Обречён на тебя

Прошло больше месяца, а Вэнь Жохань так и не мог прийти в себя после смерти сына. У него появилась привычка часто просто сидеть в кресле и задумчиво смотреть в одну точку; он вскрикивал, пусть и негромко, во сне и тут же просыпался; шарахался от непонятных звуков. Иногда ему даже казалось, что он сходит с ума. Не то, чтобы он до беспамятства любил Чао, и ему претило то, что он, будучи начальником полиции, не мог защитить родного ребёнка, скорее, до него дошло, что и его собственная жизнь конечна, а власть не безгранична. И Шанхай таит в себе множество опасностей не только для простых смертных, но и для таких важных персон, как Вэнь Жохань. Как-то поутру слуга принёс Жоханю письмо и сказал, что приходил некий господин, лица которого он не разглядел из-под полов широкой шляпы, и просил передать конверт лично в руки господину. Вэнь безучастно взял письмо, открыл конверт и извлёк помятый листок бумаги. Принялся читать корявый почерк, явно принадлежащий простолюдину, никогда не обучающемуся каллиграфии. По мере прочтения лицо Жоханя сменялось от безучастного до испуганного, а к концу письма он кипел таким гневом, что мог взглядом испепелить любого, стоящего рядом. Он кликнул слугу и приказал приготовить ему мундир и начистить сапоги. Слуга унёсся выполнять приказание. В этот момент в комнату постучался Сюй. - Входи! - скомандовал Жохань стальным тоном. Старший сын в недоумении скользнул в помещение и поинтересовался, ведь отец в последнее время держался отстранённо, словно потерял смысл жизни, но сейчас, казалось, что всё вернулось на круги своя: - Не верю своим ушам... Что-то случилось? Жохань стоял перед зеркалом и приводил себя в порядок. - Случилось, - откликнулся отец и мотнул головой в сторону стола, где покоилось письмо. - Вон! Прочти! Сюй сделал, как было велено, и, пробежав глазами текст, вылупился на родителя. - Это правда? - А я откуда знаю? Но проверить не помешает. - Аптека "Цишань"? Это же аптека Вэнь Цин. Быть не может, чтобы эта овца была способна на такое! - усмехнулся Сюй. - Способна или нет - вот за этим мы и отправимся сейчас туда, - резюмировал отец. - Иди собираться и возьми с собой отряд лучших бойцов. Вдруг действительно придётся применить оружие. - Отец, но это же наши родственники, как ни крути... - Я без тебя знаю! - рявкнул Жохань, покрываясь багровыми пятнами. - Но это не значит, что я не могу не подозревать эту стерву и её полоумного братца! Явился слуга, и Жохань принялся наводить марафет. Сюй поплёлся к себе, чуя, что всё это добром не кончится. Спустя полчаса Вэнь Жохань с сыном и грузовиком полным полицейских с ружьями наперевес подкатили к аптеке. Комиссар приказал окружить здание и быть готовыми открыть огонь. Прохожие, завидев данное зрелище, испуганно озирались и старались побыстрее свернуть с улицы, а то и вообще на полпути убегали со всех ног. Но некоторые всё же останавливались и перешёптывались, не понимая, что происходит, и зачем начальник полиции прибыл к своей родне вместе с вооружёнными людьми. Сам Жохань с Сюем вошли в аптеку, едва не сорвав дверь с петель. За стойкой, как обычно, маячил Нин и смотрел на них с нескрываемым страхом. В окно он видел, как высаживался десант полиции, и паника охватила его с макушки до пяток. - Дядя... Вы что здесь делаете?.. - промямлил перепуганный Нин. Около него стояли Вэй Усянь и Лань Чжань, оба склонили головы в приветствии комиссара. Но при этом Усянь хмурился, разглядывая новоприбывших, а Чжань с опаской косился на лестницу второго этажа, куда недавно ушла Цин. - А что? Мне нельзя навестить родственников? Нельзя поинтересоваться, как они