Смерть и пламень

Джин-Ву чувствовал, что ему стало лучше. Где-то между возвращением в покой его ауры, уже нормальным поцелуем и отказом от второй сигареты он убедился в этом окончательно. До смерти хотелось сказать какую-то глупость вроде того, что с ним можно разговаривать, но такого рода фразочки едва ли помогали. Джон-Ин должен был прийти к этому сам. Но даже с их супер-скоростью, неведомой обычным смертным, тот не пришел бы так далеко за пару дней. — Немало мы пропустили, — удивленно шепнул Джин-Ву, изучая вспышки силы по залу. Они дрались четыре на четыре. Судя по движениям, это не было просто боем, это была дуэль по определенным правилам, но он их не знал. — Побеждает тот, кто схватит другого за запястье, — улыбнулся председатель Го. — Только для физических классов. Хотя, мне кажется, вам бы понравилось участвовать, охотник Сон. — Это было бы нечестно, председатель Го, — Сон кивнул на стоящего поодаль Гото Рюджи, — пока он не участвует тоже. Возможно, заявление было слишком самонадеянным, поскольку Го Гон-Хи вскинул на него удивленный взгляд. В действительности, после демонического замка и с новыми клинками, он был сильнее всех присутствующих, и минимум половину из них одолел бы в бою единовременно. Включая Гото Рюджи. Его обновленная армия теней стала бы превосходной ширмой, под сенью которой он мог бы уничтожать их по одному. Разумеется, это не относилось к дружескому поединку. Поединок, к слову, превращался в бесконтрольное столкновение, и если сначала все участники понимали пределы, то сейчас один из японцев явно потерял контроль. Его жажда крови заполнила все пространство. — Ча, — коротко шепнул Джон-Ин, вскидывая руки и успевая поставить щит. Его магия действительно отменно работала на расстоянии. Джин-Ву перемахнул бортик с ним одновременно, но значительно обогнал, почти мгновенно оказываясь у цели. Легко оттолкнув японского бойца рукой, он лишь усмехнулся на его оскал. Ча Хэ-Ин явно не пострадала. — Это тренировка, а не бой насмерть, верно? — хмыкнул Джин-Ву тихо, кидая вновь рванувшего в бой японца на землю и заломив ему руки. — Охотница Ча Хэ-Ин, я бы порекомендовал на этом закончить и признать победу Японии, — краем глаза он отметил, как концентрирует магию Джон-Ин, чтобы вмешаться, если будет нужда. Стоило присматривать за убийцами из Японии, которые могли опередить его магию и ударить. Ча кивнула ему, отступая, и бойца из захвата пришлось отпустить. Японец, чье имя он не запомнил, да и не больно хотел, осклабился на Джон-Ина, который и помешал ему первым, но тут же выдохнул под тяжелой рукой Рюджи Гото. Тот быстро проговорил что-то на японском, глядя так, что направление его интереса было понятно и без перевода. — Если позволите, господин Сон, я буду переводить, — тут же оказалась рядом девушка-охотник, довольно сильная, но не выбивающаяся за границы золотых стандартов А-ранга. — Господин Гото интересуется, почему вы не участвовали на стороне Кореи. — Соревнование было только для физических классов, разве нет? — улыбнулся Джин-Ву, изучая своего скорого противника. Получив перевод, Рюджи улыбнулся, выглядя как довольный своей добычей кот. Его аура стала мощнее, словно он решил показать свои границы. Бэк Юн-Хо зашипел сквозь зубы. Джин-Ву уже понимал, что уйдет не впечатленным. — Мистер Гото интересуется, согласитесь ли вы провести бой один на один?.. Сон слабо дернул плечом. Сейчас, из близи, он уже был уверен в выводах и бой был ему не нужен. Дурное предчувствие в отношении японцев сейчас кричало, и показаться темной лошадкой было бы не с руки, но и поддаваться он не собирался. Улыбнувшись девушке-переводчику, он кивнул. — Передайте ему, я согласен, но при одном условии: он будет сражаться в полную силу. Игнорируя обмен любезностями на японском, он проследил взглядом будто каменеющее лицо Джон-Ина, который тут же отвернулся, направляясь обратно к террасе для наблюдения. Джин-Ву досадливо цокнул языком, прекрасно понимая, что даже если у него все под контролем, это не будет выглядеть так безопасно со стороны. *** Джон-Ин задержал дыхание: Гото начал атаку еще до того, как получил приглашение до конца. Рука дернулась и пара языков пламени прошлись по пальцам. Тот предсказуемо промахнулся: Сон Джин-Ву был на порядок быстрее, и судя по его размеренным движениям это не было сложнее боя с боссом-орком из подземелья. Разницу чувствовал не растущий в своей силе Чхвэ — Джин-Ву заметил ее едва ли. Гото Рюджи