следующее фото: Чонгук, тоже пухлощёкий, но уже с короткой стрижкой, стоит на пьедестале в белом кимоно и с золотой медалью на шее. Еще одно фото слегка размазано: Чонгук в форме баскетбольной команды какой-то американской школы запечатлен в прыжке перед броском.       — Информации о нем мало. В основном упоминания в местечковых статьях или в чужих постах. Но, если я правильно поняла, где-то лет с тринадцати его дико понесло. Я еще нарыла инфу про пару приводов в полицейский участок.       — За что? — Тэхен забрал телефон и продолжил листать фото.       — Одно — за мелкое хулиганство, второе — за травку…       — Ясно, — пожал плечами Тэхен.       — И все? Тебе неинтересно, почему его понесло? — удивилась Кира.       — Очевидно, ему плохо дался переходный возраст.       — Нет, уверена, дело в другом. Что-то случилось. Жопой чую! — Кира щелкнула Тэхена по носу и получила легкий шлепок по плечу. — Но это пока все, что я успела накопать.       — Мы ещё попробовали пробить его родителей, — подхватил Чимин. — Про мать информации нет. Вообще. Про отца тоже негусто. Мы знаем только имя и компании, где он числится акционером. А так — полный ноль. Будто это недописанный персонаж, а не человек.       — И как его зовут?       — Чон Шивон, — ответила Кира. — Даже фотки нигде нет. Может, он бандит? Или что-то типа того? По какой-то причине ведь наш ректор трясется перед ним.       — Это бы многое объяснило, — задумчиво протянул Тэхен, увеличивая фото Чонгука в прыжке к баскетбольному кольцу.       — Кстати! — вспыхнув, встрял Чимин. — Пока копались, мы случайно наткнулись на любопытные новости. Похоже, отец Юнги вляпался в неприятности. Ничего непонятно пока, но… — Он потер ладони друг о друга и гадко посмеялся. — Кажется, у кого-то будут большие проблемы.       — Вот уж на кого мне похуй, так это на Юнги и его семейку, — монотонно прокомментировал Тэхен, все еще рассматривая фотографии.       — Тогда, может, это тебе будет интереснее? — Кира выхватила телефон и попорхала пальцами по экрану. Телефон Тэхена тут же вспыхнул уведомлением. — Это аккаунт Чонгука в инсте.       — И зачем мне он? — нахмурился Тэхен, открывая сообщение. Он сомкнул губы, злясь на свой старенький телефон, которому порой требовалось слишком много времени, чтобы открыть заветную ссылку.       — Сам решишь, что с этим делать. — Кира подскочила и перебралась к Чимину на колени. Устроившись в любимых объятиях, она улыбнулась. — Изучишь врага или просто будешь любоваться своим парнем.       — Иди в жопу, Кира, — Тэхен злился не то на подругу, не то на телефон, который все еще «думал». Наконец открылось окно, затем поддалась ссылка.       Когда перед глазами появился профиль Чонгука, внутри все съежилось и похолодело. Весь профиль — в тёмных цветах и смазанных фото: то расплывчатый глаз, то дым от сигареты, то фонарь в разблюре, нечеткое тату. Эстетика страницы навевала депрессивные настроения, подавленность и будто безысходность. Уголки губ Тэхена невольно опустились, глаза метались от одной мрачной фотографии к другой. Лишь одна отличалась от остальных — единственная четкая, где Чонгук с расслабленной улыбкой смотрел в камеру. Бордовая футболка, волнистые черные волосы чуть выше плеч. По дате — время его проживания в Лос-Анджелесе.       Тэхена не должно было это трогать. Не должно было волновать. Но чем-то липким осело впечатление от аккаунта Чонгука. Он погасил экран, отшвырнул телефон и снова уставился в ноутбук, пытаясь сосредоточиться.

***

      Тэхен быстро перебирал ногами и размахивал руками, чтобы ускорить шаг. Обычно перед учебой он проходил мимо магазинчика с фруктами, где покупал свежевыжатый апельсиновый сок и, пока плелся до университета, успевал его выпить. Короткое, но драгоценное затишье в его сумасшедшем режиме. Привычный ритуал сегодня дал сбой. Сначала он сам прособирался, потом в магазинчике впервые на его памяти образовалась очередь. Одно на другое — и вот уже Тэхену пришлось торопиться, чтобы успеть на пары.       Благо начало теплеть. Можно было сменить зимнюю куртку на демисезонную. А Тэхен всей душой ненавидел свою старую зимнюю куртку, которая местами запачкалась и засалилась так, что уже не отстирывалась. Бежевый бомбер выглядел куда приличнее, да и помытые волосы не сминались под шапкой, а развевались в легких порывах теплого ветра. Во время спешки Тэхен успел посокрушаться, что ему не удалось спокойно пройтись со своим соком в такую чудесную погоду и, главное, настроиться на новый день должным образом.       Путь к университету лежал через стоянку. Учитывая, чьи дети здесь обучались, неудивительно, сколько здесь стояло дорогих марок автомобилей. Поэтому Тэхен даже не обратил внимания, когда из одной из таких машин вышел мужчина в строгом пальто в пол.       — Ким Тэхен? — с улыбкой спросил мужчина, когда Тэхен уже готов был промчаться мимо.       — Вы ко мне обращаетесь? — уточнил он, резко затормозив.       — Да. — Статный и лощеный мужчина лет сорока чуть склонился и представился: — Меня зовут Чон Донхи. Пожалуйста, сядьте в машину, есть разговор.       — Но я тороплюсь… — Тэхен опасливо отшагнул назад и огляделся по сторонам.       — Не переживай, — добродушно улыбнулся Донхи. — И ректор, и твой профессор предупреждены о твоем опоздании.       — Я не понимаю, — похлопал глазами Тэхен и сжал руками лямки рюкзака.       — Я родной дядя Чонгука, твоего подопечного, — пояснил Донхи, открывая пассажирскую дверь. — Разговор не будет долгим, я обещаю.       Тэхен кашлянул, еще раз осмотрелся и чуть потоптался на месте, решая, рвануть с места в карьер или все же сесть в эту машину. Пусть Донхи и улыбался, но под таким цепким взглядом не получалось поверить в его добрые намерения. Донхи усмехнулся и жестом руки еще раз позвал, подгоняя принять решение. Тэхен, поджав губы, все же кивнул и нырнул в салон автомобиля. Донхи сел гораздо более грациозно и закрыл дверь. Прозвучал щелчок, блокирующий замки, и Тэхен на автомате забился в дальний угол. Он смотрел настороженно, когда Донхи повернул голову и холодно улыбнулся.       — Тебе нечего бояться, Тэхен, — склонил голову Донхи. — Ты курируешь моего племянника, и я просто решил познакомиться с тобой лично. — Казалось, он вот-вот продолжит, но лишь пристально осматривал Тэхена, которому становилось все более не по себе. — Нам очень понравилось то, что мы узнали о тебе.       — Что именно? — не понял Тэхен.       — Твои достижения и рвение к учебе, конечно. Твое трудолюбие дает потрясающие результаты, и твоя репутация в университете — она безупречна. Нам очень приятно, что у Чонгука появился такой друг, с которого он мог бы брать пример.       — Мы не друзья, — нервно хохотнул Тэхен.       — С Чонгуком непросто, понимаю, — покивал Донхи снисходительно и сложил ладони на коленях. — Как никто понимаю, Тэхен. Маленькие дети не дают спать, а большие не дают жить. Это про нашего Чонгука, — он глухо посмеялся. — Слабых он легко сбивает с пути, а сильных проверяет на прочность. И если человек пройдет проверку, то вся эта его энергия волшебным образом превращается из разрушающей в созидательную.       — Можно ближе к сути?       — Вот поэтому ты нам понравился, Тэхен, — Донхи посмотрел на него с подобием гордости. — Ты — сильный. Ты сможешь с ним справиться.       Тэхен уже открыл рот, чтобы объяснить, что нет у него такой цели — подружиться с Чонгуком, но Донхи вдруг прищурился и спросил:       — Почему у тебя нет девушки? Ты гей?       — Что? — выпучил глаза Тэхен. — Нет!       — Понятно, — неоднозначно отметил Донхи. Он еще раз пробежался взглядом по Тэхену и прочистил горло. — Я знаю, что мой племянник может доставить много проблем, но все же мы очень благодарны за то, что именно ты взял на себя эту ответственность.       — Будто у меня был выбор, — пробурчал Тэхен, всё ещё вжимаясь спиной в противоположную от Донхи дверь. — И кто это «мы»?       — Его семья, конечно, — оскалился мужчина и достал из кармана пластиковую карточку синего цвета. — Это для тебя.       — Что это? — Тэхен схватился за лямки рюкзака, все еще пытаясь дистанцироваться.       — Наша благодарность за твои хлопоты, — Донхи многозначительно вздернул бровями.       — Деньги?       — Моральная компенсация за проблемы, которые доставляет тебе Чонгук, и… — мужчина покрутил карточкой в воздухе, — легкая мотивация не бросать его после завершения периода курирования. А также мы были бы благодарны за небольшие отчеты о его передвижениях, знакомствах, делах… Само собой, речь идет не о единоразовой благодарности. Эта карточка будет пополняться регулярно.       Тэхен сначала нахмурился и подался вперед. Он все верно расслышал? Его хотят купить, чтобы он носился с этим психом и докладывал о его перформансах? Донхи уже протягивал карту, но отдернул руку, когда Тэхен рассмеялся. Он запрокинул голову так сильно, что ударился о стекло и зашипел.       — Нет.       — В смысле — нет?       — Я не собираюсь возиться с вашим Чонгуком! Я своего дня рождения так не жду, как окончания этого сраного периода моего кураторства!       — Ты даже не спросил, о какой сумме идет речь, — Донхи снисходительно улыбнулся.       — Нет, — упрямо мотнул головой Тэхен.       — Чонгук может быть очень вспыльчивым, — будто сочувствуя, произнес Донхи, — но он все равно весьма безобиден. А вам, — с нажимом добавил он, — очень нужны деньги, Тэхен.       — Нет. — Тэхен смотрел твердо, но былая уверенность в отказе заметно пошатнулась. Деньги действительно нужны. И, может, если там действительно хорошая сумма, он смог бы нанять адвоката для отца сейчас, а не ждать окончания учёбы и получения лицензии? Но кому, как не Тэхену, знать, что деньги от неправильных людей могут принести гораздо больше новых проблем, чем решения старых.       — Давай так: я не давлю, Тэхен… — Донхи спрятал карту и с улыбкой отметил, каким взглядом проследил за ней Тэхен. — Подумай.       Прозвучал спасительный щелчок — двери разблокировались, и Тэхен поспешил вывалиться на улицу. Донхи лишь бросил вслед:       — До встречи, Тэхен.