поживают? - ехидничал Жохань и зло ухмылялся, игнорируя Вэя и Ланя. - Да! Вы нам не рады что ли? - поддакнул папеньке Сюй. - К-конечно н-нет... Мы всегда вам рады... - лепетал Нин. - Но зачем вы приехали с ними?.. Он робко ткнул пальцем в окно, за которым стояли полицейские с заряженными ружьями. В этот момент Вэнь Цин спустилась с лестницы и разулыбалась гостями. - Дядя, какой приятный сюрприз! - Неужели ты обрадована моему визиту? - обронил Жохань, отходя в угол помещения подальше от окна, за ним последовал и сын. Цин метнула быстрый взор в брата, тот стоял, как пришибленный. Потом глянула на Вэя и Ланя. Те сами пребывали в недоумении, но держались настороженно. - Дядя, я не понимаю тебя... - начала было Цин, но Жохань перебил её, скомандовав во все голосовые связки подчинённым: - Огонь! И тут глянул залп, от которого кровь застыла в жилах не только у посетителей аптеки, но и у прохожих на улице. Первые пули просвистели над головами Нина, Цин, Усяня и Чжаня, но они быстро среагировали и успели пригнуться. Одни мелкие свинцовые заряды врезались в стены здания аптеки, отбивая штукатурку, другие пробили стекло окна, от чего банки и склянки на полках разлетались в разные стороны со всем содержимым. Нин сидел под стойкой, закрыв уши ладонями, и трясся от ужаса. Цин присела на корточки, прикрыв голову руками. Усянь спрятался за шкафом, а Чжань метнулся за лестницу. - Дядя! Что ты делаешь?! Что всё это значит?! - вопрошала Цин, пытаясь перекрикнуть звуки выстрелов. - Объяснись пожалуйста! - Достаточно! - прогремел Жохань, и стрельба прекратилась. Он подошёл к племяннице, схватил её за волосы и рванул вверх. Девушка вскрикнула от боли и вцепилась пальцами в руки мужчины. Нин вылез из-под стойки и вытаращился на них. Лань и Вэй кинулись к Цин, но Сюй преградил им дорогу. - Что вы себе позволяете? Это же ваша племянница! - негодовал Усянь. - Отпустите её! Ей же больно! - требовал Чжань. Но Жохань не обращал на них внимания и пристально, с ненавистью в глазах, смотрел на Цин. - Это ты убила моего сына? Да?! Признавайся! - он тряхнул её, от чего она закричала ещё громче, а на глазах у неё навернулись слёзы. - Дядя, о чём вы?.. Что вы такое говорите?.. Я не понимаю... - дрожащим голосом вопрошала Цин. - Не прикидывайся, тварь! - гаркнул Жохань ей прямо в лицо. - Ты убила моего сына за то, что он якобы подговорил мать Мо Сюаньюя выдать тебя замуж за её покойного сына, заключив тем самым призрачный брак? Так ты отплатила за мою к тебе доброту, когда умерли ваши с Нином родители?! Цин испуганно смотрела на него, захлёбываясь в слезах, и только лишь шептала: - Что?.. Как?.. Дядя... Это не я... Я не... - Ложь! - ревел во всю глотку Жохань. - Теперь я знаю правду! Ты со своим безмозглым братом меня не обманете! Я вас сгною в тюрьме! Вы ещё узнаете, каково это переходить мне дорогу! А если не признаешься, то я всех твоих дружков арестую... - А ещё вы арестуете её мужа, сестру мужа, её карапуза, родителей... Потом в тюрьму загремит ещё до кучи и семейство Цзиней, так как круговую поруку в нашей стране ещё никто не отменял, - невесть откуда на пороге возник губернатор Сюэ Чэнмэй и поприветствовал присутствующих: - Хорошего всем денёчка. Жохань осёкся и с негодованием воззрился на него. - А вы что здесь забыли, господин губернатор? Шли себе мимо, вот и идите. Не вмешивайтесь туда, куда вам не следует! Это наше семейное дело! - Ошибаетесь, комиссар, - усмехнулся Сюэ. - Вы испортили частную собственность, напугали людей на улице, из-за вас машина и рикша на дороге врезались друг в друга, трамвай заглох на путях. Кто за это будет отвечать? Кто заплатит материальный и моральный