из всех присутствующих был просто тем, на ком можно на самом деле размяться. — Хм, — прогудел председатель Го. — Забавно, еще неделю назад я поставил бы на Гото Рюджи. — Джин-Ву умеет удивлять, — отозвался маг чуть заторможенно, только теперь свободно выдохнув. Гото дрался. Сон танцевал, изучая его движения и, возможно, беря на вооружение пару трюков, но не более того. Возможно, он даже не чувствовал, что от Гото Рюджи все больше фонит неискоренимым желанием убивать. Джон-Ин сжал пальцы в кулаки, усилием воли заставляя себя остаться на месте. Дерущиеся смешались в единую мазню разноцветных сполохов. Кто побеждает, он лишь догадывался по общему настроению наблюдающих охотников. Председатель Го дернулся вперед, и магия вновь стеклась к пальцам, но мир уже замер. Остановился, концентрируясь вокруг двух фигур посреди площадки. Джин-Ву схватил Гото за руку, глава Чхвэ мог поклясться, что у него от такого сжатия уже не было бы руки. Джин-Ву едва ли промахнулся, но почему-то не схватил его за запястье. Гото дернулся назад, восстанавливая расстояние, а Джин-Ву улыбался той самой жуткой улыбкой, с которой когда-то убивал будущего «Клыка». Тени собирались вокруг него, Джон-Ин как маг замечал их своим шестым чувством. — Пора заканчивать! — произнес председатель так, что явно услышали все присутствующие с их сверхчувствительным слухом. — Это уже за рамками… Гото бросился вперед — Джин-Ву лишь продолжал улыбаться. Джон-Ин не понял, как перемахнул через заграждение. Сила огня не подходила для того, чтобы сдержать кого-то — только, чтобы уничтожить, а это не входило в планы. Бэк и Ча рванули к Джин-Ву одновременно, да и японцы явно собирались остановить бой со своей стороны. Стоило остановиться и дать разобраться кому-то физического класса, потому что, уклонившись от атаки, Джин-Ву явно собирался принять контрмеры, и, если Бэка бы снесло — Джон-Ина без магии размазало бы по полу тонким слоем, тем не менее ударить магией по Джин-Ву он не решался. Гото Рюджи перехватили двое его коллег, так что Джон-Ин рисковал только подставиться под атаку Сона, но движения того стали абсолютно различимыми. Резкий рывок в сторону болезненным не показался: Джин-Ву буквально сгреб его и прыгнул к стене в мгновение ока, не забыв обернуться на Гото. Его немного сердитый взгляд был напрочь лишен одного: жажды крови. — Не поранил? — уточнил он хрипло. Позади него в нескольких шагах растерянно и чуть неловко потирал шею Бэк Юн-Хо, который явно имел в голове другой план, как остановить охотника. — Нет. Он убрал руку, пробежавшись пальцами по ребрам, сейчас не защищенным боевым облачением. Не было никаких неприятных ощущений. Явно не осталось даже синяка. Гото Рюджи все еще рычал на двоих, но уже не настолько агрессивно. Охотник мог понимать, когда остановиться, но сделать это в такой ситуации было тяжело. Чхвэ проследил взглядом оставленную в полу ногой Джин-Ву вмятину: тот явно пытался убрать их с траектории потенциальных ударов на пределе своих возможностей, задумываясь не о себе. В предыдущие заходы он уворачивался, танцуя в радиусе нескольких метров. Сейчас он переместил их к самому ограждению одним рывком. — Ты магический класс, — низко напомнил Джин-Ву, явно желая произнести что-то другое. — Да. Ты тоже. Засмеялся неподалеку подошедший к ним мастер Ма. — Вообще-то, фокусник, он дело говорит, — рыкнул Юн-Хо. — Мог и без головы остаться. — Хотите на что-то намекнуть, глава гильдии Бэк? — прищурился Джон-Ин. Без Бен-Гу он был единственным чертовым S-ранговым охотником не физического класса, и это начинало раздражать. — Намекаю очень непрозрачно, что лепеха на полу колдовать не может. Огненные плети обвили руки, сжигая не предназначенную для этого и не обработанную маной рубашку. — Вот, сразу бы так, — фыркнул Бэк Юн-Хо. — А то только что в бой кидался как физик… Джин-Ву, попытавшийся его коснуться, зашипев, отдернул пальцы. Абсолютно некстати затихли, разобравшись наконец, японцы. — Кхм, — прочистил голос Го Гон-Хи на террасе, — на сегодня предлагаю закончить наши совместные тренировки, пока еще есть кому идти в наш общий рейд. Обе стороны — японская после перевода — согласно загалдели. — Я зря вмешался? — перебирая потухшие пальцы, уточнил Чхвэ. Джин-Ву сейчас не выглядел ни кровожадно, ни сердито в отличии от Гото, который все еще огрызался на своих. Возможно, он просто контролировал себя на порядок лучше. — Нет. Я переборщил. Просто не мог бы ты в