Покой мне только снится

      Я с болезненным стоном перекатилась на спину. Голова раскалывалась, а то, что пол ходил ходуном, лишь усугубляло ситуацию. Когда же я попыталась схватиться за нее, то обнаружила, что руки у меня связаны.       Ах, да. Задание. Дети. ГИДРА. Моя рука!       Распахнув глаза, я крепко схватилась левой рукой за правое запястье. Они в курсе. ГИДРА в курсе про мою автоброню, и я понятия не имею, что они будут с этим делать. Меня невольно затрясло от мрачных предположений, но я постаралась оттеснить их. Мне нужно выбраться отсюда. Тот солдат принудил меня сдаться из-за детей. Будь я…       Стоило лишь мельком глянуть в сторону, как я сразу же отбросила эту мысль.       Все дети были здесь и пристально наблюдали за мной. Я быстро пересчитала их; убедившись, что никого не потеряли, я протяжно выдохнула. Даже Колетт не пострадала.       — Édouard, — начала было она, но это привлекло внимание солдата ГИДРЫ, сидевшего с нами в кузове. Он резко взмахнул рукой, и девочка в страхе съежилась.       — Эй, это всего лишь дети, — проворчала я по-немецки и села, сердито буравя его взглядом. — Что мне, и поговорить с ними нельзя?       — Не нарывайся, — огрызнулся он.       — Дай хоть проверю, в порядке ли они.       Солдат заворчал, но всё же закатил глаза и дал отмашку. Полагаю, это значило, что поговорить мы всё же можем. Я повернулась к детям и перешла на французский:       — Никто не ранен? Даже если нет, сделайте вид, что вам больно, чтобы мы могли и дальше говорить.       Колетт быстро разгадала мою задумку, обвела взглядом остальных и подняла руку.       — Остальные в порядке, но у меня болит вот здесь, — она указала на локоть, на котором не виднелось ни единой царапинки. Я кивнула.       — Сколько я пролежал в отключке?       Колетт пожала плечами, потирая локоть.       — Не знаю… Наверное, очень много.       Я задумалась над ее словами. Если всё так, мы должны были уже покинуть город, а то и пересечь границу. Впрочем, ей всего десять. Она могла и ошибиться.       — Вы не ранены? — неожиданно спросила Колетт. Я покачала головой, чтобы не волновать детей попусту.       — За меня не беспокойся, я в порядке.       — А что с вашей рукой? — спросил кто-то из мальчиков. В его голосе слышалось, можно сказать, восхищение, и я невольно сжала правое запястье. — Что с ней произошло?       Я помолчала. Они всё видели своими глазами, так что смысла врать нет…       — В детстве я… допустил ошибку, — объяснила я, придерживаясь той же легенды, что и с Баки. — Этот каркас позволяет мне двигать рукой, но никто про него не знает и знать не должен.       — Так это секретная рука?       Я едва не хмыкнула. Впрочем, это может сыграть мне на руку.       — Да, и я прошу вас никому о ней не рассказывать. Теперь это наш общий секрет. Договорились?       Дети переглянулись, после чего Колетт ответила:       — Да, конечно.       — Спасибо, — тепло улыбнулась я им.       — Как думаете, ваши друзья придут за нами? — нерешительно поинтересовался другой мальчик, поглядывая на солдата ГИДРЫ.       К счастью, тот о чем-то болтал с водителем, поэтому я воспользовалась шансом и осмотрела себя. Пистолета и рации меня лишили. Я глубоко вздохнула и постаралась не думать о том, что уже не сдержала одно обещание, данное этим детям. Если я вновь их подведу…       — Обязательно придут, — заверила я его.       — Точно?       Я ухмыльнулась и кивнула.       — Ты даже не представляешь, какие у меня друзья.       — Хватит языком чесать! — прорычал солдат ГИДРЫ, схватил меня за плечо и опрокинул на спину. Я этого не ожидала и с треском ударилась головой о стальную боковую стенку кузова. Перед глазами заплясали звезды; я попыталась проморгаться, костеря под нос и этого солдата, и ГИДРУ в целом.       Ну же, Стив, поторопись.

