Цветы под доспехами

Шум машины. Товарищ Куромаку возвращается в Куроград, размышляя о словах Данте, и о Пике: «Будь к Пику подобрее, у меня странные предчувствия.» - Война? Новое оружие? Что-то с карточным миром сделал? Захват государств? Что может быть? Под колесо машины попадается камень, и Куромаку подпрыгивает вместе с транспортом. - Он хочет убить меня?! Возможно, он уже задумал избавиться от меня? Поэтому мне нужно быть подобрее? Он, может, будет пытаться втереться ко мне в доверие? Нужно быть начеку. Мысли о Короле Пик не давали Трефу покоя, различные варианты развития ситуации и решение несуществующих проблем прокручивались в голове второго. - Нужно будет усилить оборону и начать напрямую вычислять шпионов. *** Посреди зелёного зала, украшенного портретами одного и того же человека, стоял трон, большой и напыщенный. Все выглядело очень дорого, и было в различных оттенках зелёного. На троне сидел хозяин замка, подперев рукой подбородок, задумчиво что-то бормоча себе под нос. - Что же с тобой случилось? Зонтик покусал? Пятый закрыл очки рукой и шумно выдохнул, продолжив свои размышления. - Пик, ну ты же раньше какой был! Всех в ежовых рукавицах держал, а теперь во, нюня, самая настоящая нюня. На несколько секунд тот застыл и напрягся. - Бля, а если он с Куромаку составил какой-то договор или проиграл тому в чем-то? Поэтому сидит ниже травы, тише воды, не возникает на курилку? Хм, хотелось бы знать, ну здесь явно Куромаку замешан! Рогатый ему и в глаза смотреть боится, не порядок. А если я ему позвоню? Не, зачем. *** Кашель разносится по комнате, с глаз стекают капли слез, боль становится невыносимой. Пиковый король сидел на кровати в одном полотенце, только что из душа, рядом лежала пижама, но, судя по всему, её Пик не наденет. - Кха-кха, это уже слишком. Когда-то крепкому, телу, пришлось согнуться чуть ли не напополам, сжимая горло и грудь. Уже не лепестки, а полноценные бутоны, измазанные в крови и слизи, падали на черный ковер. Чувствуя, что обед, который он недавно съел, выйдет наружу, с прекрасными растениями, Пик пополз к туалету. Кашель, по губам и подбородку стекает кровь, тело согнулось напополам. Во рту появился помимо металлического, еще и кислый привкус. Император вздрогнул от сильного спазма, дыхание стало частым и рваным, в глазах начало темнеть.По комнате раздался глухой стон, и после с Пика вышло всё, что он ел до этого, вместе с цветами, вызывая сильную боль в груди и животе. Казалось, внутри уже ничего не было, но желудок продолжал вызывать рвоту. В комнате повис запах кислоты, и яркий запах крови. Хотелось плакать, не только от боли, но и от безысходности. Сил не было даже просто продолжать сидеть на коленях, хотелось, чтобы всё это прекратилось, хотелось спать и пить. Сколько времени прошло? Час? Два? А может и три? Он ничего не чувствовал. Изнеможенный восьмой просто продолжал лежать на плитке.Очень хотелось пить, но встать не выходило. Тяжелые веки захлопнулись. Сон не пришел. Мысли были о Куромаку, а тело хотело наконец-то утолить жажду в еде, и воде. - Так дело не пойдет. Восьмой, дрожа и кряхтя, начал подниматься. Голова закружилась, а в глазах потемнело, от чего король схватился за плиточную стенку. Медленным шагом в сторону двери страдалец вышел из туалета и направился к шкафу. Надел водолазку и штаны, принялся одевать обувь, а затем завязал хвостик. Он редко так делает, всегда носит волосы распущенными, желательно, чтобы пышные пряди были спереди и скрывали бледное, болезненное лицо и остатки цветов на нём. Император лишь притронулся к броне, как сразу понял, что ему просто физически не получится в ней пройтись, можно