следующий раз так не подставляться? Я мог не успеть отреагировать, а его могли не удержать. — Ну… — Джон-Ин пожал плечами. — По нему я мог бы и вдарить. Маленькой победой показалось то, что губы Джин-Ву дрогнули в обычной человеческой улыбке. *** Пальцы Джон-Ина впились в его пресс так, что он невольно волновался за их целостность, который раз думая, что стоило посадить его вперед. Кайсел поднялась в воздух почти так же стремительно, как обычно, и для первого полета это, наверное, был небольшой перебор. — Ты там как?.. — ветер съел звуки его голоса. — Джон-Ин?! На повороте слегка наклонило, и Джин-Ву взял одной рукой его за предплечье просто на всякий случай. Его распахнутый взгляд был устремлен на солнце, и он не обращал никакого внимания на съехавшие очки, впервые на его памяти. Ему нравилось, или понравилось бы очень скоро — Джин-Ву был уверен. — Я… Это… Вау, — тихо выдохнул он, и Сон разобрал это лишь потому, что крылья Кайсел прикрыли их от ветра. Они пикировали сквозь облака. От его хватки на предплечье будто успокоившись, Джон-Ин перестал цепляться в него пальцами, даже попробовав рукой поймать туман вокруг. Небольшая перегрузка ознаменовала переломный момент, Кайсел, нырнув в облако, скользнула лапами по пространству под ним, и теперь рвалась вверх к солнцу. — Так быстро, — хрипло пробормотал Чхвэ. Свет солнца вновь ударил в глаза. Разница в количестве кислорода уже была довольно существенной, Джин-Ву чувствовал, хотя ему это не мешало. — Голова не кружится? — уточнил он на всякий случай, хотя улыбка ширилась на губах при одном взгляде на щурящегося вверх мага. Тот отвлекся от созерцания на пару секунд. — Нет, — он задумчиво приложил руку к груди, окончательно расслабляясь. — Чувствую, что кислорода меньше, но мне это не мешает. В противоречие этому утверждению, он резковато втянул воздух ртом, и Джин-Ву поймал его руку и переплел пальцы, перестраховываясь. Момент хотелось продлить навечно, но им было скоро спускаться и так, и сяк. До времени выписки мамы было не больше получаса, и нужно было вернуться к больнице, сперва закинув Джон-Ина в штаб охотников самым диковинным из способов. Приказав Кайсел не подниматься выше, он уловил взгляд Чхвэ, явно мечущегося между облегчением и разочарованием. Для первого раза это было даже слишком высоко. Джин-Ву летал и чуть выше. Джон-Ин прислонился лбом к его плечу. Ругнувшись, Джин-Ву приказал Кайсел снижаться. — Ты как? — быстро уточнил он, гладя его по руке. Это не стоило таких экспериментов. — Ладно, тут холодно и нечем дышать, — его хриплый голос звучал чуть глухо. — Тысяч семь, наверное, — констатировал Джин-Ву. — Думаю, тебе будет нормально, если привыкнуть… — Прости. Отпустив Кайсел, Джин-Ву идеально чувствовал баланс, к тому же, она планировала осторожно. Подобравшись, он повернулся к Чхвэ полностью. У того на щеках все еще остался расползшийся несколькими минутами раньше румянец, а очки соскользнули до самого кончика носа. Джин-Ву осторожно провел пальцем, проследил переносицу до нужной точки, вернув их на место, и оставил короткий поцелуй. — Будем подниматься медленнее в следующий раз. Поспешил, — признал он очень тихо. Было глупо ерошить огненные пряди волос — ветер справлялся с этим за него. Джон-Ин прижался лбом к его ключице как недавно к плечу, и Сон, забыв обо всем, обхватил его голову ладонями, огладил и немного помассировал мочки ушей. — Я могу попросить ее снижаться быстрее. — Нет. Ты прав, уже привыкаю. — Давай-ка поменяемся, — предложил Джин-Ву, подтягивая его к себе, чтобы пересадить вперед. Вцепившись в плотную призрачную шкуру, Джон-Ин распахнул глаза. — Ясно, — усмешка не должна была получиться обидной, но Джин-Ву все равно быстро стер ее с лица, пересаживаясь сам осторожным литым движением. Оказавшись сзади, он обнял Джон-Ина за пояс. Наверное, нужно было немало доверия, чтобы чувствовать себя спокойно на огромной высоте, с которой даже охотник не приземлится живым, не имея при этом контроля над ситуацией. Джин-Ву не доверял даже самолетам — Джон-Ин сел на виверну так, будто это разумелось само собой. — Так красиво, — выдохнул маг, отвлекая от размышлений. Сполохи пламени срывались с его вытянутой в бок руки, прочерчивая воздух, оставляя огненный след. Определенно, он любил скорость и любовался небом. Джин-Ву видел в окружающем идеальный фон для его огня. — Красиво, — согласился он тихо. Тот улыбался, даже не замечая, как любуется им Джин-Ву. ***