ущерб? И отпустите уже Вэнь Цин, вы ей все волосы повыдергаете. Ну право слово! - Да кто ты такой, чтобы... - Сюй хотел выступить, но вздрогнул от отцовского вопля и заткнулся. Цин перестала плакать, Нин опять нырнул за стойку, Лань и Вэй отступили на шаг назад. - Щенок! Молокосос! Кто тебе дал право насмехаться надо мной! Ты, жалкое отродье, решил меня поучать?! - Жохань ревел так, что его было слышно на улице и в близрасположенных домах. - Что ты себе позволяешь?! Врываешься без приглашения и поучаешь старших?! От всепоглощающего гнева его глаза налились кровью, лицо покраснело, дыхание сбилось, а руки тряслись. Было видно, что он находится в полуневменяемом состоянии - ещё немного, и его разобьёт инсульт. Лань прошептал, несмотря на собственную дрожь в теле от переживаемого сейчас: - Успокойтесь, господин комиссар. Не надо так волноваться... - Ты ещё тут мне поговори, безродный выродок! - не остался в долгу Жохань. - Вы закончили обливать всех грязью? - спокойно спросил его Сюэ. - Или вам ещё есть что сказать? Давайте, не стесняйтесь, мы вас выслушаем со всем вниманием. Чэнмэй прошёл вглубь комнаты и остановился прямо напротив Жоханя. Тот тяжело дышал и волком смотрел на него. Сюэ положил свою руку поверх его на голове Цин и прошипел: - Отпустите её. Сейчас же... - Огонь! - завопил опять комиссар. Вновь посыпался град пуль, но теперь уже они врезались не только в стены и предметы, но и в тела. Вэй и Лань были ранены в ключицу и предплечье; Сюэ пробило в нескольких местах грудь, и он упал на пол, вытаращив глаза; Цин задело по касательной шею. Сюэ успел приземлиться на пол. Жоханя же, точно дьявол охранял, и он остался стоять невредимым, как изваяние, всё ещё удерживая племянницу. - Вы с ума сошли, дядя! - заверещал Нин. - Вы нас всех тут похоронить хотите? Что мы вам сделали? - Говори, сучка! - бесился Жохань и тряс Цин пуще прежнего. - Я добьюсь от тебя признания, дрянь подзаборная! - Если вы сейчас же не скажете своим людям прекратить стрелять, я вас собственноручно прикончу! - закричал Чэнмэй. - Прикончу как мятежника! А все свидетели подтвердят правомерность моих действий перед судом! Его слова немного отрезвили Жоханя, и он скомандовал отбой. - Вы что творите?! У вас с головой всё хорошо? Устроили побоище средь бела дня! - Сюэ поднялся, отряхнулся и огляделся. Вэй и Лань сидели на полу и закрывали свои кровоточащие раны ладонями. Цин, лишившись чувств, висела ветошью на руке комиссара. Нин не высовывался из укрытия, были слышны лишь его всхлипы. Сюй лежал на спине и изредка дёргался, что-то там похрюкивая. - Попрошу объясниться, господин комиссар Вэнь Жохань! Иначе мне придётся запросить из Нанкина подкрепление и приказать начать специальную операцию против сумасшедшего начальника полиции, который возомнил себя невесть кем! - непререкаемым тоном заявил Сюэ. Вэнь Жохань, увидев раненого сына, отпустил наконец девушку, и она рухнула на пол. Внутри его всё перевернулось, и чувства сожаления и потери вновь овладели им. - Я пришёл призвать к ответу убийц моего сына. Только и всего... - признался Жохань приглушённым и смиренным голосом. - Что, простите? - недоумённо захлопал ресницами Чэнмэй. - Убийцы Вэнь Чао? Кто? Где? Когда? - Я получил письмо, - полицейский вытащил из за пазухи мятую бумажку и протянул её губернатору. Тот развернул её и прочитал. Глянул на понурого Жоханя, и во взгляде его читалась жалость. Не жалость в смысле, когда человеку сочувствуешь, а жалость, когда презираешь его. - Кто это вам прислал? - спросил Сюэ. - Я не знаю. Слуга просто сказал, что... - Не знаете?! Вы устроили бойню в центре города только из-за этой