Зарисовки по Шуаншуям (Ши Уду и Хэ Сюань)

С момента, когда демон измученный собственным разумом не выдержал и найдя способ вернул к жизни ненавистного Самодура, жизнь казалось совершенно не изменилась. Он то ожидал от небожителя истерик, обвинений, проклятий... впрочем это было бы похоже скорее на младшего Ши, однако прежде и Уду не был настолько безэмоционален. По крайней мере, Черновод всегда мог расчитывать на ледяное презрение, которым Водяной Тиран и одарил его по пробуждении. Однако, после того как Повелитель Вод осознал где он, почему и с какой целью; после того как выяснил что сделал его брат... из небожителя словно вычерпали все чувства. И Черноводу это не нравилось. Жить с ним, словно с бездушной вещью, которая послушно подчиняется его желаниям, ничего не требует и не нуждается в ответном участии, демон не желал, но и отпустить бога на небеса, к этим его "друзьям", не соглашался сколько бы опухоли не торговались. Отказал он и Небесному Владыке Се, даже когда Хуа Чэн предложил за это простить его долг... - теперь ты мой, почему они не понимают? Раздражённо скрипел Хэ Сюань расчесывая волнистые волосы Повелителя Вод, что недвижимой статуей сидел на скамье в тонких нижних одеждах сложив ладони на коленях и глядя в даль отрешенным взглядом. Руки демона с ритуальной медленностью сооружали на голове заклятого врага простую прическу. А после эти руки крепко обхватили Уду за талию и севший позади демон до неприличия плотно прижался к богу. - Мой собственный Самодур, которого я сам воскресил, никто не смеет требовать отдать тебя... Глухо шептали губы демона прямо на ухо Ши Уду, который сглотнул и закрыл глаза. По скольку лицо Повелителя Вод, прежде живое и выразительное, сечас застыло подобно мраморной маске, то невозможно было предположить какие мысли терзают его разум. Однако, если бы демон осмелел взглянуть в глубину сапфировых глаз, то обнаружил бы в них задушенное совершенной волей именно отчаяние, то которое так страшился там увидеть. Самыми кончиками пальцев Повелитель вод прикоснулся к холодной руке Черновода и... погладил? Но так, словно хотел убедится в реальности происходящего и только после этого неслышно выдохнул. Он устал... бесконечное однообразие душило. Тут, в стенах Черного замка, стоило Черноводу уйти, как Ши Уду оставался на едине со своими мыслями, которые вновь и вновь рождали такие реальные галюцинации, что лучше бы ни о чем не думать, не быть. Он видел образы прошлого, возможного и состоявшегося, будущее которое его ожидало и которого никогда не существовало... реальность сливалась с кашмарными фантазиями сходящего с ума мозга. Лишь поняв, что этот Хэ Сюань настоящий, Самодур немного расслабился, оперся спиной о неподвижную грудь демона, запрокинул голову на его плечо и невольно выдохнул: - это ты... - Бог не знал как хочет относиться к своему пленителю, впрочем силой его не стали бы держать, Уду это чувствовал. Чёрное бедствие согласно угукнуло, подтверждая свое присутствие, его прохладная щека случайно коснулась неровного шрама на шее бога, и демон вздрогнул. - знаешь, Самодур, я ведь не хотел тебя убивать. Мне всегда казалось справидливым заставить тебя быть моим. Уду ничего не ответил, казалось демон просит прощение, это не имело значения, ведь так или иначе небожитель добился своего - Циньсюань всё ещё был жив. А остальное неважно, не важно, что в жертву его жизни были принесены другие люди, неважно что он предпочёл низвержение усилиям брата, неважно что Уду счёл это предательством... его чувства отупели после воскрешения и он ни как не мог понять кем теперь является, в чем смысл его существования. Каждое утро пробуждаясь в ледяных объятиях демона Повелитель вод спрашивал себя "зачем я здесь? это и есть цена?" Бог вставал, казалось, только потому, что Хэ Сюань требовал, он позволял себя одевать, расчесывать... ложился каждую ночь в постель непревзойденного, внешне покорный, внутренне безразличный. Наверно он казался сломленным демону и демона это бесило, он злился, хоть никак и не показывал, но Уду ощущал. Почему-то казалось это должно радовать бога, но богу было всё равно. Так продолжалось не то что бы долго... может быть год, или два. Одно и тоже изо дня в день, пока однажды Черноводу не пришлось уйти, видимо цыган вновь предъявлял свои права на бесплатную рабочую силу и должнику пришлось оставить Черные Воды. ...