Дома

Прошло хорошо?

До текущего момента

Что не так?

Мама не оценила наш холостятский стиль

Бардак?

По мелочи

Джин-Ву усмехнулся, оглядывая комнату. Валялась не на своих местах только пара вещей. — Когда вы в последний раз убирались?.. — Ну маам, — протянула Джин-А. — Но дорогая, от этого могут быть проблемы с легкими… Джин-Ву был уверен, что точно убирался здесь две недели назад перед демоническим замком. Она явно утрировала.

Ладно, здесь хаос, но это точно не моя вина

Как твоя голова?

Протерев тряпкой верх телевизора, он убедился, что пыли там ничуть не больше, чем могло набежать за такое время. Если бы не вещи Джин-А, разбросанные по полу, пачки от готовой еды и крошки от нее же, все выглядело бы на порядок лучше. На троих — а мама хотела сделать это втроем — работы было на полчаса. — Джин-Ву… случайно… пока я спала, ты ничего не слышал об отце?.. Вопрос привычно загнал в ступор. Джин-Ву сжал тряпку в руке. Ее печальный голос эхом следовал по комнате. Последнее, что ей было нужно, это сын-охотник. — Нет. Ничего. В полном здравии, как и через минуту после приземления Джин-Ву позволил себе несколько секунд буравить взглядом экран, и только после этого вернулся к уборке. В сообщениях, показалось, чего-то не хватало. Он, конечно, планировал провести вечер с семьей, но речь все же шла про человеческий вечер, не про охотничий. Часов до десяти вечера у главы Чхвэ тоже были планы. Небо над облаками было особенно прекрасно в свете звезд. — Нет, я не буду отнимать твою постель, дорогая. Посплю на диване. Поверь мне, это намного лучше больничной койки, — засмеялась мама. — Да и наспалась я на десятилетие вперед, да?.. — Ну, ма-а-ам… Джин-Ву, скажи ей! — возмутилась Джин-А, заставив повернуться. — Спи у меня, — предложил Джин-Ву быстро. — Мы сейчас перестелим постель. Заработанных им денег уже хватило бы на огромные апартаменты. Он мог выбрать жилье по своему вкусу, в котором спокойно разместилась бы небольшая гильдия, не говоря уже про них троих. Но мама уезжать отсюда никогда не хотела: из небольшой двушки с карликовой кухней в неблагополучном районе. — Нет, я не буду отнимать твою постель, дорогой, — засмеялась мама, повторив фразу с той же интонацией, что несколько секунд назад. — Ну что вы, в самом деле. Вы жили своей жизнью, пока меня не было. Я совсем не хочу ее ломать. — Это же просто постель! — закатила глаза Джин-А. К счастью, она говорила только про кровать. Полагаю, ты занят вечером Джин-Ву прочитал сообщение раньше, чем понял, от кого оно. Не было ни намека на вопрос в сообщении, но все же он читался в подтексте. — Мам, от нас обоих скажу, ты не будешь спать на диване в собственном доме, — подчеркнул Джин-Ву, пока без раздумий набирал сообщение одним пальцем.

Часов до девяти-десяти побуду со своими

— У Джин-А учеба, а тебе утром наверняка на работу, а я… — Я взял несколько выходных. — А я могу и прогулять… Охотник пристально поглядел на нее, и взгляд, судя по всему, получился достаточно говорящим. Она хмыкнула и принялась перекладывать вещи. Телефон безмолвствовал. Через секунду, через минуту, через несколько. Джин-Ву смотрел на него каждые несколько секунд, а раз в минуту надсадно жал на кнопку блокировки. Возможно, приглашение должно было исходить от него — таких тонкостей он не знал. Глубоко вздохнув и улучив время, он ополоснул руки, вытер их полотенцем и быстро набрал вопрос, который стоило задать сразу. Ответ пришел без промедления.

