Три главные составляющие

      — Так-так-так, и кого я тут вижу?        Арлекино, сняв с себя пальто в прихожей, вошла в спальню и осмотрела всех собравшихся там.        — А вот и твоё главное лекарство, Фурина — как ты между прочим сказала Клоринда.        — Арлии… — страдальчески простонала Фурина, протянув к женщине руку, будто могла таким образом притянуть её поближе к себе.        — Вижу, нашей малышке совсем плохо, — заметила Арлекино и присоединилась к остальным на кровати. — Ну что ж… Я собиралась заняться готовкой ужина, но, видимо, придётся с этим повременить.       Она нависла над лицом Фурины, и та уже прикрыла глаза и сложила вместе губки… на которые тут же лёг длинный тонкий палец Арлекино.        — Никакиз поцелуев, капелька, — строго сказала она. — Мы с тобой договаривались.        — Я помню… — только и успела пробормотать Фурина, как у неё во рту сразу оказались два пальца. Острый маникюр на них неприятно царапнул по щекам, но она даже не пикнула, привыкла.        А пока Фурина обсасывала и облизывала пальцы Арлекино, Клоринда и Навия принялись раздеваться. Одежда зашуршала с обоих сторон от де Фонтейн, и она сначала даже не могла понять, куда хочет повернуть голову в первую очередь, но всё-таки решила начать с любования Клориндой.        Клоринда работает в полиции, поэтому у неё просто обязана быть хорошая физическая подготовка. Они с Арлекино ходят в спортзал, поэтому немудрено, что у них обеих будут сильные руки и крепкие бёдра, но не слишком перекачанные, а в самый раз. Хотя Фурина иногда ловит себя на мысли, что Клоринде бы могли подойти кубики пресса, и от этого у неё сводит низ живота.       Когда же она поворачивается к Навии, то видит почти противоположность Клоринде. Каспар сама по себе была стройная, даже её пристрастие к сладкому не могло испортить её фигуру, наоборот: Фурина любила засыпать на её пышных бёдрах, или когда они обхватывали собой голову девушки, пока та делает Навии приятно…       Клоринда и Навия раздеваются почти полностью, лишь не снимая бюстгальтеры, дабы не расстраивать Фурину своими размерами, но это, если честно, не особо помогает. Клоринде вообще временами сложно найти рубашки под себя, и поэтому на некоторых из них пуговки держатся из последних сил.        Арлекино тем временем вытащила из ротика Фурины свои пальцы и провела их подушечками по половым губам девушки, заставляя ту нервно вдохнуть.        — Арли… — начала уже было она умолять, как Клоринда приложилась губами к её тонкой млечной шее, заставляя её издать негромкий нежный стон.        — Потерпи, — просто сказала Арлекино и кивнула Навии, после чего та достала из прикроватной тумбочки и передала женщине чёрные латексные перчатки, которые немного сглаживали острые углы ногтей.        Она не стала медлить и предупреждать Фурину, а потому, стянув шорты, сразу ввела в неё средний и безымянный пальцы. Де Фотнейн от такого вскрикнула, и ей захотелось вскинуть ноги и закинуть их на плечи Арлекино, но та держала её бедро слишком крепко. Точно будет синяк.        — Чшш, всё хорошо, — заверила Навия, целуя Фурину в висок. — Мы обязательно сделаем тебе приятно.        Её рука потянулась к груди Фурины под футболкой и стала осторожно массировать один сосок круговыми движениями подушечкой большого пальца.        Поцелуи и засосы в шею, стимуляция груди, пальцы внутри неё, о!.. Фурине сперва показалось, что она в раю. Конечно, целую неделю у неё не было секса, из-за того, что у её любимых девушек не было свободного времени из-за их тупых работ. Но сейчас все трое с ней в одной постели, и все только её… Издавая стоны, Фурина иногда срывалась на кашель. Хоть её голосок и стал чуть хриплым из-за болезни, но точно не менее прекрасным.       Вот так распаляться в любимых руках, бормоча их имена, Фурина скучала по этому. Она даже потеряла счёт времени, охватываемая жаром тел рядом с ней, от которого мозг чуть не плавился, но внезапно её тело пробрала мощная дрожь, а на внутренних сторонах век будто взорвались тысячи фейерверков. Язык заплетается, Фурина не понимает, какой имя ей выкрикнуть первым, и выдаёт что-то нечленораздельное.       Навия гладит её по волосам и целует в лоб, пока Клоринда укрывает оделялом, а Арлекино снимает перчатки.        — Побудьте с ней, а я займусь ужином.