***

      Вместо того чтобы поторопиться, Тэхен шел медленно, прокручивая разговор с Донхи раз за разом. Зачем им шпион для Чонгука? Зачем понадобился именно Тэхен? Менее подходящей кандидатурой мог бы стать разве что сам ректор. Может, Чонгук действительно настолько проблемный, что им нужен не шпион, а тот, кто будет следить за его выходками и поведением? Это точно, совершенно точно не будет Тэхен.       Даже если бы у него было на это время, полное отсутствие желания опекать нестабильного детину, который еще и специально раздражает Тэхена, достаточно для того, чтобы отказаться от их предложения. Они же отстанут? Тэхен скажет им «нет», и они переключатся на другого студента?       Встречаться повторно с этим Чон Донхи совсем не хотелось. Речи сладкие, но между строк сквозило нечто, что пока недоступно для понимания Тэхена.       Он вздрогнул, когда уведомление, дзынькнувшее в кармане, выдернуло его из глубоких раздумий. В сообщении Хосок спрашивал, где он. Тэхен начал набирать ответ, но чуть не полетел вперед, когда его снесли плечом. Телефон вылетел из рук и приземлился экраном прямо на угол бордюра. Характерный хруст не предвещал ничего хорошего. Хоть он и очень старый, но это, блин, единственный телефон Тэхена, и на новый тратиться он точно не собирался в ближайшее время.       Тэхен резко повернул голову и наткнулся на самодовольный вид своего личного демона. За что вообще это проклятие по имени Чон Чонгук ввалилось в его жизнь?       — Ты что-то уронил, — едко произнес Чонгук. Губы его подрагивали, через улыбку мелькал недобрый оскал. Таким Тэхен его еще не видел. Такой Чонгук пугал. Но злоба за испорченный телефон оказалась сильнее. Быстрым шагом он подлетел к телефону и стиснул зубы, когда осмотрел разбитый экран и еле угадывающиеся буквы сообщения от Хосока.       — Ты должен мне новый телефон, — процедил Тэхен, прожигая взглядом наглого мажора.       — Купишь сам, — Чонгук дернулся в язвительной усмешке, — уверен, того, что тебе платит мой папаша, хватит на новый телефон. Сколько тебе предложили? Миллион вон? — Тэхен оторопел, услышав цифру, и подавился воздухом. — Два? Десять?       — Сколько? — хрипло спросил Тэхен. Вероятно, его вид был более красноречивым, чем слова, потому что Чонгук хмыкнул неоднозначно, но уже без опасного вызова в глазах.       — Я видел, как ты выходил из машины дяди, — шагнул ближе Чонгук и сдвинул брови, приближая свое лицо. — Хочешь сказать, что он заезжал узнать, как у тебя дела? Он предлагал тебе деньги, чтобы ты следил за мной.       — А знаешь что? — со злостью выплюнул Тэхен и тоже приблизил лицо навстречу так, что их носы почти соприкасались. — Я возьму деньги! Возьму и буду шпионить за тобой. Буду ходить по пятам, буду сливать каждый твой шаг вплоть до количества риса, который ты съел на обед.       — Дворняга продажная, — сощурился Чонгук, выпуская столбы горячего воздуха из ноздрей.       — Тупой дегенерат, — не сдавался Тэхен. Он сжимал в руках разбитый телефон, обида клокотала, вынуждая голос предательски дрожать.       — Поплачь…       — С тебя новый телефон, Чон! — повысил голос Тэхен и с силой пихнул Чонгука в грудь.       Чонгук качнулся назад и мрачно глянул на то место, куда его ударил Тэхен. Грудь вздымалась от глубокого дыхания, а когда Чонгук вернул взгляд, то красной строкой в глазах читалось: «Беги, Ким».       Отчего-то ноги, наоборот, вросли в землю.       — Я не брал ваши гребаные деньги, — с обидой выдал Тэхен и, заломив брови, осмотрел вдребезги разбитый экран. — Вот же ты мразь, Чон…       — Чонгук! — весело позвали издалека. Вальяжной походкой к ним шли Юджин и Габриель.       — Лошадки твоей масти, — скабрезно выдал Тэхен, фыркнул и, истерично развернувшись, зашагал в сторону учебного корпуса.       — Мы не закончили! — крикнул ему вслед Чонгук. И под нос себе на чистом английском: — Fuck!       Тэхен обернулся, чтобы с чувством выставить средний палец, однако удивился, когда вместо ответного хамства увидел темную улыбку. Отнюдь не добрую. Вот же странный тип.