Полагаю, после ты будешь спать, учитывая, что я мешал тебе сегодня?

Не угадал. Полетаем?

Десять?

Десять Широко улыбнувшись, Джин-Ву провел пальцем по телефону, который чуть согрелся от его рук. Глянцевая поверхность ни разу не походила на кожу Джон-Ина, но от мыслей о нем и механического движения тут же бросило в жар. Почему-то заговорщицки хихикала сестра. — Что? — вспыхнул Джин-Ву, заблокировав телефон и быстро сунув его в карман под двумя слишком внимательными взглядами. — Дорогой, я не имею права настаивать после всех этих лет, но я бы хотела с ней познакомиться, — улыбнулась мать. — С ней?.. — К черту любезности! — фыркнула Джин-А. — У меня есть право с ней познакомиться! Джин-Ву неловко дернулся к карману, прикрывая ладонью лежащий там телефон. Защищая секрет, даже не столько собственный, сколько Джон-Ина. Скажи он хоть слово сейчас — за него бы пришлось отвечать не только ему. Намекни он хоть раз, они бы не отстали. Он сжал зубы до хруста. Это была его семья, его сестра и его мама. Джон-Ин не был обязан расплачиваться за то, что он не умел держать рот на замке, а телефон в кармане. — Не понимаю, о чем ты, — отрезал он, сразу получая возмущенное: — Че?! — Джин-А, — вмешалась мама, все еще с улыбкой, но более строго. — Просто знай, когда придет время, что мы будем очень рады встрече. После того, как приберемся, разумеется, — рассмеялась она, сразу делая все чуть проще. Джин-А привычно надула щеки как хомяк, получивший безлимитный запас морковки, но против мамы даже она не сказала бы сейчас ни слова. Использовать исцеление таким образом было попросту подло, но… Джин-Ву пробежался пальцами по чехлу телефона, не вытаскивая его из кармана. При мысли, что ради их спокойствия придется свести все общение к деловому, никогда больше не приходить к нему, не пробовать вкус его губ, не обнимать его за плечи, пока он думает черт знает о чем, не спорить об ерунде, не снимать с его пальцев будто вросшие в них кольца, не… Джин-Ву покачал головой. Открыв чат, он глупо рассматривал экран, не видя букв перед глазами. Стена между ним и мамой с Джин-А вдруг показалась колоссальной. Непреодолимой. А попытки ее пройти вдруг стали равняться жалким потугам вернуться в прошлое. Но ему не было восемнадцать, и он не был вчерашним школьником, он больше не был обычным человеком. Вся эта сила, которую рядом с ними так старательно приходилось прятать, новые повадки, жестокость, происходящая из его новой природы или жившая в нем всегда, просто теперь расцветшая в полной мере — все это было теперь его неотделимой частью. Да он и не знал, хочет ли отделять это сам, или лишь пытается ради них. Настоящим он был в бою с Гото и Клыком. Настоящим он был, убирая Джон-Ина с линии удара или вынося его из подземелья. И если от первого человека он готов был откреститься с радостью, то во втором не видел решительно ничего плохого. С Джон-Ином вообще не приходилось притворяться. Ни корчить маску безразличного ко всему монстра, ни притворяться жалкой Е-ранговой версией себя — ничего из этого не нужно было делать рядом с ним. Рядом с ним труднее было заиграться, потеряв из вида одно во славу другого, и даже человеческие слабости, которые ему, наверное, не стоило иметь, становились в радость.

