Цветы под доспехами

Золотые глаза открываются, смотря в потолок мёртвым взглядом. Не ясно, опять он проснулся посреди ночи? Или уже днём? Ну или всё же повезло, и Пик проснулся ранним утром. На этот раз так и было. Не желая вставать и чувствовать боль, король Винни стоял уже перед зеркалом у ванной, проделывая нужные процедуры, что с гигиеной, что с цветами на лице. Никто не должен знать о них и о том, что император заболел неизвестной болезнью. Надев уже новую одежду и те самые доспехи, Пик вышел из комнаты и направился в столовую. *** На столе стоял горячий суп с киселем. Да, раньше рогатый ел побольше и покруче: стейки, рыбу, немного вина, различное кофе, чай, ещё и десерты в добавок. Но не сейчас. Восьмой уже питается очень бедно. Дело даже не в деньгах, Пику было больно есть, он мог проглатывать только что-то очень жидкое, да и он перестал отчётливо различать вкусы, есть не хотелось от слова совсем. Он через силу пихал в себя жидкий бульон, или кашу, каждый глоток отдавал колючими ощущениями в горле, но что поделать, нужно сохранять хоть немного физической формы. Если король перестанет есть, он станет намного слабее, он потеряет вес, сильно ослабнет, и это обязательно заметит народ,и начнёт подозревать неладное. Единственное, что Восьмого радовало в еде, это то, что она горячая. - Он уже поел? Пик услышал голос вдалеке. Солдат разговаривал с поварихой. -Ох, сынок, он уже минут десять ту тарелку колупает, ест очень медленно. Мне кажется, или я плохо готовлю? -Нет, что вы, готовите очень вкусно. Это просто… ам, у Пикового короля аппетита в последнее время нету, с кем не бывает? -Наверное. Просто он уже который месяц начал так плохо питаться, может, волнует его что-то? -Может. Когда мне прийти? Император должен сегодня идти на собрание. - Не знаю, давай через минут десять, пятнадцать. Солдат кивнул и быстрым шагом направился к выходу. - Нужно есть побыстрее. Пронеслось в мыслях Золотоглазого. *** После трапезы,короля встретил солдат с врачом. Осмотр прошёл быстро, и Восьмого отвезли на машине к месту, где должно происходить собрание. На месте был только Куромаку, Вару и Зонтик. Перед тем, как Пик хотел выйти, военный остановил его и переспросил. - Может, на этот раз мне стоит за вами приехать? Состояние ухудшается. - Не стоит. Отрезал Восьмой перед тем, как выйти. Солдату оставалось только смотреть правителю вслед, надеясь, что он будет в порядке, и на собрании ничего не произойдёт. *** Король Винни вышел из машины, проходя рядом с Серым, проговорил уже привычное «Доброе утро», надеясь, что на этот раз, ему ответят хоть кивком. Надежды не оправдались. Серый, как обычно, проигнорировал, сел на своё место. Восьмой прикрыл глаза в ожидании начала прихода остальных, а затем и начала всего дурдома. Как правило, никто не обращает внимания на полумёртвое состояние клона, но сегодня будто совершилось чудо. - Слышь, королевич, что с тобой в последнее время? Ты какой-то дохлый. - Тебе это и вправду интересно? Неужели волнуешься? С удивлением, и какой-то насмешкой проговорил Восьмой своим хриплым голосом. - Нет, конечно. Чтобы я, великий Вару, за кого-то переживал? Пик лишь усмехнулся, и вернулся в своё прежнее положение, голова опущена, а глаза полуоткрытые, смотрят в пустоту. Данное поведение напрягло Пятого, и он соизволил продолжить диалог. - Да знаешь, мне просто очень интересно, вдруг ты там заразный? Я за себя беспокоюсь. - Можешь не переживать, это не заразно. Восьмой неплохо уворачивался от ответа, злясь, что ему не дают побыть в своих мыслях. - Ооох, ну скажи уже, что с тобой не так?! Чем ты заболел? - Пиковые, прошу прекратить балаган! В диалог неожиданно врывается Куромаку, что вызывает возмущение у Вару. Как так, собрание ещё даже не началось, а тут им разговаривать запрещают. - Нехрена себе предъявы! А на каком основании мы должны замолчать? Мы кому-то мешаем? Мы разговариваем про тебя? - Вару. На зелёное плечо ложится тяжёлая рука, как бы намекая, чтобы тот прекращал возмущаться. Кудрявый замолк, даже скорее не от того, что его попросили, а от шока. Второй лишь несколько секунд посмотрел, а после сел на своё место. Несколько секунд шока и непонимания, и Вару смотрит на своего короля с искренним непониманием: как? Почему? Восьмой всегда на чьи-то наезды реагировал жёстко, а особенно