Совершенно обнажённый Ши Уду стоял перед огромным зеркалом в пол, точно таким же как в его небесном дворце... да что там, скорее всего это оно и было. Самодур не знал зачем покинул одинокое ложе, но теперь, словно впервые рассматривал в отражении худого, невозможно бледного мужчину. Каштановые волосы беспорядочными волнами охватывали фигуру, буд-то причудливый плащ. За то время, что воскресший провел в обители демона, они отросли и теперь разве что пол не подметали, но не это приковало внимание Водяного тирана. На форфорово бледной коже, окольцовывая неровными линиями оба плеча и шею бугрились чуть розоватые шрамы. Гордый Водяной Тиран не признался бы ни за что, но все три напоминания о смерти непрерывно зудели. Особенно явным дискомфорт становился, когда шею закрывал ворот одежд и ткань соприкосалась со... швом на коже. Уду поднял руку, чтобы коснутся своего не снимаемого ожерелья самыми кончиками дрожащих пальцев и тут же отдернуть. Порой хотелось впиться ногтями в зудящую кожу и содрать её, лишь невероятная воля Повелителя Вод сдерживала эти порывы, хорошо хоть такие приступы случались не часто, в остольное же время было терпимо. Странно... когда холодные губы демона косались шрамов становилось легче и Самодур был бы рад, чтобы эти губы непрестанно целовали раздраженную кожу. Небожитель криво усмехнулся своим мыслям, Черновод позволял себе подобное не часто, а его пленник точно не станет просить. Черновод~ Ши Уду закрыл глаза, он представил непревзойдённого в мельчайших деталях, от нахмуренных бровей до подавляющей ауры. Каждый день демон его одевал и расчесывал, не спеша, с педантичностью счетовода проверяющего казну. Тонкая рука бога потянулась за щёткой для волос... кажется, чтобы сделать причёску пришлось потратить по меньшей мере пол дня. А ведь проклятый гуль делает это каждый день... хотя чем ещё ему заниматься? Старший Ши чувствовал себя куклой. О, нет, он понимал, что значит для Хэ Сюаня даже больше, чем тот сам был готов признаться... но эта свойственная всем демонам зацикленность сводила с ума, а бесконечные ритуалы сводили на нет чувство времени... Уду не знал, прошел ли год или пара десятилетий, не мог понять и как долго нет хозяина замка. Черновод~ Весь в черном бархате, словно отсвет мрачной красоты возник в отражении зеркала. Неестественно бледные руки с торжественной страстью коснулись теплой кожи бога и тот вздрогнул. Не от холода конечно, холод был ожидаем. Просто Хэ никогда не был таким... не брасался на него с явным желанием, не сминал нежное тело ладонями полными невыразимой жажды. Никогда бы Черновод не позволил себе непочтительно сгрести Самодура в охапку и кинуть на ложе, что вязанку дров. Ши хотел отстраниться, ударить чтобы привести в чувство, ему не было страшно... только мерзко... но почему? Прикосновения демона прохладные, словно дождь в жару, приносили облегчение, а не вызывали желание облить их кислотой. Но не в этот раз. Бог желел немедленно избавиться от контакта обжигающе холодной кижи, но не мог. Он буд-то увяз в киселе, движения были медленными, руки тяжелыми. Пока он замахивался, руки Черновода уже сделались неприлично алчущими, пальцы вгрызались в плоть, лицо размылось став страшной звериной мордой. Истекающие слюной, жуткие клыки вонзились в перехваченную с легкостью, худощавую руку и мотнув головой, чудовище больше не похожее на его демона, оторвало конечность. Ши Уду взвыл. Нет, не от боли - бог ничего не чувствовал, а от отчаяния. В этот момент Повелитель вод понял - снова началось... Его разрывали, терзая плоть и душу, снова и снова, раз за разом всё медленнее, крови становилось всё больше, ужас овладевал сознанием постепенно, но Уду никак не удавалось вырваться из этого кашмара на яву и он беззвучно кричал, срывая голосовые связки... Солнце перевалило за полдень и яркий луч подобно очищающему пламени ударил в зеркало, перед которым неподвижно замер Водяной Самодур. Свет ослепил небожителя лишь на мгновения, но этого хватило. Предя в себя Ши Уду схватил какую-то тряпку с кресла рядом и бросился бежать. Из замка. Из Черных вод. Из Южного моря... так далеко, как только сможет. Истощенное, но всё ещё изящно притягательное тело Самодура, наспех укутанное в верхние одежды насыщенного цвета сливы, выбросило на берег острова... он смог только развернуться на спину и уставиться в небо. Сил бороться больше не было и бог просто закрыл глаза, позволив ветру ласкать влажное тело, трепать полы шелковых одежд, а солнцу греть остывшее тело и замерзшую душу... Черновод~ "Я вернусь, обязательно вернусь, просто... дождись"