Враг №1

Чонвон сидит в библиотеке, уткнувшись в учебник по японскому в попытках самостоятельно разобраться с терминами. Без Сону сделать это в разы сложнее, но он убеждает себя, что справится. Сегодня понедельник, а значит, их регулярный день занятий. Но Ян уверен – Сону не придет. Не после того, как они расстались днем ранее. Да и смысл? Выступление позади, и Киму больше не нужен танцор в команду, да и если быть честным, он уже сделал достаточно, чтобы помочь Вону. Только упрямство и воспоминания о проделанной работе не позволяют Чонвону сдаться и бросить все. Он продвигается со скоростью улитки отчасти из-за того, что мысли его постоянно уходят не в ту степь, а именно к Сону и их последнему разговору. Злость все еще кипит в душе, но вместе с ней зарождаются сомнения – не был ли Ян слишком груб? Он мог отшить старшего более тактично, но в тот момент его рассудок помутился, и он не особенно следил за словами. Заслужил ли их капитан, который всегда был с Чонвоном добр и терпелив, такого обращения? Возможно, это уже не имеет значения – вряд ли после такого они продолжат общаться. Все мысли о том, что Чонвона бы могли пригласить в команду на постоянной основе, рассыпаются, как хлипкий песчаный замок. Это удручает. Чонвон тяжело вздыхает, и подперев лицо рукой, вновь про себя зубрит заученные фразы, пытаясь найти логику или придумать ассоциации. Так бы посоветовал Ким, и хотя Ян на него злится, не признавать, что тот оказался прекрасным учителем, было бы глупо. Стрелка часов ползет по-издевательски медленно, и Чонвон не идет домой только потому, что там много отвлекающих факторов, и он точно не сможет нормально позаниматься. На часах начало четвертого, а их с Сону занятия обычно начинались в половину третьего. Почему-то Чонвона настигает разочарование и тоска, хотя другого он не ожидал. Живот урчит, моля о пощаде – Ян не обедал, а есть в библиотеке строго запрещено. Он решает все же не издеваться над организмом и оторваться на перекус, а после вернуться. Собирает вещи в рюкзак и идет к выходу уверенным шагом. Библиотечная дверь распахивается, и он едва успевает отступить назад, чтобы не получить по лбу. В проеме показывается фигура Сону, и Чонвон теряется, тупо смотря на старшего, а потом чуть отступая вбок, освобождая проход. Но Ким, кажется, не спешит идти мимо. - Привет. - Привет, - коротко кивает Ян, ощущая безумную неловкость. - Прости, что опоздал. У меня был экзамен, только освободился. Не предупредил, потому что думал, что успею вовремя. Чонвон стоит, как истукан, и тупо пялится на Сону. Получается, тот все же его не бросил? - Я решил, что ты не придешь, - озвучивает то, что крутится в голове и на языке. - Но мы вроде не договаривались об отмене, - пожимает плечами Ким, будто и не было между ними ссоры. – Да и тебе нужно подготовиться, до экзамена меньше недели. - Ты прав, - кивает Ян, поправляя сползающую лямку рюкзака, - Я просто подумал, что раз выступление позади, то и наши уроки тоже. Сону прикрывает глаза, усмехаясь: - Ты в своем репертуаре. Но мне пора привыкнуть к тому, что ты обо мне не лучшего мнения. Чонвон молчит – оспорить нечего, Сону вновь прав. А Ян опять проебался. - Дойдем до буфета? Я хотел взять перекусить. Капитан соглашается, и они оба молча идут в столовую. Народу немного – сессия все-таки, и пока Ким занимает свободный столик у окна, Чонвон берет им ланч. Уже наизусть знает, что любит Сону, потому что обедают вместе не впервые. - Не надо, - Ян отказывается от протянутых денег, - Считай это благодарностью за то, что ты меня терпишь. Сону усмехается, но не спорит, пряча купюры обратно в карман. Тихо просит озвучить то, что успел выучить Вон в одиночку, и приступает к