если наезд высосан из пальца, а здесь за него заступались, и он попросил прекратить спорить, немыслимо. - Ты чего? Вару лишь с шоком продолжал пялиться в сторону Пика, а потом переводил взгляд то на Куромаку, то на Рогатого. В последующее время Пятый пребывал в неком ступоре, не подкалывал Зонта, не лез к недавно прибывшему Феликсу, и не дёргал Габриэля. - Доброе всем утро. Протянуто, и громко сказал Данте, неспешно приближаясь к своему месту. -Ага, очень доброе. Саркастически ответил Кардинал. - Данте, ты мог бы и раньше прийти. Собрание уже началось, а мы ждём, пока все придут. Нет никакой дисциплины, просто отвратительно. Ещё и Ромео ждать… Даю только пять минут. От данных жалоб третий не стал двигаться быстрее и впрочем не стал как-то менять своё поведение. *** - Ну наконец-то! Объявляю двадцать седьмое собрание открытым! Вновь шум, множество голосов, которые сливаются в неприятное монотонное гудение, лишь иногда чёткий голос любимого. Это как наркотик, знаешь, что оно принесёт тебе вред, но продолжаешь употреблять. Так и император, он слушал, наслаждался. Внешний вид Куромаку, его ровный голос, его стиль общения, жестикуляция тонкими,и аккуратными руками, серые глаза, которые скрыты за тонкими стёклами очков. Он прекрасен, прекрасен даже тогда, когда зол, даже тогда, когда у него растрёпанные волосы, даже с синяками под глазами. - Я готов любить его полностью, готов видеть его в худших состояниях в жизни. Когда он будет болеть, я буду носить ему лекарство, буду водить к нему лучших врачей, буду готовить ему еду, укрывать одеялами, мерить температуру. Когда он будет реветь навзрыд, я буду готов прибежать к нему в королевство, чтобы обнять и успокоить. Я хочу, чтобы он был счастлив, я хочу делать его счастливым, хочу, чтобы он улыбался не только другим, но и мне. Я хочу, чтобы он разрешал мне обнимать его тело, хочу, чтобы он просто позволил мне быть рядом. Император с дрожащим вздохом зажмурился. Новый цветок решил, что сейчас подходящее время. Главное держать себя в руках, не показывать, не давать виду, тихо. - А зачем нам эти все собрания? Монолог Куромаку прервал Бубновый Валет, который почти что развалился на столе. Это удивило Серого, настолько банальный вопрос. - Для того, чтобы следить за тем, как меняются наши государства, и если у кого-то появится проблема, то чтобы он смог с этой проблемой справиться, а остальные не повторили ошибки, да и просто узнать, что у друг друга нового. - А зачем это? Зачем следить за тем, как меняются наши государства? И если появляется проблема, то как правило все звонят к тебе и обсуждают это по телефону. И почему мы тогда не общаемся между друг другом? Почему не рассказываем, как у нас дела? - Кстати да. В этот спор решил влезть Восьмой клон. - Почему мы так мало рассказываем, как идут дела у нас, а не у нашего государства? Для Пика это было очень непривычно, он всегда игнорировал это всё и считал подобные светские беседы бессмысленной чушью. То, что Винни решил влезть в диалог,и обратиться к Куромаку, трефа это немного разозлило. - Не знаю. Лично я бы свободно рассказывал, как у меня дела и состояние, если бы тебя не было. Все затихли, даже Ромео и Феликс. - Почему...? - Боюсь за свою шкуру. Ты можешь использовать малейшую информацию против собеседника. Ты манипулятивный, агрессивный и сам по себе подозрительная личность, которая посылает шпионов во все королевства. Я ясно выразился? - Да. Полу шёпотом проговорил Восьмой, чувствуя дикую боль и тяжесть внутри груди, что запрещала ему хоть немного дать отпор. - Эй! А с какого хера ты так много и часто хуесосишь моего короля? А? - Прошу не выражаться. - И вправду, почему ты так зол на Пика? Шум опять начал подниматься, вызывая дикое раздражение у Второго. - Собрание закончилось. - Но до конца осталось ещё двадцать минут. - Собрание закончилось! Шикнул на своего валета, Кардинал начал быстро собирать вещи, пытаясь успокоить свою злобу. - Что ещё!? Чуть ли не вскрикнул, второй в лицо Данте, чувствуя, как на его плечо ложится тёплая ладонь. - Куромаку, будь, пожалуйста, к Пику подобрее, у меня странное предчувствие, с ним что-то не так. Видя, как Треф прожигает взглядом руку на плече, огневолосый её убрал. А после пожелал хорошего дня и таким же спокойным и беззаботным шагом ушёл в сторону Сукхавати.о