_________________

      Примерно двадцатью минутами спустя нас привезли… куда-то. К тому моменту моя голова перестала гудеть и звенеть, и я смогла сосредоточиться на том, что нас окружало. Когда двери в кузов открылись, солдат, что сидел с нами, спрыгнул на землю и встал в строй с остальными, уже наставившими на нас пистолеты.       — Наружу. Живо, — прорычал один из них, махнув оружием.       Я посмотрела на детей, боязливо посматривавших на меня и на солдат.       — Пошли, — пробормотала я, первой покидая кузов. Спрыгнув, я, как могла со связанными запястьями, помогла спуститься Колетт. Солдаты, к счастью, не вмешивались, поэтому я по очереди сняла остальных детей и незаметно огляделась. Поблизости стояло еще несколько грузовиков; я надеялась, что они приехали пустыми.       Это бы сокращало число пленников.       Как только все дети вышли, солдаты отвели нас к ближайшей двери; стоило нам зайти в здание, как еще два солдата подхватили меня за локти и отделили от остальных. Дети тут же всполошились; они принялись кричать, и солдаты даже на мгновение опешили. Затем они окружили детей и подняли на них оружие, отчего у меня сжалось сердце.       — Дети! Не пугайте их! — крикнула я, не в силах сдержать волнение в голосе. — Это не стоит ваш…       Мне второй раз за день врезали прикладом в живот, и я согнулась, сдерживая стон. Не хотелось еще больше пугать детей. Во всяком случае, от вида этого или от моих слов, но они замолчали…       Протяжно выдохнув, я подняла голову и ободряюще улыбнулась детям. Это всё, что я успела сделать, прежде чем солдаты потащили меня прочь. Черт… А я-то надеялась хоть как-то их задержать, чтобы выиграть время для Стива и Воющих коммандос…       Солдаты вели меня по коридорам, едва ли не выкручивая мне руки; один из них всю дорогу держал пистолет у меня между лопаток. Я вся сосредоточилась на дыхании. Нельзя паниковать. Если я дам слабину, ГИДРА… ну, не знаю, что конкретно сделает, но мне и моей автоброне явно не поздоровится.       Поскольку солдаты молчали, мне оставалось лишь оглядываться в поисках хоть чего-то, что могло бы спасти меня из этой заварушки. Каждый коридор, по которому мы шли, был таким же пустым, как и предыдущий, и чем дальше мы шли, тем сильнее меня охватывало чувство тревоги. Наконец, солдаты остановились у двери, ничем не отличавшейся от остальных, и я с трудом сглотнула.       Как только дверь открылась и я увидела смотровой стол, у меня кровь отхлынула от лица, и я неосознанно уперлась пятками в пол. В голове разом вспыхнули все страхи по поводу чьих-то гадких экспериментов над моей автоброней, и меня затошнило.       — А, так вот какой любопытный экземпляр вам попался! Близкий друг Капитана Америки!       Я дернула головой в сторону и увидела мужчину, который внимательно разглядывал меня. Я… узнавала его. Я погналась за ним на самой первой базе, которую штурмовали мы со Стивом. Его же я видела стоящим рядом со Шмидтом.       Тот человек, который что-то сделал с Баки.       Тот, кто причинил боль Баки.       Во мне взыграл гнев, и я вырвалась из рук солдат и бросилась к нему. Они вскрикнули от неожиданности, но Зола осадил их.       — Не стрелять! — крикнул он, уворачиваясь от моих рук. — Схватите его и держите!       Кто-то смог перехватить меня за талию и оторвать от пола. Я слышала, как он пыхтит от усилий, но всё моё внимание было сосредоточено на Золе. Я изворачивалась, как могла, и солдат, не выдержав, уронил меня. Я приземлилась на корточки и…       Ощутила укол в шею. Я застыла, слегка покачиваясь.       — Всё приходится делать самому! — сказал Зола, переводя дух, и я ощутила, как силы покидают меня. — Положите его на стол и пристегните ремнями. Живо!       Мое тело обмякло, и солдаты без труда уложили меня на стол. Всё вокруг начало…       Размываться?       Раство…       Я простонала, запрокинула голову набок и растерянно заморгала.       Что?..       Где?..       Ни черта не разглядеть. Но… почему? Я застонала и зажмурилась. Глубоко вздохнула. Потом — еще раз. Когда я открыла глаза, всё вокруг было уже не таким размытым.       Это хорошо.       Но следом я заметила нависшее надо мной лицо Золы.       Это уже не хорошо.       — Интересно, — пробормотал он. Откуда он взял планшет? — Ты пришел в себя быстрее, чем мы ожидали. Транквилизатор введен всего двадцать минут назад.       В голове стоял туман, но я поняла, на что он намекал. Плохо дело. Зола способен сложить два и два… и догадаться про сыворотку, защищающую мой организм.       — Введите еще одну дозу, — велел Зола… кому-то. — Нельзя, чтобы он сбежал.       Я не собиралась сдаваться без боя. Но, увы… Как бы я ни дергалась, второго укола иглы в шею было не избежать. Мое тело вновь обмякло, и перед глазами всё поплыло.       Сосредоточься. Нельзя проиграть ему.       Что… Что он делает с моей автоброней? Я не понимаю, что происходит.       — Сэр, они прорвались внутрь.       Они? Кто «они»?       Краем уха я слышала голос рядом с собой, но не разобрала слов. Что… Что происходит? Моя голова безвольно свесилась набок, но я попыталась рассмотреть, что меня окружает. Где… где же я? Не могу вспомнить…       Затем вспыхнул яркий свет. Откуда? И почему?       Внезапно меня рывком потянуло вправо.       Потянуло. Руку. Нет, автоброню.       Они… они оттягивали мою автоброню.       Нет… Нет! Я с силой дернула рукой. Кажется. Или нет.       Вы ее не получите. Я вам не позволю…       — Сэр, Капитан…       — Фотографии сделали?       — Да, сэр.       — Тогда давайте камеру и пошевеливайтесь! Если не явитесь в ангар через пять минут, я улетаю без вас!       Фотографии? Чего? И для чего?       Что происходит?       Что?..