У тебя будет перерыв?

Сообщение он набрал подрагивающими пальцами далеко не с первого раза. Пришлось стереть жалкое «Занят?» — он и так знал ответ и совсем малодушное: «Может, полетаем сейчас?». У Джон-Ина было достаточно проблем и без него, он не хотел становиться частью списка. Могу прерваться минут через пятнадцать Что-то случилось? Джин-Ву, что случилось? Сообщение шли с разницей в минуту. После первого пришлось прикинуть время, нужное Кайсел, чтобы сбросить его на здание штаб-квартиры Охотников. После второго охотник Сон набирал, стирал и набирал заново лживое и одновременно правдивое «Нет». На третий вопрос у него ответа не было вовсе.

Я в порядке

Если свалюсь на тебя с неба — не страшно?

Захвачу кофе

Последнее он обещал, уже натягивая толстовку. — Отойду минут на сорок, — бросил он, догадываясь, что долго перерывы Чхвэ не длятся. Перекуры он себе периодически позволял, и это было идеальным местом встречи, чтобы увидеть его, не отвлекая от его распорядка. — Напиши мне, что купить к ужину, Джин-А, я возьму!.. — Братик! — окликнула она вдогонку, когда он, не раздумывая, выпрыгнул на пожарную лестницу и помчался вверх. — Братик!.. Не трать время Если хочешь кофе, я сделаю Джон-Ин утром выглядел как человек, который скорее взорвет кофеварку, чем что-то в ней приготовит, но сейчас это было неважно. Кайсел вспорхнула с крыши так, словно ей не терпелось тоже. Использовать обмен не позволяла банальная опаска, что произойдет что-то, что потребует его присутствия экстренно, а сейчас экстренности не было никакой. Теперь, одергивая себя, он вообще не понимал, зачем отвлекать его от дел. Зачем оторвал время от семьи сам — тоже. Причина показалась незначительной, глупой, ничтожной, несущественной. Тему с мамой они закрыли, и он знал, она не вернется к ней минимум пару недель. У него было время, у него были возможности, у него была сила. Это не было концом света — повторял себе он. Это не было чем-то важным. Не было критичным. Он соскочил с исчезающей тени одновременно с тем, как открылась дверь на лестницу. Джон-Ин выскочил на крышу, приглаживая рукой вставшие дыбом волосы и мгновенно нашел его взволнованным взглядом. — Джин-Ву, все правда нормально?.. Сон быстро кивнул, притягивая его к себе. Все было хорошо. Ничего не происходило. От ветра волосы мага топорщились, щекоча нос и кожу над губой, а сам он был теплым и уютным. Молча обняв руками в ответ, Джон-Ин поцеловал его куда-то за ухо и замер, просто позволяя этим объятиям длиться. Это было незначительно, несущественно, глупо. Не случилось ничего, чтобы сдергивать его с места, ломая его планы. Не случилось ничего — все прошло хорошо. Ладони Джон-Ина двинулись с места, начали поиск невидимых взгляду травм — эти движения были легко отличимы. — Все прошло хорошо, — глухо пробормотал Джин-Ву. — Со мной все в порядке. Ты не… Не волнуйся, если… Джин-Ву был совсем незначительно выше и сейчас, когда он ссутулился, разница в росте скорее была против него. — Пойдем внутрь? — как-то очень осторожно предложил Джон-Ин, словно опасался, что он сбежит. — Да ты что, ты же занят, я просто на пять минут, я не хотел отвлекать или… — Дела подвинутся, — качнул тот головой, сверкая глазами, как показалось, чуть зло. Зрачков не было видно за бликами на очках. — Серьезно, плюс моего положения в том, что большинство людей