писульки, которую вам прислал неизвестно кто?! Вы испугали и ранили людей, ваша племянница без сознания, сын валяется в полуобморочном состоянии. И всё это из-за чего?! Из-за какого-то письма, отправителя которого вы не знаете! Вы вообще осознаёте всю абсурдность ситуации?! - негодовал Чэнмэй. - С чего вы вдруг решили, что всё написанное - правда?! Вы не думали, что это чья-то злая шутка?! Вместо того, чтобы провести тщательное расследование, вы пришли сюда и выставили себя полным кретином! Лучше бы кинули свои силы на важные дела, а не занимались ерундой! Сюэ разорвал бумажку на мелкие кусочки и швырнул их в лицо Жоханю. Тот стоял, как скопанный, а остатки письма снегом покоились на его мундире. А ведь и правда, почему он поступил, как последний дурак, и позволил обстоятельствам повернуться именно так, а не иначе? Почему он поддался эмоциям? Ведь из-за его недальновидности пострадали люди. Оставшийся в живых, теперь уже единственный сын лежит в крови. Семьи Лань и Цзян потребуют объяснений за произошедшее, и им очень не понравится, мягко говоря, его версия. И это уже не говоря о том, что он причинил вред собственным родственникам. Как теперь ему общаться с Цин и Нином? Ведь они, как пить дать, возненавидят его. А как иначе, если он сам во всём виноват? Виноват, что не совладал с собственными чувствами, и, как сказал губернатор, сам выставил себя полным кретином. Чэнмэй с отвращением отвернулся от него и, переступив через Цин, направился к выходу, где его ждали адъютанты. - Сун Цзычэнь! - позвал он садовника, тот моментально возник пред ним. - Возьми госпожу Вэнь и отнеси в мою машину. Надо доставить её в "Гусу". - Конечно, господин губернатор, - кивнул Сун и ринулся к распластанной у ног комиссара девушке. - Все остальные пусть едут в грузовике, - скомандовал Сюэ. - Это не ваш грузовик! Нечего тут командовать не своим имуществом! - запротестовал командующий взводом полицейских. Сюэ скосил на него глаза, брезгливо осмотрел и молча отвернулся. - Если ты сейчас же не предоставишь господину губернатору грузовик для раненых, то уже вечером вылетишь со своей должности без возможности восстановления, - шикнул один из адъютантов на выскочку. - И тебе ещё повезёт, если тебя возьмут хоть на какую-нибудь работу. - поддакнул ему другой. - А ну быстро помог господам разместиться в кузове! Командующий взводом сглотнул, спрятав голову в плечи от такого напора, и крикнул нескольким подчинённым убрать оружие и разобраться с ранеными. Вскоре Вэнь Цин притулили на заднее сидение авто губернатора. Сам он сел за руль, рядом примостился Сяо Синчэнь, а Сун присматривал за Цин. Вэй Усяня, Лань Чжаня, Вэнь Нина и Вэнь Сюя устроили в кузове грузовика. Автомобиль губернатора и следующий за ним грузовик тронулись в путь до "Гусу". Вэнь Жохань так и остался стоять столбом в аптеке, прикидывая, что же ему делать дальше. Адъютанты остались разруливать ситуацию. - Как хорошо, что ты вовремя сообщил нам о выходке комиссара. Даже боюсь представить, чем бы всё закончилось, если бы Чэн...господин губернатор не вмешался, - сказал Сяо Суну, когда они тряслись на брусчатке. - Как хорошо, что вы оба были недалеко. В ресторане французской кухни ведь вкусно готовят, не правда ли? - съязвил Цзычэнь. - Иначе я бы не успел добежать ни до поместья, ни до гарнизона. - Да, согласен. Какой обед испортил гад, - ухмыляющийся Сюэ метнул взор на Синчэня, всем своим видом давая понять, что не только еду он имел ввиду. Тот лукаво улыбнулся. - Этот комиссар совсем ума лишился, - фыркнул Сун, стараясь не замечать их любовную игру. - Хорошо, что я опоздал забрать заказ. Если бы я пришёл на несколько минут