и без неё. Шаркающими шагами король шел в столовую. Там никого не было, Пик пропустил ужин, лишь одна повариха сидела и читала книгу. - Милок, ты что-то хотел? Все уже разошлись, чего не спится? Постой-ка, сейчас очки надену. Пожилая женщина аккуратно надела уже пожелтевшие вторые глаза. - Пенни, это ты? Ох! Пресвятые! Бабуля подскочила и с ошарашенным взглядом смотрела в бездушное лицо, не веря своим глазам, кто перед ней стоит. -Император…? - Да. - Ох, это было очень неожиданно вас видеть, здесь, сейчас и в таком виде. - Знаю, я бы хотел поесть, если еще что-то есть. Пик говорил неуверенно, ему было стыдно, что он явился на глаза своей жительницы в таком виде, слабым и хлипким. - Ох, конечно есть! Что ты, вы, что вы хотите? У нас есть тёпленький суп, картошка, рис с мясом, могу что-то приготовить? - Рис и что-то против рвоты. Смысла что-то скрывать не было, Пик уже всем своим телом ощущал, что смерть близка, и то, что одна бедная женщина об этом узнает, хуже не сделает. - Рвота?! Вы где-то отравились? Ох, какой ужас. Могу мятный чай? Теплую воду с лимоном? Чай с имбирём? С ромашкой? - Мятный, пожалуйста. Женщина кивнула, и Восьмой направился к столу. Каждый шаг отдавался потемнением в глазах и болью в голове. Главное не упасть. Он медленно сел за стол и, прикрыв глаза, дожидался своей порции. Он думал о том собрании, о своем самочувствии, о Куромаку, о том, что будет дальше, как тут перед ним поставили поднос с едой. - Приятного вам аппетита, Император. Бабуля, сказав это, отошла к буфету. Пища проходила в горло с сильным дискомфортом, ощущение было, будто Пика опять вырвет, но он терпеливо глотал и жадно запивал водой. Еле доел половину всего блюда. Внутри, как черви, копошились мысли: смерть близко, его состояние становится невыносимым, хотелось хоть что-то сделать. Ему было тяжело даже думать о чем-то. Рой в голове гудел и отдавал болью, той же болью отдавали и цветы на груди. Было невыносимо, казалось, что вот-вот потеряет сознание. Нужно что-то сделать. Но что? - Что делать, если человек, который мне очень важен, меня не любит и опасается? Пик опешил, неожиданно произнеся свою мысль вслух. Стало как-то не по себе. Из буфета разнёсся тихий и спокойный голос. - Можно поговорить с этим важным человеком, спросить, что не так. И если он не знает о важности его личности, то сказать: «Ты очень для меня важен». И решить проблемы и недопонимание между друг другом. В столовой вновь повисла тишина. В голове Пика закрутились шестерёнки. Ведь правда, Куромаку всегда не против переговоров, почему бы не попробовать? Почему бы не поговорить с ним? Пик залпом выпил чай и встал со стола, поблагодарив повариху, и пошел прочь, оставив её смотреть ему вслед. *** -Какой же он, ууух! Как же он мне не нравится! Куромаку зло бегал по комнате, расставляя бумажки по местам. - Данте точно знает, что задумал Пик! Он же сказал, что что-то неладное чувствует! Я так и знал! Те шпионы! Те секреты! Он точно задумал что-то! Весь такой тихий, молчаливый, почти голос не подаёт! Свой хриплый, бархатный голос. Он всегда смотрит на меня своими золотыми глазами… Он смотрит внимательно, всегда, всегда внимательно смотрит и так же внимательно слушает! Он поглощает каждую нить информации, чтобы использовать её в будущем против меня! Чёртов придурок. Второй рыкнул, а затем кинул бумаги на пол, сильно злясь. - Ненавижу! Какой вечер по счету я нервничаю из-за тебя! Ты, чёртов придурок, почему ты засел в моих мыслях? Почему я вечно думаю о тебе?! Куромаку начал собирать документы, попутно восстанавливая дыхание. -Почему же этот чёрт так часто путается в моей голове, в последнее время?