может меня немножко подождать. — И я могу, — подчеркнул Джин-Ву, намекая на вечер. — Нет. Только не ты. Его пальцы теперь уже гуляли в волосах Джин-Ву и тот зажмурился, поражаясь тому, как чужое тепло легко и непринужденно оттесняет снующий по городу ветер. — Все хорошо, — заверил Джин-Ву, в этот раз почти не кривя душой. — Просто от желания тебя увидеть совсем мозги отбило, — усмехнулся он, но получилось несмешно и до оскорбительности лживо. Ненатурально. Джон-Ин не поморщился, не отмахнулся, не отстранился — обнял еще раз и ответил так серьезно, что было сложно не сдавить его в объятиях крепче: — Я здесь. От главы гильдии, который ему помог, Джон-Ин перешел в категорию близкого человека так быстро, словно не было огромных горных хребтов между этими точками. Джин-Ву не знал, как это работало. С момента появления системы люди становились от него только дальше, и он не знал, результатом чьего движения это было, их или его собственного. Хотя, возможно дело было в том, что близких людей у него не было и раньше. Джин-А была еще совсем ребенком, и перечень того, что он не мог ей рассказать даже тогда, казалось, мог обернуть землю. Раздался звук пришедшего на телефон сообщения и Джин-Ву вздрогнул, выходя из транса. Джон-Ин перехватил его руку, стоило потянуться к карману. — Пойдем со мной? — предложил он еще раз таким тоном, будто для него это было вопросом жизни и смерти, но руку тут же отпустил. Джин-А писала, что мама согласна на курочку. — Давай, я лучше не буду отвлекать тебя, и в десять… — Джин-Ву, ты сейчас выглядишь так, будто в десять ты будешь посреди очередного подземелья, может быть, живой, — процедил Чхвэ с похоже искренним страхом. За то, что из-за секундной слабости, довел до такого, было стыдно как никогда. Все же люди, нелестно пишущие о нем из-за его отсутствия в списке на рейд, были правы: Е-ранг однажды — Е-ранг навсегда. Сложно было представить кого-то вроде Бэк Юн-Хо, который выдернул бы главу Охотников посреди дня на крышу не ради бурного секса на вертолетной площадке. — Джон-Ин, я тебе обещаю, что не подойду ни к каким подземельям — обычным или особенным — и не сунусь ни во что опасное. Все в порядке, — прислонившись лбом к его лбу, он заканчивал уже шепотом. Глава Чхвэ уже, разумеется, переоделся, и от спаленных рукавов не осталось ни следа. Он был как обычно безупречен, но абсолютно не холоден — как всегда, для него. — Ты просто… Мне были нужны эти пять минут. Теперь все в порядке, — Джин-Ву зажмурился, запоминая ощущение на ладонях, скользящих по атласному пиджаку. Джон-Ин коснулся его губ так медленно, осторожно и просяще, что охотник вздрогнул. С ним, возможно самым сильным охотником на земле, Джон-Ин умудрялся обращаться как с чем-то хрупким. Джин-Ву не знал точно, но что-то — возможно, логика, или коллективное сознание, а может чутье — подсказывало, что так не принято. Прижав мага к себе, Джин-Ву экстренно учился нормально целоваться и надеялся, что с каждым разом получается хоть чуть-чуть лучше, а прошедшийся где-то между ними язычок пламени — хороший знак. Во всяком случае, руки Джон-Ина, забравшиеся под толстовку, были им однозначно. Чхвэ толкнул его в сторону двери, и это, наверное, было хорошей идеей, заблокировать ее таким образом. Металл заскрипел под лопатками. Джон-Ин целовался как колдовал: хаотично и вместе