раньше, то этот сумасброд точно пристрелил бы меня. Как подумаю об этом, так кушать начинается хотеться. - Ладно-ладно, свожу я тебя в тот ресторан. Доволен теперь? - пообещал Сяо другу, закатив глаза. - Теперь да, - расплылся в улыбке Сун. Процессия подъехала к госпиталю, и все начали выгружаться. На крыльцо выбежал Лань Цижэнь, увидев в окно раненого племянника, и принялся причитать. Сун опять взвалил на себя Вэнь Цин и понёс вглубь больницы. Нин побежал за ними. Лань и Вэй на своих двоих поковыляли к Хуаню. Вэнь Сюя вытащили из кузова двое полицейских, которые сопровождали его в пути, не считая шофёра. К вечеру всех разместили по палатам, а Вэнь Сюя по приезду отправили в операционную. По дороге в больницу он потерял сознание, и теперь врачи боролись за его жизнь. Вэнь Цин пришла в себя и обнаружила, что у неё на макушке не достаёт клока волос. Примчавшийся к жене Цзян Ваньинь бесновался, бегая по её палате. Нин, наглотавшись успокоительных, спал сном младенца. Перебинтованные Чжань и Усянь, лёжа в одной палате под капельницами, шушукались меж собой. - Кто мог прислать эту злосчастную записку, ума не приложу, - бормотал Вэй. - Это так жестоко - давить на больное место родителя, потерявшего ребёнка, - изрёк Лань. - Ведь весь город знает, что комиссар на могиле сына поклялся за него отомстить. - Но это не значит, что надо отключить мозги и бежать сломя голову, - ответил Усянь. - Стыдно признать, но я несказанно благодарен губернатору, что он вовремя подоспел. - Угу, - согласился Лань. В дверь постучали. - Кто это? - спросил Чжань. Дверь отворилась, и в проёме собственной персоной замаячил Сюэ Чэнмэй. - А мы вас только что вспоминали, - брякнул Вэй. - Даже не знаю, радоваться ли мне этому или огорчаться, - без дозволения губернатор вошёл в палату и прикрыл за собой дверь. - Здесь вообще-то больница... - хотел было возмутиться Лань, но Вэй жестом его остановил и обратился к гостю: - Вы что-то хотели, господин губернатор? - Хотел, - Сюэ подошёл к кровати Усяня и разместился на рядом стоящем стуле. - Хотел поговорить с вами, лидер шанхайской фракции коммунистического подполья Вэй Усянь. Вэй замер, не зная, что ответить, и уставился на него потрясённым взглядом. Лань побледнел и тоже молчал. - О, не надо меня так бояться. Я вас не покусаю, господа. Или лучше обращаться к вам "товарищи"? - насмешливо пропел Чэнмэй, видя их замешательство. - Что вам надо?.. - выдавил из себя Вэй едва слышно. - Думаю, настало время поговорить. Хочу узнать, зачем вы подослали ко мне шпиона? Ведь Сяо Синчэнь - ваш шпион, не так ли? - без лишней прелюдии поинтересовался Сюэ. - Нет... - отозвался Усянь. - Какой шпион?.. Вы о чём?.. - очухавшись от шока, встрял Лань. - А вот врать мне не надо, - осклабился Чэнмэй. - Я пришёл к вам сам, с благими, понимаете ли, намерениями. Поговорить, обсудить наше дальнейшее сосуществование в таком прекрасном городе, как Шанхай. А вы мне без зазрения совести лжёте! Не считаете, что как-то нехорошо получается. Тем более, что я вас сегодня практически спас. - Я не понимаю, о чём вы говорите, - гнул своё Вэй. - Сяо Синчэнь - наш хороший друг. А если он вам что-то сказал не подумав, то... - Он мне ничего не говорил, - резко оборвал его Сюэ. - Господин Вэй, давайте начистоту. Я знаю, кто вы. Догадались ли вы ранее, что я знаю о вас, как об оппозиции правящего режима, значения не имеет. Мне всё равно на вас и ваши идеалы. Меня интересует лишь одна вещь: зачем вам понадобился мой арсенал? - Арсенал? Какой арсенал? - прикинулся дурачком Усянь. - Не надо со мной шутить. Не забывайте, что в моём доме присутствуют два ваших товарища, и я в любой