обеду. С появлением Кима дела идут намного лучше, и Чонвон понимает, что чувствует себя гораздо увереннее, когда его наставник рядом. Вот бы и во время экзамена было так, тогда Чонвон бы точно справился, и никакая госпожа Квон была бы не страшна. - Спасибо, - в конце он находит в себе силы поблагодарить и посмотреть Сону в глаза. – Я твой должник. - Это не так, - качает головой Ким. – Ты свою часть сделки выполнил, и очень успешно. Теперь и я должен подготовить тебя как следует. Вздохну спокойно только когда ты успешно сдашь экзамен. - Надеюсь, - Чонвон понимает, что Сону движет его перфекционизм и такое же как у самого Вона нежелание быть чьим-то должником, а не альтруизм или личная привязанность. В любом случае он благодарен. Они договариваются о следующем уроке, который станет последним и прощаются. Чонвон чувствует себя чуть спокойнее, чем утром, и понимает, что на Сону почти не злится. Хотя между ними остается очевидная недосказанность. Ян расправляется с предпоследним экзаменом – квантовая физика всегда давалась ему без особого труда, и он получает уверенную пять. Зачетка в этом семестре показательная, но впереди его худший кошмар и старая карга, которая не постесняется влепить "удовлетворительно" и лишить его стипендии. Что ж, Чонвон согласится и на это, лишь бы не быть отчисленным. Зато в следующем году и впредь – никакого японского. Он жутко волнуется и не знает, когда идти  - в первых рядах или отсиживаться до последнего. В итоге идет где-то в середине. Приговоры выходящих с экзамена неутешительны – можно списать ответы на билет, но не на доп вопросы. Потому Чонвон просто надеется, что не забудет все, чему так долго учил его Сону. Удачи! Ты справишься! Приходит сообщение на телефон, и Чонвона затапливает теплом. Но также он ощущает ответственность: такое чувство, что если провалится, подведет не только  себя, но и Кима. В аудитории не так много народу, и все сосредоточенно что-то пишут, не поднимая головы. Ян тянет билет и тоже усаживается, нервно грызя ручку. Билет Чонвон оценивает как сносный и начинает спешно писать все, что знает – получается целый лист. Остается немного времени, и он накидывает себе план ответа на доп вопросы. Помимо старой карги экзамен принимает еще и аспирант, но Ян не строит радужных замков: в том, кому он будет сдавать экзамен, он не сомневается. Наконец, подходит его черед отвечать, и уняв дрожь, Чонвон занимает место рядом с преподавательницей. Та оценивающе смотрит на него из-под очков и говорит: - Так-так, студент Ян. Три пропуска. Я думаю, вы знаете, что это значит, - женщина протягивает сморщенную руку с перстнями и забирает листик с ответом, - Итак, первый вопрос: отыменные послеслоги в японском. Рассказывайте все, что знаете. Ян, отгоняя дрожь, пытается сконцентрироваться на поставленном вопросе. Они с Сону это проходили, и надо просто озвучить то, что так тщательно и настойчиво вкладывал в его пустую голову Ким. Что Чонвон и делает. Он расправляется со всеми тремя вопросами – преподавательница действительно спрашивает именно то, что было обещано. Рассказав все, что знает, Ян вопросительно смотрит на госпожу Кан – та не шевелится, кажется, впав в транс. Чонвон вообще не уверен, что в последние пять минут, что он распинался, она слушала. - Заучить ответы на доп вопросы – большого ума не надо, студент Ян. Давайте теперь поговорим серьезно. Представьте, что вы на научной конференции в Японии. Какая у вас тема курсовой в этом семестре? - Квантовые частицы в потенциальной яме бесконечной глубины, - честно отвечает Вон, не предвещая ничего хорошего. - Замечательно. А теперь поведайте мне о квантовых частицах на японском. Душа Яна уходит в пятки. К такому