***

      Издалека Юджин выглядел счастливым и сияющим, будто Чонгук — тот, кого он был неимоверно рад видеть. Юджин помахал рукой, чтобы точно дать знать, что звал именно он. Подходя все ближе, он радостно произнес:       — Наконец-то мы тебя поймали! Я хотел извиниться. — Они подошли и остановились, почти синхронно сунув руки в карманы брюк. Габриель тоже улыбался, но как-то неестественно и все зыркал за спину Чонгука, за которой быстрым шагом от них удалялся Тэхен.       — Извиняйся, — все еще заведённый, Чонгук прозвучал враждебно. Он еле заметно сощурился от прострелившей головной боли, но его поняли иначе.       — Воу, остынь. — Юджин похлопал его по плечу, а Чонгук скосил взгляд на это вторжение. — Это личинка тебя так вывела? Нас он тоже дико бесит. Да, Габи?       — Да, бесит, — подтвердил иностранец.       — Ему тоже не повезло в свое время, — снова заговорил Юджин, качнув головой в сторону Габриеля. — Когда он к нам перевелся, его тоже курировала личинка. Ему бы не пришлось терпеть его вонючее общество, если бы Габриель сразу сказал нам, кто он. Мне так жаль, что сейчас тебе приходится через это проходить, — вздохнул он.       Чонгук скрестил руки на груди и дернул уголком губ. Молчал, вынуждая Юджина и Габриеля переглянуться.       — В общем, мы подумали, что после нашей первой встречи тебе могло показаться, что мы какие-то негодяи, да? Но это не так. Мы хотели бы подружиться, — Юджин снова улыбнулся. — Может, познакомимся заново? Меня зовут Юджин, и я…       — Король универа, — усмехнулся Чонгук.       — Это так. Нравится тебе это или нет. Когда твоя семья вкладывает денежки, у тебя есть право влиять на некоторые вопросы, — приосанился Юджин, растянув самодовольную ухмылку. — А это, как ты понял, Габриель.       — Привет, — тот махнул рукой с легкой полуулыбкой. В первую встречу габариты и плавящий взгляд весьма напрягли. Но теперь он выглядел действительно весьма располагающим к себе, даже приятным. Несмотря на то, что говорил с акцентом и допускал ошибки в речи. — Ты любить спорт? Мы играть в баскетбол в одной команде. Хочешь с нами?       — Почему бы нет, — безразлично хмыкнул Чонгук, но поддался иностранному обаянию и отзеркалил чужую улыбку. Но ту коснулось легкое раздражение, когда Юджин хлопнул в ладоши и уж слишком покровительственно произнес:       — Добро пожаловать в Корейский национальный университет, Чонгук! Хочешь, мы пойдем к ректору, и я попрошу перекинуть твое кураторство на меня? Давай! — Юджин закинул руку ему на плечи и увлек за собой, направляясь к корпусу. — Какая у тебя пара? Мы отведем. Позже познакомишься с нашими. А какие у нас девчонки, Гуки. М-м-м! Все из приличных семей, но ведут себя крайне неприлично, если ты понимаешь, о чем я, — поиграл бровями он. — Будешь держаться нас — и будет все отлично. Это я могу точно обещать. Свои должны держаться своих. Да ведь?       — Руку убери, — только и ответил Чонгук спокойным тоном. Он холодно посмотрел на Юджина, который не смог скрыть за своей статью недовольство чужим хамством. Но руку все же убрал. — До вечера. Я приду поиграть с вами в баскетбол.

***

      Каким бы безразличным ни пытался выглядеть Чонгук, он был действительно приятно удивлен. Юджин представил его тренеру и вел себя так, будто только он имел право допускать игроков в команду. У этого щегла нос был точно задран слишком высоко. Хотя «король универа» и правда играл неплохо. Но больше его удивил мелкий парень — Юнги. Несмотря на то, что он был меньше остальных игроков, Юнги шустро обводил их и безупречно владел мячом. Даже Чонгук не смог выбить у него мяч. А значит, парень действительно хорош. Только вот порой он был чересчур агрессивен, за что получал множество замечаний от тренера.       Чонгук тоже впечатлил и парней в спортзале, и тренера, и небольшую группу поддержки из хихикающих девчонок. Они смотрели на эффектного новичка лукаво, перешептывались и кокетливо отводили взгляды. Чонгук вычислил и местную «королеву». Девушка сидела в окружении своей свиты, посылала томные воздушные поцелуи Юджину и выглядела чуть более высокомерной.       Не только Чонгук наблюдал за всеми. Он понимал, что его тоже рассматривали под лупой, обсуждали и тихо делились впечатлениями. Явно всех взбудоражили забитая татуировками рука, его пирсинг и пятимиллиметровый ёжик. Но если парни в основном изучали его, то Габриель смотрел не так… Чонгук деликатно называл этот взгляд «иным», когда в глазах проскальзывала нотка совсем другого интереса. Поэтому этот иностранец понравился ему больше остальных. Высокий, ладный, широкие плечи со вздутыми мышцами. Светлые волосы закручивались в озорные кудряшки и потными локонами спадали на зеленые глаза. Он чем-то напоминал парней с картин в духе мифов Древней Греции. Весьма симпатичный и вел себя более привычно для Чонгука, который за годы жизни в Америке отвык от родного менталитета. Они даже рассмеялись, случайно столкнувшись, за что, конечно, получили замечание.       Вообще, вечер выдался отличным. Чонгук скучал по скрипу кроссовок и крикам игроков, по свистку, по запаху мяча и по эху в огромном спортзале. Он взмок, мышцы приятно гудели, горло пересохло от дыхания. Но какой же кайф! Он сел на скамейку, чтобы перевести дух и попить воды, и краем глаза заметил, как к нему подходил Габриель.       — Классная игра, dude, — усмехнулся он и тоже сел на лавочку. Чонгук же допил всю воду из бутылки и с хрустом сжал ее в руке. Он звучно выдохнул через раскрытый рот и покивал.       — Еще бы.       — Мне нравится тату и это, — Габриэль пальцем в воздухе обвел лицо Чонгука, — металл.       — Пирсинг? Тоже хочешь? — выгнул бровь Чонгук.       — Нет, — помотал головой, посмеявшись. — Говорят, ты жить в Америка? Я тоже ехать оттуда сюда. Дела отца.       — Ясно. — Чонгуку не то чтобы была интересна история Габриеля, но этот парень хотя бы был более легким и не вызывал желания язвить. Но было и то, что очень хотелось узнать. — Так Ким Тэхен тоже был твоим куратором? — будто невзначай спросил Чонгук и поймал на себе быстрый неоднозначный взгляд.       — Да, — кивнул Габриель и коротко улыбнулся.       — И что? Он действительно такой говнюк?       — Он иметь много… Как это по-корейски? — Габриель пощелкал пальцами в воздухе, вспоминая слово, но выдал по-английски: — Complaints.       — Претензий, — понял Чонгук.       — Да. Много претензий к людям, как я. Высокий статус. Деньги. Он не любить это. Rich men — the main evil. You know?       — Не знаешь почему?       — Зависть? — пожал плечами Габриель и вытер полотенцем шею.       — Или что-то личное?       — Не знаю, dude, — отмахнулся Габриель. — Неинтересно, что думать личинка. Почему спрашивать? — посмотрел он внимательно. — Вы дружить?       — Не, — Чонгук дернулся от смешка. — Мы точно не дружить, — передразнил акцент, чем слегка смутил Габриеля. Тот досадливо нахмурился, и Чонгук решил проверить еще одну теорию: — Для дружбы у него слишком привлекательная жопа.       — Hey, man, — тихо прошипел Габриель, выпучивая глаза. — Тут не Америка. Тут не надо так говорить. Услышать… — Указал на игроков, что расхаживали по спортивному залу. — Деньги не помочь. Тебя уничтожить.       — Но тебе-то можно сказать? Так ведь? — подмигнул Чонгук, улавливая раздражение иного характера. Тот явно разозлился, скулы и взгляд заострились. — Не переживай, не в моих интересах сдавать тебя. — Пока Габриель быстро моргал, подбирая слова, Чонгук спросил: — Не хочешь сходить куда-нибудь? Вместе. — И склонил голову, посмотрев так, чтобы Габриель точно понял, «куда» его зовут.       — Я… — Он подавился воздухом и гулко сглотнул. Он мельком глянул на играющих и облизнул пересохшие губы. — Я… Может быть.       — Может быть, — повторил за ним Чонгук с хитрой улыбкой. — Так и запишу тебя в контактах. Когда решишься — дашь знать. Договорились?       — Да, — кивнул Габриель и отвел смущенный взгляд. Он продолжил обтирать пот, но движения теперь выглядели более робкими.       — Эй, принцессы! — крикнул Юнги с претензией. — Может, уже поиграем?

***

      Узкая дверь аптеки выглядела столь же неприметно, как и её витрины. Тогда как окна других магазинов сверкали чистотой и сияли яркими вывесками, давно немытые витрины аптеки могли навести на мысль, что та давно не работала.       Чонгук вошел внутрь и попал в небольшое помещение с полками, плотно заставленными пестрящими коробочками. Низкий и полноватый мужчина за прилавком отвел от себя телефон и выжидательно посмотрел на Чонгука поверх очков.       — Говорят, вам завезли сироп от кашля по старой цене, — тихо произнес Чонгук и воровато осмотрелся вокруг.       — Откуда? — прищурившись, уточнил мужчина.       — Из этого, — Чонгук зажмурился, вспоминая, — из Панамы!       — Он сейчас занят, — удовлетворившись верным паролем, мужчина снова опустил взгляд в свой экран.       — Скажите, что пришел Чон Чонгук.       Глаза аптекаря медленно расширились. Он надувался словно шар, пока не посмотрел, безмолвно извиняясь за свою холодность перед господином.       — П-простите, — залепетал он, открывая щеколду дверцы и пропуская за прилавок. Он указал на обшарпанную дверь, которую не было видно из зала из-за торца шкафа с лекарствами. Мужчина низко поклонился. — Он правда занят, господин. Но прошу, не говорите ему, что я неуважительно с вами разговаривал.       Чонгук на это только вздохнул и открыл дверь. За ней была крутая и узкая лестница наверх. Далее — знакомый коридор, поворот и еще одна дверь в самом конце, из-за которой слышались влажные шлепки и стоны. Судя по интенсивности и уровню звука, дело подходило к концу, поэтому Чонгук вежливо дождался кульминации и только тогда вошел внутрь.       Мало что изменилось с последнего визита, кроме, пожалуй, свежих бежевых обоев. Просторный кабинет, рабочий стол из темного дерева, компьютер, заваленный бумагами, полупустой стеллаж, куча коробок на полу, составленных друг на друга. И диванчик, на котором Ким Сокджин отходил от оргазма с сидящей верхом на нем девушкой. Он самозабвенно вылизывал ее грудь и, заломив брови, постанывал.       — Привет, — дал о себе знать Чонгук.       Джин со смачным чмоком оторвался от соска и выпученными глазами уставился на него.       — Да ладно! Неужели! — воскликнул он и торопливо пошлепал девушку по голой заднице. — Вставай-вставай.       — Я могу идти? — с расслабленной улыбкой спросила она, поднимаясь с опадающего члена.       — Может, минетик? — обратился Джин к Чонгуку, на что тот закатил глаза. — Ой, ну какая разница, чей рот? Закрой глаза и представляй кого хочешь. Ну? — подбодрил он, попутно избавляясь от презерватива.       — Если только от тебя, — ухмыльнулся Чонгук.       Теперь очередь Джина закатывать глаза.       — Вот, блядь, знаю, что ты шутишь, но как представлю, так блевать хочется.       Джин натянул на себя серые просторные штаны и толстовку и на прощание еще раз шлепнул хохочущую девушку по ягодице.       — Выпьешь? — снова спросил он у Чонгука.       — Давай. Налей, что и себе. — Чонгук хотел уже сесть на диван, но вовремя спохватился и едва поймал равновесие, чтобы не опуститься задницей туда, где только что трахался его друг.       Джин разлил по стаканам виски, закинул лед и оставил все на столе. Он широко расставил руки и так же широко улыбнулся.       — Ну иди уже сюда!       В пару шагов Чонгук оказался в крепких дружеских объятиях. Одежда приглушала мощные и частые хлопки по спине, а рычащий смех срывался в шипящие выдохи.       — Какой же ты здоровый стал! А с волосами что? — с нажимом поелозил по ежику и отпустил. — Все нормальные люди после расставания каре ебашат, а ты…       — Никогда не любил полумеры, — подмигнул Чонгук. Виски приятно обожгло небо, и он прикрыл глаза.       — Сакуга, — любовно протянул Джин и тоже взял свой стакан.       — Меня уже тысячу лет никто так не называл.       — Так ты заходи почаще! — с шутливым укором Джин ткнул в него указательным пальцем. — Я ждал тебя раньше. Почему не приходил?       — Осматривался, — пожал плечами Чонгук. — Я вообще-то по делу.       — Ну конечно, — цокнул Джин, обыгрывая свою обиду. — Кстати, недавно пришла забористая штука. Сутки не отпустит! Штырит во все стороны.       — Нет, — резко мотнул головой Чонгук. — Мне, наоборот, нужна штука, которая вырубит меня на сутки.       — Опять проблемы со сном?       Чонгук кивнул, а Джин вздохнул с искренним сочувствием.       — А голова как? Болит?       Снова кивок.       — Могу дать один препарат. Жестко рецептурный. С ним осторожно! — Джин сделал паузу, чтобы посмотреть максимально предупреждающим взглядом. — Сначала попробуй половину таблетки. Если все пройдет хорошо — пей целую. Но не налегай. Иначе подсядешь.       Джин взял телефон и что-то быстро напечатал.       — Написал, чтобы принесли сюда. Может, и от головы что-то? С запасом. Это в подарок за встречу, — улыбнулся тепло и, получив согласие, отправил сообщение вдогонку. — Ну? Что нового?       — Все, — рассмеялся Чонгук и снова отпил виски.       — Слушай, а кто такой Ким Тэхен? — спросил Джин, поднося стакан к губам.       Чонгук застыл на мгновение и вскинул брови.       — Донхи на днях заходил, просил его пробить. А сегодня позвонил и сказал, чтобы копал глубже.       — Зачем?       — Говорит, деньги брать не хочет. Поэтому ищет рычаги.       — Ким Тэхен не взял деньги? — переспросил Чонгук, подавшись корпусом вперед. — Это точно?       — Сам знаешь, как все работает. Сначала денежкой, потом услугами, потом… хм. — Джин шутливо поджал плечи, хотя оба знали, что под этим жестом подразумевалось совсем не смешное продолжение. — Только я вот не понял, зачем ему прессовать этого Тэхена? Он какой-то особенный? Кто он такой?       — Никто. И что ты нарыл? — Чонгук поставил стакан и серьезно нахмурил брови.       — Глубоко еще не нырял, — отмахнулся Джин. — По вершкам глянул: обычный бедный студент, который рвет пополам жопу, чтобы получить диплом. Так тебя потянуло на отличников?       — Нет. — Чонгук опустил глаза в пол, задумавшись. — Универ мне его впарил как куратора, чтобы помогал влиться.       — Ясно. Шивон снова захотел купить себе шпиона.       — Кого-нибудь еще просили пробить?       — Нет, только его. Поэтому я и не понял, что за королевская особа такая. Думал, может, он тебе друг лучше, чем я, что ты, блядь, за целых две недели пришел ко мне первый раз!       — Он не взял деньги? Черт, — прошипел он, крепко зажмурившись. Вспомнил разбитый телефон Тэхена и его глаза, полные обиды и злобы. Он большим глотком допил виски и налил себе еще. — Слушай, — снова заговорил серьезно, — не рой под Тэхена. Нормальный пацан. Пусть ищет других шпионов.       — Не могу, ты же знаешь. Я работаю на твоего отца, — с сожалением ответил Джин.       — Тогда потяни время хотя бы. А когда нароешь что-то, сначала дай мне знать. Хорошо?       — Хорошо. А сам не хочешь порыть? У тебя получалось лучше, чем у меня.       — Нет. — уверено отрезал Чонгук. Джин посмотрел пристально, затем вздохнул, махнув рукой.       — Сомневаюсь, что у бедного студента темное прошлое, но дам совет. Если не хочешь, чтобы под него копали, пусть просто возьмет деньги. Шивон будет думать, что все под контролем. Но контролировать будешь ты. Если, конечно, доверяешь этому своему Тэхену любимому, — последние слова он исковеркал гнусавым голосом.       — Go fuck yourself! — посмеялся Чонгук. — Он спит и видит, когда кураторство закончится. Ты же знаешь, какой я классный, — игриво подмигнул он.       — Как же я рад видеть тебя, Сакуга! — Джин улыбнулся и снова полез обниматься.