_________________

      Стив бежал по коридорам, выбивая каждую дверь, встреченную им по пути. Когда команда только прибыла и освободила пленных, к ним выбежало под дюжину детей, которые принялись упрашивать их спасти Эда — того человека, который их защищал. Стив до сих пор поверить не мог, что Эда поймали. Однако, когда он узнал, что Эд сдался, чтобы спасти этих детей, в его голове сразу всё сложилось.       Но страха это не отменяло. Он чуть не потерял Баки на другой базе ГИДРЫ и абсолютно точно не собирался терять Эда. Поэтому его нужно было отыскать как можно скорее — целого и невредимого.       Ну же, Эд. Где ты?       У самого конца коридора Стив наткнулся на незапертую дверь и замер. Никогда прежде он не сжимал щит так крепко.       — Эй!       Распахнув дверь, он увидел двух солдат ГИДРЫ, которые пытались поднять Эда со… смотрового стола. И Эд этому совсем не сопротивлялся, безвольно повиснув у них на руках.       Солдаты замерли, заметив Капитана Америку, и как будто заколебались. Наконец, они всё же решили отпустить Эда и выхватить пистолеты. Стив словно в замедленной съемке наблюдал, как его друг падает на пол, и в нем вскипал гнев. Не успели солдаты поднять оружие, как Стив со злостью бросил в них щит. Он с легкостью отскочил от их грудных клеток и с тошнотворным звуком отбросил их к стене.       Не тратя ни секунды, Стив подбежал к Эду. Даже не подобрав по пути щит, он практически упал на колени рядом с другом и с бешено колотящимся сердцем проверил его пульс.       — Ну же, Эд, скажи что-нибудь, — взмолился Стив, замечая синяки и следы от уколов на его шее. — Прошу тебя, Эд.       Его золотые глаза слепо смотрели в потолок, но, похоже, Эд еще что-то соображал и издал в ответ тихий, болезненный и невнятный звук.       — Эд…       Стив окинул друга взглядом и заметил, что весь правый рукав на нем распорот, обнажая его механическую руку. Была видна и механическая ступня, и Стив, оглядевшись, заметил в другом конце комнаты снятый ботинок. Как далеко они зашли в попытках их изучить? То, что они не успели их отсоединить, само по себе было благословением.       Глубоко вздохнув, Стив встал, подобрал ботинок, надел его на Эда и вновь попытался добиться от него ответа:       — Эд, пожалуйста, подай знак, что ты меня слышишь.       В этот раз Эд смог перевести на него взгляд, который стал более осмысленным. Хороший знак.       — Эд, я выведу тебя отсюда, — прошептал он, стараясь посадить его. Затем он услышал какой-то слабый звук и замер, внимательно глядя на друга.       — Авто… броня…       Стив растерянно нахмурился. Слова-то он понял, но понятия не имел…       Эд крепко прижал к груди правую руку, и Стив догадался, в чем дело. Коммандос не знали про его протезы, и Эд рьяно оберегал этот секрет. Стив оглянулся к двери, надеясь, что в коридоре еще никого нет, после чего снял с себя куртку и завернул в нее Эда, стараясь всунуть его руки в широкие рукава. Всё болталось на нем, как на вешалке, но хотя бы скрывало протез.       И как раз вовремя.       — Стив? — Баки вбежал в комнату и застыл на середине шага, увидев их на полу. Стоило ему заметить, в каком состоянии Эд, как у него перехватило дыхание и распахнулись глаза. — Что произошло?! — взволнованно воскликнул он, подбегая к ним, падая на колени и убирая волосы с лица Эда.       Стив поразился, насколько остро отреагировал Баки, но затем покачал головой. Баки прошел через то же, что и Эд; вероятно, он лучше всех представлял, что на себе испытал Эд, и от этой мысли у Стива сжалось сердце. Ни один из них не заслужил такого.       — Эд, ну же, скажи что-нибудь, — тихо взмолился Баки.       Эд вяло пробормотал какую-то бессмыслицу на смеси английского и немецкого, от чего Баки горестно поморщился.       — Мы выведем тебя отсюда, Эд, — прошептал он, после чего посмотрел на Стив. — Я могу его понести, — предложил он, уже закидывая руки Эда себе на плечи. — А ты расчищай путь.       Глядя, как Баки поднимает Эда, Стив невольно заволновался: а как же протезы? Не нащупает ли их Баки? Ему было сказано, что это всего лишь каркас, но…       Но у Стива не было ни единой логичной причины забрать у Баки Эда, не раскрыв его тайны. Подавив страхи, Стив кивнул другу, выпрямился и побежал за щитом. Когда он обернулся, то замер: открывшееся выглядело так знакомо, и всё же…       Баки смог подняться и теперь обеспокоенно смотрел на Эда, крепко прижимая его к себе. В тот миг Стив вновь остро осознал, что позволил недавнему подростку ввязаться в войну. И ненавидел себя за это: Эда не следовало подвергать такой опасности и риску. Нужно было настоять, чтобы он уехал с дядьями и вернулся к нормальной жизни.       А не становился подопытной крысой для ГИДРЫ.       — Баки, ты готов? — как можно спокойнее спросил Стив, протираясь через скребущее душу чувство вины.       — Давай выбираться отсюда, — пробормотал Баки, поднимая на него взгляд.       И всё же Стив не мог понять, почему же вид его, с Эдом на руках, показался ему таким знакомым…

_________________

      Когда они благополучно выбрались из здания, Эд то ли уснул, то ли потерял сознание. Остальные Воющие коммандос уже ждали их у грузовиков, помогая освобожденным пленникам рассесться по кузовам. Стоило, однако, им заметить, как Эд безвольно лежит на руках у Баки, как они обеспокоенно бросились выяснять, что с ним.       — Что случилось? — спросил Джим, на ходу вытаскивая из сумки медикаменты.       — Не знаю, — ответил Стив, сдерживая дрожь в голосе. — Думаю, ему ввели какие-то лекарства.       Джим, заметив синяки и следы от уколов, напряженно кивнул. Увидев, с какой силой тот сжал моток марли, Стив решил, что для всех будет лучше перво-наперво сесть в грузовик, а потом уже волноваться за Эда.       — Давайте сначала уедем отсюда, — предложил он. — Всем будет спокойнее, когда мы вернемся в город.       — Кэп прав, поехали, — согласился Дум-Дум и повел их к грузовику, который оставил для команды.       Когда они погрузились, Стив помог Баки уложить Эда на импровизированную кровать. Как только почти все забрались в кузов, Джонса и Дернье направились к другим грузовикам и обратились к местным по-французски — вероятно, объясняя, что пора уезжать.       — Теперь-то ты скажешь, что произошло? — спросил Джим, осматривая шею Эда.       — Я правда не знаю, — ответил Стив, глядя, как тот разматывает марлю. — Когда я нашел Эда, солдаты пытались его куда-то унести. Но тогда он был более-менее в сознании.       Джим кивнул и начал дезинфицировать Эду шею.       — Похоже, его чем-то накачали. Нужно проверить, нет ли еще следов от инъекций.       Стоило Джиму потянуться к вороту куртки, как Стив с Баки подскочили с мест и одновременно запахнули ее на Эде.       — Видишь ли…       — Понимаешь…       Стив с Баки замолчали на полуслове и переглянулись. Казалось, оба подыскивали причину, чтобы оставить всё, как есть, но придумать ничего не могли.       — Ребят, мне нужно его осмотреть. Вы как будто не знаете, что сам он ни за что о своих болячках в жизни не скажет, — заметил Джим, и Стив с болью признал, что он сказал чистую правду. Эд бы скорее солгал, чем рассказал о том, что с ним делали…       — А еще мы знаем, что он ужасно не любит, когда его трогают, — возразил Баки, явно оттягивая время.       — Что ж, как медик, возьму всю вину на себя, — ответил Джим, вновь потянувшись к куртке.       — Но ведь он…       — Парни, вы как будто что-то скрываете, — медленно заметил Дум-Дум, переводя взгляд со Стива на Баки, а потом — на Эда.       — Нет, конечно! — воскликнул Баки, и Стив повторил за ним, запоздало осознав, что это еще сильнее походит на откровенную ложь.       — Ребят…       Только в этот момент до Стива дошло, что за разговором они все забыли про Эда.       Который уже проснулся.       И заодно растерялся и перепугался.       Взгляд у него по-прежнему плавал, но он резко сел, тяжело дыша. Яростно замахнувшись, он отбросил Джима, прежде чем Стив успел схватить его за механическую руку. Ему просто не хотелось, чтобы еще кто-нибудь покалечился, но Эд воспринял это иначе. Он почувствовал, что не может пошевелить правой рукой, и запаниковал еще сильнее.       — Эд! Прекрати! Это же мы! — крикнул на него Стив, но Эд не прекращал попыток вырваться. Воющие коммандос держались на расстоянии; судя по выражениям их лиц, они хотели помочь, но… Лихорадочные и резкие движения Эда значительно усложняли задачу не только им, но и самому Стиву.       Вдруг откуда-то снизу донесся тихий всхлип. Другим, возможно, его не было слышно, но для Стива он был равноценен удару в живот. Он сразу же ослабил хватку…       И получил за это реальный удар в живот.       Стив окончательно отпустил Эда, и тот сразу же забился в угол. Было очевидно, что он не понимал, где находится, пока не ударился спиной о стенку кузова и не застонал от боли. Коммандос молча наблюдали за ним, за тем, как тяжело он дышит и как прижимает правую руку к груди, трясясь всем телом.       У Стива сердце кровью обливалось от этого вида.       — Эд, всё хорошо, — тихо сказал Баки, привлекая внимание Эда. От звуков его голоса он буквально застыл. — Мы тебе ничего плохого не сделаем.       Эд несколько раз моргнул и медленно, настороженно обвел их всех взглядом, словно оценивая уровень угрозы, которые они представляли.       — Баки прав, — сказал Стив, и Эд резко обернулся к нему. — Ты в безопасности. ГИДРА тебя здесь не найдет.       Эд, похоже, не понял ни слова, продолжая слепо смотреть на него и тяжело дышать. Стиву показалось, что Эд всеми силами сдерживает панику.       — Эй, — Эд тут же повернулся на голос Джима, и медик, подняв руку, медленно шагнул к нему. — Всё хорошо, не бойся. Я не сделаю тебе больно. Это же я, Джим, помнишь меня? — Эд не пошевелился, поэтому Джим шагнул поближе и присел на корточки. — Я просто задам пару вопросов, хорошо? — молчание. — Эд, ты… ты можешь что-то сказать? — с заметным беспокойством спросил Джим. Эд медленно кивнул. — Нет. Скажи — да или нет. Ты можешь произнести это?       Эд какое-то время молчал, после чего выдохнул: «Да».       Его голос звучал надломленным. Эхом прошлого себя. Джима, к счастью, это не остановило.       — Отлично, уже что-то. Теперь скажи: ты ранен? Болит что-то, кроме шеи?       Эд, прерывисто дыша, медленно дотронулся до марли.       — Можешь ничего не говорить. Просто дай понять, болит или нет, — продолжил Джим.       Эд покачал головой, слепо глядя в пол. Джим вздохнул, помассировал голову, после чего осторожно шагнул к Эду. Как оказалось, зря: Эд тут же попытался отползти. Осознав, что спиной он подпирает стенку кузова и бежать уже некуда, он так перепугался, что Стив напрягся.       — Джим, — сказал Стив и предупреждающе посмотрел на медика. Тот растерянно взглянул на Стива, но всё же примирительно поднял руки и отошел обратно. Внимательно приглядевшись к Эду, Джим опустил голову и понурил плечи. Стив не знал, связано ли это с реакцией Эда или с тем, что произошло в городе. Джим, как и Монти, считал, что они разминулись с Эдом лишь по их вине. Стив пытался заверить обоих, что это не так, но, похоже, они не поверили. То, как Эд сейчас реагировал на Джима, только усугубляло ситуацию.       Похоже, поездка будет долгой…