его жизнь не готовила, и он судорожно пытается вспомнить как сказать на японском «квантовая частица». Они точно это проходили, но в голове рандомные слова водят хороводы и мешают сосредоточиться на том, что по-настоящему важно в данный момент. Кое-как он все же вспоминает, и запинаясь, начинает вещать, стараясь упростить содержание своей работы по максимуму. Сам понимает, что рассказ выходит корявым и неуверенным, но по-другому не получается. В состоянии стресса язык не слушается, а мысли путаются, усложняя и так нелегкую задачу. - Что ж, - подводит итог госпожа Кан, когда студент завершает свой кособокий рассказ. – Сказать честно, мистер Ян, я не прониклась. Уверена, что вы можете лучше, так что увидимся через три дня на пересдаче. Внутри у Чонвона все обрывается. Он так хотел распрощаться с японским и наконец вздохнуть спокойно, но видимо, не сегодня. Удача вновь повернулась к нему задницей, а может она здесь не при чем, и всему виной противная старуха, решившая ему насолить. Решив не спорить и не унижаться, хотя с оценкой он не согласен, Чонвон лишь молча кивает и покидает аудиторию, едва не забыв взять пустую зачетку. Он пулей вылетает из университета, игнорируя знакомых с их вопросами "Сдал"? Все сегодня буду праздновать – он слышал, что на курсе намечается вечеринка, но он не пойдет. Будет сидеть у себя, впадет в тильт и включит грустную музыку или выспится наконец, игнорируя всех на свете. Пиликающий телефон с уведомлениями из беседы группы раздражает, и Чонвон переводит его в режим "не беспокоить", заваливаясь на кровать и включая грустный рок. Хочется жалеть себя и злиться на старуху, чем он, собственно, и занят. Неужели своими трудами он не заслужил даже жалкой тройки? Чонвон уверен, что Кан ставила трояки и более слабым студентам. За последний месяц его навыки сильно улучшились, пускай на "отлично" он не тянул, но это было крепкое "удовлетворительно". Но старуха зажала даже его, наказывая Чонвона за что-то, ему неясное. Упиваясь своим несчастьем, парень  не сразу замечает, что сквозь наушники доносятся стуки и шумы. Только когда очередная песня заканчивается, он слышит, что в дверь кто-то беспардонно ломится. Приходится выпутаться из одеяльного плена и встать, хотя ему не хочется видеть кого-то или разговаривать. Не посмотрев в глазок, Ян распахивает дверь, видя перед собой Сону. - Я уже думал, что не откроешь, - Ким облокачивается на дверной косяк. - Я не слышал. - Судя по игнору, экзамен прошел неуспешно. Что случилось? Признаться честно, Вону не очень хочется пересказывать все и переживать это снова. Но Сону – его репетитор. С ним можно поделиться. Провожая капитана внутрь, он вкратце повествует о пережитых мучениях. Сону слушает, не перебивая, пока Чонвон заваривает ему чай и предлагает рамен. Ким впервые у него, и нужно проявить гостеприимство. - Я не знаю, что она спросит на пересдаче. Как можно выучить язык за три дня? – подводит итог Вон, разводя руками. Он чувствует собственную беспомощность, и это ему совсем не нравится. - У меня есть мысли, почему она так сделала, - задумчиво тянет Сону. – Думаю, тебе следует поработать над разговорным японским в этот раз. - Она может спросить, что угодно. Невозможно предугадать, что взбредет ей в голову, - злится Ян. Сону выглядит спокойным, как удав – еще бы, не он на грани отчисления. - Вот именно, поэтому просто поговорим с тобой на японском, все темы за такой короткий срок в любом случае не ухватить. Но я знаю ее любимую. - И какая же? - Творчество Мураками. Не было еще года, когда она не завалила кого-то этим вопросом. Но ты будешь готов. - А если она спросит другое? - Тогда считай, тебе не повезло. - Звучит не очень обнадеживающе.