***

      Час двадцать ночи. Тэхен закрыл ноутбук и растер веки пальцами. С кровати очередной раз жалобно пиликнул телефон. Тэхен заклеил его скотчем, но все равно ситуацию это не спасло. Поэтому, кто бы не засыпал его сообщениями, прочитать он их все равно толком не мог. Спасибо, Чон Чонгук, блядь… Несомненным плюсом, правда, можно считать, что он сам себе отрезал возможность донимать Тэхена тупыми вопросами.       Еще одно уведомление. И еще. Тэхен посмотрел на телефон как на врага. Он взял его в руки и сквозь трещины рассмотрел, что ему пришло голосовое сообщение:       — Хотел уже наехать на тебя, но потом вспомнил, что твой телефон разбит. Какой у тебя номер комнаты? — прозвучало голосом Чонгука, который казался слегка заторможенным.       — Пошел на хуй, — яростно зашипел Тэхен на свой многострадальный телефон и запустил следующее.       — Я все равно узнаю. Лучше скажи сам.       — Ебись конем! — продолжал хамить в экран, хотя бы так выплескивая все свое раздражение.       — Ким, я вижу, что ты получаешь и слушаешь мои голосовые. Ответь.       И следом:       — Хорошо, буду заебывать тебя голосовыми, пока ты не ответишь.       — Развлекайся, тупица, — язвительно усмехнулся Тэхен и отключил телефон.       Однако тут же постучали… В окно. Тэхен повернул голову и увидел кисть в татуировках, которая замахивалась для нового стука.       — Да ты, блядь, издеваешься, — обездоленно выдохнул Тэхен и поспешил открыть окно. Встретившись с неуместно радостным лицом Чонгука, все, что ему хотелось, так это хорошенько ударить по пальцам, чтобы он свалился.       — Помоги! Че смотришь, Ким? — Чонгуку явно было весело. Носками кроссовок он едва упирался на малюсенький выступ снаружи.       — Какого хрена, Чон? — все же процедил Тэхен, когда Чонгук ввалился в комнату, сорвав занавески с петель.       — А у тебя миленько, — осмотрелся он и по-хозяйски так стянул с себя бомбер с яркой аппликацией в виде тигра на спине. — Моя комната попроще почему-то.       — Ты пьяный? — поморщился Тэхен, учуяв пары алкоголя.       — Очень, — усмехнулся Чонгук, развернувшись к Тэхену. Теперь это явно виделось в его блаженном лице, стеклянных глазах и шаткой стойке.       — Поэтому в мое окно полез?       — Хрюшка на вахте не пускает в общагу после одиннадцати, а я еще и пьяный. Очевидно же, что мне надо было как-то попасть домой, — говорил с укором. Будто Тэхен настолько глупый, что не понимал таких простых вещей. — Я живу на шестом этаже. А ты на втором. Логично, что я полез к тебе, а не к себе.       — Невероятно, — съязвил Тэхен, скрестив руки на груди. Его подбрасывало от нервов, поэтому он надалбливал пяткой в пол.       — Вообще-то, я по делу, Ким, — собрался и заявил со всей серьезностью.       — Ты не мог подождать завтра?       — Не мог, — Чонгук пьяно причмокнул губами и начал ощупывать свой бомбер. Тэхен нервно поглядывал на дверь и закипал все больше и больше.       — Блядь, Чон! Уйди! Я… Я вообще-то спал! Уверен, любой твой тупой вопрос сможет подождать до завтра.       — Тебе понравится, — елейно успокоил Чонгук.       В дверь тихонько постучали. Тэхен застыл, лишь глаза его нервно забегали. Чонгук заторможенно поднял голову и смешно нахмурился.       — С ума сошли? Кто к тебе ломится посреди ночи? — возмутился он и некрепкой походкой направился к двери.       — Чонгук… Стой, — проглатывая слоги, засуетился Тэхен.       — Пиздец! — продолжал бурчать Чонгук. — Я сейчас популярно им объясню, что… — Но, открыв дверь, он действительно крайне удивился, когда наткнулся на испуганные зеленые глаза. — О, — издал звук Чонгук и окинул взглядом Габриеля в его пижамных штанах и голубой футболке. От него приятно пахло гелем для душа, волосы даже до конца не высохли. — Может быть, — едко усмехнулся Чонгук. Только они оба поняли, что «может быть» — это обращение.       Глаза Габриеля метались от Чонгука к Тэхену, выражая неописуемое замешательство. Тэхен схватил первую попавшуюся тетрадь со стола и всучил Габриелю в руки со словами:       — Вот конспекты. Верни до конца недели, — протараторил он и захлопнул дверь перед оторопевшим Габриелем. Тэхен успел заметить, как тот начал открывать рот, прижимая к себе несчастную тетрадь обеими руками. Сердце колотилось так сильно, что сдавливало горло. Тэхен чувствовал, как пульсировали пальцы и виски, как пот мгновенно выступил на спине.       — Так ты гей? — спросил Чонгук тоном человека, для которого внезапно сошелся очень сложный пазл.       — Совсем, что ли? Нет! — рявкнул Тэхен, резко развернувшись.       — Он приходил потрахаться, — гадко лыбился Чонгук. Не спрашивал, а утверждал. Может быть, он не настолько пьян, раз подметил чужую мелкую дрожь. — Или у вас типа тайные отношения?       — Что ты хотел? — попытался перевести тему Тэхен.       