с тем целеустремленно. Джин-Ву не понимал направления, но оно там было, и подстраиваться под возрастающий темп было все сложнее — Джон-Ин, казалось, искренне наслаждался, играя с ним таким образом, потому что это было то, в чем Повелитель Теней отставал. Толстовка как-то оказалась у ног, и белоснежная рубашка Джон-Ина под его расстегнутым пиджаком уже не была заправлена в брюки к тому моменту, как Джин-Ву наконец понял направление происходящего однозначно и четко. Отстранившись так резко, что встретился затылком с металлической дверью, даже слишком ярко он увидел несколько вещей: слепящее в глаза пронзительное солнце, глаза Джон-Ина без очков и его покрасневшие от ласк губы. Он был прижат к стенке — буквально, фигурально — загнан в угол, и был уверен в двух фактах: во-первых, того, что он знал об однополом сексе не хватило бы и на брошюрку для чайников. Во-вторых, давать заднюю было определенно поздно. *** От выражения на лице Джин-Ву перехотелось так быстро, что показалось, будто щелкнул переключатель. Чхвэ осторожно провел большим пальцем от мочки его уха по линии челюсти и до подбородка. У того были зацелованные губы и шальной взгляд, а очаровательный румянец, хотя очень торопился, еще не успел окончательно сползти с лица. На этом же щелчке вернулись эмоции, с которых все началось: щемящая нежность и страх отпустить. Новоявленный S-ранг выглядел так, будто идет далеко не на семейный ужин, и остановить его, отговорить его, успокоить его было ведущей идеей. Впрочем, как и всегда с Джин-Ву, все очень быстро пересекло границы первоначальных планов. Поняв, что пауза затянулась, Джон-Ин прислонился к нему торсом, намеренно тормозя и оставляя щадящий губы поцелуй на его губах. Джин-Ву учился быстро. Он был способным во всем, но было явно, что долгие ласки для него в новинку. Может, он не был любителем, может, сказывался небольшой опыт — об этом стоило бы спросить, но вечером, а не сейчас. Сброшенная к ногам кофта показалась варварством, и Джон-Ин наклонился за ней, удивляясь тому, как сильнейший охотник Кореи, как минимум, вжался в металлическую дверь. Это было бы забавно, если бы не беспокоило, но тот быстро расслабился, так что Чхвэ улыбнулся ему без зазрения совести. — Спасибо, — просипел тот, принимая кофту. Крыша была сухой, но это не было поводом вот так сразу надевать только что валявшуюся под ногами вещь. Маленькой победой можно было счесть уже то, что в Джин-Ву не было того неподъемного отчаяния, которое он принес с собой на эту крышу. Растерянность и даже некоторый страх в его глазах, наоборот, показался гигантским поражением. Чхвэ поправил ворот рубашки. Джин-Ву все еще не особо двигался, елозя лопатками по металлу, но стоило поймать его взгляд, замер совсем. Зажмурился от яркого солнца и наконец провел по тому месту, где обычно была оправа очков, закусив нижнюю губу. — Что, идет без очков? — усмехнулся Джон-Ин, найдя в полушуточном вопросе самый простой способ избавиться от вставшего в горле без всякой причины кома. — Не то слово, — серьезно кивнул Джин-Ву, ставя ему мат в три слова. По-простому с ним почему-то не получалось, по плану с ним не шло. Он внезапно улыбнулся чему-то своему так широко и лучезарно, что стало трудно помнить про глубину его теней, и, абсолютно не зная причины, не видя его поводов, Чхвэ не мог не улыбнуться в ответ.