***

Перед пересдачей Чонвона раздирают противоречивые чувства: с одной стороны, он волнуется пуще прежнего, с другой стороны, готов вступить с профессором в неравную битву и выбить-таки свою несчастную тройку. Сону настоятельно рекомендовал в спор со старой каргой не вступать, убеждая, что этим Ян сделает только хуже. Но куда уже хуже? И так на пересдаче с ним две калеки три чумы, и те – заядлые двоечники. Чонвон в первый раз на пересдаче, и ему очень не нравится. Он тянет билет и пишет все, что помнит – получается не так и много, потому что он их даже не повторял, сосредоточившись на разговорах с Сону и изучением творчества японского писателя. Ему не сидится, и он нервно теребит ручку пальцами, ища, за что бы зацепиться взглядом. Когда его приглашают за преподавательский стол, вся уверенность и боевой настрой рассеиваются, будто их и не было. Перед старухой он чувствует себя безоружным. - По билету не вижу смысла вас спрашивать, а на доп вопросы вы уже отвечали, - кряхтит Кан, косясь на свою жертву. – Давайте поговорим об искусстве. Может, поведаете мне что-нибудь о японской культуре? Архитектуре? Кино? Литературе? - Мураками, - выпаливает Чонвон, не веря своему счастью, - Я люблю Мураками и считаю, что далеко не каждому под силу понять талант этого гения. Следующие минут пятнадцать Ян затирает о том, какое впечатление на него произвел «Норвежский лес», когда он прочитал его в семнадцать лет и когда перечитывал несколько месяцев назад. Ага, конечно, учитывая то, что он узнал содержание два дня назад от Сону. Преподавательница слушает внимательно, не перебивая, поэтому Вон просто говорит все, что знает, составляя корявенькие предложения. Когда парень понимает, что исчерпал, кажется, весь словарный запас, замирает, с опаской смотря на своего палача. По лицу той непонятно ничего, как и всегда. - Что ж, студент Ян, вы меня приятно удивили. Вы оказались гораздо глубже, чем я могла ожидать. Ваш японский все еще далек от идеала, но то, с какой страстью вы говорили о работах господина Мураками, достойно похвалы. Я ставлю вам четыре, можете быть свободны. Чонвон, поспешно кланяясь и забирая зачетку, вылетает из аудитории, окрыленный своей удачей. Он не может поверить своему счастью – он не просто не будет отчислен, так еще и стипендия останется при нем! Он запомнит этот день, как один из счастливейших за этот год. Ян, счастливый и возбужденный, едва не пробегает мимо Сону и оборачивается, лишь услышав, как его зовут по имени. - Что ты тут делаешь? – удивляется он, сокращая расстояние между ними. Ким стоит, облокотившись на подоконник, и уже понимает – миссия наконец-таки выполнена. - Тебя жду. Судя по всему, могу поздравить? - Да! Четыре! – Чонвон совершает победный рывок рукой, вызывая у старшего улыбку, - И все благодаря тебе, хён. Спасибо. - Пожалуйста. Я был рад помочь, - Сону протягивает руку чтобы похлопать Чонвона по плечу, но в последний момент останавливает себя и неловко убирает. Ян сначала не понимает, в чем дело – он и сам хотел на радостях стиснуть Кима в объятиях, но не стал его смущать. Через мгновение в голове всплывают воспоминания о том, как сам он оттолкнул Сону, добавив, что его прикосновения неприятны. Они неспеша идут по коридору, и Ян обдумывает свое поведение, понимая, что он кое-что Сону задолжал. - Хён, я хотел извиниться за тот вечер. Я был груб и сожалею об этом. - Все нормально, Чонвон, - капитан переводит на него темный внимательный взгляд и говорит искренно, без утайки, - Я не обижаюсь. Я был неправ, что