момент могу их арестовать и выбить из ни всё, что мне нужно, - хищнически улыбнулся Чэнмэй. - Вы не посмеете! - вспылил Чжань и дёрнулся, от чего боль пронзила всё его тело, и он со стоном упал на подушку. - А это не вам решать, господин Лань, что мне сметь, а что нет. Вы о себе позаботьтесь. - Господин губернатор, мы ничего не знаем, и не понимаем, о чём вы тут толкуете. При этом вы угрожаете нам жизнями наших друзей. Может, вы нас с кем-то перепутали? - промолвил Вэй. - Значит, не хотите идти на контакт, - констатировал Сюэ. - Тогда мне придётся действовать другими способами. - Что вы хотите этим сказать? Что вы намерены сделать? - опасливо вопрошал Усянь. - Я намерен был поговорить с вами начистоту, но, как вижу, вы не желаете моего общества. Засим разрешите откланяться, господа-товарищи, - молвил Чэнмэй и поднялся со стула. - Насчёт Сяо и Суна не переживайте. Я их пальцем не трону. По крайней мере, пока. А вы можете продолжить спокойно лечиться. Но, уверяю вас, мы ещё вернётся к этому разговору. Усянь и Чжань переглянулись и, прочитав в глазах друг друга: пан или пропал, в этот момент решились. Когда Сюэ взялся за дверную ручку, дабы открыть дверь, сзади послышалось едва слышное: - Мы хотим уничтожить "Зелёную банду". Поэтому нам и нужен ваш арсенал. Чэнмэй отпустил ручку и повернулся к ним. - Я правильно расслышал: вы хотите покончить с "Зелёной бандой"? Только это? Или ещё что-то? - Только это! - кивнул Вэй, и его твёрдый взгляд говорил о том, что это правда. Сюэ вновь приблизился к нему и поинтересовался: - Почему своими силами не можете? Я же знаю, что коммунисты неплохо вооружены. Вам многие помогают. - Того, что есть, недостаточно. При этом "Зелёная банда" в сговоре с полицией, и это усложняет нам дело, - растолковал Лань. - Я понял вас, - произнёс Чэнмэй. - Выходит, хотите развязать бой не на жизнь, а на смерть. - Нам надоело господство коррупционеров и преступников. Есть информация, что "Зелёная банда" в сговоре с японцами, и опиум возят в том числе и от них тоже. А крышует эти перевозки Вэнь Жохань, - доложил Усянь. - А я и не думал, что всё зашло настолько далеко, - скривился Сюэ. Он замолк, переваривая информацию, а в это время Вэй и Лань были, как на иголках, боясь представить, чем может закончиться их откровенность. - В общем так, предлагаю действовать сообща, - высказался после раздумий Чэнмэй. - Вы предлагаете нам сотрудничество? - обалдел Усянь. - Вы и мы?.. - Почему вы так удивляетесь? - хмыкнул Сюэ. - У нас одна цель. Я тоже ненавижу опиумных воротил и хочу с ними покончить. Так почему бы нам не объединиться? - Да... Почему бы и нет... - пробормотал Вэй, несколько очумевший от такого поворота событий. Ланя перекосило от невесть откуда свалившегося союзника. Кто бы мог подумать, что сам демон войны предложит им такой альянс? - Но предупреждаю сразу: на рожон не лезть и лишний раз не высовываться, иначе пострадают все. И пока что молчок о нашем уговоре - наказал Сюэ, приставив указательный палец к губам. - Чем меньше людей знает, тем лучше для всех. Нас троих вполне достаточно. И ещё, я сам выберу момент, когда мы нанесём удар по "Зелёной банде". Но в случае чего, держим связь через Суна Цзычэня. - А почему не через Сяо Синчэня? - спросил Чжань. - А потому! - ответил Чэнмэй и отбыл по своим делам. После его ухода в палате ещё долго стояла гробовая тишина. - Ты ему веришь? - наконец поинтересовался Лань у друга. - Посмотрим, - откликнулся тот. - Во всяком случае, пока он нам и нашим товарищам ничего плохого не сделал, несмотря на то, что всё о нас знает. Надо подождать. Вдруг этот демон - вовсе и не демон, а израненная душа.