Отчаянно стараясь взять себя в руки, он глубоко выдохнул. Застанный врасплох, он с трудом разбирался, какую эмоцию выпустить. Хотелось всё и сразу. Взорваться, исчезнуть, наорать, убедиться, что Чонгук не станет разносить грязные слухи. Но больше всего Тэхен был бы рад, если бы Чонгук просто ушел прямо сейчас.       — Я уже забыл. — Пьяно надул губы Чонгук. Его взгляд упал на голые ступни Тэхена. Затем поднялся к коленкам, далее по бедрам, провел глазами по каемке коротких шорт, остановился в паху. Торс он осмотрел бегло и вдруг выдал: — А как насчет меня?       — Что насчет тебя? — На лбу пролегли две линии от хмуро сдвинутых бровей.       — Ну… — Чонгук покрутился вокруг себя, расставив руки в стороны. — Посмотри на меня. Как тебе моя задница? — Он остановился спиной к Тэхену и задорно шлепнул себя обеими ладонями по ягодицам. — Крепкая! Я видел жопу Габриеля в душе, моя точно лучше. Или ты нижний? Глянь на мой пресс… — Чонгук развернулся, задрал футболку и чуть согнулся, напрягая мышцы.       — Прекрати. — Тэхен не знал, куда себя деть. Он метался по крошечной комнате, заливаясь краской. Но взгляд то и дело цеплялся за все то, что ему демонстрировали. Щеки предательски припекало, пока они наливались румянцем.       — О, хочешь, член покажу? Он тоже симпатичный. — Чонгук рывком сдернул штаны на резинке, но Тэхен успел отвернуться.       — Блядь! Хватит! Оденься немедленно! — крикнул он с закрытыми глазами, выставив руки.       — Сначала посмотри на мой член. Ким, — зовет нараспев. — Ким, глянь на него. У тебя, блядь, холодно! Посмотри! А то он сейчас скукожится и ты не будешь впечатлен!       — Оденься, блядь, — сквозь зубы процедил Тэхен.       — Если не понравится, я его спрячу и больше не покажу. Честное слово, — хитро протянул Чонгук. Он был уверен, что Тэхен вот-вот выйдет из себя. Чонгук даже не поверил своим глазам, когда Тэхен опустил руки и медленно повернулся со все еще закрытыми глазами. Этот парень полон сюрпризов. Чонгук почувствовал легкий мандраж. Он заводился. Заводился от разгоряченного и взъерошенного вида Тэхена, от того, как он мелко и часто дышал, от его порозовевшего лица. Чонгук почувствовал, как потяжелело внизу, когда Тэхен медленно начал открывать глаза, а, наткнувшись на его серые трусы, с гневным укором посмотрел на Чонгука. — Разочарован? — потянул уголок губ. — Я, конечно, crazy, но показываю член только тем, кто хорошо просит. — Тэхен продолжал пилить взглядом и коротко сжимал кулаки. — Перестань. Такой ты меня слишком заводишь, — сказал, натягивая штаны.       — Уходи. — проговорил Тэхен, едва сдерживаясь, чтобы не наорать и не вышвырнуть из своей комнаты.       — Красивую задницу я сразу подметил, но какой ты, оказывается, горячий. А может, я просто сильно пьян? — глупо поджал губы Чонгук и усмехнулся. Он снова взял свой бомбер, достал оттуда белую коробку и протянул Тэхену. — Это тебе.       — Что это?       — Ты слепой? Это телефон. Сам же сказал, что я должен тебе телефон. На! — Настойчивее протянул коробку.       — Не такой, — хмыкнул Тэхен и повернулся боком, отказываясь от подношения. Его, вообще-то, все еще потряхивало от событий последних пяти минут. Чонгук же прижал подбородок к шее и похлопал глазами.       — Не нравится? — Растеряно посмотрел он на коробку. — Последней модели, версия ПРО, память на один терабайт. Что не так, Ким? Я потратил на него все деньги, которые успел снять. Поэтому радуйся, следующую неделю я буду паинькой, чтобы получить перевод от папани.       — Мне не нужен такой телефон, — заупрямился Тэхен, пряча взгляд. Он имел в виду не такой дорогой, но прозвучал как привереда.       — «Купи телефон», «не нужен мне твой телефон», — загримасничал Чонгук и кинул коробку на кровать Тэхена. — Какой же ты зануда, Ким.       — Ты будто шелковый… — буркнул Тэхен, на что получил веселый смешок. Он полукругами подошел к кровати и взял в руки упаковку. Запечатанная, со всеми марками и лицензиями. Тэхен такой дорогой вещи давно не держал. Услышав шорох за спиной, Тэхен обернулся и снова офигел, когда увидел, как Чонгук снимает штаны, затем футболку. — Какого хрена ты делаешь?       — Ложусь спать, — легко ответил Чонгук и действительно забрался под одеяло на кровать Чимина, пока лицо Тэхена вытягивалось от его наглости. — Я принял снотворное, оно начало действовать. Твой сосед ведь не придет, раз уж у тебя намечалось свидание? Не придет.       — Чон! Вали в свою комнату! — громко проговорил Тэхен, склонившись над Чонгуком.       — Почему ты не взял деньги? — засыпая, пробормотал Чонгук.       — Не взял и все…       — Ты странный, Ким. — Голос Чонгука все больше затухал и ломался. Рука безвольно сползала с края кровати. И перед тем как окончательно провалиться в сон, на выдохе он произнес: — Но мне нравится.