полез к тебе, не спросив разрешения. Ты не должен просить прощения. - Я мог выразиться и помягче, но был шокирован, - Ян понимает, что это звучит, как оправдание, но что поделать, ведь так и было. – И мне не было неприятно. Просто я совсем такого не ожидал. - Я понимаю. Я еще тогда осознал свою ошибку. Ты ведь…Тебе не нравятся парни, да? - Неа. Точнее раньше нет, а теперь я и сам не знаю, - признается не только Сону, но и себе. – А у тебя как, хён? Ты встречался с мужчинами? - До серьезных отношений не доходило, но с юности испытывал симпатию к обоим полам, - неторопливо отвечает Сону. Он говорит об этом так спокойно, будто обсуждает то, что съел на ужин. – Просто с девушками встречаться проще, никакого осуждения, понимаешь? Поэтому я и обращал на них больше внимания. - Ясно, - кивает Вон. Теперь он понимает, что со стороны Кима не будет осуждения, и может признаться, - А я даже никогда представить не мог себя с парнем. - И тут я со своими поцелуями, - усмехается Сону, - Будет мне напоминанием, что то, что я придумал в своей голове, зачастую не совпадает с реальностью. - А что ты подумал? - Я решил, что симпатичен тебе, но ты просто стесняешься это показать. Не знаю, почему, ведь теперь оглядываясь назад, понимаю, что ты никаких знаков не давал. Просто тогда я выпил и решил идти ва-банк. Я подумал: даже если он мне откажет, это не страшно. Страшно  потерять возможность и не попробовать. Получается, Сону рискнул многим, не побоялся поставить свою репутацию под сомнение. Ведь Чонвон мог растрепать всем, мог накинуться с кулаками или шантажировать.  И если Ян думает хуже о капитане, тот видимо, считает его лучше, чем Чонвон является. Вон не решается ответить и озвучить свои мысли. Он погружается во внутреннюю борьбу и едва не пропускает мимо ушей вопрос: - Сегодня вечеринка у Джейка. Не хочешь сходить? Почти все наши там будут. Они будут рады тебя видеть. - Даже не знаю, - мнется Чонвон. – Я как-то не планировал. - Настаивать не стану, но ты в любом случае ничего не теряешь. Заходи, будет весело. - Думаю, я приду, - кивает Ян с неуверенной улыбкой. - Я буду ждать. Они тихо прощаются, и Чонвон еще несколько раз перематывает это "я буду ждать" в голове. Что это вообще значит? То, что Сону все еще не оставляет надежд заполучить его? Или Чонвон себе сам напридумывал, и старший на самом деле ничего такого не имел в виду? Эти мысли крутятся в его голове вплоть до вечеринки. Дома у Джеюна полно народу, но Вон рад видеть здесь знакомые лица ребят из команды, и те тоже встречают его со смехом и крепкими объятиями. - Ты трезвый, так не пойдет, - журит его Айрин, протягивая бутылку пива, а Ники обещает намутить какой-то крутой коктейль по собственному тайному рецепту. Неудивительно, что Чонвона довольно быстро уносит – японец готовит ему что-то ядерное, после чего не опьянеть невозможно. Яну становится весело, и вот он уже чувствует себя, как рыба в воде, танцуя в большом зале с ребятами. Танцоров среди гостей немало, и Нишимура затевает танцевальный баттл, в котором в итоге и побеждает. Чонвон даже не расстраивается – он проиграл достойно, да и выпил слишком много, чтобы горевать по этому поводу. С Сону они лишь мельком пересекаются – старший рад его видеть, как и Джеюн, что не хочет выпускать его из объятий и виснет на нем, как коала. - Кажется, кому-то больше не наливать, - усмехается Ким, пытаясь освободить Вона из тисков крепких австралийских рук под возмущения Шима, который недоволен, что его отнимают от «его любимого тонсена». Чонвон польщен, но рад освобождению – из-за крепкой хватки тяжеловато дышать. Внезапно нарисовывается Юнджи, вытягивая Чонвона на медленный танец. Яну не оставляют ни шанса на сопротивление, и он начинает неторопливо кружиться, беря на себя ведущую роль, потому что партнерша с трудом контролирует свое тело и эмоции: - Вот скажи, Чонвон, я красивая? Вопрос ставит Яна в тупик, но он, считая девушку симпатичной и не желая обижать, с уверенностью отвечает: - Да. - Тогда почему я ему не нравлюсь? - Кому? - Он - дурак. Пусть ревнует и кусает локти, - Юнджи игнорирует вопрос Чонвона, вместо этого решая что-то у себя в голове, - Вот ты – другое дело! Такой милашка! И почему я всегда выбираю не тех? Ян не знает, что ответить, но видимо, этого не требуется: Юнджи, не долго думая, впивается в его губы с поцелуем прямо на танцполе. Чонвон в первую секунду шокирован, во вторую – зол, но они находятся на людях, и он не может просто оттолкнуть девушку, поэтому лишь аккуратно отстраняет ее от себя, отступая назад. - Прости, Юнджи, но тебе лучше найти другого кандидата, - он передает девушку в руки подбежавшей Айрин, которая что-то шепчет подруге на ухо и уводит в другой конец комнаты. От мысли, что Сону мог их увидеть, Чонвону становится не по себе. Почему-то не хочется, чтобы Ким стал свидетелем их поцелуя и не так все понял – неясно, как все выглядело со стороны. Ян оглядывается по сторонам, но нигде не видит Кима, только Джеюна, повисшего на этот раз на Ники, потому движется к ним навстречу. - Не видели Сону? - Он только что ушел в туалет, - Рики кажется самым трезвым из них – его даже собственный коктейль не срубил, - Второй этаж. Ян тихо благодарит японца, уворачивается от загребущих рук Джейка и спешит вверх по лестнице. Он не знает, зачем, но должен объяснить Сону, что случилось на самом деле. Туалетная комната находится без труда – хозяин дома заранее закрепил на ней табличку, чтобы гости не путались и не заглядывали куда попало. Дверь оказывается закрыта, и Чонвон было решает подождать Кима снаружи, когда слышит из-за двери подозрительные звуки. Звуки, которые слишком напоминают стоны и толчки, как будто в туалете кто-то занимается… Помните же, для чего люди ходят на вечеринки? - Твою же мать, - Чонвон от злости бьет кулаком по стене, утыкаясь в нее лбом и медленно сползая, - Ну почему?! Неужели Сону, увидев, как Чонвон целуется с Юнджи, решил, что ловить здесь нечего, и быстро нашел другой вариант? Получается, он не слишком расстроился и не стал париться: не Ян, так кто-то другой (судя по голосу из уборной – девушка). Выходит, Чонвон изначально  был прав, и Сону – очередной ветреный факбой? Почему-то от этой мысли становится грустно и больно. Правильно говорят, что истинную ценность чего-то осознаешь лишь тогда, когда этого лишаешься. Хотя они с Сону не были вместе, будет ложью, если Чонвону не нравилась мысль о том, что он Кима привлекает. Что капитан не побоялся сделать первый шаг, пускай тот был сумбурный и под влиянием алкоголя. Что Сону его не бросил и протянул руку помощи, когда Чонвону казалось, что он может рассчитывать только на себя. И вот куда это привело. Он стоит под дверью гребаного туалета на дурацкой вечеринке и слушает, как Сону трахает свою новую пассию. Таким высмеянным и униженным Ян не чувствовал себя давно. Хочется провалиться сквозь землю и забыть все это, как страшный сон. Лучше бы этот вечер никогда не наступал. Ему стоило остаться дома. Поэтому Чонвон поступает единственно правильным образом – он сбегает.